Праздничный бал

      Солнечный луч пробрался сквозь неприкрытое оконное стекло в комнате, вырывая ее хозяина из царства сновидений. Нехотя приоткрывая глаза, юноша немного хмурится от яркого света. Сегодня выходной, а поэтому вставать совершенно не хотелось, — вот и парень, махнув на все рукой, отвернулся от назойливого луча солнца и снова прикрыл глаза. Но дальше поспать ему не удалось: на мобильном телефоне высветилось небольшое напоминание, от чего его обладатель резво поднялся с кровати. Едва преодолев небольшое расстояние от постели до ванной, юноша уже оказался под струями теплой воды, вконец прогоняя сон. Сегодня важный день для многих, поэтому все должно быть идеально. Наскоро сполоснувшись, парень выскочил из душевой, вытираясь большим белым полотенцем. Высушив волосы, он кинул взгляд в зеркало. Ничем не примечательная внешность, — если не обращать внимания на необычный зеленый цвет волос, худощавое телосложение без единого намека на мышечную массу. На бледной коже слишком ярко алели оставленные его второй половинкой засосы, а на бедрах небольшие синяки, оставленные его же пальцами. Закончив рассматривать себя, юноша накинул на плечи халат и стремительно вышел из помещения.

***

      Неприятный звон резал по ушам, от чего хотелось зарыться в подушку, лишь бы не слышать его. Подняв руку, парень в слепую попытался хоть как-то избавиться от надоедливой трели, но вместо этого просто-напросто уронил ее источник на пол. Подняв наконец-то голову, юноша обвел мутным ото сна взглядом комнату. Обычная для подростка комната: компьютерный стол со стоящей там техникой, шкаф и низенький столик с подушками вокруг него. Общую картину дополняли весело разбросанные повсюду вещи. Остановив свой взгляд на календаре, юноша резко подскочил на постели, за что и поплатился за такое необдуманное действие: поясницу ломило от боли, а пятая точка ныла и немного добавляла зудящего дискомфорта, — это все заставило упасть обратно на кровать с громким стоном. Стоило прикрыть глаза, как память услужливо подкинула ему воспоминания прошедшей ранее ночи. Покраснев, юноша нервно почесал каштановую макушку, проклиная все на свете, а в особенности своего любовника. Полежав еще немного, шатен предпринял новую попытку подняться, но на этот раз намного аккуратнее. Потратив львиную долю времени и усилий на это, парень так же медленно поплелся в ванную комнату, чувствуя стекающую по внутренней стороне бедра влагу.       — О боже, опять.

***

      Утро выходного дня только наступило, но по улице уже бежал молодой брюнет. Он бежал из всех сил, стараясь как можно быстрее добраться до своей цели. Когда пункт назначения замаячил на горизонте, юноша перешел с бега на шаг, восстанавливая дыхание. Дойдя до определенного дома, парень решительно толкнул дверь калитки, широкими шагами доходя до входной двери. Глубоко вдохнув, и медленно выдохнув, как перед решающей игрой, брюнет нажал на звонок, вслушиваясь в мелодичную трель. Через некоторое время из-за двери ослышалось шаркающий звук, а затем дверь распахнулась, являя хозяина дома. Ни слова не говоря и даже не взглянув на посетителя, тот, развернувшись, ушел вглубь. Немного нерешительно потоптавшись на крыльце, брюнет перешагнул порог дома, прикрывая за собой дверь. Разувшись, юноша прошел по коридору, пока не очутился в небольшой, но уютной гостиной, где у распахнутого окна уже курил хозяин. Стоило брюнету сделать шаг к нему, как тот парень вскинул руку, останавливая.       — Хаято…       — Ямомото, я подумал, как и обещал, — блондин сделал глубокую затяжку, а затем выпустил едкий дым, отворачиваясь от собеседника. — Я не могу принять твои чувства ко мне.       — Хаято я… — Такеши зажмурился, решаясь. Отказ Гокудеры больно полоснул по сердцу. Открыв глаза, он быстрым шагом оказался возле объекта своего воздыхания, и, обвив вокруг талии руками, прижал к себе. — Я не сдамся.

