Сомнительный праздник

Вряд ли кого-то порадует раннее пробуждение от телефонного звонка. Вот и Канеки был не особо рад, услышав стандартную мелодию, установленную на звонок в сотовом телефоне. Поэтому он долго раздумывал и бессмысленно устремил взгляд в потолок, прежде чем ответить на звонок. Но сигнал вызова всё не утихал, некто настойчиво пытался дозвониться, а раздражающая мелодия ужасно нервировала. Как будто сверлят дыру в голове. Неужели что-то столь важное? Понадобилось немало усилий, чтобы подняться с постели, протянуть руку к телефону, лежащему на прикроватной тумбочки, и ответить на звонок. Пробормотав невнятное: «Алло», Канеки сразу же услышал знакомый голос, который воодушевлённо и быстро проговорил: - Канеки-кун, ты будешь моим Валентином? Пожалуй, этот голос раздражал намного сильнее, чем мелодия, установленная на звонке. Канеки сразу же пожалел о том, что ответил на этот чёртов звонок. Пожалел о том, что не посмотрел на номер входящего. Пожалел о том, что у Цукиямы вообще был номер его телефона. Пожалел о том, что проснулся этим утром. Да что уж там, Канеки уже начал жалеть о том, что вообще родился на этот свет. - Нет. Вяло. Бесстрастно. Холодно. Равнодушно. Совершенно не удивленно. На размышление не ушло и секунды, ответ был дан практически сразу же после нелепого, по мнению Кена, вопроса. Канеки положил трубку, даже не дождавшись того, что ответит Цукияма на отказ. Тем более ему абсолютно не хотелось это слышать. Да и вообще не хотелось слышать Цукияму сегодня. И не только сегодня, в принципе. Для обоих ответ был слишком очевиден. Канеки не мог дать своё согласие, и Цукияма прекрасно это понимал. Но нет, он совершенно не расстроился. «День только начинается!» - усмехнувшись, с предвкушением подумал Цукияма. «День только начинается…» - тяжело вздохнув, подумал Канеки, боясь представить какие пытки ожидают его сегодня. Сегодня 14-ое февраля. День Святого Валентина. Кажется, Канеки уже возненавидел этот день. Не имея никаких планов на сегодня, полугуль решил не выходить на улицу весь день. От греха подальше. Ничего страшного, сутки просидеть взаперти не такое уж и сложное дело. А то мало ли какие «приключения» могут ожидать Кена, стоит тому только переступить порог. В идеале было бы ещё замуровать двери и окна, дабы уж точно избежать каких-либо неприятностей, но боясь, что Хинами и Банджо его неправильно поймут, он сразу же отбросил эту далеко не безупречную идею. А что-то нехорошее однозначно должно было произойти. Предчувствие не могло подводить. Канеки, зная Цукияму и его настойчивость, понимал, что ранний звонок – это лишь начало. Кто-то может сказать, что Канеки незачем бояться Цукияму. Он совершенно неопасен, во всяком случае пока, и вряд ли сможет причинить вред Кену. Так думали все: и Хинами, и Банджо, и Сантэ, и Джиро, и Ичими. Слишком наивно, как считал Канеки. Раньше и он так думал. То, что Цукияма мастерски умеет выносить мозг в расчёт не брали. Ему вовсе не обязательно что-то для этого делать, одно его появление уже начинало невыносимо раздражать Канеки. Нет, нельзя сказать, что он ненавидел этого гуля и совершенно не мог терпеть его присутствия, но если была такая возможность, то Кен всё же предпочитал держаться от него подальше. Тем более двусмысленные намеки Цукиямы, которые в последнее время только участились при общении с Канеки, не столько раздражали, сколько смущали. И это не нравилось Кену больше всего. То, что он не мог контролировать своё смущение при Цукияме, а тот лишь забавлялся стеснению полугуля, злило