Яблоко от яблони

«Попался, засранец», – подумал Джейсон и едва удержался от мерзкого хихиканья. Не достойно это Бэтмена и вообще взрослого человека и борца с преступностью. Но попался же наконец! Сманила Кэтлэда эта коллекция антикварных побрякушек, временно хранящаяся в банке Готэма. Не удержался, а вот теперь получит по наглой ушастой морде. Ну да, Джейсон терпеть не мог этого придурка и зазнайку. Издевался ведь, провоцировал, не мог спокойно усидеть на месте, обязательно ведь надо было ему крутиться перед носом новоявленного Бэтмена и злить. Знал ведь, что под маской уже не Брюс, и всячески пытался показать, что этот Бэтмен совсем не тот. Джейсон и сам знал, что он не Брюс, но если тот в очередной раз повредил спину, что уж теперь? Брюса от полной парализации спасли лишь криптонские технологии, но если до полного выздоровления тот хоть раз ещё получит по позвоночнику, то уже и они не помогут. Так что Дик с Джейсоном, при поддержке тяжёлой артилерии в роли Альфреда и молчаливом одобрении Дэмиана, с боем отобрали у него плащ. А апелляционный суд в лице Супермена встал в итоге на сторону братьев. И Бэтс, весь такой недовольный, умотал в Метрополис. Ага, детишек наставлять. Ну да. А то, что Джейсон по утрам натыкался на Кларка на кухне с двумя чашками кофе, так это тот только прилетел, по делам Лиги. Именно. В итоге оставался лишь вопрос, собственно, с плащом, ведь Готэм, как показала практика, без Бэтмена ну никак не мог. Дик же напрочь отказался вновь его надевать, мол, и тех пары раз хватило, больше ни за что. Ну и оставался Джейсон, который всегда в тайне хотел побывать на месте Большой Летучей Мыши, а теперь вот этот конкретный засранец портил всю малину. И пофиг, что Брюс Кошку особо не ловил. Та же была местным современным Робин Гудом – воровала лишь у тех, кто совсем зажрался, кое-что (далеко не всё, надо признать) раздавала бедным, иногда помогала в борьбе с преступностью... Ну, в общем, Брюс смотрел на неё сквозь пальцы, может, из-за оставшихся ещё тёплых чувств к ней. Конечно, ныне только платонических, иначе бы мистер Кент так часто «на кофе» не залетал. А теперь вот её выкормыш: ещё более наглый, ещё более вертлявый. И Джейсон уже себе за дело чести взял поймать этого гада с поличным, и если и не в тюрьму засунуть, то хотя бы хорошенько поколотить, объясняя, что в Готэме так дела не делаются, а Бэтмена нельзя не уважать. Дик, правда, подначивал, что это просто яблоко от яблони недалеко падает, и Брюс тоже сначала за Кошкой гонялся из «побуждений справедливости», но обычно после этого в Дика кидались любым подручным предметом. Потому что нефиг: Джейсон тут Бэтмен, а не погулять вышел, а перед ним преступник, который ещё и шибко наглый. Всё по резону. Джейсон подождал ещё с минуту, позволяя Кэтлэду забраться в сейф и начать набивать сумку – чтоб уж точно не отмазался, мол, пришёл посмотреть только, да проверить систему сигнализации. – Привет, Котик, – Джейсон спрыгнул у него за спиной. Мог бы и попытаться застать врасплох, но Кэтлэд обладал очень хорошим слухом, а казаться идиотом из-за своего провала в качестве ниндзя Джейсону не хотелось. – Привет, Мышонок, – Кэтлэд обернулся и сверкнул зубастой улыбкой, ничуть не испугавшись. Показывает ведь всем своим видом, что знает, кто под маской (а он, естественно, знает, раз знает и Селина), что замена не ахти, в общем, этот «Котик» та ещё сволочь. – Сумку положил, лёг на пол, руки за голову, – сухо потребовал Джейсон. И нет, он не верил в то, что его требования будут выполнены, но для проформы надо же показать свою позицию. Это потом уже можно поколотить при сопротивлении. Блеснула острозубая улыбка, блеснули когти. Чего и следовало ожидать. Джейсон же раскрыл два угрожающе заискривших складных жезла-электрошока. Джейсон и не скрывал, что перенял стиль боя на них у Дика, хотя предпочитал более длинную версию оружия для лучшего замаха и дистанции. Говоря честно, он вообще считал, что чем дальше от противника, тем лучше, так что иногда тайком от большого Папы-Мыша использовал огнестрел. Или лезвия. Не понимал Джейсон бзика Брюса по поводу оружия. Ну да, убили его родителей из пистолета, так, блин, люди виноваты, а не стволы. Давайте тогда ручки обвинять в грамматических ошибках! Ну и да, если ножам поменять форму на летучих мышей, так они сразу ножами быть перестают! Магия прямо. Или просто подмена понятий. А ещё Джейсон считал, что когда Брюс окончательно уйдёт на пенсию, а сам Джейсон официально закрепится Бэтменом, вот тогда можно будет начать аккуратно менять «официальную политику» по данному вопросу. Лет через пять-десять, наверное. А для этого придурка хватит и пары шокеров. Кэтлэд оскалился ещё шире, словно принимая вызов в какой-то игре. Он вообще, такое чувство, не воспринимал не только самого нового Бэтмена всерьёз, но и его работу! Джейсон тут задержание преступника проводит, а этот нахал только скалится и заигрывает в своей жуткой манере! И это несмотря на то, что драки всегда были вполне реальные: каждый потом уходил хорошо ещё если только с синяками, пару раз Джейсон потом вообще ходил к стоматологу новые зубы делать. И к травмотологу корсет на сломанные рёбра ставить. И сейчас вот