***

      В одном из особняков небольшого пригорода бурно кипела жизнь. По многочисленным коридорам сновали люди в черно-бежевой форме, теряя то и дело какие-то листочки, либо роняя разномастные папки. Лишь на одном этаже стояла гробовая тишина. Люди боялись забредать в ту сторону, предпочитая обходить, пускай и длинными, но безопасными путями. Лишь один человек мог спокойно пройтись по этому этажу, не боясь за свою жизнь. И вот, этот человек, чеканя шаг, шел по пустынному коридору, раздраженно убирая длинные волосы за спину. Распахнув двери, мужчина резко уворачивается от летящего в него предмета. Судя по звону разбиваемого стекла и распространяющегося запаху спиртного, этим предметом был ни что иное, как бокал, из которого хозяин помещения только что пил.       — Врай, Мармон будет счастлив, — отмахнувшись от летящего следующего стеклянной емкости, мужчина широким шагом прошел до стола, за которым, закинув ноги на деревянную поверхность, сидел алоглазый брюнет. — Чего звал? У меня много работы!       Скинув ноги со стола, блондин присел на краешек стола, выжидающе смотря прямо в глаза мужчины напротив.       — Мусор, ты знаешь какой сегодня день? — хриплым голосом спросил брюнет. Протянув руку, он аккуратно подхватил небольшую прядь длинных волос. Потянув к себе, не обращая внимания на тихое шипение со стороны капитана, мужчина поднес ее к носу, вдыхая приятный запах шампуня и морозной свежести. Слегка улыбнувшись, брюнет за волосы притянул к себе блондина, усаживая его на колени.       — Обычный день, обычной недели. Если это все, то я, пожалуй, пойду, — выдрав без особого ущерба из чужих рук волосы, Скуало поднялся и быстрым шагом удалился из помещения, пока его Босс отходил от выходки своего капитана.

***

      Солнце освещало промозглую землю, пытаясь передать свое хорошее настроение всему населению. По улицам небольшого города Намимори сновали люди, стараясь как можно быстрее приобрести необходимое и бежать делать свои подарки. А те, кто накануне уже закупился всем необходимым, спокойно и не торопясь делали свой сюрприз. Но юный шатен явно не был одним из них. Он быстро оббегал близ находящиеся магазины и теперь бегом добирался до дома. Мечтая уже побыстрее со всем этим разобраться.       — Тсуна, — детский голос вывел парня из грез, пугая своей неожиданностью. Шатен резко развернулся на голос, останавливаясь. На небольшом каменном заборчике стоял ребенок в черном костюме, его репетитор. Самодовольная ухмылка на его лице заставляла интуицию легонько позванивать в тревоге. Как обычно — если этот ребенок доволен, то жди беды. Но на этот раз, репетитор просто достал из кармана небольшой конверт с гербом Вонголы.       — Хии, что это? — взяв из маленьких рук письмо, шатен дрожащими руками распечатал конверт и, развернув бумагу, тупо смотрел на лист, исписанный на незнакомом ему языке. — Я не понимаю….       На плечо тут же запрыгнул ребенок, заглядывая в текст.       — Глупый Тсуна, Девятый Вонгола Тимотео приглашает тебя и твою семью на ежегодный бал-маскарад, посвященный дню Святого Валентина, который пройдет сегодня в семь часов вечера в отеле «Gold» города Намимори.       — Хии, так рано? Я же не успею сделать…       — Тсуна, если ты не успел сделать шоколад своему любовнику, это твои проблемы, но чтобы в назначенное время ты и твои хранители были на месте. Так что советую не терять времени и начать извещать друзей. А так же заняться поиском костюма.       С тихим вздохом юноша вытащил мобильный телефон, набирая выученные уже наизусть номера.