неимоверно. Этот чёртов Цукияма издевается над ним! И, как понял Канеки, сегодняшний день станет поводом для множества очередных идиотских подколов, которые он терпеть не намерен. Самым удивительным стало то, что время близилось к полудню, со звонка прошло уже несколько часов, а от Цукиямы не было ни слуху, ни духу. Можно было подумать, что тот и вовсе забыл о существовании Канеки и решил прекратить свои глупые шутки. Именно так и хотелось думать…Но чутьё подсказывало Кену, что это лишь затишье перед бурей. Ровно в 12:00 прозвенел звонок в дверь, от которого Кен непроизвольно дёрнулся. Хинами, сидевшая рядом и читавшая книгу, непонимающе посмотрела на парня, удивлённо хлопая своими длинными ресницами. Успокаивая себя тем, что это всего лишь дверной звонок и в этом нет ничего необычного, Канеки поплёлся открывать дверь. Хотя, кто мог заявится к ним домой? Никто. Кроме Цукиямы, конечно же… Поэтому полностью уверенный в том, кем же на самом деле является незваный гость, Канеки открыл дверь. Но нет. На пороге стоял молодой парень, держащий в руках огромный букет белых роз. Букет был настолько большим, что Канеки потребовалось некоторое время, чтобы понять кто вообще стоит перед ним. Кажется, это был курьер. Усталые и сонные глаза, измученное лицо говорили о том, как же на самом деле он ненавидел свою работу. Но тем не менее, еле выдавив из себя улыбку, парень всунул букет в руки Кена, попросив расписаться о получении доставки. На автомате подписав документ, Канеки собирался сказать, что вообще не понимает, что всё этот значит и что, скорее всего, произошла ошибка, но и не успел заметить, как доставщик скрылся из его виду. Ему оставалось только вздохнуть и захлопнуть входную дверь. Показалась любопытная Хинами, которая пришла поглазеть на нежданного гостя. Но увидев букет из белых роз, она радостно сказала: - Это от Ханамена? Действительно. Кто ещё мог прислать подобное? - Скорее всего, - проговорил Канеки, рассматривая букет. Тут он заметил небольшую открытку в виде алого сердца, торчащую между белоснежными бутонами роз. Положив букет на стол, он взял открытку. На ней ровным, аккуратным почерком с множеством замысловатых закорючек было написано: «Дорогой Канеки-кун! С Днём Святого Валентина, с этим замечательным и трогательным праздником! Я так давно ждал этого дня, чтобы поведать тебе о своих истинных чувствах. Поэтому ожидай меня вечером, у меня для тебя сюрприз. С нетерпением жду сегодняшнего вечера, mon cher! С любовью, Цукияма Шуу.» Немыслимо! Канеки поймал себя на том, что начинает краснеть. Либо от возмущения, либо…от смущения. Нет, нет, нет. Однозначно, подобной ерундой его невозможно смутить! Тут Кен начал всерьёз задумываться касательно того, что мысль о том, чтобы забаррикадировать все входы и выходы не была такой уж и глупой. Потому что Цукияму он пускать уж точно не намерен. Но ведь запирать себя дома необязательно. Канеки подумал, что при самом неудачном раскладе он попросту загонит себя в ловушку. И тогда от Цукиямы будет не скрыться. Как от чумы. А вот вариант сбежать куда-нибудь подальше весьма неплох. Лучше всего в другую страну. Например, в Намибию. Хотя, Канеки не удивится, если Цукияма даже там его достанет. Этот гуль невыносим. Понимая, что сегодняшней день будет однозначно загублен Цукиямой, Канеки ничего не оставалось, кроме как смириться и покорно ждать. Ждать также покорно, как ждёт преступник, приговорённый к смертной казни, своего наказания. Цукияма сказал вечером, Цукияма выполнил своё слово. Ровно в 18:00 раздался звонок в дверь. На