тоже. Джейсон уже пару раз чуть не получил когтями по лицу, а с учётом того, что эти когти стекло резали, то шрамам от них мог бы и Джокер потом позавидовать. Джейсон увернулся от очередного удара и всё-таки умудрился с силой ткнуть жезлом в живот Кэтлэду, врубив шокер на полную мощность. И да, он не стал скрывать хищную довольную усмешку от вскриков этого засранца. Обидно, конечно, что его костюм большую часть удара электричества смягчит, но хоть немного палёной кошатины сегодня Бэтмену перепадёт. Кэтлэд отскочил и всё равно усмехнулся, словно и не он получил разряд в триста вольт. Вкупе с разбитыми губами и, возможно, носом, кровью из них, это выглядело очень и очень хищно. Прямо вампир какой-то из легенд про Дракулу. Или зомби на крайняк. – Не хочешь сдаться, котик? – насмешливо спросил Джейсон, за что и поплатился. Отвлёкся на слова и не успел увернуться от хлыста, сбившего его с ног; жезлы откатились в сторону. Кэтлэд тут же накинулся сверху, стараясь то ли расцарапать лицо своими когтищами, то ли печень ему выцарапать ими же. Ну или просто набить морду, этот Кэтлэд такой ветреный, и не разберёшь его. Джейсон всё-таки получил пару ударов, возможно, вывихнувших ему нос, ещё один в живот, ощущаемый даже через костюм, и полез в контрнаступление. Всё же в «партере» со своим ростом и весом Джейсон имел преимущество перед несколько более субтильным и мелким воришкой, но тот был гибким, почти как Найтвинг, гибким и быстрым. Бэтмен с Кэтлэдом теперь практически просто катались по полу, стараясь подмять под себя один другого и удержать хотя бы на несколько секунд, а там уже... ну хоть наручниками какими-нибудь можно было бы воспользоваться... «А нос был всё-таки разбит,» – понимал Джейсон, чувствуя металлический вкус крови во рту. Адреналин бурлил в крови, а в голове всё крутилась заезженной пластинкой мысль: «Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу засранца! Бесит! Бесит! Бесит! Ненавижу!», а потом он всё-таки умудрился прижать его, уже у стены, по сути вжимая в «горизонтальный угол». Зафиксировал в жёстком захвате, коленом прижал между бёдер, надеясь, что всё-таки достал до нервного узла. Мысль всё крутилась, а в следующую секунду Джейсон осознал, что целует этого засранца. Так же яростно, с тем же запалом, что был во время битвы, с тем же привкусом смешивающейся крови. Целует и почти трётся всем телом, глубже просовывая колено между его бёдер. И засранец тоже целует его, кусая губы, словно пытаясь мстить за свои разбитые, сражается с ним языком за право вести в поцелуе и, кажется, тихо гортанно стонет, поддаваясь пахом вперёд, на колено. Джейсон резко отпрянул, наконец понимая, что он творит. Кэтлэду этого хватило, чтобы вывернуться из захвата, сделать изящное сальто, оперевшись на джейсонову спину, подхватить сумку и бросится к окну. – Как всегда было приятно встретиться, Мышонок! Пригласи как-нибудь ещё на свидание! – крикнул Кэтлэд прежде чем окончательно скрыться в ночи с награбленным. Джейсон же... Джейсон же сел и тупо уставился в стену, не понимая, что вообще только что произошло. Вот же... засранец! – Что с тобой, Маленькое Крыло? – Джейсон в ответ лишь застонал на грани слуха в диванную подушку, продолжая лежать ничком. – Ну же, Крылышко? – Дик присел рядом и слегка потрепал по спине. – Поговори со мной. – Яблоко, – простонал Джейсон. – Чего-чего? – Яблоко от яблони, – на этот раз Джейсон даже поднял голову, но только чтобы уронить её обратно с высоты шеи. – Знаю, ты предупреждал... Дик говорить ничего не стал, просто плюхнулся рядом, а потом провёл захват. Или объятье... Или захват-объятье, устроив мини-потасовку на диване, в результате которой сам теперь лежал снизу на спине, а Джейсона устроил на своей груди прижатым. Тот дёрнулся пару раз и сдался, и даже не потому, что из захвата Найтвинга вырваться практически нереально, будь ты хоть Бэтменом (а Джейсон себя искренне им считал), просто Дику это было позволительно, и только ему единственному. Пока никто не видит и не растрезвонит потом на весь свет. И Джейсон не то чтобы любил раскрывать кому-то душу, но Дику было можно. Дику было нужно, кому, если не ему? Дик всегда был рядом почти с первого появления Джейсона в фамильном особняке Уэйнов. И несмотря на то, что он ушёл от Брюса, Дик не оставлял своего младшего брата. Даже если с приёмным отцом он в какие-то дни вообще не общался и подчёркнуто его игнорировал, с Джейсоном всегда был открытым и приветливым: поддерживал, выслушивал, помогал со всем на свете. Никогда не осуждал, проводил с ним время, воспитывал, можно сказать. Водил в кафе-мороженое и за китайской лапшой, помогал с уроками, иногда тайком делая за братишку самые нудные задания, показывал секреты акробатического мастерства, защищал перед Брюсом... Ни разу не подводил, ни разу не оставлял. Только Дику Джейсон и доверял самое сокровенное, зная, что его не высмеют и не предадут. Он даже пришёл к Дику, когда обнаружил, что его мать не была ему родной, а Дик... Дик тут же вызвался помочь отыскать настоящую. И именно Дик вытащил его, спас от Джокера, когда Джейсон уже был готов попрощаться с жизнью. И это вопреки тому, что Дик должен был идти с Брюсом отвоёвывать те