Скрась мое одиночество

Мы с Эдвардом еле-еле дождались, когда разойдутся все гости. Последний час Эдвард вообще терся об меня своим мужским достоинством, не стесняясь гостей, из-за чего мы стали предметом очередных подколов Эммета. Я хоть старалась держать себя в руках, даже закрыла от него свои мысли, но его уже было не остановить. — Сейчас я жалею, что мы не люди, и вокруг одни вампиры… — сказал мой возбужденный муж. — Мы бы могли сбежать и уединиться где-нибудь, но ведь каждый, кто находится тут, услышит нас… Да и мы не сможем тихо, — улыбнулся он. — Эдвард, — упрекнула я его. — Потерпи, осталось немного. Смотри, половина уже разошлась, — показала я на сад, где осталось всего вампиров 20. — Беллааа, — прошептал он мне на ухо. — Я так соскучился без тебя. Я не видел тебя 3 дня, я не нежился в твоих объятиях, в твоей любви. И сейчас ты стоишь такая вся красивая и недоступная… И вот, спустя 2 часа, последний друг Карлайла, с которым они не виделись 50 лет, ушел. И как только Эдвард перестал слышать его мысли, он наплевал на всех родственников и понес меня в наш дом. Да, нашим домом теперь стал не тот шикарный коттедж, в котором мы обычно жили, а небольшая хижина, находящаяся в лесу, в двухстах метрах от всех наших родных. И не так далеко, но нас и не будет слышно. То, что нужно! — Белла, я же свихнусь с тобой идти с человеческой скоростью! — возмутился Эдвард. — Ну, извините, пожалуйста! Я не могу бежать в свадебном платье со скоростью 100 километров в час, — после этих слов Эдвард неожиданно подхватил меня на руки и побежал. — Какой вы нетерпеливый, мистер Каллен, — засмеялась я. — Вы даже не представляете, насколько… миссис Каллен, — прорычал он. Через несколько минут мы уже были у нашего небольшого домика. Этот дом построила и обустроила Эсми как раз к нашей свадьбе. Она сказала, что если захотим, мы можем тут поселиться, но мы с Эдвардом решили, что будем тут только ночевать, а днем будем со всеми остальными. Конечно же, у всех это вызвало насмешки, особенно у Эммета, но нам было все равно. Мы любили и нуждались друг в друге. — Все, Эдвард, — начала вырываться я. — Ты можешь меня отпустить, дальше я могу идти сама. — Ну, уж нет! — воспротивился мой муж и прижал меня к себе еще сильнее. — Я должен перенести свою жену через порог! Это традиция… Я все-таки не смога вырваться из его крепких объятий, и он сделал то, о чем говорил. Я, конечно же, не была против. Я могла притворяться и слабой, и глупой девушкой в его присутствии…. Но иногда мне мешала гордость. Отпустил он меня только в нашей спальне. Это была просторная комната, где все было оформлено в стиле семьи Калленов. Одна стена полностью стеклянная… да, что не говори, наша семья любит стеклянные стены. За этой стеной луна освещала небольшой, но очень романтичный садик, с небольшим джакузи под яблонями. Но мой взгляд приковала огромная белая кровать, с белым тюлем, спускающимся до самого пола. — Эдвард, — улыбнулась я и кокетливо обняла его за шею, — мы же не спим… зачем нам кровать? — А кто сказал, что мы будем спать? — хитро улыбнулся он и с внезапной страстью и глухим стоном притянул меня к себе. От этого звука через меня прошел электрический заряд, и мне захотелось оказаться к нему еще ближе, хоть между нами и так не было ни миллиметра свободного пространства. Но Эдвард отстранился также резко, как и начал. — Эдвард, мать твою, — прорычала я. — Не порть такой прекрасный момент! — Изабелла Каллен, я не хочу из-за своей животной страсти порвать твое чудесное платье. — Ты убиваешь меня, Эдвард, — обреченно простонала я. — Ты всю свадьбу недвусмысленно намекаешь на секс, чуть ли ни на столе при всех гостях, а когда я вошла во вкус, когда, наконец-то, мы остались одни, ты думаешь об одежде? — Белла, — снисходительно улыбнулся он, — если бы ты была в джинсах и футболке, ты бы уже давно была подо мной, но ты — невеста. И я должен обращаться с тобой подобающим образом. — Эдвард, — улыбнулась я, одновременно и злясь, и умиляясь. — Сними с меня уже это чертово платье! В следующую секунду Эдвард развернул меня к себе спиной и аккуратно начал расстёгивать мой корсет. — Я поняла твой план! — воскликнула я. — Ты хочешь воплотить в реальность мои фантазии на свадьбе! — сказала я, вспомнив свои мысли, после того как мы ушли от Элис. Элис… о ней я не забывала ни на секунду. Половина моего мозга была занята Эдвардом, и тем как он СЛИШКОМ МЕДЛЕННО расстегивает мой корсет, а другая половина