пороге стоял Цукияма Шуу собственной персоной. Разумеется, его появление нисколько не удивило Канеки, который до последнего момента молился всем Богам и был готов пойти на жертвоприношение, лишь бы глаза его не видели этого гуля. И даже сейчас Кен надеялся, что нахальная улыбающаяся рожа Цукиямы, торчащая из щели приоткрытой двери, – это не более, чем ведение. Сон, галлюцинация - что угодно. Но увиденное не развидеть, а стоять и безмолвно пялиться на Цукияму не есть хорошо. - И…что? – спокойно спросил Канеки, осматривая Цукияму, который был при параде. В прочем, как и всегда. Пожалуй, это не самый лучший вопрос с которого следует начать диалог, но это всё, на что был способен мозг Канеки в данный момент. - Канеки-кун, я думал, ты уже будешь готов к моему приходу, - как-то даже обиженно проговорил гуль, также оценивающе смотря на Кена. - Готов к чему? – спросил парень, скептически приподняв бровь. - Ну как же? – переспросил Цукияма. По его голосу было совершенно понятно, что он ничуть не удивлён. - У тебя есть несколько минут для того, чтобы собраться, - тем временем продолжил Шуу, - я купил нам билету в кинотеатр и если ты не поторопишься, то мы пропустим сеанс. - Поверь, я не расстроюсь, - недовольно ответил Канеки. На что Цукияма лишь сдержанно улыбнулся. - Может, ты хотя бы впустишь ме…? Вопрос был прерван хлопком двери, которую захлопнул Канеки, не дослушав собеседника. Цукияма, конечно же, не собирался так просто сдаваться. Поэтому незамедлительно последовал громкий стук в входную дверь, сообщающий о том, что Шуу долбит в неё со всей силы. От громкого и неприятного звука Канеки закрыл глаза и уши, пытаясь хотя бы так скрыться от назойливого гуля. На громкий звук тут же отозвались Хинами и Банджо. - Братик, что происходит? – удивлённо спросила Хинами. Она была немного напугана громкими стуками в дверь. - Кто-то пытается вломиться сюда?! – грозно спросил Банджо, уже собираясь преподать урок предполагаемым грабителям. По правде говоря, Кен понятия не имел, что ответить друзьям. Не скажет же он правду? Не скажет же он о том, что сейчас Цукияма, как сумасшедший, ломится к ним домой, чтобы пригласить Канеки в кинотеатр. - Это всего лишь Цукияма-сан, - сказал Канеки и резко открыл дверь. Довольный выполнением поставленный задачи, гуль сразу же ввалился в пристанище. Когда Банджо увидел Цукияму Шуу, то его лицо исказилось ещё сильнее. Он настолько не переносил этого гуля, что был бы даже рад, оказавшись на месте Шуу грабители. - Канеки-кун, ты до сих пор не готов? – как ни в чём не бывало поинтересовался Цукияма, поправляя растрепавшиеся волосы. - Вы куда-то уходите? – спросила самый любопытный гуль на свете – Хинами. Хором сказанные ответы Цукиямы и Канеки смешались в едино, поэтому вышло нечто на подобии: «Данет». Девочка непонимающе посмотрела на первого, а после перевела удивлённый взгляд на второго. - Я не понимаю, - честно ответила Хинами, - Вы ещё не решили? - Мы всё уже решили, my little lady, - сказал Цукияма, доброжелательно улыбнувшись. - Всё было решено без моего согласия! – раздражённо перебил Канеки. Но его мнения, конечно же, никто не спрашивал. - И куда же вы идёте? – тут же оживилась Хинами. Её большие глаза засияли искренней радостью, видно, что ребёнок так давно не покидал четырёх стен, что для него была в радость любая вылазка. Девочка надеялась, что её тоже возьмут на прогулку. Поняв желание Хинами, Цукияма, стараясь придать своему голосу как можно больше сочувствия и горчи, сказал: - Я и Канеки-кун собираемся сходить в кинотеатр…Я