ракеты. Тогда-то Джейсон и понял, кому единственному он может довериться полностью и безоговорочно, хотя и раньше это подозревал. Дик всегда был палочкой-выручалочкой в любой момент, когда собственная родная мать – такая радостная ещё час назад от встречи с давно потерянным сыном – была готова спокойно стоять и смотреть, как этого самого сына готовы забить насмерть чёртовым ломиком в руках чёртового маньяка. А сейчас вот внутри всё горело от непонятного чувства: обиды на мир и самого себя, злости, отчаяния, непонимания и ещё много чего. Явно был нужен совет старшего брата, даже если ты чёртов Бэтмен. И как это Брюсу удавалось быть скалой? Ах да, он просто переставал быть человеком. Чудесно. И хреново. – Я его поцеловал... или он меня... не знаю, – наконец простонал Джейсон. – Я на него запал? – он только когда сказал, понял, что это был именно вопрос. – Мой маленький братик, наконец-то, втрескался по уши? – в голосе Дика сквозила насмешка, но добрая такая, тёплая. – Какой я тебе маленький?! Да я выше тебя на голову! – возмутился несправедливо обиженный Джейсон. – Как скажешь, Маленькое Крыло! – Заткнись! Я – Бэтмен! – Конечно, Маленькое Крыло, ты – Бэтмен. Втрескавшийся в воришку-Кота Бэтмен. Яблоко от яблони. – Что мне делать? – Джейсон вновь задушено простонал, даже не споря. – А чего ты хочешь? – Дик ласково зарылся пальцами в волосы брата. Прямо как в детстве, как всегда с детства, когда Джейсону нужна была поддержка, даже если тот и сам не признавался. Дик сам всегда улавливал такие моменты и усиленно причинял добро и поддержку. Джейсон и представить себе не мог, что бы было, если бы Дика всё это время не было рядом, даже если не учитывать, что без Дика его бы уже десяток раз убили. – Не знаю... Он же... такой придурок, выскочка, невыносимый мудак, преступник, в конце концов! – А ты ведь не сказал «нет», Маленькое Крыло. Несмотря на то, что убеждал кого-то только в негативе. Знаешь, что это значит? – Что он чёртов придурок? – с надеждой спросил Джейсон. – Так ты меня или себя убеждаешь? – Ты – ужасный старший брат! Ты должен меня поддерживать, а не грузить ещё больше! – Джейсон недовольно завозился и даже умудрился пихнуть Дика в бок локтём. – Я должен наставлять тебя на путь истинный, а не потакать твоему трусливому самообману! Ну и щекотать для поднятия морального духа! – Перестань! А ну перестань! Нельзя щекотать Бэтмена! Попираешь авторитеты! – Джейсон отбивался с переменным успехом, периодически срываясь на нервный смех. Как, всё-таки, хорошо, что Дэмиан сейчас в школе и не сможет увидеть этот материал для безграничного простора для компромата... А Альфред, ну, Альфред не станет сдавать или неодобрительно смотреть и вообще что-то говорить, если только не устроить драку рядом с семейным дорогущим сервизом. – Может, сам будешь возиться с засранышем? – в который уже раз спросил Джейсон, одеваясь на патруль. – Не-а, Бэтмен тут ты, так что и Робин твой, – Дик извернулся, застёгивая молнию на спине, и потянулся за маской. – Засранец ты, а не старший брат. Вот нафига ты его вообще тогда Робином сделал, а? На-фи-га? От него же одни проблемы! – Ты и сам был не сахар, – фыркнул Дик. – Вот не надо! Я был просто ангельским Робином по сравнению с ним! И уж точно никогда не пытался убивать своих братьев. Вот чем я тебя не устраивал, чем? Я же прелесть! – Да, ты та ещё прелесть, – Дик потрепал брата по волосам и отточенным движением увернулся от ответной зуботычины. Нельзя вот так трепать Бэтмена! Но Дик о таких условностях, видимо, не думал. – Но Дэмиан – всё равно твой Робин, ты ж Бэтмен, вот и твои проблемы. – Слушай, а может, ты всё ещё влезешь в свои старые труселя? – Джейсон в очередной раз понадеялся на чудо. – Прости, Крылатик, но прелесть стать Найтвингом именно в свободе и от Бэтмена, и от Робина. Забрал плащик – забрал и всё сопутствующее. – Ты в курсе, что ты та ещё сволочь? – Я тоже тебя люблю, братишка, – Дик закончил распихивать по слотам в перчатках, ботинках и поясе гаджеты, окончательно превращаясь в Найтвинга. – Так что иди забирай своего Робина и марш на патруль. Лучше расскажи о своей другой проблеме, той, что поинтереснее. – Не понимаю о чём ты, – Джейсон отвернулся от Дика и порадовался тому, что в маске так хорошо работает модулятор голоса. – Ну да, конечно, – модулятор голоса – это всё же прекрасно, но от Найтвинга, а точнее, от любопытства Дика Грейсона он не поможет. – Так как там Тим? – Кэтлэд всё ещё в розыске, в новых ограблениях пока не замечен. – Ой, да ладно, ты же уже признал, что втюрился в него с треском. Когда уже его на свидание пригласишь? – в такие моменты казалось, что Дику всё ещё лет десять, максимум тринадцать. Детский сад сплошной. – Как только выбью ему несколько зубов, – буркнул себе под нос Джейсон. – Ну ты чего, Крылатик? Целоваться же будет потом неудобно! Хотя, с другой стороны, кое-что другое откусить не сможет... – Дик, твою мать! – возмущённо прикрикнул Джейсон, надеясь, что маска скроет выступивший румянец. Ну да, надо было помнить, что Дик мало того, что часто вёл себя, как сплетничающая школьница, но ещё вообще не имел понятия о стыде. Переобщался с тамаранскими особами лёгкого поведения, называется... Ответом