***

      — Врай, чертов Босс, ты серьезно? Мы, Вария, пойдем на какой-то бал, посвященный какому- то дню влюбленных? Занзас, ты случайно не заболел? Температуру померить? — по кабинету ходил разъяренный капитан, размахивая своими длинными волосами и сжимаемым в руке мечом. За ним наблюдали пять пар глаз, некоторые с раздражением, другие с усмешкой.       — Это приказ старика, так что не обсуждается, свободны, — кинув в мужчину очередным бокалом, брюнет отвернулся к окну, наблюдая, как на самом ближайшем дереве играются две небольшие птички. Тихо фыркнув, Босс Варии налил себе очередную порцию спиртного в стакан и поднес его к губам. Только отпить он так и не успел, так как длинноволосый капитан отнял бокал и, нагнувшись, прильнул к губам брюнета.       — Может, не пойдем? Что мы, мелочь какая-то? — Скуало присел на колени мужчины, ожидая, заглядывая в глаза. На что Занзас лишь усмехнулся.       — Нет, мусор, пойдем. И ты там бу…       — Врай, Занзас ты идешь без меня, — соскочив с мягких колен, блондин быстрым шагом покинул кабинет, раздраженно фыркая.

***

      Зеленоволосый юноша покинул кабинет, где сейчас буйствовал его капитан. Мысли были далеко не в этом здании, а где-то в стране грез. Да, даже иллюзионисты иногда мечтают, в особенности достигая переходного возраста. Он был обычным парнишкой с необычным цветом волос и работой. Поэтому он так же готовился к этому дню, как и все, но вот только сейчас все планы шли насмарку. Все приготовления можно было выкинуть, как и шоколад что он готовил для своего возлюбленного.       — Лягушка не спи, а то бал проспишь и не сможешь превратиться в прекрасную принцессу, ши-ши, — шелестящий смех над ухом вывел юношу из задумчивого состояния. Легкое прикосновение тонких пальцев к его руке как приятное напоминание о близости и нежный поцелуй за ушком заставили покраснеть парня, хотя лицо и продолжало сохранять маску безразличия. — Ши-ши, а лягушка-то окрас сменила.       — Бел-семпай, ваши действия даже мертвого заставят покраснеть, — как обычно, растягивая гласные, тихо сказал Фран, отступая от принца. Но не успел он сделать и пару шагов как его прижали к стене, опаляя лицо горячим дыханием.       — Ну, все, лягушка то дорвалась…       — Врай, Занзас ты идешь без меня, — громкий голос капитана заставил вздрогнуть обоих парней и повернуться на звук. Из кабинета Босса выходил длинноволосый мужчина, раздраженно хлопая дверью.       — Не в коридоре, мелочь, — рыкнул Суперби, проходя мимо и одаривая юношей озлобленным взглядом. Стоило Скуало скрыться за поворотом, как ураган Варии развернулся к своему кохаю. Но, как говорится, момент был упущен. Громко цокнув, парень отстранился от прижимаемого им же юноши и пошел вслед за капитаном, помахав рукой на прощание.       — Принцесса говорите, Бел-семпай…. Ну-ну, — иллюзионист прикусил губу, продумывая дальнейший план действий.