бы очень хотел, чтобы ты составила нам компанию. Но, к сожалению, сегодняшний день особенный и предназначен только для меня и Канеки-куна. Поняв, на что намекает Цукияма, Канеки ощутил, как приступ неконтролируемой ярости овладел им. Никуда с этим извращенцем он не пойдёт! И точка. - Цукияма-сан, пожалуйста, я прошу вас по-хорошему…уходите. - Ну уж нет! – нагло улыбаясь, сказал Шуу. – Ты пойдёшь со мной. - Ещё чего! – раздражённо ответил ему Кен. Данная перепалка могла бы продолжаться до бесконечности, если бы Хинами не перебила их: - Братик, почему бы тебе не сходить с Ханаменом посмотреть фильм? «Потому что этот наглый извращенец, напоминающий потерявшегося клоуна из бродячего цирка, только и мечтает остаться со мной наедине, сожрать!» - Я сегодня не в настроении, Хинами. - Но почему? Ты так давно не выходил из дома. Я думаю, тебе бы хотелось немного развеяться…мне бы тоже этого хотелось. Канеки тяжело вздохнул. Парня начали терзать муки совести, ведь он прекрасно понимал, что в какой-то степени виноват, что Хинами чувствует себя одинокой и брошенной. Ему было невыносимо от мысли о том, что девочка вынуждена вести закрытый образ жизни. - Ну, я даже не знаю… - Вот именно, Канеки-кун! – восторженно перебил размышления Кена Цукияма, - Тебе бы не помешало немного развлечься. Когда Кен снова взглянул на наглое выражение лица Цукиямы, все его сомнения развеялись. - Нет и точка! - Но… - Нет! - Но я же… - Я сказал: нет! - Но почему?! – хором спросили Хинами и Цукияма. Сговорились они, что ли. А Цукияма нагло пользуется своим положением, прекрасно знает, что Кен не сможет отказать Хинами. - Канеки-кун, послушай, - слишком серьёзно начал Шуу, - Дай мне один единственный и последний шанс. Просто подари мне этот день, который я хочу провести с тобой. Только сегодня. А если ты будешь чем-то недоволен, то я обещаю, что не подойду к тебе близко больше никогда. Если ты сам этого не попросишь, конечно же. От непривычно серьёзного тона Цукиямы Канеки стало не по себе. Либо он нагло врёт и переигрывает, либо…говорит совершенно искренне. Хинами немного не понимая суть происходящего просто стояла и внимательно слушала диалог. Банджо же, который доселе молчал, сделал вид, что вообще ничего не слышал и скрылся из виду. Под пристальным взглядом фиолетовых глаз, Канеки не мог сосредоточиться и придумать достойный ответ. Несомненно, надо дать отказ. Хотя… Цукияма сказал, что отстанет от него навсегда. Опыт подсказывал, что не стоит верить этому гулю, но что-то, где-то глубоко внутри, еле ощутимое, твердило, что стоит поверить Шуу в последний раз. - Хорошо, - наконец ответил Канеки после минутного раздумья. От серьёзного выражения лица Цукиямы не осталось и следа. Губы его расплылись в лёгкой улыбки, а взгляд говорил: «Я даже не сомневался». Выйдя на улицу и подойдя к автомобилю Цукиямы, Канеки уже собирался сесть на заднее сиденье, дабы ограничивать их близость хотя бы так, но не успел заметить, как Шуу первым открыл перед ним дверь переднего места. Кен собирался высказать Цукияме всё, что думал: и о нежелании сидеть так близко рядом с ним, и о желании вообще держаться как можно подальше от него, но вместо этих слов из уст полугуля вырвалось слабое и неуверенное: - С-спасибо, Цукияма-сан… И быстро сел на предложенное ему место, чтобы Шуу не успел заметить покрасневших от откуда-то взявшегося смущения, щёк. Настолько быстро, запнувшись, что чуть не упал внутрь салона машины на первое сиденье. Разумеется, Цукияма не мог не заметить смущение парня. Но как истинный джентльмен решал