же стал лишь заливистый смех, а Найтвинг уже «взлетел» птицей под потолок пещеры, в очередной раз оставляя за собой последнее слово. Засранец, кто он ещё? – Хэй, Бэтмен, в Теневом Гнезде проникновение, ты же не хочешь, чтобы у Затанны что-нибудь украли? – передатчик в маске жизнерадостно защебетал знакомым голосом. – А почему бы тебе не заняться этим самому, Найтвинг? Ты ближе, – хмуро ответил Джейсон, заканчивая связывать последнего из этих неудачников, решивших грабануть банк. – Потому что, судя по всему, это Кэтлэд. А он твой бойфренд. – Хэй! Он не мой бойф!.. Сука, – Джейсон ненавидел, когда Дик вот так отключался, особенно после того, как сморозит такую хрень. – Робин, ты?.. А, ладно, фиг с тобой, – Джейсон махнул рукой, считая, что ничего с этим мелким засранцем не случится. Пусть вон к Найтвингу прибьётся, если одиноко станет. Или закончит с этими грабителями. В общем, будет где угодно, лишь бы не путался под ногами и не бесил одним своим присутствием. Одного Кэтлэда хватит с головой. – Раз, два, три, четыре, пять, я иду искать. Кто не спрятался, получит жутких пиздюлей по наглой кошачьей морде, – почти пропел себе под нос Джейсон, заходя в особняк. Ну каким надо быть дебилом, чтобы забраться в дом к самой Затанне? Нет, там и правда есть чем поживиться: все эти артефакты, редкости, магические прибамбасы... Но с учётом того, на что ещё тут можно было напороться... Нет, этот кошак явно не в себе. – Киса-киса-киса! Киса, где ты? Давай выходи! Ну же, Киса, это не лучшее место для игр! Киса, не будь говнюком! Джейсон еле увернулся от хлыста, чуть не рассёкшего ему лицо. – Назовёшь меня ещё раз так, и я тебе кишки выцарапаю, – пообещал наконец объявившийся Кэтлэд. Ну хоть искать не придётся. – Окей, Котик, как хочешь, – Джейсон вздохнул: ну не ввязываться же в драку здесь? Хотя бы постараться не ввязываться. – Ты вообще в курсе, куда забрался? – В место с кучей дорогих побяркушек? – Кэтлэд пожал плечами и спрыгнул на пол. – Побрякушек, которые стоят миллионы? Побрякушек, которые полезны в моём ремесле? – Кэтлэд каждый раз насмешливо склонял голову да явно косился в сторону экспонатов вокруг. – Ага, а ещё куча опасных и непредсказуемых побрякушек. Не боишься хвост подпалить? – Ох, Мышонок, ты так обо мне волнуешься? Всё хочешь на ещё одно свидание пригласить? – Джейсону показалось, что у Кэтлэда в улыбке блеснули острые клыки. Ну, как у кота, самого настоящего. Показалось? Или заточил, фетишист хренов? – Скорее, волнуюсь, что такой придурок как ты откроет по идиотству врата куда-нибудь в Ад, а мне потом разгребать. – Хреново быть Бэтменом, да, Мышонок? – Будто ты первый, кто мне это сказал, Киса. И даже не первый за сегодня... – Джейсон лишь когда, собственно, сказал это, понял, что почти жалуется. И главное, кому?! Этому придурку! Во всём виноват Дик! И Дэмиан! И этот придурок тоже! Вот! – Я предупреждал, чтобы ты меня так не называл! – Кэтлэд практически зарычал, а потом бросился на Джейсона. Вот и выяснили слабое место засранца, мило. Точнее, будет мило, когда можно будет этой Кисе начистить рожу. В очередной раз. Что может быть лучше? Они прокатились по полу, усиленно мутузя друг друга по всему, до чего удавалось дотянуться. А один раз этот засранец даже укусил его! Натурально укусил! Подгадал слабое место в броне и укусил! Ну вот, теперь прививку от бешенства делать, наверное, придётся. – Котик, может, всё же, перенесём наше любимое побиение друг друга в менее опасное место? – спросил Джейсон, как выдался момент передышки. Его и правда напрягал этот особняк. И вообще всё магическое и сверхъестественное. Даже психи готэмские были лучше, они были хотя бы человеческими... А магия... магия пугала даже. Нет, это, конечно, не помешало ему и Дику в своё время поухлёстывать за той же Затанной. Дику, кстати, повезло больше. Хотя что тут говорить? Рядом с прекрасным золотым Чудо-мальчиком и Первой Задницей Готэма (а то и мира) у Джейсона не было и шанса. – Уже сдаёшься, Мышонок? Хочешь обратно в страну розовых пони? – Просто не хочу... Мать твою, что ты делаешь?! – Кэтлэд схватил какую-то странную и явно магическую фиговину и замахнулся ею. Это не хорошо, очень не хорошо. Очень-очень-очень! Фиговина замерцала, засветилась, Кэтлэд явно тоже был не рад этому, так как издал что-то между испуганным писком и удивлённым возгласом, и откинул жезл от себя. От магической вспышки их обоих это не слишком спасло, так как отбросило к противоположной стене, хорошенько приложив об очередной постамент. А ещё Джейсон обнаружил (когда проморгался после вспышки и пришёл в себя после удара по голове), что на его запястье защёлкнулся какой-то золотой браслет с большим плоским камнем посередине. И на Кэтлэде тоже. А потом камни замерцали и между ними прошла гибкая молния. Джейсон тут же проклял свой жизненный путь, своё бытие Робином, Бэтменом и Кэтлэда за одно. Проклял этот злосчастный особняк, Найтвинга, который сам должен был вляпаться в эту ситуацию. А ещё успел придумать сотню вещей, что эти магические штуки сделают с ним. Обмен телами, скорее всего, обмен телами. Ему придётся жить в теле этого придурка. А придурок станет Бэтменом! Так же случается в этих глупых