Элис и Джаспером. А вдруг она убежать от Джаспера. Конечно, это маловероятно, но она очень хитрая, она любит Джаспера и все сделает для того, чтобы он не попал к Вольтури как она. — Белла, — спросил Эдвард, увидев мою задумчивость. — Все в порядке? — Элис точно не уйдет? — Значит, в то время как тебя раздевает муж, ты думаешь о его сестре? — рассмеялся он, а я лишь закатила глаза. — Точно… я слышу их мысли, — улыбнулся он. — Они не так далеко от нас, они же не знали, что здесь неподалеку мы. Черт… — Что? — разволновалась я. — Мне придется покинуть тебя минут на 15 через несколько часов. У них нет одежды… — я рассмеялась. — Эдвард, не пугай меня так больше! Я же подумала, что случилось что-то серьезное… — А ты не замирай, — улыбнулся он и поцеловал меня в шею. — Готово, — прошептал он, стягивая платье вниз. Я была без лифчика, от чего он прорычал, резко разворачивая меня к себе. — Теперь ты точно никуда не сбежишь… — А я и не собиралась, — прошептала я, целуя своего мужа. Сейчас я стояла перед Эдвардом в одних трусах, на мне даже не было чулок, так как мое платье открывало ноги. Даже каблуки уже валялись где-то в дальнем углу комнаты. Но меня не устраивало то, что он был полностью одетым. — Эдвард, — улыбнулась я, — станцуй мне стриптиз! — Чего? — не понял он. — Ну, знаешь, это когда под музыку танцуют и раздеваются… — сказала я, сдерживая смех. — Стриптиз говоришь, — ухмыльнулся он и швырнул меня на кровать. Что сказать, она была такой же мягкой, как и казалась. — Да, Эдвард, — не успокаивалась я, — стриптиз! — Изабелла, я слишком сильно тебя хочу, чтобы танцевать сейчас… Может, в другой раз? — Что-то не верится, что ты меня хочешь. Смотри, только галстук снял, — коварно улыбнулся я, перевернувшись на живот и соблазнительно прогнувшись как кошка. Да, сзади вид наверное был что надо… Но не успела я об этом подумать, как Эдвард меня уже прижал к кровати… совершенно голый!!! — Эй! — рассмеялась я. — Я же не видела, как ты раздеваешься. Это не считается стриптизом. Давай заново! — Белла… ох, договоришься ты у меня, — сказал мне муж, переверчивая меня на спину. — Ты такая красивая… — Да… ты не первый, кто мне об этом говорит! — рассмеялась я. — Боже, Белла. Ты даже в постели умудряешься шутить… — упрекнул меня Эдвард, начиная целовать мою грудь. Да, после этого, я уже ни о каких шутках не думала, а только о его губах, двигающихся к моей промежности. — Белла, — прошептал он, — открой мысли! — Ммм… — только и смогла промычать я. — Открой! — Эдвард, я должна сконцентрироваться, а я не могу… — Эдвард тяжело вздохнул, но не прекратил целовать меня. Когда он дошел до ТУДА и зубами начал стаскивать с меня трусы, я уже точно не могла ни о чем думать, мне только хотелось скорее почувствовать его достоинство в моей промежности. Но он медлил. Как будто специально! — Эдвард, — простонала я, когда он, наконец, оставил меня совсем без одежды. — Иди ко мне. — Я тут, Белла, — улыбнулся он, целуя меня в мою… мой половой орган, и начиная двигать там своим языком. — Эдвард, — простонала я, а в следующий миг я оказалась сверху, — не надо меня дразнить! Я хочу тебя! — Но ты такая вкусная! — Потом покушаешь, — улыбнулась я и села, от чего мы оба застонали. Да, эта ночь не будет скучной. Моя кожа горела под его руками. И с каждым движением, мне хотелось его еще больше, еще ближе, еще быстрее. И он исполнял мои потаенные желания, будто он видел, чего я хочу, будто он сам хотел того же самого. И только однажды мы остановились. Это было уже под утро, и Эдвард побежал спасать сестру от насмешек Эммета. Сначала он побежал в общий дом, в комнату Элис и Джаспера, а потом оставил одежду недалеко от их… пристанища, если это можно так назвать. — Я соскучилась, — улыбнулась я, нежась под шелковой простынёю. — Я сильнее, — сказал он, забираясь ко мне на кровать. — Как все прошло? — Ну, — рассмеялся Эдвард, — сначала, мне пришлось объяснять всем, что я не оставил тебя голую в лесу и не сбежал. Потом, я отбивался от насмешек Эммета, мол, мне надо немного, а ты сидишь где-нибудь и плачешь. А потом, мне пришлось объяснять, зачем мне одежда, если у нас есть тут, да еще и не наша. В общем… цирк уехал, клоуны остались. — Да… но так же веселее… — улыбнулась я, целуя его в шею. — Что, по второму кругу, — рассмеялся мой муж, прижимая меня к себе. — Угу… а потом по третьему… и четвертому… мне всегда будет тебя мало. — Взаимно, — прошептал Эдвард и впился в меня со страстным поцелуем.

