Будь нежен со мной... Ведь я твоя Омега!

      Силы покинули его. Снова уплыло его сознание, слишком много на него навалилось. Наруто свисал раненой, безжизненной куклой с плеч мужчин, что так бережно и крепко его держали, вовремя успев поймать. Девушки топтались рядом, три из них плакали, одна Цунаде держалась, стараясь не впадать в панику как остальные. Теперь задача упрощена. Парень отключился, и доставить его домой можно было в разы быстрее. Стая покинула эти места, давно забытых прожитых лет. Находиться тут ещё хотя бы несколько минут никто не желал, слишком всё тут отталкивало, а где-то наводило страх и ужас. В рекордные сроки все очутились дома.       При свете ламп Наруто выглядел куда хуже, чем показалось на первый взгляд, напугав всех своим состоянием. Рваная одежда свисала кровавыми лоскутами, и была пропитана кровью настолько сильно, что можно было запросто выжимать её из ткани. Глубокие, рваные раны, казалось, были рассыпаны по всему телу, кожа была уже не загорелого оттенка, а бледно-серой, словно взяли и перекрасили её в этот противный цвет, даже некогда яркие волосы цвета спелой пшеницы побледнели, с них, также капая на пол, стекала багряная кровь. Картина ужасала, вызывая неприятный привкус во рту, кое-как сдерживая тошноту, подкатывающую к горлу. Не церемонясь, его раздели, стали осматривать ранения, попутно смывая ото всех следов и очищая тело. Некогда кристально-белое постельное бельё вмиг окрасилось кровавыми следами, они расползались всё больше и больше, затмевая собой, пока не заполонили почти полностью.       Как и в тот случай, Наруто потерял очень много крови, и на его счастье, после прошлого раза в переносном контейнере остался один пакет со спасительной жидкостью. Медлить было нельзя. Тело было чистым, раны надёжно обработаны и хорошо перебинтованы, со стороны казалось, будто это и вовсе не живой человек, а давно умершая мумия. Ему усердно накладывали повязки чуть ли не на каждом сантиметре кожи, но казалось, что этого недостаточно: уже то тут, то там начали появляться красные следы. Но он будет жить, никак иначе. Тонкая трубка тянулась от руки к высоко подвешенному пакету, а по ней бежали тёмные потоки, исчезая безвозвратно в израненном теле. Всё это время от него ни на шаг не отходила любимая суженая, держала за руку, старалась согреть ледяную кожу руки, отдавала свои силы.       После долгих часов кропотливого труда всё было закончено, парень лежал в чистой постели, тяжело дышал, а Саске, отказавшись оставить его одного, сейчас сидела на полу, сжимая его широкую ладонь своей крохотной, не отводила взгляда, сидела, плакала. Мысли, что она могла и может лишиться своего любимого, больно резали девичье сердце. Остаётся только ждать, она его не покинет и даже ни на миг не оставит. Себя не жалея, будет ждать его пробуждения. Таково её решение. Стая поняла девушку. Тихо, один за другим, они покинули комнату, напоследок стараясь поддержать, но слова здесь были явно не нужны, ведь она никого не слышала, перед ней был её Наруто, а остальных она просто не видела, не хотела видеть. В комнате остались лишь двое. Время остановилось, настала полная тишина и лишь шум ветра слышался за окном, раскачивая ветки могучего дерева. Началась гроза. Вдалеке послышались первые раскаты грома, а вслед за ними яркой вспышкой полыхнула белая молния. Первые капли небесной влаги ударились об землю, постепенно набирая обороты, и вот небеса заплакали. Дождь был настолько сильным, что сквозь него на расстоянии вытянутой руки совершенно ничего невозможно было разглядеть, он лил плотными водными потоками, барабаня так, что уши закладывало от громкого шума.       А ей было нипочём. Она смотрела на любимого, лишь на него, не отводила взгляда, боялась вздохнуть лишний раз, чтобы не отбирать у него воздух, сидела, вслушиваясь в каждый удар его сердца, боясь пропустить хоть один стук, молясь всем известным ей богам, чтобы оно и дальше билось, не сбивало свой ритм, не замерло. Ведь тогда и её сердце замрёт навсегда. С нежным трепетом алые губы прикоснулись к могучей руке, глаза закрылись, из них новыми волнами по красивому лику покатилась солёная влага, из груди так и рвались наружу тихие всхлипы и рыдания, голова шла кругом. Сидя на холодном полу, Саске трепетно целовала его руку, судорожно всхлипывала, гладила его, тихим голосом что-то шептала. Но он её не слышал. Хоть и тело онемело, было холодно сидеть на полу, но она не сдвинется с места. Нет! Преданно будет ждать, до тех пор, пока он не распахнёт свои небесные очи. Ждать, столько, сколько потребуется. Ждать. Это всё, что ей остаётся. Только ждать и молиться.