сериалах и романах? Но когда Джейсон открыл зажмуренные было глаза, он всё ещё обнаружил себя в своём теле. Ну, по крайней мере, Кэтлэд всё ещё сидел рядом, а Джейсон, быстро ощупав себя, убедился, что это всё ещё он. И браслеты перестали молнии испускать, пусть и не снимались. Пронесло? – Доволен, говнюк? – буркнул Джейсон, держась за звенящую голову. – Милая побрякушка, – как ни в чём не бывало протянул Кэтлэд, вращая на своём запястье браслет. – Интересно, сколько за неё заплатят? – Продашь, спилив свою лапку для этого, Котик? Кэтлэд усиленно задёргал руку из браслета, но, несмотря на кажущуюся свободной окружность, успеха не достиг. А ещё браслет Джейсона начал слегка пульсировать. Ну чудно, они ещё каким-то образом связаны... Хотя это можно было понять и по молнии. – Так что повторюсь: ты доволен, говнюк? – спросил Джейсон после того, как понаблюдал с минуту за стараниями Кэтлэда. Тот даже успел себе большой палец вывихнуть и вставить на место, но браслет остался на месте. – Дома разберусь, – буркнул Кэтлэд, поняв бесплотность своих попыток. – Эй, ты куда собрался? Эй! – Джейсон недовольно дёрнул второй рукой, той, на которой не было браслета, магического, по крайней мере. Потому что сейчас там был браслет наручника, второй же был закреплён вокруг ножки постамента. Да это издевательство какое-то! – А ну стой, кошак драный! – Если здесь есть кто-то драный, то это ты. Я, в отличие от некоторых, благородных кровей, – язвительно профыркал Кэтлэд, направляясь к двери, ещё при этом, сука, так вальяжно, словно на прогулке, а то и на подиуме. И бёдрами покачивал. От мамаши понабрался явно. Джейсон заскрипел в замке отмычкой, открывая мудрёный замок. Эта сволота ушастая стащила его же наручники и ими же приковала! И ключ увёл тоже. Никакого понятия такта! А потом камень на браслете засветился, в голове помутилось, на грудь словно скала упала, так, как будто, из помещения начал выкачиваться воздух. Замок наконец поддался, и Джейсон, с трудом вдыхая, рванул в погоню. Странно, с каждым шагом становилось легче дышать, а камень на браслете светился меньше. Нагнать и сбить с ног придурка удалось лишь у самых дверей, и тот тоже выглядел не лучшим образом. Это же не значит?.. Нет, быть не может... Чёрт! Быть не может, это же даже хуже обмена телами, и ещё более мелодраматично! Конечно, надо было ещё проверить, но одна догадка уже заставляла внутренне содрогаться. – Ну и допрыгался же ты, котик, – произнёс Джейсон, уже даже не угрожающе, а почти грустно. Сам ведь влип по самые не балуйся. Проверка показала те самые неутешительные результаты, коих Джейсон и боялся. Браслеты на их руках не давали отойти друг от друга больше, чем на определённое расстояние (оно варьировалось, например, от наличие или отсутствия препятствий между ними), а если расстояние это было больше, чем надо, то браслеты душили обоих. И снять их не получалось: ни вытащить руку, ни разрезать сам металл, он был словно не разрушим. Джейсон был готов, не прекращая, биться об стену головой, лишь бы этот дурной сон прекратился. А ведь Джейсон бросил все ресурсы Бэт-пещеры и оборудования на освобождение! Отдельным цирком была доставка Кэтлэда туда, который трепался не переставая, пусть и тоже был не в восторге от ситуации. И на повязку на глазах фыркал, мол, кто тут не знает личность всех Бэтменов и расположение Пещеры? Мама и не то рассказывала. Будто Джейсон сомневался... Он ещё много лет назад с самого начала был против того, чтобы Брюс приводил Селину в пещеру, что бы там Дик по этому поводу ни говорил о доверии, отношениях и прочем. Видите, во что вылилось? Но повязка – это же дань традиции, в конце концов. С учётом того, что Затанна была где-то вне зоны доступа в иных измерениях, то и на неё рассчитывать не стоило. Вот же Дик повеселится... А Кэтлэд же чувствовал себя явно как дома, ну или как на полностью оплаченной экскурсии. Спокойно так разгуливал по пещере, экспонаты разглядывал, свой любопытный нос совал во все закоулки, лапал устройства... Словом, всеми своими движениями и вообще своим присутствием бесил Джейсона. В изолятор бы его сунуть, но ведь стена будет уменьшать радиус возможных перемещений, а пещера нужна была полностью со всеми устройствами и резаками для попыток освободиться. Дик, кстати, повеселился. Даже беззастенчиво ржал перед закипающем всё больше братом, шуточки отпускал, намекал на Судьбу, Карму и прочую ересь. Дэмиан не ржал, он просто молча презирал всех и вся. Ну хоть в чём-то Джейсон был солидарен со своим Робином: нехрен тут всяким кошакам шляться. С другой стороны, Дэмиану не нравился и сам Джейсон, которого он за Бэтмена не считал (а когда-то и за Робина тоже, как только в пещере в первый раз появился. Жуткая тогда драка завязалась... Брюс всыпал обоим), но это уже частности. – Попрошу Альфреда принести тебе коврик для спанья. Лоток в ванную поставить? Ты же приученный к этим делам? – не смог не съязвить Джейсон. Он бы с радостью вообще не делил комнату с этим засранцем, но в разных браслеты начинали душить, а значит, им и спать практически рядом придётся. Как бы эта скотина ещё его подушкой ночью не придушила... – Твои «кошачьи» шутки совершенно не оригинальны, Джейсон, – Кэтлэд