***

      Отель «Gold» в небольшом пригороде считался одним из лучших. Сюда частенько селились богатые люди с большим статусом, либо знаменитые певцы и актрисы, приезжающие сюда на выступление. Но сейчас все номера отеля класса «люкс» были забронированы, так же как и помещение ресторана, — все для одного большого вечера, — и поэтому персонал очень суетился, украшая большой зал. С самого утра пребывали гости из разных стран, приехавшие на это событие. Некоторые из них своей внешностью сразу западали в души молодых девушек, а некоторые пугали даже самых сильных из обслуги. Но к семи часам поток посетителей заметно убавился и теперь гости терпеливо ожидали начало события в отведенном для него помещении. Кавалеры были облечены в строгие смокинги, с неизменным галстуком-бабочкой на шее и маской на лице. Дамы же, расхаживали в пышных платьях разных эпох всех времен, кокетливо улыбаясь каждому представителю сильного пола. Мужчины и женщины собирались небольшими отдельными группками, где первые обсуждали что-то из разряда политики и более серьезных тем, а вторые промывали косточки всем, кто попадался им на глаза, какого пола он бы не был. Сам зал был украшен в нежно розовых тонах, с различными узорами шоколадного цвета. А посередь зала была устелена красная ковровая дорожка, ведущая к небольшому пьедесталу с тремя красными креслами. Неожиданно заиграла музыка, заставляя гостей отвлечься от своих занятий и разойтись в стороны, каждый к своей семье. Большие двери зала распахнулись и все с дружным поклоном поприветствовали вошедшего пожилого мужчину, одетого в белый костюм. В след за ним шли шесть хранителей, которые то и дело молчаливым коротким кивком приветствовали боссов разных семей. Пожилой мужчина, опираясь на трость, прошел вдоль красной дорожки, до центрального кресла. Шесть других же мужчин отошли в сторону, готовые в любую минуту вступить в бой. Подняв руку в знак приветствия, Девятый Вонгола улыбнулся.       — Я очень рад видеть вас, мои дорогие друзья, на этом ежегодном балу, посвященный самому чистому и светлому чувству на земле, Дню Всех Влюбленных, — начал свою речь Дон. — Так же я готов поприветствовать новую и одновременно старую дружественную семью в нашем альянсе, Шимон, с ее молодым Боссом Энмой Козато, — здесь мужчина жестом указал на молодого парня с ярко красными волосами, бывшего по левую сторону. — Наша дружба была потеряна еще в первое поколение, но восстановлена в наше время моим приемником, Десятым Боссом Вонголы, Савадой Тсунаеши.       Двери зала вновь распахнулись, являя взору молодого парня в смокинге темно синего цвета с накинутым черным плащом. Юноша взволновано коротко кивнул находящимся гостям и осторожно, страшно боясь упасть в такой момент, шагал навстречу вышедшему к нему пожилому мужчине. Обменявшись с ним дружеским рукопожатием, Тсунаеши встал напротив своего кресла.       — Так же, — продолжил Девятый, — впервые за долгое время, нас решил посетить мой сын, Занзас, вместе со своей семьей.       Стоило Тимотео замолчать, как по залу прошелся тихий шепот. Но как только двери распахнулись, пропуская в помещение очередных почетных гостей, наступила тишина.       — Добро пожаловать Занзас, — Девятый Босс Вонголы добродушно улыбнулся, когда в зале показался высокий брюнет с небольшой свитой. Когда начали проходить офицеры, у женской стороны гостей вырвался вздох восхищения. Но когда на дорожку вышла молодая девушка, с прекрасными зелеными волосами, то любовались ею уже представители сильного пола. Поравнявшись со всеми, она грациозно кивнула стоящему напротив нее неизвестному мужчине, отчего у хранителя урагана Варии нервно задергался глаз. Хотя за челкой это было не особо и видать.       — Лягушонок, что за концерт ты устроил? — тихо прошептал он, поравнявшись с девушкой.       — Бел-семпай, вы же сами сказали, что лягушка должна превратиться в прекрасную принцессу, — привычным тоном ответил иллюзионист, наблюдая за тем, как Занзас встал на пьедестал рядом с Девятым и Десятым.       — Объявляю ежегодный бал посвященный дню Святого Валентина Открытым.

***

      Скало скучал, в особняке было непривычно тихо. Никто не кричал, не бегал с ругательствами и не кидался предметами. Лишь легкий запах дорогого парфюма напоминал о том, что совсем недавно тут кипела жизнь.       — Врай, может, высплюсь наконец-то, — пройдя в свою комнату, мужчина лег на мягкую постель, разметав волосы по подушке. Он лежал довольно долго, пытаясь уснуть, но в конце устав ворочаться, поднялся на ноги. Преодолев быстрым шагом расстояние до душевой, капитан залез в небольшую кабинку, включая воду. Подставив под воду лицо, Скуало расслабился. Но сейчас все это не могло дать привычного расслабления, поскольку все то, что он обычно делал, он делал это не один. Он привык что, ложась поздней ночью в кровать, постель была уже нагрета, а в душевой его крепко обнимали сильные руки, не давая уснуть после особо тяжелых дней… ну или ночей. Сейчас этого очень не хватало. Обдумав и взвесив еще раз все «за» и «против», мужчина быстро сполоснул тело и вышел из душевой, капая водой на кафельный пол. Наскоро вытерев тело, Скуало прошел к большому шкафу. Распахнув дверцы, он стал смотреть на ряд официальных костюмов, решая, что одеть.       — Ты победил, чертов Босс.

