Подари мне жизнь

Несмотря на все сомнения и общую неправедность, очень скоро план был благополучно осуществлен. Еще несколько часов истерик и успокоений, и вот Таня сидит в уютной квартире Джулии, на уютном диване, закутанная в мягкий, теплый плед, попивая фиолетовый чаек цвета самой Бездны. — Вкусно? — тепло поинтересовалась хозяйка, не отходя ни на шаг от гостьи. — Ага, — довольно кивнула ведьма, подняв на Духа благодарный сияющий взгляд, точно на героя. Такой же, как и в тот раз, когда она показала ей прелесть звездного неба. Только теперь в нем, кажется, было еще больше тепла. И нежности. — Спасибо тебе, — два слова. А ощущение давно позабытого и, быть может, даже незнакомого счастья заполняет сердце. Разделяя место с чувством стыда, впрочем, не таким уж огромным и мучительным. А значит, она все сделала правильно. — Да не за что, Танюш. Я давно хотела тебя угостить, просто не подворачивалось удобного случая, — тихо засмеялась она, отчего-то тотчас опуская глаза после мимолетной встречи взглядов. — Да нет, — опустила ресницы Таня, словно собираясь с силами. — За все спасибо. Я не ожидала. Что ты такая…такая… — Какая? — подняла ресницы Ванг, включая любимого Духа Хаоса. — Наглая? Бесцеремонная? Чокнутая? Ведьма отрицательно кивнула. Неужели? — В целом, я с тобой согласна. Но я хочу сказать другое. Ванг закатила глаза. — Ларина, говори быстрее, а то мое безграничное воображение скоро доведет меня до инфаркта. Неожиданно Ларина не стала ругаться, напротив мило улыбнувшись. — Нет, Джули. Только после того, как я скажу, — ее неожиданное спокойствие было в новинку. Или это оттого, что она просто счастлива? — Ты хорошая, Джули, — наконец мягко и очень неожиданно произнесла она. Ванг ничего не ответила. Даже не могла ничего подумать. Лишь опустила глаза, в слабой попытке скрыть за длинными ресницами соленые, или уже сладкие капли, собравшиеся где-то в уголках глаз. Столь странная реакция не на шутку испугала Таню. — Джу… Что такое, Джу? — вновь и вновь повторяла она, отчаянно пытаясь заглянуть в глаза девушке. — Я обидела тебя, да? — Нет, Тань, — растроганно ответила девушка, подняв на нее изумрудные влажные очи. — Ты не обидела меня. Совсем наоборот. Дело в том, что в жизни мне говорили много комплиментов. «Красивая» «Сексуальная» «Перспективная», много чего. Но такого. Мне не говорил еще никто… Таня застыла в исступлении. Она просто не могла поверить… По щеке бесчувственного и Всемогущего Духа Хаоса бежала одинокая, счастливая слезинка…. Окончательно растопившая сердце ведьмы, тотчас заключившей ее в объятия, нежно водя рукой по мягким пепельным волосам. — Тш… Джу. Ты очень-то чего очень-очень хорошая. Это правда. Я знаю… — Спасибо тебе, Таня, — тихо произнесла Джулия, крепче прижимаясь к ведьме. — Ты такая добрая. Не то, что они все. Я никогда не встречала таких людей, как ты. Ларина замерла на месте. Нет. Она не могла поверить. Это она так призналась ей в любви? Или нет. Мгновенно уловив, что что-то не так, Ванг мигом отпряла от соперницы, виновато упустив глаза, точно бы сделала что-то ужаснее — кого-то убила — не меньше. — Тань, я…не то хотела сказать. Ты не заморачивайся, ладно? — как заклятье лепетала она, желая провалиться сквозь земли. — Прости… — Нет, Джу, — наверное, никогда в ее взгляде она не видела столько страха и смятения. Не говоря более ни слова, Таня осторожно взяла в ладони ее голову, мгновенно ощущая под пальцами влажность невысохших щек. — Я тоже люблю тебя, Джу… Какое-то время лицо девушки не выражало никаких эмоций. Ларина всерьез запаниковала, когда его озарила широкая счастливая, будто радуга на небе после проливного дождя, улыба. — Танечка, — еле слышно произнесла блондинка, заключая ее в восторженные безудержные объятия. — Я так счастлива! Я тоже так тебя люблю. Иначе никогда б не кинулась защищать. И там, в больнице, не показала бы