***

В дом мы пришли раньше Элис и Джаспера. Эсми волновалась, что они не придут, но Эдвард заверил ее, что через полчаса они будут тут. И поэтому, пока Элис и Джаспер не пришли, предметом для постоянных подколов Эммета были мы. — Ну, что, Белла, как тебе новый дом? Все там разнесли? — Нет, Эммет, наш домик в целости и сохранности. — Какие вы нежные! Мы с Розали разрушили целый коттедж в наш медовый месяц! — Эммет, — заступился за меня муж, — мы же не животные! — Хочешь сказать, Розали животное? — приподнял бровь Эммет, как раз в то время, как Розали спускалась по лестнице и замерла, от вопроса Эммета. — Розали — нет, а ты — да, — выкрутился Эдвард, и мы продолжили обсуждение Элис. А Эммет замолчал, так как при Розали он боялся шутить на сексуальные темы, потому что она грозилась оторвать ему все гениталии, если он будет подкалывать «молодых» по этому поводу. Потом, наконец, пришла Элис. И как только Эдвард об этом сказал, Эсми не выдержала и побежала встречать их прямо на улицу. И в итоге они зашли в дом с висящей Эсми у Джаспера на шее. Выглядело это очень смешно, но никто ничего не сказал, так как Эсми больше всего переживала по этому поводу и дольше всех не теряла надежды, что они когда-нибудь вернутся. — Привет, Элис, — снова поздоровалась я с ней. — Я надеюсь, у нас будет время поболтать сугубо между девочками? Или ты будешь все время с Джаспером? — Конечно будет, — улыбнулась подруга. — Даже не сомневайся. Через полчаса, когда все, наконец-то, уселись Элис начала рассказывать о ее жизни. Она сдержанно отвечала на вопросы, хотя Эсми все хотелось узнать, и она будто не видела ее нежелания говорить об этом. Я внимательно слушала о ее жизни, но иногда мой взгляд падал на Джаспера. Он выглядел счастливым, но одновременно несчастным от того, что он не может быть вместе с любимой всегда. Я не знаю почему, но он вместо того, что бы идти с Элис к Вольтури остается с нами. Но никто ничего об этом не говорил, зная, что для них обоих, это больная тема. Когда, наконец, вопросы утихли, мы с девочками побежали в лес поболтать. Даже Эсми побежала, так как соскучилась по Элис, хотя обычно она с нами не ходила, когда мы бегали сплетничать. — Смотри, что бы Джаспер не пошел за нами, — шепнула я Эдварду. — Не волнуйся, Белла. Он знает, что Элис ему голову оторвет, если он пойдет. А скрыться от нее у него не получится. — Элис, давай рассказывай, почему это Джаспер не идет с тобой? — спросила Бри. — Если честно, я сама не очень поняла. Но он не хочет об этом говорить, и я не буду, — просто пожала плечами Элис, хотя в ее глазах читалась обида. — Ну, а вы с ним поговорили? Все уладили? — заботливо спросила Эсми. — Вы с ним все еще вместе? — Ну, сначала я не была уверена в этом… но после сегодняшней ночи… — улыбнулась сестра, — мы всё уладили. — А ты… с кем-нибудь была… там? — спросила Розали. — Нет, конечно! — возмутилась Элис. — Как ты могла такое подумать. Я же не Джаспер, — сказала она, а потом резко замолчала, видимо, сказав то, о чем не хотела говорить. — Он что тебе изменил? — взвизгнула Розали. — Розали, все в порядке! — Да если бы я была на твоем месте, я бы Эммету не только голову оторвала, но и все остальные конечности! — Но ты не на моем месте. Он думал, что мы никогда больше не увидимся… да и сама так думала, но просто… я была не готова к другим отношениям, в чужой стране, в чужом доме. А он страдал… он был совсем один. — И что? — Их всех больше нет в живых… — коварно улыбнулась Элис. — Всех? — Это были человеческие шлюхи… — И он их съел? — Нет, Вольтури… я иногда приводила к ним… обед, так сказать. А они были не против. — Ты жестока, Элис… — в шоке сказала Эсми, а я, Розали и Бри смотрели на нее с пониманием. Я вспомнила Челси, с которой встречался Эдвард, когда я ушла. И даже сейчас я иногда хочу её смерти. — Да ладно… одной