***

      Праздник был в самом разгаре. Тсунаеши сидел на своем кресле, переговариваясь с сидящим рядом нынешним Боссом Вонголы и подошедшим к ним Боссом семьи Шимон, Энмой. Периодически он отвлекался от разговора, наблюдая за своими хранителями. Его немного беспокоило поведение некоторых из них. Например, Гокудера был непривычно тих, а слишком бледное лицо и темные круги под глазами говорило о том, что он слишком много работает и не спит по ночам. Обычно веселый Ямомото, сегодня вымученно улыбался стоящему рядом с ним Рехею, бросая короткие взгляды на пепельноволосого парня.       — Тсунаеши, мальчик мой, тебя что-то беспокоит?       — А? А… нет что вы…. — шатен оторвался от созерцания своих подчиненных, переводя свое внимание на собеседников. Тсунаеши прикусил губу, обдумывая. — И-извините.

***

      — Хаято, не надо столько пить, — к стоящему у барной стойки парню подошел обеспокоенный молодой брюнет. Он уже долгое время наблюдал как его одноклассник, а по совместительству возлюбленный, вливает в себя алкогольные напитки, хмелея все сильнее и сильнее.       — Не твоего ума дела… — Гокудера отпил с очередного бокала.       — Ши-ши, молодежь развлекается? — к стойке подошел стройный блондин, заказывая несколько напитков, затем повернувшись, сквозь челку оглядел сидящего перед ним пепельноволосого парня. — Ууу, да тут запущенный случай…       — Что, мать твою, тебе надо, сумасшедший принц? — отвернувшись от бейсболиста, Хаято развернулся к Бельфегору, хватая его за ворот.

***

      Хибари стоял в стороне, от веселящихся людей, окидывая каждого, кто повернется к нему взглядом полного презрения. Он не любил подобные мероприятия и старался держаться подальше от таких толп. Но отказать своему возлюбленному он не мог, особенно когда тот строит отчаявшуюся моську. Да и тем более, ночью он полностью отплатит за сегодняшнее, грех этим не воспользоваться.       — Какой мужчина и один. Не будете против, если я составлю вам компанию? — к молодому хранителю Облака подошла полноватая женщина, судя по морщинистому лицу, то уже в годах. Внимательно осмотрев женщину, Кея усмехнулся, отворачиваясь.       — Против. Хотя вы очень милы и похожи на маленького пережравшего мопса.       — Ах ты, несносный мальчишка… — женщина явно не привыкла к отказам, но парень ее уже не слушал. Он внимательно наблюдал за сценой у бара. А затем, сорвавшись, пошел к месту, где сидели Боссы семьи Вонголы. Схватив шатена за руку, он буквально протаранил проход до бара, лишь там отпуская худую руку парня. Наблюдать, как меняется мимика юноши, было интересно, а еще интереснее как он успокаивает самого своего друга. Тсуне было стыдно. На глазах всей публики разворачивалась не самая лучшая сцена: пьяный хранитель урагана пытался ударить хранителя Варии. Кое-как успокоив, шатен прикусил губу, решая, что делать дальше, как перед ним оказался пожилой мужчина.       — Мальчик перебрал. Пусть проспится в одном из номеров в отеле, — добродушно улыбнувшись, мужчина потрепал приемника по волосам. — А лучше было бы, если на эту ночь вы все остались здесь. Под моей охраной. Кивнув, Тсунаеши схватил за рукав своего хранителя Дождя.       — Ямомото, не мог бы ты помочь увести Гокудеру-куна?       — Да, конечно, Тсуна, — спортсмен осмотрел засыпающего за стойкой блондина, затем повернулся к своему Боссу. — Давай я сам его унесу.       — Но Ямомото…       — Ну-ну, не беспокойся, смогу.       Чуть подумав, шатен кивнул, решая для себя не вмешиваться в отношения дождя и урагана.