неба. Я так боялась, что мои чувства останутся безответным. Спасибо тебе! — кажется, она никогда не слышала в ее голосе такого счастья и тепла, которым, наверное, впору было, кажется, согреть всю планету. — Да за что, Джу? — сквозь слезы спросила ведьма, глядя в глаза возлюбленной. — Разве можно благодарить за любовь? Это дар. Это дается независимо от нашего желания. — Но ты рада, — глаза Духа воззрились с непраздным блеском. — Что влюбилась в такое вот чудовище? — Ну что ты, Джу, — рука Тани коснулась руки девушки. — Мы же это обсуждали. Ты никакое не чудовище. — Ну я б на твоем месте не была так уверена, — бровь Духа взлетела вверх, — Все еще впереди. — Надеюсь. Ну, иди сюда, мое любимое чудо-вище, — ловко забравшись на колени к новоиспеченной девушке, Ларина коснулась пухлых и, несомненно, самых сладких в мире губ. Ответивших таким же страстным и безудержным пленом. В который хотелось сдаться и одновременно — забрать себе положенную долю власти. Наслаждения. Но Ванг не собирается останавливаться — наоборот. Тонкие изящные руки залезают под майку медленно, но верно стягивая ее с ведьмы, как бы между делом пуская по телу взводы волнующих, нежных мурашек. — Все-таки нехорошая девочка, — хрипло от нахлынувшего возбуждения, связавшего в узел низ живота, выдохнула Таня, в отместку изо всех сил вцепившись в платье Духа и совершенно нечаянно нащупав застежку. — Кто бы говорил, Ларина, — криво усмехнулась Джулия, пролагая влажную дорожку от шеи к выпирающими косточками ключиц, — Ты не лучше. Выгибаясь от нежных безудержных ласк девушки, Татьяна, тем не менее, не собиралась отступать. Расстегнув молнию, но так и не в силах справиться с застежкой лифчика, сумеречная умудрилась забраться под него, осторожно лаская не готовые к такому развитию событий, но мгновенно отреагировавшие вершины. — Ла-ри-на, — по слогам протянула Джулия, блаженно и изящно, точно кошка, выгибая спину, из последних сил и гордости стараясь завоевать первенство. — Плагиатчица, — обиженно, но страстно выдохнула ведьма, когда Дух, не собираясь сражаться с застежкой резким движением потянув лифчик вверх, уже ласкала небольшие упругие холмики губами, в то время как шальные руки потянулись к молнии джинсов. — Плохая дев… — жаркий нежный поцелуй не дал ей продолжить фразу прежде, чем Таня, быстро разобравшись с подолом короткого платья, легко нащупав тонкую ткань уже неприлично мокрых трусиков и не собираясь проникать внутрь, безжалостно надавила на клитор. Тотчас вобрав в себя возмущенный стон девушки. — Так нечестно, — обженно выдохнула она, не в силах справится с беспощадной крепкой тканью. — Нееет! — хитренько улыбнулась Таня, сильнее надавив на клитор. — Я же плохая девочка? — Дааааа, — страстно и громко потянула Джулия выгибаясь навстречу ее массирующим, ласковым движениям. — Таня… — в ее жалобном голосе органично сливались ноты возбуждения и обиды. — Я же плохая девочка. А плохая девочка будет тебя мучиииить, — наконец преодолев заветную резинку, Таня коснулась трепещущих полыхающих жаром и влагой складок. — Даааа… нет. Ты хорошая, Таня, хорошая, — сильнее выгнулась девушка, обессилено наклоняясь на спинку дивана. — Так-то, — усмехнулась Ларина, двумя тонкими пальчиками нырнув в заветную «норку» в которой хватило бы места для еще двух пальцев. Для одного — точно. — Ла-ри-на, — сладко выдохнула Ванг, мгновенно и блаженно подчиняясь ее слегка резкому, но нежному ритму. — Что такое? — невинно напела маленькая блондинка, увеличивая темп и понимая, что девочке осталось совсем немного. — Я тебя… Договорить она не успела, долгожданно и без остатка растворяясь в наивысшем блаженстве. Ларина устроилась рядом, зарываясь тонкими пальцами в мягком шелке волос. — Убью! — азартный и безжалостный огонек, загоревшийся изумрудным пожаром в огромных глазах, наглядно свидетельствовал о серьезности ее намерений.