Долг превыше всего или Дин Винчестер должен умереть

Я любила всего однажды. Как-то летом я выпросила у мамы поездку в летний лагерь: долго уговаривала, ныла, плакала...и она сдалась. Там я познакомилась с Томом. Нам было по пятнадцать и мы чудесно провели каникулы. Том был высоким, худым мальчишкой с темными волосами и глазами небесного цвета. Он был интересный, умный, весёлый... Вечерами мы убегали на берег озера, прятались за высокими кустами и он играл для меня на гитаре. Мне казалось, что ничего романтичнее и быть не может. Я была счастлива, будто попала в один из своих любимых фильмов. С ним я впервые испытала это щекочущее чувство внизу живота, этих прекрасных бабочек. С ним я впервые испытала приятное волнение перед встречей, это дрожание в голосе, тепло прикосновений, этот ком в горле, эту невероятную волну теплоты и эйфории... С ним я впервые поцеловалась. И вкус его губ я запомню навсегда. Это было светлейшее чувство-первая любовь. Тогда мы не знали ни горечи, ни боли, ни страданий. Вернувшись домой мы часто созванивались и пару раз даже виделись. До тех пор, пока мама снова не увезла меня. Я писала ему письма...Тайком. Мама узнала и мне влетело. Она запретила писать ему или звонить. С того момента, я перестала пытаться завести друзей. Так или иначе- я теряла их каждый раз. Поэтому, заранее зная, что очередная школа всего лишь ОЧЕРЕДНАЯ, я держалась абстрагировано,поддерживала общение, но никого не подпускала к себе ближе, чем на расстояние вытянутой руки. На этом история моей любви закончилась. Потому что больше я никогда и никого не любила. В семнадцать лет я первый раз переспала с одноклассником. Поругалась с мамой, потому что не хотела снова переезжать. Мне нравился город, нравилась школа, нравились даже ребята. Мне хотелось,чтобы мама остановилась, чтобы позволила остаться, завести друзей...Но она стала кричать, устроила скандал...Вопила, что я ничего не понимаю...И я, хлопнув дверью, вышла из дома и набрала номер того самого парня. Просто так. Потому что знала, что это мой последний день в этой школе, а он был симпатичным и популярным. Я не знаю, то ли я хотела насолить матери, то ли, что-то доказать себе... В общем и целом, любовью в моей жизни и не пахло... А Хильд и вовсе выбила из меня эту дурь: не осталось даже желания кого-то любить. Я шла на дело с чётко вбитой программой. Кто бы мог подумать, что Винчестеры вот так легко растопят моё сердце. Я полагала, что оно уже даже не ледяное, а каменное! И если бы Хильд узнала истинную причину, причину по которой я медлю с исполнением приказа, она наверное ни за что бы не поверила в это... Но факт-есть факт. Я прикасаюсь к Дину и чувствую, как просыпаются бабочки в животе и начинают порхать, заставляя меня испытывать то, что я испытывала всего раз в жизни. Я думала, что мои бабочки не спят-я думала, что они сдохли! Но даже то, насколько я яро отрицала самой себе наличие этих чувств к Дину, не искореняли их. Почему Хильд поручила это мне? Было миллион причин,но одной из них был мой актёрский талант. Я такая хорошая актриса, что иногда сама теряю эту грань игры и реальности, сама забываю играю я или нет...Вот и теперь... - Ничего не говори! - Мел торопливо пресекла любые попытки Дина начать разговор. Но судя по его чуть покрасневшим щекам-он и не собирался этого делать. Было очевидно-слова застряли в его горле и он потерял дар речи.Дин молчал. Даже не поворачивал взгляд. А в душе ругал себя и злился: как так вышло, что он-Дин Винчестер, покоритель женских сердец, опытный боец любовного фронта, любовник, чьи подвиги его одноразовые пассии вспоминают каждый день,ловелас, о котором слагают легенды замужние и холостые подруги тех женщин, которых он радовал своим присутствием, мужчина, у которого десятки женщин в каждом штате...и вдруг, замер от прикосновения. От простого прикосновения. Он был поражен самому себе. Мел продолжала держать его за руку. - Я не собираюсь устраивать сцену из мыльной оперы. И заливать о любви до гроба я тоже не стану. Но с нашим образом жизни, нас может не стать в любую секунду и меньше всего мне хотелось бы уйти и пожалеть о том, что я чертовски много не успела сказать...