***

      Скуало смотрел из автомобильного окна на роскошный отель, не решаясь выйти. Он обдумывал, составлял план своего появления, но это ему казалось таким абсурдным, что хотелось начать ржать прямо в такси. Вздохнув по глубже, Суперби все же решительно распахнул автомобильную дверь и, кинув на сиденье деньги, прошел в здание. У входа его остановила охрана, но увидев небольшой листок с приглашением, отошли в сторону, пропуская «важного гостя».       — Чувствую себя Золушкой, — тихо прошептал мужчина, одергивая пиджак.       — Тайчо, вы сам собой разговариваете, — раздался знакомый голос за спиной. Скуало обернулся, вглядываясь в лицо стоящей перед ней девушкой. — Если вы к Боссу, то он сидит в конце зала и пьет виски.       Знакомая манера растягивать гласные подтолкнула на мысль о личности девушке, но же мужчина решил удостовериться.       — Фран? — как только иллюзионист кивнул, капитан засмеялся. До чего он дожил. То всякие Боссы пристают, то парнишка в бабу наряжается. — К чему весь маскарад?       — Ну, вы же тоже прихорашиваетесь для Босса, только из душа, — юноша принюхался. — Я чувствую свежий запах шампуня вместе с дорогим одеколоном. Кажется подарком Босса на ваше день рождение. Так ведь?       Удивленно взглянув на юного детектива, капитан кивнул.       — Врай, ты то откуда знаешь?       — Все просто тайчо, ваша комната напротив моей.       — В общем, завали, — раздраженно откликнулся Суперби. — Кстати, ты сам-то, что один тут стоишь? — Скуало огляделся. В коридоре было на удивление пусто для такого мероприятия.       — В этом платье жарко. И как в нем ходят, не понимаю.       — Это Бел тебя заставил?       — Нет. Мне стало интересно, какого это быть принцессой, — иллюзионист крутанулся на месте, мельком замечая как бровь его собеседника нервно дернулась.       — Врай! Дохрена развелось вас, извращенцев. Сначала Лусс, теперь ты… — махнув рукой на парня, капитан прошел в зал торжества, взглядом выискивая своего Босса, но пока оного не находилось. Медленно шагая вдоль стены, он внимательно осматривал присутствующих. Почти дойдя до конца зала, капитан развернулся к бару, находя там своего босса. Только развернувшаяся картина ему не понравилась: Занзас потягивал виски, мило беседуя с сидящей рядом с ним женщиной. То, что оба флиртовали, не заметил бы разве что слепой и не смотрящий в ту сторону человек. Сжав кулаки, Скуало пошел к Боссу, протискиваясь через трущихся друг об друга людей. Почему это называют танцем, Скуало старался не задумываться. Подойдя к стойке, блондин окликнул бармена, заказывая себе сто грамм водки. Когда же требуемое было поддато, мужчина несколькими глотками осушил емкость, стараясь не замечать удивленный взгляд алых глаз. Закусив небольшим сэндвичем, Суперби развернулся к паре.       — Простите, но я забираю Босса. У него появились срочные дела.       Коротко поклонившись женщине, блондин схватил за руку Занзаса, уводя его подальше из этого помещения. Подойдя к стойке администратора, Скуало попросил один из номеров. Потом, пока мужчины добирались до номера, тишину нарушить никто не решался. Лишь оказавшись вдали от посторонних глаз, алоглазый брюнет без предисловий толкнул к стене своего капитана, впиваясь грубым поцелуем. Скуало приоткрыл рот, позволяя Боссу хозяйничать, тем временем руками, рвано дергая за крохотные пуговицы, расстегивал рубашку мужчины. Блондин нехотя прервал поцелуй лишь тогда, когда сбившееся дыхание и неудобная поза придавали дискомфорт. Короткая передышка позволила капитану взять на некоторое время лидерство, а потому Скуало, недолго думая, яростно оттолкнул Занзаса на кровать.       — Если еще раз увижу с бабой — убью нахуй, — капитан со злостью посмотрел на примостившегося на подушке мужчину, довольно привычно усаживаясь ему на бедра.       — Мусор, так ты ревнуешь? — брюнет засмеялся, слегка приподнимаясь и пристраивая свои ладони на спину Скуало. Столь агрессивное, как и всегда, поведение блондина его забавило, но в то же время в груди разрасталось непонятное тепло.       — Не важно, — Скуало запустил руку в карман пиджака, выуживая оттуда небольшую коробку в цветастой обертке и швыряя ее чуть ли не в лицо удивленному мужчине. – С днем Влюбленных, блять.

