Цикл: Transitional Stories. Швы

– Швы – – Какого черта? – прорычал Ло. – Что это, черт возьми, такое? Какого хрена ты натворил? Кид издал неопределенный горловой звук и сделал еще один большой глоток виски, которое ему сунул Ло. Когда в его организме было немного алкоголя, управлять мужчиной уж точно становилось намного проще. – Я серьезно, – сказал брюнет, с силой потянув окровавленную ткань. – Я послал вас за сигаретами. Что могло случиться за долбаных десять минут? – Я мог бы прикончить около тридцати восьми человек, в зависимости от ситуации. Трафальгар вскинул взгляд на друга и крепко стиснул зубы, не в силах поверить в услышанное. – Только не говори, что ты просто так убил тридцать восемь человек. Кид нашел силы улыбнуться. – Нет. Вернувшись к окровавленной руке Кида, Ло вздохнул и осмотрел края глубокого пореза, протянувшегося от локтя до середины предплечья. Рана была рваная, но чистая. Возможно, ее нанесли разбитой стеклянной бутылкой. Кажется, ничего серьезного не задето, кровь вытекала равномерно, а не била струей, и, судя по всему, инфекция в рану попасть не успела. Ее просто нужно было простерилизовать и зашить. – Что все-таки произошло? – спросил Ло после того, как отрезал рукав рубашки и протер кожу вокруг раны антисептиком. – Я вроде как наткнулся на ограбление, – пожал Кид плечами. – Поначалу меня взбесило, что кто-то занимается подобной хренью на нашей территории, но я тут же забыл об этом, когда увидел, что у них закончились Хо Хос*. – Хо Хос!? – Ага. В общем, я отвлекся и хотел уже пойти к продавцу, но тут один из парней подошел ко мне с бутылкой Шведки*. – Ох, фу. Неудивительно, что от тебя несет чертовой клубникой с кровью. – По пути домой я еще пончик с клубничным джемом съел. – О Господи… – Ло только и оставалось, что покачать головой, затем он вдел нитку в иглу и принялся зашивать порез. Он начал со стороны локтя, левой рукой придерживая края раны вместе. – И? Ты убил того парня? – Не-а, там камеры висели. – А, что ж, хорошо. Ну, ты хотя бы купил сигареты. – О, черт, – тихо пробормотал Кид. – Не думаю, что я за них заплатил. Трафальгар рассмеялся. Тем самым приятным смехом, который рождается внутри живота и, прежде чем сорваться с губ, заполняет каждую клеточку тела. Кид мог бы делать много вещей, но какие бы они ни были, плохие или хорошие, оно того стоило – потому что он всегда мог заставить Ло так смеяться. – Ты ненормальный. Кид, наконец, оторвался от чего-то, что он рассматривал, и сосредоточился на брюнете. Уголок его рта приподнялся. – Тебе это нравится. Ло на него не смотрел. Еще несколько минут парень продолжал свою работу, а затем, будучи не в силах и дальше сдерживать собственную улыбку, кивнул. – Да… да, нравится. Он прервался и встретился взглядом с Кидом. Красноволосый смотрел на него спокойно, с тихим благоговением, и этот взгляд заставил Трафальгара податься вперед. Он мягко прижался к губам Кида, просто пробуя их на вкус. Хотя делать это во время операции было, пожалуй, не лучшей идеей. Когда Ло отстранился, Кид облизнулся. – Я могу остаться на ночь? – Да, – усмехнувшись, прошептал Ло. Кид прижался носом к подбородку брюнета, ткнувшись в местечко, где челюсть соединяется с шеей. Трафальгар почувствовал влажные, дразнящие прикосновения языка к своему горлу. – Не сейчас, мне нужно закончить. Не хочу, чтобы вся квартира была в крови. – Я потом все уберу, – ответил Кид приглушенным голосом. – Я серьезно, – попытался вывернуться Ло. – Ну же, дай мне закончить. – Разве обычно это не моя реплика? Кид провел дорожку укусов вниз, и Ло, смеясь тем же приятным смехом, отстранился и отпустил края раны. Подняв руку, он схватил Кида за подбородок и, отпихнув от себя мужчину, насильно задрал его голову, пачкая кровью бледную кожу. Красноволосый задрожал в крепкой хватке. Брюнет выпрямился и посмотрел прямо в блестящие от возбуждения