- Мел сосредоточено выражала свои мысли. Ей хотелось убедить Дина, что она говорит это потому, что каждая охота может стать последней. Но сама Мел понимала, что близиться срок. Дин нервно сглотнул, пытаясь осознать происходящее, а Мел продолжила. - Говорить громких слов я тоже не буду. Я не знаю, что я чувствую к тебе: может быть любовь, может быть привычку, может быть что-то ещё...Но я определенно что-то испытываю. И мне будет легче,если ты будешь знать! Дин свернул на обочину и остановился. Мел передёрнуло и ком страха и неизвестности подкатил к горлу. Она не могла предвидеть реакцию Дина, хотя ей казалось, что она изучила его настолько, что могла читать, как раскрытую книгу. Дин молчал, не шевелясь, не отпуская руль, не убираю руку из под руки Мел, уставившись в одну точку. Мел видела смятение на его лице, видела волнение, тревогу-он был потерян, будто она застала его врасплох, будто он совсем не ожидал этого разговора. И так и было- Дин не ожидал. "Вот дьявол! И понесло её на откровения! "Мне будет легче, если ты будешь знать..." А мне похоже легче не будет! "- мысли летали в голове Дина со скоростью света. Мел наблюдала и уже тысячу раз успела пожалеть, что затеяла этот разговор. - Сэм даже не заметил что мы остановились. Обычно он просыпается...- Дин говорил невпопад, немного заикаясь. Мел выскочила из машины. Её лицо обдал прохладный ночной воздух. Ладонями она протирала лицо и била себя по щекам, стараясь прийти в себя. Дин выскочил следом и, потянув за рукав, развернул девушку к себе. - Послушай...Я не умею говорить. По части романтики у нас Сэмми...Но... В общем. Я тоже, знаешь...Что-то, вроде как, наверное...Чёрт...чувствую...- Дин смотрел в пол и потирал ладонью затылок. Голос был взволнованным, нерешительным. На лице Мел проступила чуть заметная доброжелательная и успокаивающая улыбка. От этих спутанных, неуверенных слов по всему телу расплылось состояние счастья. Она подошла к нему вплотную, Дин поднял глаза. Мел прикоснулась своей холодной рукой к его щеке. Его трёхдневная щетина покалывала ладонь, а тепло разливалось от кончиков пальцев по всему телу. Она не отрывалась от тяжёлого взгляда зелёных глаз, пробирающего до самых отдалённых уголков её растоптанной души…Она смотрела щенячьим и преданным взглядом,в очередной раз умело разыгрывая трагедию на своём лице, а в голове металась лишь одна мысль: «Дин Винчестер должен умереть!". И от этого становилось чертовски тоскливо и безумно мерзко. Но такова была её судьба, её предназначение. Еле сдерживаясь, чтобы не заплакать, Мел любовалась, запоминая каждую чёрточку его лица. - А пошло оно всё к дьяволу!- вслух буркнула Мел и поцеловала его. Ощущения были, как при первом поцелуе в детстве: те же бабочки, то же волнение...даже тот же страх. Вот только поцелуй совсем не был таким невинным, как тогда. Мел только прикоснулась...Всё остальное Дин сделал сам. Он притянул её к себе, обхватил двумя руками...Левая рука Мел обнимала его за спину, а правая водила по затылку, теребя волосы пальцами. Поцелуй получился долгим и развязным, тёплым и мокрым...Таким страстным, как последний... Мел старалась запомнить, прочувствовать, уловить... Она таяла. Ноги подкашивались. Контролировать себя было всё сложнее и Мел отстранилась. Облизнув и закусив нижнюю губу, она смотрела Дину в глаза. - Я понимаю, что в тебе находят эти девушки- Мел улыбнулась. Руки Винчестера всё ещё крепко держали её и его тепло по-прежнему пробирало её до костей, словно самый лютый холод. - А то! Я прекрасен! - Дин расплылся в язвительной улыбке. - Не льсти себе! - Мел ухмыльнулась в ответ.- Надо ехать...К утру нужно быть на месте. Дин разочарованно выдохнул. Мел выбралась из объятий Винчестера. Оба были согласны, что сейчас не время и не место. Дин рассчитывал на продолжение и это было очевидно. Впрочем Мел была не против. Вот только не здесь и не сейчас. Когда ещё мужчина может быть столь же беззащитен? Перед кем мужчина может быть столь же беззащитен? Только рядом с женщиной, которая для него что-то значит, только перед ней. Задание необходимо было выполнить..Но перед тем, как потерять Дина, ей хотелось по максимуму насладиться им, надышаться, запомнить его: каждую клеточку кожи, каждый шрам...запомнить запах, голос, взгляд... И только потом-убить.