Рогатый муж? Счастливый обмен!

      На улице ярко светило солнце, хотя к четырем часам жара уже спала. В воздухе витала свежесть, как перед дождем. Я брел по парку, наслаждаясь одиночеством. С работы отпустили пораньше, а идти домой мне никак не хотелось. Дети пока были в школе до вечера, точнее до семи часов, они после занятий занимались в секциях: сын — в футбольной, дочка — на хореографии. А видеть опостылевшую физиономию жены не было желания.       Хотя вынужден признать, что в последнее время она здорово изменилась, даже пару раз обмолвилась, что, быть может, мне повезет, и она согласится на развод. К тому же, что поразило еще больше, она в кои-то веки начала следить за собой, ухаживать, покупать новые вещи. Наверняка влюбилась.       Друзья поражались, что я до сих пор, даже спустя двенадцать лет совместной жизни, не настоял на разводе, прекрасно зная о ее изменах, но я только отмахивался, не желая распространяться о том, что и мне, и ей так удобнее.       Не спорю, когда Ира забеременела в свои пятнадцать, мы оба испытали шок, вроде и предохранялись, мне-то на тот момент было всего шестнадцать, и о скоропостижной свадьбе я и помышлять не мог, учитывая, что будучи би, меня больше привлекали парни, чем девушки. Я и с Ирой-то переспал потому, что на девушку она мало походила: короткая стрижка, угловатая фигура, груди почти нет. Вылитая пацанка. А потом меня ожидал шок: она оказалась беременна. Отказаться от нее даже мысли не возникло, так же, как и в том, что ребенок мой.       Свадьба была чисто символической, мы тихо-мирно расписались, без всяких торжеств и банкетов. Мои родители подарили нам двухкомнатную квартиру, которая осталась от бабушки маме. Ира родила двойню — очаровательных мальчика и девочку. Назвали их Егор и Аня. Дети были спокойными, хлопот не доставляли. Вот только Ира после родов совсем перестала за собой следить, что меня раздражало.       Неудивительно, что к тридцати годам она стала похожа на старуху, на которую без слез не глянешь. Любви между нами не было, так же, впрочем, как и сохранения верности. Развод она категорически отказалась давать, хотя я несколько раз заводил эту тему.       А вот в последнее время сама же о нем и заговорила. Значит, кто-то у нее появился. И чтобы она не передумала, надо было поймать ее на горячем.       Пока я гулял по парку, начал накрапывать дождь, и мне ничего другого не осталось, как бежать домой, благо жили мы всего в двух кварталах. Тихо открыв дверь, вошел и сразу услышал заливистый смех Иры. Она была так поглощена разговором, что не слышала, как я пришел.       — Виталя, мы встретимся сегодня? — услышал я ее голос с придыханием, потому застыл, боясь спугнуть удачу.       — ...       — Как жаль, — протянула она, видимо, в такой малости ей было отказано. — Так может завтра?       Что ей ответили, мне не удалось узнать, я так заслушался, что не заметил, как задел ногой ее туфлю, едва не навернувшись. Жена быстро распрощалась, а я сделал вид, что ничего не слышал. Но тут мне в голову пришла одна идея.       — Ир, я завтра уезжаю в командировку на три дня, — обрадовал я жену, та даже засветилась вся от предвкушения.       — Хорошо, я соберу сумку, — засуетилась жена, чем неимоверно поразила. Я даже подумал, что она готова и ковровую дорожку постелить, лишь бы я побыстрее слинял.       Вечером, когда Ира была в душе, я полез в ее мобильник. Там, к моей огромной радости, были частые звонки как от некоего Виталика, так и ему в огромных количествах. Удовлетворенный осмотром, я позвонил товарищу, который жил в доме напротив.       — Жень, ты дома? — начал я свой разговор.       — Пока да, но ты меня почти в дверях застал, уезжаю на пару дней, — отрапортовал друг. — Ты хотел что-то?       — Мне бы ключи от твоей квартиры, — попросил я. — Очень надо, на пару дней.       — У Ирки чегось намечается? — хохотнул Женя. — Конечно, ты их получишь, — пообещал тот.       Отключившись, я выскочил на улицу, дождался товарища, который сетовал на то, что нет времени даже все досконально разузнать, но получив заверение обо всем узнать первым, отбыл по своим делам. Я же, спрятав ключи в карман, вернулся в квартиру.       А на следующее утро я ее покинул, перебравшись к другу, при этом прихватив с собой бинокль, который часто беру на рыбалку. Сейчас он мне был остро необходим. Отдохнув, приготовил поесть, позвонил на работу, попросив пару дней за свой счет, я не заметил, как пролетело время.       