сделал ударение на имени, вроде как показывая, насколько он в курсе всех семейных дел и как непринуждённо может фамильярничать. А потом с самым наглым видом завалился на кровать, да ещё и так, что умудрился своей тушкой занять почти всю площадь весьма немаленького ложа. – Это, вообще-то, моя кровать, – Джейсон понадеялся, что суровость в его голосе хоть немного усмирит наглость чёртового воришки. – Я тебя с этим поздравляю, – почти промурлыкал Кэтлэд, зарываясь носом между подушек. – Кровать, на которой я буду спать. – И с этим я тебя тоже поздравляю. Джейсону осталось лишь вздохнуть и в который раз дать себе зарок, что надеяться на наличие совести у Кэтлэда не стоит. Так что он грубо пихнул в бок свою головную боль, ногой передвинул его, недовольно что-то пискнувшего, на самый край и улёгся на своё законное место. Лучше было поскорее заснуть и понадеяться, что утром весь этот кошмар уйдёт или что магия с рассветом, как в сказках, развеивается, ну или на что-нибудь ещё. Проснулся Джейсон с ощущением, что ему жарко и сложновато дышать скорее всего из-за тяжести на груди. И, как почти любой человек, спросонья Джейсон был несколько заторможен в своих мыслях, ещё с минуту думая, как это он успел при своём-то плотном графике умудриться затащить какую-то девицу в постель. И лишь потом открыл глаза и уткнулся взглядом в черноволосую макушку со стрижкой достаточно короткой для девушки и не по-девичьи развитые плечевые мышцы, видные даже сквозь футболку. Вот теперь-то память объяснила, что к чему и кто это в его постели. Наверное, можно было списать на сон и то, что Джейсон ещё одну минуту думал, что когда этот засранец вот так совсем по-кошачьи сворачивается почти полностью у него на груди и дрыхнет, он вполне себе ничего и даже милый. Ну, как тот самый кот. И вообще, пока мирно спят, все милые. Даже Дэмиан... А вот через эту самую минуту Джейсон ехидно ухмыльнулся и грубо спихнул с себя кошака, чуть ли не сваливая его с кровати. – Так ты всё это задумал, чтобы со мной пообжиматься?! – громко возмутился Джейсон, наслаждаясь немного потерянным взглядом Кэтлэда. Как всё же прекрасно проснуться первому и обвинить во всём кошака, а то, что Джейсон сам обнимал при этом Тима, так про этом можно забыть, и вообще, это был рефлекс, мол, если на тебе кто-то лежит – будь милым и вежливым, делая вид, что тебе не всё равно. Девушкам вон нравилось. – Не льсти себе, – Кэтлэд с недовольным видом потёр глаза и почти стёк с постели, направляясь к ванной. Точно так же раздражённо он хлопнул дверью ванной. Джейсон опять почувствовал нехватку кислорода, послышалось ещё более раздражённое ворчание, а дверь открылась обратно. – Терпеть тебя не могу, – доверительно сообщил засранец и утопал вглубь ванной. – И это взаимно, Киска! – крикнул ему вдогонку Джейсон, растягиваясь на кровати во всю ширь и рост. – Не трогай это. И это, – через плечо бросил Джейсон и вновь уткнулся в компьютер, сверяя полицейские сводки. Найтвинг с Робином были на дежурстве, а сам Джейсон не мог нормально выйти на улицы. Репутации Бэтмена явно повредит, если он будет шляться под ручку с разыскиваемым преступником, хватало уже того, что этот преступник каким-то образом так и не попал в тюрьму вместе со своей мамашей, несмотря на периодические стычки с Бэт-Семьёй. А это ведь была не первая ночь... Кэтлэд ошивался здесь уже несколько дней, беся одним своим присутствием и мешаясь в работе. Пока единственным утешением было то, что ни Дик, ни Дэмиан не доложились о творящемся пиздеце папочке, было бы совсем стыдно. – Может, мне просто интересно, как такие грубые поделки вообще могут работать, жуть! – Кэтлэд фыркнул, но положил обратно очередное устройство, которое беспардонно лапал. – Хочешь устроиться к нам механиком? Полную ставку не обещаю, но на кошачий корм и тряпичную мышку хватит. – У тебя настолько мозгов мало, что кроме кошачьих аналогий ты ничего другого придумать не можешь? – Сам-то... – Что сам? Мне, в отличие от тебя, не обязательно вспоминать все твои яркие костюмчики, чтобы объяснить, какой ты придурок, – Тим сонно потянулся и зевнул. И нет, Джейсон совершенно точно не залип на оголившейся части живота из-под натянувшейся мягкой домашней футболки. Абсолютно и совершенно точно. На что там вообще залипать? На этот раз Джейсон позволил Кэтлэду сказать последнее слово. Так ведь умные люди поступают, верно? А ещё хотелось сохранить хотя бы чуток самообладания. Кошак теперь вертелся под ногами постоянно, даже ближе, чем это было необходимо. По крайней мере, после того, как тот попытался однажды сбежать. Упрямец в буквальном смысле слова полз, пока не вырубился. Сам же Джейсон, наверное, остался в сознании каким-то чудом. Может, потому что его физическая форма была чуть лучше, а может, это такое свойство браслетов: кто пытается убежать, по тому и бьёт сильнее, так сказать, в назидание. Так что Джейсон сам добрался до Кэтлэда и сам же выдал ему затрещину, как только привёл его в себя. Хотелось, конечно, врезать от всей души, да и вообще поколотить, но беспомощных Джейсон не бил. Даже если эти беспомощные и были теми ещё говнюками, сделавшими своей целью жизни испоганить ему жизнь. – Хватит уже