промолчать и удержаться от колких замечаний. Однако на его лице расплылась ехидная улыбочка, которую гуль, к сожалению, сдержать не сумел. Сложно перечесть все те грубые оскорбления, которые Канеки мысленно направил в свою сторону. Каким же идиотом надо быть, чтобы так опозориться?! Но Кен старался не думать об этом. Всеми силами старался выкинуть подобные мысли из своей головы и сосредоточиться на чём-то другом. Сегодня на улице светло. Яркое солнце. Хотя довольно прохладно. Размышления о погоде позволили Канеки хоть как-то перевести дух и побороть своё смущение. На самом деле, Канеки не волновал фильм, на который Цукияма приобрёл билеты. Единственное, чему были посвящены мысли полугуля, так это мыслям о скором и неизбежном возвращении домой. Поэтому Канеки не удосужился даже узнать название фильма. Когда Цукияма сел за руль и машина тронулась с места, тогда-то Канеки и понял, что путь назад перекрыт. И придётся терпеть этого невыносимого гуля до конца дня. Единственное, что сможет спасти его из лап Цукиямы – это конец света. Остаётся надеяться хотя бы на него. По дороге в кинотеатр Цукияма что-то увлечённо рассказывал, кажется что-то о фильме. Говорит, что фильм обещает быть интересным. Говорит, что фильм – экранизация какой-то популярной в настоящее время книги знаменитого итальянского писателя современности. О которой, признаться, Канеки слышал впервые. Но не это главное. Совершенно неважно на какой фильм Цукияма купил билеты, главное – это то, что их купил именно Цукияма. А значит, грядёщее времяпровождение априори бует не самым приятным в его жизни. Главное – пережить этот день. Главное – не бросить всю эту затею прямо сейчас, не выброситься из машины на полной скорости, лишь бы не пойти с Цукиямой в кинотеатр. Это как минимум странно. Нужно просто пережить. Пережить этот день хотя бы для того, чтобы раз и навсегда распрощаться с издёвками Цукиямы и вообще желательно не видеть его чаще, чем раз в неделю. А лучше раз в месяц. В идеале, конечно же, не видеть его вообще никогда…Но, признаться, даже от Цукиямы порой была польза. И вот, рано или поздно этот момент должен был настать. Они подъехали к кинотеатру. Канеки быстро выскочил из машины, дабы не дать Цукияме открыть ему дверь, который, чего уж греха таить, именно это и собирался сделать. Но сделав вид, что у него и мысли подобной не возникло, Шуу спокойно вышел из машины. Канеки чуть ли не бегом рванул в направлении кинотеатра, как будто бы если он как можно скорее зайдёт в него, то и быстрее освободиться. Он думал лишь об одном. О том, что весь фильм ему придётся сидеть рядом с Цукиямой. Близко. Слишком близко. Цукияма также думал только об этом, подходя к кинотеатру вслед за спешащим Кеном. Три часа, а именно столько идёт фильм, им предстоит сидеть рядом, бок о бок, плечом к плечу. Близко. Слишком близко. Канеки совершенно не удивлён тому, что билеты были на последний ряд. Зал практически пустой. Что удивительно, ведь сегодня День Святого Валентина. Обычно в этот день кинотеатры переполнены, парочки, как обезумевшие, скупают все билеты. Сев на своё место, Кен подумал о том, что в случае «чрезвычайной ситуации», он сможет пересесть на другое свободное место, которых было предостаточно. Куда-нибудь подальше от Цукиямы. - Канеки-кун, может быть, у тебя есть какие-нибудь желания на сегодняшний вечер? В этот особенный день я делаю для тебя всё, что пожелаешь. От того, как Шуу выделил слово «особенный» Канеки передёрнуло. А от пристального взгляда рядом сидящего Цукиямы и его лёгкой, как бы