Часа в три, выглянув в окно, застыл. К моему подъезду подкатил БМВ, из него вышел парень лет двадцати пяти, с огромным букетом роз, тортом и бутылкой шампанского. На парня я засмотрелся: высокий, косая сажень в плечах, на руках бугрятся мускулы. Стоит только глянуть на эти руки и в голове возникают довольно эротические фантазии. Короткая стильная стрижка темных волос, прямой нос. Но больше всех на лице выделялись глаза. Немного восточный разрез и такие темные, что я даже засомневался, что это не линзы.       Этот парень, будто сошедший с обложки журнала, вошел в подъезд. Я напряженно наблюдал, как он поднимается по лестнице. И, затаив дыхание, ждал. К моему изумлению и немного огорчению, он остановился напротив нашей квартиры. А потом, через минут десять парочка оказалась в спальне, окна которой как раз и шли напротив окон товарища, у которого я в данный момент и обосновался.       Парень начал медленно раздеваться, я затаил дыхание. У меня даже испарина на лбу выступила, а губы пересохли. Когда тот остался в чем мать родила, я поразился размерам его члена. Вдохнул... Выдохнул... Взял себя в руки. Первым порывом было броситься бежать, чтобы нарушить уединение этой парочки. Едва сдержался, продолжая наблюдать.       Раздеваться начала Ира. Сняла платье, затем лифчик. Грудь обвислая, кожа дряблая, на боках жировые складки. На бедрах застоявшийся целлюлит. Вот тут я и схватился за голову и застонал:       — Етить колотить, как перед Виталиком-то стыдно за такое убожество.       Даже на миг прикрыл глаза, чувствуя, как щеки пылают. С трудом вернулся к биноклю. Там, к моей радости и недоумению, ничего не происходило, они стояли друг напротив друга и о чем-то разговаривали.       — Во дают, — поразился я. — Они б еще партейку в шахматы сыграли.       А дальше стало еще более интересно. Этот гость постоянно поглядывал на дверь, словно чего-то ожидая. Я видел, что Ира начинает злиться, но старается не показать вида. Она уже и на его шее висела, и пыталась облобызать, да только тот ловко уходил от этого. Под конец жена не выдержала и опустилась перед парнем на колени. Вот тут-то я и решил вмешаться.       Бросив бинокль, схватив ключи, помчался домой, перепрыгивая через две ступеньки. Дверь открывал трясущимися руками. В комнату ворвался взъерошенный, с горящими глазами. Узрев картину, едва не расхохотался от комичности ситуации: довольная физиономия гостя, стоящая на коленях жена с выпученными глазами и трясущимся телом. Картина Репина «Не ждали»!       — Ну наконец-то, — облегченно выдохнул Виталик, устремив на меня прямо-таки обожающий взгляд. У меня челюсть отвисла.       — Чего? — я даже попятился от страха, так как взгляд у парня стал хищный, словно охотник, почуявший добычу.       — Того, — передразнил он меня, делая шаг ко мне.       — Чего того? — отступая, не унимался я.       — А что? — хитро усмехнулся тот, и тут мы оба не выдержали и расхохотались.       — Информативный диалог, — выдал я, тот со мной согласился. — А теперь коротко и по существу, ты кто, что тебе тут понадобилось, только не говори, что моя жена, не поверю.       — Что значит... — взвизгнула было Ира, но мы, глянув на нее, в один голос рыкнули:       — Заткнись!       Той ничего не оставалось, как надуться и сопеть в две дырки, недовольно поглядывая на нас.       — Значит так, — начал я. — Поговорим, как цивилизованные люди, — оба согласно закивали. Я продолжил: — Раз я вас застукал, значит, с чистой душой и спокойной совестью передаю тебе, — взгляд на гостя, — все права на мою уже, надеюсь, бывшую жену.       Ира в этот момент радостно закивала, соглашаясь, собравшись устремиться к, как ей казалось, будущему мужу.       — Во всяком случае, — пафосно начала она, — Виталик очень внимательный, отзывчивый, он не считает меня уродиной, в отличие от тебя, — гневный тычок пальцем в меня.       — Дорогая, — язвительно заметил я. — Давай оставим разборки, я от них устал. Побереги красноречие, оно тебе пригодится.       — Я приглашу тебя на нашу с Виталиком свадьбу, — пафосно заметила жена, собираясь устремиться к парню, но...       Ага, ее постиг облом.       — Стоп! — возмущенно воскликнул гость. — Так не пойдет, — теперь пришла наша очередь взирать на него потрясенно. Но тот продолжать не стал, раздумывая.       — Ладно, вы пока поворкуйте, решите свои вопросы, а я соберу вещи своей дражайшей супруги, — после чего направился в комнату. Но вопреки всему, они потопали следом. Я стал вытряхивать из шкафа ее вещи, приговаривая:       — Так, эти джинсы были после Владика, прежние она разорвала, так, наверное, за ним бежала, впрочем, не суть, — за спиной раздалось хихиканье гостя и недовольное шипение Иры. — Ага, шуба, это с премии куплена, когда она сбежала от очередного любовника, радуйся, — я обернулся к Виталику. — Не придется тратиться, с приданым отдаю. — Виталик и радовался, сидел, взирал на все с идиотской улыбкой на губах. — Н-да, как мало человеку для счастья надо, — буркнул я, продолжая свое занятие.       Дальше в ход пошли туфли, мазилки, как я называл косметику жены. Ею она пользовалась неумело и аляписто. Смахивая все краски в ящик, я обернулся и произнес:       — Надеюсь, хоть кто-то тебя научит ею пользоваться, а то денег перевела немеряно, а толку ноль. — Виталик уже просто сиял, переминаясь на месте. Вот же неймется парню.       — Аккуратнее можешь? — скривившись, поинтересовалась Ира, с легким пренебрежением наблюдая за моими сборами.       — Для тебя все, что угодно, дорогая, только бы ты побыстрее меня покинула, — пропел я.       Как только вещи были упакованы, сумки и чемоданы выставлены ко входной двери, вот тогда и произошла заминка. Супруга за время сборов успела одеться, а вот Виталик так и продолжал щеголять голышом. Я удивленно воззрился на него и ехидно поинтересовался:       — Я, конечно, все понимаю, свобода нравов, эмансипация, чего там еще... Но ты собрался в таком виде выходить из квартиры?       — А зачем мне куда-то выходить? — фальшиво удивился тот.       Немая сцена. Мы с Ирой застыли, раскрыв рты от изумления. Первым от потрясения отошел я.       — Хм, ты что, собираешься остаться здесь? — переглянувшись с женой, спросил я, пытаясь понять, что у парня на уме. Сама же Ира уже пританцовывала от нетерпения, наверняка строя планы совместной счастливой жизни с любовником.       — Конечно, — радостно отозвался тот. — Сам же сказал, что застукал на измене, значит, бери и владей, вот я и остаюсь.       — Э? Не понял, — мотнул головой я, заслышав возмущенный писк Иры за спиной. — Кому владеть и кем? — на всякий случай уточнил я.       — Как кому? Тебе, естественно, — делая шаг ко мне, широко разведя руки в стороны. — Бери и владей.       Ира была в шоке от ужаса. Я в трансе. Пока мой мозг не хотел принимать действительность. Первой, как ни странно, пришла в себя жена. Заплетающимся от возмущения и негодования языком, она начала обличительную речь:       — Так весь этот цирк нужен был для того, чтобы обратить на себя внимание моего мужа? А просто так познакомиться с ним ты не смог?       — Не-а, — с широкой улыбкой мотнул головой парень. — Мы не ищем легких путей, к тому же должен же хоть кто-то был ткнуть рогатого мужа в тот факт, что его жена в открытую изменяет ему.       — Ага, ты считаешь себя Робин Гудом? — презрительно скривилась Ира. — Он и без тебя прекрасно все знал.       — А сейчас имел счастье убедиться, — стоял на своем Виталик. — К тому же этот план: вывести на чистую воду жену, и отдаться в хорошие руки мужу, я и начал разрабатывать три месяца назад, когда увидел его впервые. А потом и тебя узрел, выпархивающей из постели моего друга, давно, прочно и счастливо женатого человека.       — Ты Кирюшу имеешь в виду? — скривилась Ира, а вот Виталик нахмурился. — У нас с ним всего-то один раз и было, он не захотел больше, — жена была недовольна. А вот мне не захотелось этого всего выслушивать, я резко вытолкнул Иру на площадку, помахав на прощание ручкой.       — Только один вопрос, — повернулся я к гостю. — Ты знал, что я в доме напротив?       — Конечно, я же давно за тобой наблюдал, — ответил тот и сократил расстояние между нами.       Дальше стало не до разговоров. Какой же идиот откажется владеть таким сокровищем?

***

      Дети остались со мной, Ире они все равно были без надобности, ее больше волновало собственное устройство в жизни. С Виталиком мы встречались, когда близнецов не было, я пока не готов был травмировать их психику. Может позже, когда они подрастут...       Впрочем, надо жить настоящим, а оно потрясающее!