***

      Пролетела неделя с того злополучного дня. Хотя для наших героев эти дни тянулись неимоверно долго. Цунаде по нескольку раз на дню проверяла состояние Наруто, с помощью девушек меняла повязки, обрабатывала раны. Раны на теле юноши все до единой зажили, словно их и не было, а Наруто спал, восполняя свои силы. Мужчины тоже старались помогать, чем могли, но Саске так и не покинула любимого. За это время ни разу не отошла от него, толком не спала, слава Господу, стае удалось согнать её с пола на тёплую кровать, положив рядом с парнем, и за это время толком ничего не ела. Девушка выглядела ужасно. Под глазами залегли тёмные круги, кожа стала на тон бледнее, глаза были красными от нескончаемых слёз и чудовищного недосыпа. Она не берегла себя.       Домочадцы пытались поговорить с ней, вразумить, пытались накормить хоть чем-то или напоить, но стоило девушке посмотреть в глаза собеседнику, как вся спесь из него уходила. Взгляд был красноречивее любых слов, говорил многое за себя, лишь одними глазами она предупреждала не лезть, просила покоя, отгораживалась ото всех, а если не понимали и его, то в ход шло предупреждающее тихое рычание, и это срабатывало безотказно. Девушка держалась из последних сил, слишком много она их потеряла, посему под конец седьмого дня не выдержал глава семейства, твёрдо намереваясь поговорить с упрямой Чистокровной. Минато тихо зашёл в комнату сына, прислонился к косяку двери, сложил руки на груди, и осуждающе посмотрел на Саске. Учиха сидела на краю кровати, в забвении ласково гладила по лицу суженого, своей миниатюрной ручкой, изредка перебирая пальцами мягкие локоны. Со спины послышался отклик, и девушка медленно перевела тяжёлый взгляд. Настало время разговора. — Саске, послушай! Так больше не может продолжаться. Ты совсем себя не бережёшь. Ничего не ешь и не пьёшь толком, не спишь почти, закрылась в себе, от нас сторонишься. Я могу тебя понять и понимаю, но ты-то понимаешь, что губишь себя? Что скажет Наруто, когда увидит тебя в таком состоянии? Ему вряд ли это понравится. Сколько это будет продолжаться? — Тихо говорил мужчина. Девушка снова перевела взгляд на возлюбленного, после чего со вздохом тихо молвила, слабым, охрипшим голосом: — Это будет продолжаться до тех пор, пока он не очнётся. — Саске, не дури! Мы все надеемся на лучшее, но если он так месяц пролежит? Ты подумала, что ты можешь не выдержать? — Дядя, думай, что говоришь! Он вот-вот должен очнуться. Я благодарна вам всем за вашу заботу и беспокойство, но я так решила. Хватит уже об этом! — Серьёзно и даже с нотками раздражения произнесла она. — Ты хотя бы поешь и поспи немного. Наберись сил, ты же и сама чувствуешь, что ты на пределе. Я разве не прав? Так что давай-ка ты завязывай с этим, изнурение никому не принесло ничего хорошего. — Я не хочу. — Хмуро ответила девушка. — Тогда мы поступим вот как! Когда ты уже не сможешь больше противиться и уснешь, мы перенесём тебя в отдельную комнату, закроем там! Сейчас ты слаба настолько, что мы все с тобой справимся, даже не смотря на то, что ты Чистокровная. Как тебе такой вариант? — По выражению лица Минато сложно было понять, шутит он, или говорит всерьёз. Но сама возможность уже заставила Саске поверить в эти слова. — Только попробуйте! — С угрозой произнесла она. — Да неужели? Договорились! — Мужчина скрестил руки на груди. — У тебя ведь не получится выйти и ты не увидишь Наруто. Или так, или по-другому! Ты добровольно съедаешь всё, чем тебя накормят, ложишься спать рядом с Наруто, и мы тебя не трогаем. Идёт? Выбор за тобой! — Это несправедливо! Это чистой воды шантаж! — Возмутилась девушка. — Ещё как справедливо! Мы больше не намерены наблюдать, как ты себя мучаешь! — Победоносно заключил глава семьи. — Так что ты выбираешь? — Уй-й… Второй вариант! — Сдалась она. Эта сумасшедшая стая же ради её блага может и вправду такое учудить! Лучше не рисковать. — Умничка! Вот так бы сразу! Мы уже обо всём позаботились, так что тебе даже не придётся покидать комнату. Кушина, неси еду. Наша взяла! — Крикнул мужчина. Послышался топот ног, и спустя несколько минут в комнату вошла женщина с подносом в руках. От еды шёл просто умопомрачительный запах, голодная слюна стала набираться во рту, но Саске недовольно смотрела на всё это. Её окрутили, это главное! — Я знала, что сработает! Саске, ещё раз так сделаешь, я надаю тебе по шее, и не посмотрю, что ты уже взрослая! Совсем исхудала, упрямая девчонка! Вот очнётся Наруто, я ему всё расскажу, и он тебя накажет! А теперь хватит хмуриться, садись кушать, чтобы съела всё до последней капли, и чтобы крошек не осталось! Приятного аппетита, котёнок! — Ласково сказала Кушина, поставив поднос с едой на колени упрямицы. — Блин… Меня сделали! И так лихо! — Маленькие ручки сложились вместе — Итадакимас! *— Хмуро ответила девушка, делая лёгкий поклон перед едой.       Тонкие пальчики потянулись за деревянными палочками, и, взяв их, Саске медленно подняла взгляд на своих горе-провокаторов. Кушина и Минато улыбнулись в ответ, призывая лёгким кивком начать кушать, на что девушка тяжело вздохнула, после чего принялась за еду. Пища словно таяла во рту, голодный желудок принимал её без остатка, и только сейчас Учиха поняла, насколько она проголодалась. Простой рис, мисо суп, салат из тофу, тамаго-яки и зелёный чай были съедены в рекордные сроки, не оставив даже намёка на то, что они когда-то присутствовали в этих тарелках. — Спасибо вам за еду, — Ответила девушка, ещё раз посмотрев на домочадцев. — Не за что. Вот видишь, какая ты умничка, даже крошек не оставила. Вот сразу бы так, а то не буду, не буду! Ты это брось. А теперь ложись спать и набирайся сил, солнышко! — Женщина с улыбкой на устах забрала поднос с пустой посудой, отдала его мужу, отправив его на кухню и, повернувшись, ласково обняла Саске, нежно поглаживая по голове. Оказавшись в объятиях, девушка замерла, сердце затрепетало, а за своё поведение вдруг стало стыдно. Ведь они старались поддержать её, волновались, места себе не находили, а она их всех бессовестно отталкивала от себя, не давая приблизиться даже на шаг. Эгоизм чистой воды. — Простите меня, пожалуйста! Я не хотела причинить вам боль. Просто кроме Наруто никого не видела. Простите! — Всхлипывая на груди женщины, молвила девушка. — Ну-ну, Саске, девочка моя! Успокойся, всё хорошо. Мы не в обиде, правда я, конечно, злилась на тебя за это, но сейчас всё хорошо. Ну что ты, котёнок? Всё хорошо, не плачь! — Я не реву! — Стояла на своём ревущая Чистокровная. — Ну да, конечно! Ложись баиньки, зайчик. Всё будет хорошо. Только не капризничай и не отталкивай нас больше. Ладно? — Хорошо. Договорились. — Вот и славненько! Оясуми* Саске! — Оясуми, тётя!       Девушка перебралась на кровать, залезла под одеяло ближе к Наруто, укладываясь поудобнее. Кушина улыбнулась, поочерёдно нежно поцеловав в лоб сначала Саске, а потом ещё спящего сына, выключив лампу, что стояла на прикроватной тумбе, тихо покинула комнату. Девушка сладко зевнула, еще ближе придвинулась к возлюбленному, так что теперь свободно обнимала его торс рукой, голову положив на его грудь, и теперь слушала размеренные удары сердца. Постепенно сон начал брать своё, почти засыпая, девушка, молвила в тишину уходящего дня: — Оясуми, Наруто.