ненавязчивой, улыбки стало немного дурно. Как бы чего не вышло. - Давайте смотреть фильм, - мастерски перевёл тему парень. - Что ж, - огорчённо проговорил Цукияма, вздохнув, - Раз уж это твоё единственное желание на сегодня…не имею ничего против. Но надеюсь на продолжение этого замечательного вечера. Как он смеет говорить подобные вещи?! По сути, в них нет ничего необычного. Они могут расцениваться совершенно по-разному. Но то, с какой интонацией Шуу произнёс данные слова, то, какой взгляд он бросил в сторону Кена…Заставляли смутиться ещё больше. По-хорошему, стоило врезать Цукияме. Врезать с такой силой, чтобы он никогда больше и думать не смог о том, чтобы приблизиться к Канеки. Чтобы видя его, он обходил его стороной, боясь даже взглянуть в его сторону. Главное не перестараться, а то вдруг Цукияма вообще после такого думать не сможет. Да, именно так и стоило сделать. Но вместо этого Канеки покраснел, как девственница на сватовстве. «Чёртчёртчёрт» - столь разнообразными были мысли юного полугуля. Всё, что ему оставалось делать в данный момент, так это молиться. Прошло где-то полчаса с начала фильма. Удивительно, но данный фильм действительно смог заинтересовать Кена. У Цукиямы действительно был хороший вкус и с этим трудно спорить. Поэтому он даже решил для себя, что непременно прочтёт книгу-оригинал. Фильм являлся психологическим триллером с элементами мелодрамы, в который вплели любовную линию между главным героем и подругой его детства. На взгляд Канеки, данная линяя являлась совершенно лишней и никак не раскрывала ни суть фильма, ни характеры персонажей. И именно поэтому причине он должен был прочитать книгу, чтобы сравнить одну и ту же историю с точки зрения двух разных людей – писателя и режиссёра. Но теперь Кену стало более понятным причина пустоты в зале. В День Святого Валентина парочки предпочитали идти на нечто более лёгкое и более приземлённое, нежели на подобные фильмы. Канеки наслаждался просмотром, абсолютно не замечая, как летит время. Фильм действительно затянул его. И тут просмотр фильма прервало нечто неожиданное. Кен недоумевал. Крепкая, но при этом нежная рука, с длинными холодными пальцами, коснулась его собственной. Легко, еле ощутимо, длинные пальцы провели по тыльной стороне ладони парня. От этого невинного прикосновения дыхание Канеки сбилось, а пульс участился. Он бросил удивлённый, даже какой-то испуганный взгляд на Цукияму. Тот, как ни в чём не бывало продолжал с увлечением следить за сюжетом фильма. Или только делал вид, что следит. Подумав, что не стоит обращать внимания, Канеки попытался успокоиться и выровнять дыхание, а также снова принялся за просмотр фильма. Хотя, он уже упустил суть происходящего и совершенно не понимал, что происходит на экране. На экране главный герой наконец-то признался в чувствах любимой девушке. Вновь ощутив прикосновение к своей ладони, Канеки даже не удивился. Первым, и вполне разумным желанием было отдёрнуть руку, что Кен и попытался сделать. Но Цукияма крепко перехватил его ладонь, и сжал в своей. - Ц-цукияма-сан… - слабые, еле слышные слова вырвались из уст парня. Он смущён. Но он не должен ощущать смущение, он должен ощущать злость. И он её ощущает. Вот только зол он не на наглого гуля, который позволяет себе лишнего, а на самого себя. На своё смущение. На свою глупость. И, что самое страшное, на осознание того, что теперь ему совсем не хочется отпрянуть. Хочется наоборот сжать руку Цукиямы сильнее, также сильно, как и он держит его руку в своей. Кажется, Канеки собирался отсесть на другое