лапать оборудование! – через десять минут благоговейного молчания Джейсон всё же обернулся. Задрал его кошак этот. – Мне скучно. И надоело сидеть в этом грёбаном вампирском логове! – А кто в этом виноват, а? Кто? – На что ты намекаешь? – Кэтлэд сердито сложил руки на груди. – Не намекаю, а говорю прямым текстом. Ты сам виноват во всём. Это ты тут преступник и вор, это ты полез в дом Затанны, это ты решил начать размахивать там кулаками, видишь, к чему это привело? – Мог бы и не ходить за мной. – В этом-то и разница между нами, Котик. Ты – преступник, а моя задача давать тебе по лапам. Или ты думаешь, что раз твоя мамаша трахалась с моим отцом, то ты имеешь право на всё? – Не смей так говорить о Селине! – на этот раз Кэтлэд даже, кажется, разозлился. – А что, правда глаза колет? Это ведь единственная причина, почему Брюс не даёт вас обоих засунуть куда полагается. Видимо, раз только память об этом так греет, твоя мамка о-о-очень хорошо отсасывает! Кэтлэд практически зарычал, а следом последовал быстрый точный удар в челюсть, который Джейсону едва удалось блокировать, но второй по скуле прошёл почти в полную силу. Джейсон лишь отстранёно порадовался, что оба сейчас в «гражданском» (Джейсон, в отличие от Брюса, не страдал манией каждый раз в пещере быть в костюме), иначе когти, способные резать стекло, оставили бы несколько совсем неприятных шрамов. Каждая драка между ними всегда была яростная и беспринципная, можно было бы даже сказать, до конца, если бы оба не хотели марать свои руки кровью друг друга. И сегодня не было исключением. Джейсон понимал, что сам спровоцировал Кэтлэда, что сам бы набил морду любому, кто говорил бы подобное, скажем, о Брюсе или Дике, но ничего не мог с собой поделать: желание уязвить засранца порой превышало здравый смысл и все моральные принципы. Они дрались так часто, что уже словно выработали сценарий всего происходящего: удары, пинки, подсечки, попытки придушить, провести болевой приём... Различались лишь детали и их последовательность. И обычно они заканчивали на полу, катаясь и почти сплетясь в клубок. «Два озлобленных придурка», – иногда думал Джейсон в спокойной обстановке, вспоминая об этих драках. Почему-то во время драк эти мысли не приходили, да и вообще мозги во многом отключались. – Ненавижу тебя, грёбаная заноза в заднице! – Кэтлэд навалился на него и прижал к полу. – Взаимно, – Джейсону не удалось подмять противника под себя, зато получилось хорошенько вмазать тому по рёбрам. Жаль, Кэтлэд был не настолько котом, чтобы жалобно мяукнуть из-за этого. Или не жаль. На настоящего кота у Джейсона бы рука не поднялась, а на вот этого – сколько угодно. А следом, как и в прошлый раз, не понятно в какой момент, драка превратилась во что-то иное. В сорванное дыхание, в касания, уже не похожие на обычные удары, на взгляды, скользящие по губам, по изгибам лица, такое неуместное, но слишком необузданное возбуждение... И поцелуй такой же яростный и яркий, как первый, с тем же привкусом крови, и точно так же невозможно оторваться. А, если честно, и не хотелось. Даже если и окажется, что Дик прав. Этот засранец всё равно всегда во всём прав. Кожа при касании была гладкая, приятная, с ровным загаром, настолько ровным, каким не бывает естественный – солярий, как и у самого Джейсона, чтобы скрыть ночной образ жизни. И тонкие неровности шрамов, порой попадающиеся под пальцами, что забираются под футболку без команды разума. Шрамов явно меньше, чем у самого Джейсона, а вот эта парочка, под пятым левым ребром и около правой ключицы, явно его авторства. Это не должно было подстёгивать, не должно было возбуждать, но чёрт побери, всего этого тоже не должно было быть. Кэтлэд... Тим... Кэтлэд... Джейсон не знал, кто именно к нему сейчас прижимается, кого он сам к себе прижимал, кого он хотел прижимать, к кому хотел прикасаться, кого хотел целовать, чувствовать, кого одновременно хотел всё же побить, искусать, вырывать стоны то боли, то удовольствия, заняться сексом, прибить, провести вечность в поцелуях и неровных вздохах, выгнать из своей жизни навсегда, прижать и никогда больше не отпускать... Ласкать, щипать, дарить удовольствие, делать больно, укрыть собой, сломать каждую кость, обнять, оттолкнуть, целовать, ударить... и вновь по кругу, до бесконечности. Тим... Кэтлэд... Тим... Они оба, он один, просто Тим, кто бы он не был, отвечал, кусался, притирался, вновь кусался, но и сам забирался руками под одежду, дёргал её, что-то тихо и невнятно то ли бормотал, то ли выстанывал. Если бы Тим не был все последние дни в поле зрения, Джейсон сказал бы, что тот под сильнейшим кайфом – зрачки практически не оставили места радужке, пока он не был занят поцелуями, Тим постоянно облизывал губы, бессистемно цеплялся за плечи, одежду, живот, бёдра и... ох... Джейсон никогда не думал, что чья-то рука на члене может ощущаться настолько ярко, настолько непохоже на обычную дрочку. Джейсон должен был скрутить чёртового воришку, посадить на цепь, решать проблему с браслетами, дабы сплавить засранца с глаз долой, а лучше в тюрьму, наконец, но вместо этого он сам дёргал молнию на джинсах, сам отодвигал тонкую ткань явно дорогущего белья (Джейсон понимал, Джейсон