***

      Первые лучи могучего солнца ласково проникли в комнату, в которой вот уже как восьмой день ждут пробуждения молодого оборотня. Саске лежала в постели и крепко спала, и её совершенно не смущало, что назойливый солнечный зайчик так и норовит потанцевать на её красивом лице, а также что сильная ладонь нежно гладила её по голове, перебирая длинные локоны цвета вороньего крыла. Не смутил и сладкий поцелуй, что подобно взмахам крыльев бабочки, трепетно прикоснулся к устам, подобным розе. Сильные руки сомкнули её в крепкие объятия, и теперь она, лежа на спине, окутана жаром любви и нежности, в шею кто-то уткнулся, вдыхая её аромат, набирая воздух полной грудью, а затем снова выпуская его огненные потоки, опаляя хрупкую шею. Но девушка крепко спит, за эти дни она настолько вымоталась, что всё происходящее не может её вырвать из лап самого Морфея. Пускай, спит, тепло это никогда её не покинет, останется с ней на всю жизнь и даже после.       Ближе к обеду Саске начала просыпаться. Девушка сначала не поняла, что случилось, почему ей в шею бьёт жаркими потоками чужое дыхание, почему ей трудно пошевелиться, лежа на спине невозможно повернуться, ведь никогда не любила так спать, всегда засыпала на боку и никак иначе, а тут вдруг на тебе. Неожиданно, дыхание замерло, и затем чужие губы томительно прикоснулись к изгибу красивой шеи, прогоняя остатки липкого сна. Кто-то возвысился над девушкой, и, открыв свои бездонные чёрные очи, Саске с неверием посмотрела на человека, что так бережно и нежно сжимал её в своих объятьях. Достаточно было одного небесно-синего взгляда родных глаз, чтобы вмиг понять происходящее. — Охаё*, Саске! — С улыбкой на устах молвил Наруто.