свободное место в случае подобного…конфуза? Кажется, передумал. А Цукияма всё также неотрывно продолжал следить за сюжетом. Но при этом держа ладонь Кена в своей, не отпуская до самого конца фильма. Когда фильм закончился и в зале включили свет, Цукияма выпустил руку Кена из своей. И первое, что при этом ощутил Канеки, - это разочарование. Ему не хотелось отпускать руку Цукиямы. Вторым его чувством было смущение. Не от происходившего, а от понимания того, что ему действительно понравилась подобная выходка со стороны Цукиямы. Рука Шуу так крепко и по-собственнически держала его руку… Как будто бы он никогда не собирался отпускать руку Канеки. И, наконец, последняя стадия – раздражение. Цукияма, конечно же, тоже хорош, но виноват только Кен! Что ему мешало отпрянуть от Цукиямы и вообще уйти из этого чёртого кинотеатра?! Ничто не могло ему помешать. Шуу тем более не стал бы его останавливать. Но нет. Канеки мало того, что был не против подобного…выражения дружбы, так ему ещё это нравилось. Кто бы мог подумать, что у Цукиямы столь нежные руки, к которым хочется прикоснуться вновь. Быстро вскочив со своего места, Кен быстрым шагом направился к выходу и кинотеатра. Хотелось наконец выйти из этого здания и вдохнуть свежий и чистый воздух, чтобы привести свои мысли в порядок. Цукияма, усмехнувшись, пошёл за ним. Канеки поймал себя на мысли, что теперь не сможет спокойно смотреть ему в глаза. Сам не понимая почему, при мысли о Цукияме и его пристальном взгляде фиолетовых глаз, Канеки начинал испытывать неловкость. Поэтому единственной его жаждой на данный момент оказалось стремление как можно скорее оказаться дома. - Канеки-кун! – услышал он обеспокоенный голос вслед. О Боже, от этого голоса Кена передёрнула, а щёки покраснели, как помидоры. С каких пор он стал подобным образом реагировать на голос Цукиямы? - М-мне…надо домой, уже поздно! – так быстро пролепетал Канеки, что Цукияма еле смог разобрать сказанные слова. - Не думаю, что они сидят у двери и всё ждут твоего возвращения. - А я думаю, что именно так и происходит! - ответил Канеки, а после чего сразу же добавил: - Ну всё, до свидания! И опять развернувшись, направился в сторону ближайшей автобусной остановки. - Может, ты позволишь хотя бы довести тебя до дома? По голосу Цукиямы Канеки сразу же понял, что тот попросту издевается. Слишком нахальным он тогда казался! - Не стоит беспокоиться обо мне. - Но я беспокоюсь. Сам не заметив, как заинтересовался разговором, Канеки спросил: - И от чего же Вам беспокойно, Цукияма-сан? - А что если у меня уведут такого красавчика? – усмехнувшись, сказал Шуу, - Я и оглянуться не успею. Поэтому предпочту всегда находиться рядом. По возможности, разумеется. - Что Вы несёте?! – возмущённо запротестовал парень. Кажется, эта несуразность слишком затянулась - Я устал от ваших глупых подколов! – тем временем продолжил Канеки. В его голове созрели тысячи мыслей, который он намеревался озвучить. На этот раз он точно должен был высказать Цукияме всё, что думал. Должен был… Но вместо этого со встречной страстью ответил на неожиданный, но тем не менее самый приятный поцелуй в мире. Канеки и понять не успел, как оказался в объятьях Цукиямы. А то, как незамедлительно ответил на его поцелуй, и подавно не успел осознать. Лишь на следующий день, пятнадцатого февраля, Кену придёт окончательное осознание всего случившегося сегодня. А сейчас он был способен только на невнятное, как в дурмане, бормотание, с неохотой оторвавшись от мягких губ Шуу: - Я…кажется…согласен на продолжение…вечера…