***

      Стоило покинуть помещение, где проходило все главное торжество, как ему заметно полегчало. Теперь уже не надо никому улыбаться, вежливо отвечать на двусмысленные вопросы, фальшиво смеяться над прослушанной мимо ушей, да и, в общем-то, не смешной шуткой. Гокудера немного раздраженно облизал пересохшие из-за душного помещения и доли выпитого алкоголя губы. Хотелось пить и… кое-чего еще. Но еще больше хотелось просто закрыть глаза и уснуть.       По совету Девятого, Ямамото решил уложить друга в снятом номере, а не тащить пьяного подрывателя через весь город домой. Оказавшись в лифте, Гокудера встрепенулся из-за небольшой встряски на руках спортсмена. Пьянящий дурман в голове и глазах слегка прояснился, и Хаято разглядел Такеши. Он неуверенно поерзал и попытался вырваться из рук Ямамото, но все эти попытки выглядели довольно унылыми и вялыми. Тогда Гокудера тихо попросил своего товарища отпустить его на землю. Тяжело вздохнув, брюнет поставил свою ношу на ноги, убедившись предварительно, что «это» стоять может и на своих двоих. Хранитель урагана было облегченно выдохнул, — вся эта ситуация несколько напрягала его еще больше, чем шумный зал, — но не тут-то было — Ямамото заключил парня в крепкие объятья. Туман и некоторое помутнение, похожее на головокружение, вот-вот было прошли, но сейчас они вернулись, снова опьяняя Гокудеру. «Возможно, я пожалею об этом», — отдалось где-то задней мыслью у парня, но тот довольно быстро позабыл о ней.       Юркий язычок блондина, не подчиняясь здравому смыслу, а только желанию, прошелся по шее, поднимаясь выше, находя губы и заключая те в жаркий понятный только им танец. Отстранившись друг от друга только тогда, когда лифт остановился, Ямомото удивлено и довольно счастливо посмотрел на хранителя Урагана, а затем перевел взгляд на удивленного мужчину из персонала. Вздохнув, мечник достал бумажник и, вытащив несколько купюр, отдал их ему, при этом приложив палец на губы. Подхватив шатающегося друга, брюнет вышел из маленького помещения, чувствуя, что эта ночь изменит все.

***

      Праздничный вечер близился к концу. От не сходящей улыбки болели мышцы лица, а тело с самого утра еще и болело. Проводив всех возможных хранителей Грозы, Тумана и Солнца до такси, Тсуна устало облокотился на холодную стену, вдыхая посвежевший ночной воздух. Хотелось спать, но еще не все гости покинули отель и праздник, а посему еще неизвестно, насколько это затянется.       — Устал? — его заключили в объятья, отодвинув от кирпичной поверхности. Сразу стало тепло, и даже очень. Юноша приподнял голову, всматриваясь в лицо стоящего парня. Говорить не хотелось, поэтому лишь кивнув, шатен уткнулся в грудь облако, вдыхая уже родной запах.       — О, Тсунаеши, вот ты где! — услышав свое имя, шатен резко дернулся в сторону, под недовольный взгляд серых глаз. Окликнувший его был ни кто иной, как его друг Энма, который вполне спокойно приближался в сторону Тсуны. — Девятый сказал, что ты можешь идти отдыхать.       — Ты тоже домой? — Савада кивнул на стоящих позади Козато хранителей. Получив утвердительный кивок, юноша протянул руку для рукопожатия. — Сладких снов, Энма.       Получив в ответ пожелание крепкого сна и пожатия руки, Десятый развернулся, проходя вглубь здания. В след за ним вошел и сероглазый брюнет, так жадно осматривающий фигуру впереди идущего Тсуны, что тот буквально чувствовал в какой точке останавливался чужой взгляд.       — Кея-сан, даже не думайте. У меня еще после вчерашнего все болит. И вообще я на вас обижен, — юноша развернулся, по детски надувая щечки.       — Интересно, а за что? — глава Комитета Дисциплины облокотился на стенку лифта, ожидая ответа.       — Вы опять ко… — осекшись, парень замолчал, косым взглядом смотря на стоящего парня из персонала.       — «Ко…» что? — Хибари усмехнулся, примерно понимая, о чем речь.       — Вы опять это сделали в меня, знаете, не самое приятное чувство, — шепотом сказал шатен, выходя из раскрывшего двери лифта.       — Может, я надеюсь, что ты забеременеешь и родишь мне чудного малыша.       — Кея, это не смешно! — шатен распахнул двери в номер, на ходу снимая поднадоевший галстук и откидывая тот в сторону.       — А мне так не кажется… — брюнет подкрался к юноше и, подхватив его на руки, унес на кровать. — Сейчас ты мне отплатишь за сегодняшний вечер.       — Кея нет… Кея… — последние слова звонкого голоса утопают в сладком стоне наслаждения.