шлюхой больше, одной меньше… — отмахнулась Элис. — Кстати, Беллз, я познакомилась с Александрой… Рене. Она очень милая женщина, жаль, что не помнит тебя. Мне строго настрого запретили с ней разговаривать о тебе… — Ну, она хотя бы счастлива? — грустно спросила я. — Да, кто там будет счастлив? Она не хочет там находиться, но она ценна. Ее никто не отпустит, да и Чарли вроде бы все устраивает. — Почему ей сменили имя? — Не знаю… но точно знаю, что оно ей не нравится, и она чувствует ложь других, когда они зовут ее, хотя она и не может понять почему. — Бедная… — всхлипнула Эсми, а я лишь промолчала. Я сначала всю жизнь скорбела по ним, потом ненавидела, а теперь я просто сильно скучаю. — Ну, Белла, — перевела тему Элис, — как ваша первая брачная ночь с Эдвардом? — Так говоришь, будто мы с ним год воздерживались от секса, — рассмеялась я. — Ну, все было чудесно… как всегда. — Белла, — рассмеялась Розали, — по Эдварду казалось, что для него 3 дня как 3 года. — Как это мило, — улыбнулась Бри. — Вы идеальна пара! — Ой, Бри, кто бы говорил, — засмеялась я. — Вы то с Эмбри дальше поцелуев заходили? — Заходили, — передразнила она меня, от чего на нее уставились все в шоке. — Серьезно? — переспросила Розали. — Но вы ведь так молоды… — Розали, тебе ли не знать, что внешность обманчива… Ты ведь в курсе, что я родилась в 1937? А ну-ка подсчитай, сколько мне лет! — Ну… я все равно не могу представить тебя… ты для меня всегда будешь ребенком! — А жаль, именно поэтому я тебе ничего и не рассказала, — просто сказала Бри. — И мы с Эмбри хотим съездить куда-нибудь, повидать мир. Эмбри кроме Форкса, Инвернесса (город, где жили Каллены, когда ушла Белла) и этого города нигде не был. Да и я немного путешествовала. — Одни? — Боже, Роуз, я 78 лет жила одна, пока не встретила Беллу. Мы справимся! — раздраженно сказала Бри, и Розали замолкла. Элис и Джаспер все время пропадали в лесу. В какой-то момент я даже предложила им наш с Эдвардом домик, но Элис смущенно ответила, что они не хотят его разрушить. И правда, пару раз мы с Эдвардом находили сломанные деревья, которые до этого несколько сотен лет спокойно себе стояли в этом дремучем лесу. Через несколько дней, Элис уехала, хоть никто этого и не хотел. Но делать было нечего. И я поражалась спокойствию Джаспера… его любимая уезжает, а он даже не пытается остаться рядом с ней. «А вдруг у него есть план ее спасения?» — промелькнуло у меня в голове. Я задумалась над этим и начала надеяться, что это правда. Надо спросить у Эдварда, может, он что-то знает? Но Эдвард сказал, что ничего не знает, и лучше и мне об этом не думать. Конечно же, я почувствовала, что он врет, но сделать ничего не могла. Видимо, на то воля Джаспера, никому об этом не говорить.

***

И так мы жили в нашем мини раю. Каждую ночь мы с Эдвардом отправлялись в наш дом, где нам никто не мог помешать, каждую ночь мы наслаждались друг другом, будто в первый раз встретились, каждую ночь мы не могли оторваться друг от друга, и каждое утро мы не хотели останавливаться. Так шли месяцы. Бри и Эмбри, как и хотели, отправились в путешествие на юг, что для меня было странным. Ведь на юге солнце, а это не лучший друг вампиров. Но их было не переубедить. Они хотели этого… искупаться в теплой морской воде, поваляться, пусть и ночью, на теплых песках, посмотреть на разные достопримечательности, ведь в любом случае им не жарко, и они могут надеть скрывающую тело одежду и платок на голову. Розали сначала немного поворчала, но когда поняла, что ее мнение Бри не интересует, смирилась, и простились они уже как старые добрые подруги, как и было до этого. И вот, спустя восемь месяцев после отъезда Элис, к нам пришел мрачный Джаспер. Сначала все испугались, что что-то случилось с Элис, но сообщил он нам совершенно другую новость. Нам всем пора к Вольтури… ради Элис.