янтарные глаза. Он провел окровавленным пальцем по губам парня, проникнув затем им ему в рот, и почувствовал обвившийся вокруг него язык Кида, который, словно голодный пес, ждал приказа, ждал одобрения. Ло понизил голос и выдохнул в бледную кожу: – Я сказал… не сейчас… Кид пожал плечами и прикрыл глаза. Когда Ло отпустил его и снова вернулся к работе, он остался неподвижен. Кид делал много вещей, и большинство из них были непредсказуемы, но когда происходило что-то подобное, когда брюнет говорил с ним в таком тоне, Кид демонстрировал, насколько дисциплинированным он мог быть. Закончив, Ло перевязал его руку и собрал инструменты. Затем он вымыл руки и вернулся туда, где красноволосый парень сидел и ждал его в точности, как ему было велено. – Хороший песик… – мягко сказал Трафальгар, забираясь Киду на колени и разместив ноги по обе стороны бедер. Он провел языком по подбородку, слизывая размазанную по нему кровь. Слабый привкус меди был так похож на естественный вкус красноволосого. Ло, вероятно, должен был беспокоить тот факт, что его любовник напоминает по вкусу кровь, но его это не волновало. На самом деле в Киде не было ничего, что не нравилось бы Ло. – Ты заслуживаешь награды? – выдохнул сквозь тонкие губы Трафальгар, прижавшись теснее. Наручники нравились Киду почти так же сильно, как убийства. Забавно, но за всё время, что он был гангстером, тем, что ему одновременно хотелось попробовать и избежать, были именно наручники. Однако он еще ни разу не был пойман, его ни разу не задерживали, даже для того чтобы на ночь запереть в вытрезвителе. Так что Ло мог записать на свой счет фетиш типа «пошел ты» для всех сотрудников правоохранительных органов, которые не смогли поймать Кида. Это уже само по себе дарило Трафальгару персональную порцию наслаждения. Ло больше не считал себя настоящим представителем закона, но вся ирония состояла в том, что именно им он и являлся. Черт подери, так и было. Руки красноволосого напряглись, спина прогнулась, пот бисеринками скатился по бледной коже, когда блестящий металл наручников лязгнул о темную, матовую поверхность спинки кровати. А когда оседлавший его Ло с силой, до синяков сжимал Кида ногами, тот сыпал проклятиями, мешая их со словами наивысшей похвалы. Грязные слова, слетающие с губ Кида, заставляли брюнета двигаться жестче, быстрее, ведя растопыренными пальцами кровавые линии вниз по длинному торсу, и кусать мягкие губы; оргазм обрушился на парней с такой силой, что они чуть не расцепились. Потом они еще какое-то время лежали рядом, вдыхая влажный вечерний воздух, липкие от пота и крови. Лето выдалось жаркое, и даже несмотря на то, что дверь на балкон была открыта и работал кондиционер, все равно было душно. – Руки затекли, – пробормотал Кид в волосы Ло. – Прости… – шевельнулся тот. Вытащив ключ из прикроватной тумбочки, он освободил запястья партнера, и почти тут же Кид опрокинул его на спину и начал целовать его подбородок и горло. Крупные ладони исследовали его тело, разминая утомленные мышцы. Брюнет устал, но позволил Киду вытворять с ним все, что тот захочет. Да и как он мог ему запретить? Он лежал податливый и покорный, гладил руками вспотевшую кожу, мягко запутавшись в растрепанных волосах, когда Кид взял его снова, медленно, не иначе как сдерживая свой неистовый темперамент. Ло нравились эти моменты, эти редкие минуты, когда Кид был настолько открыт, иногда даже эмоционален. Ло знал, что он единственный, кто видел красноволосого таким. Такой Кид принадлежал ему, ему одному. – Тебе меня всегда мало… – прошептал Трафальгар, когда чуть позже они снова лежали рядом. Кид издал еще один из этих его уклончивых звуков в подушку и провел ладонью по бедру Ло. Он не отрицал, и близко нет, и Трафальгар, сочтя это знаком согласия, придвинулся ближе. Поцеловав Кида над бровью, он устроился поудобней и провалился в сон. – END –