***

      В главном зале не совсем еще ушедшего праздника почти никого не осталось. Самых стойких выносили подчиненные, либо их коллеги в отведенные для их ночлега места. Тихая спокойная музыка, несмотря на творящийся беспорядок, создавала вполне такую романтическую атмосферу. Посреди зала, танцевала молодая пара, состоящая из зеленоволосой «девушки» в пышном платье и молодого парня, с вплетенной в волосы диадемой. Они танцевали, тихо шепча друг другу нежные глупости. Когда музыка закончилась, пара, взявшись за руки, покинула помещение. Поднимаясь в свой номер, «девушка» прижалась к парню.       — Вот и стала наша лягушка принцессой, — блондин прижал к себе иллюзиониста, целуя в щеку, отчего те моментально заалели, а на губах расцвела нежная улыбка.       — А как же финальный поцелуй? — протянув гласные, Фран потянулся к принцу. Крепкие руки тут же прижали принцессу за талию, накрывая его губы своими, даря нежный поцелуй. Прервав поцелуй, Фран открыл свою сумочку, выуживая из нее коробочку и отдавая ее блондину. Бельфегор широко улыбнувшись, разорвал обёртку и открыл крышку. Внутри лежала шоколадная диадема с маленькими карамельками вместо драгоценных камней. Притянув к себе иллюзиониста, блондин чмокнул того в висок.       — Люблю тебя, лягушонок.

***

      На следующее утро Вария и Десятая Вонгола не в совсем полном составе спустились вниз на завтрак. Хранители обоих семей разделились строго на два фронта: те, кто сидели довольные как отожравшиеся сметаны коты, и те, кто проклинал первых всеми доступными и обидными словами на всех изученных языках.       Тсунаеши кидал обиженные взгляды на облако Вонголы, изредка морщившись при каждом неудачном движении. Гокудера озлобленно смотрел на крутившегося возле него Ямомото. Скуало был необычайно тих. Он просто положил голову на плечо Занзаса, сидевшего тут под боком, и спокойно досматривал свой десятый сон. А Фран ехидно подмечал все самые мельчайшие движения принца, отчего тот пуще злился. Бросив взгляд на капитана, он сочувственно покачал головой.       — Бедный Тайчо, совсем не выспался. Как же вы жестоки, Босс.       — Ничего подобного, мусор. Этот мусор не мог уснуть под громкие стоны какого-то мусора, обитающего где-то на нашем этаже.       Гулко сглотнув, все прочие уткнулись в свои чашки, делая вид, что такое относиться не к ним. Неожиданно молчавшее все это время солнышко Варии хлопнуло в ладоши, привлекая свое внимание.       — Мальчики, я тут недавно прочел в журнале, что надо делать, чтобы попка после секса не болела. Я вас сейчас на пальцах научу…