и сам считал, что нельзя самое дорогое во всякий ширпотреб упаковывать), сам обхватывал твёрдый член, надо же, у кошака всё же есть яйца, офигенные яйца, так классно ложащиеся в ладонь (проклятие, как это хоть чьи-либо яйца могут быть офигенными и классными?), водил по этому члену, наслаждаясь уже чуть более громкими стонами, а может, он сам эти звуки издавал? Тим закусывал губы, свои или Джейсона, Джейсона куда даже сильнее, то сам набрасывался с поцелуями, то отворачивался, будто он тут не при чём, будто он не участвует в этом, будто это не его член в руке, твёрдый, горячий, не его бёдра дёргаются, заставляя тот самый член сильнее вбиваться в кольцо пальцев... Джейсон окончательно подмял под себя Тима, впервые не чувствуя сопротивления в этом, навалился всем телом, укусил за челюсть, чуть слабее укусил за шею, прижался туда же губами, надеясь поставить несколько засосов, таких, которые не сойдут днями, чтобы сволочной, прекрасный, гадский, офигенный засранец каждый раз при взгляде в зеркало вспоминал это, вспоминал как стонал, как желал этого на этом самом полу. Блять. Джейсон и сам не сдержал громкого стона после того, как Тим провёл ногтями по его члену, не так, чтобы было очень больно, но это было слишком остро, чтобы сохранить лицо. – Тим, – первый не сдержался Джейсон, притираясь ближе, соприкасаясь бёдрами, обхватывая оба из члена своей рукой. Ему даже не было стыдно за это, за то, что сорвался, возможно, признал поражение. Но его имя звучало на губах так сладко, словно медовой конфетой перекатывалось по нёбу, оставаясь на кончике языка. – Тим, Тим, Тим... – Джей... сон, – выдавил из себя Тим и выгнулся в позвоночнике, а Джейсон почувствовал, как в руке стало куда более мокро и липко, чем было. Он ещё раз укусил за шею, сжал зубы на сильной крепкой мышце и, уже не сдерживаясь, быстрее задвигал рукой, стараясь освободиться от возбуждения, скопившегося за часы, дни, недели, может, годы, что он сражался с Кэтлэдом, ненавидя его, желая его до трясучки в руках, пусть и не позволял себе это осознать и принять. – Кажется... я тебя не ненавижу, вроде как, – пробормотал Джейсон сорванным голосом, когда сумел отдышаться. Чёрт, значит, это он стонал или тоже стонал, но явно громко и надрывно. Надо будет стереть все возможные записи с камер. – Я тоже... кажется, – фыркнул Тим. И самое обидное, что его голос таким сорванным не слышится. Вот же... засранец. Джейсон совершенно не знал, что говорить дальше, но браслет на руке вдруг завибрировал. Джейсон успел обернуться на него как раз к тому моменту, когда между камнями пробежала знакомая молния, а потом оба браслета со стуком упали на пол. И это было... странно. Это вышло время магии? Дело в сексе? В почти сопливом признании? В ещё более сопливом принятии собственных желаний? Джейсон не имел ни малейшего понятия, в чём именно. Грёбаная магия. Лишний повод ненавидеть её всеми фибрами души. – Скажем, что... эм... электрошок помог? – Джейсон надеялся, что это звучит не слишком жалко. – Определённо. Ну... я... – наконец и Тим замялся. Блин, он теперь в мыслях именно Тим. Совсем размяк. – Мы свободны, получается? Не обязательно быть здесь. – Да, наверное... Тим заелозил под ним, и Джейсон послушно сначала приподнялся на руках, а потом сел рядом, приводя так и не снятую до конца одежду в порядок. Тим занимался примерно тем же. – Я тогда... пойду, что ли... – Угу, – Джейсон рассеянно посмотрел на Тима, заканчивающего застёгивать на себе джинсы. Сейчас тот уйдёт, потом всё, может, пойдёт по прежнему пути, Бэтмен и Кэтлэд... – Или, – Джейсон резко схватил Тима за руку, – или можем сделать вид, что нам ещё необходимо быть рядом? Джейсон сам не знал, что именно сказал, что за этим последует. Тим ответит? Тим ударит? Тим рассмеётся? Тим просто уйдёт? Тим останется? – Приглашаешь на свидание, Мышонок? – усмехнулся тот. – Даже если и так? – Ещё раз попробуешь устроить секс на полу – придушу, ясно? И если хоть что-то ещё скажешь о моей матери. – Кстати, прости, что... так говорил о Селине. Пусть её я не всегда любил, но она точно не виновата в том, какой ты говнюк. – Лучше заткнись, – посоветовал Тим. – Целее будешь. Джейсон зализал очередной укус губы, но вновь потянулся за поцелуем. Тим, как и он сам, продолжали показывать зубы просто из принципа, нельзя было не укусить, не ткнуть, не сжать с силой до синяка, надо было обязательно показать свою сволочность, а потом уже можно было касаться, оглаживать раскрытыми ладонями, ласкать, получать удовольствие, целоваться... – Джейсон, мне нужны твои отчёты по последним взрывам в лабораториях в Ист-Сайде. Брюс, как и всегда, входил без стука, такое ощущение, что он вообще никакого понятия о личном пространстве не имел. И тут Джейсон сделал огроменную стратегическую ошибку: развернулся. Развернулся и тем самым открыл Тима, лежавшего под ним на кровати. За спиной Брюса маячил Кларк, возможно, он следил, чтобы Брюс опять не напялил костюм и не унёсся подвергать свою не зажившую спину опасности. Воцарилась немая сцена, когда все друг на друга пялились, испытывая то ли неловкость, то ли непонимание. Джейсон первый решил нарушить тишину и смущённо улыбнулся: – Яблоко от яблони, да?