Вампирам в школе самое место

      Кенсу шел по коридору, низко опустив голову и смотря себе под ноги. Он со всех сил пытался не пускать в свои мысли прежние страхи и опасения, которые преследовали его с самого первого дня в старшей школе, но это у него с каждой секундой выходило все хуже и хуже. Дио не мог остановить непрошенные слезы, которые так и норовили политься ручьём из прекрасных миндальных глаз.       Как же он устал.       Каждый день терпеть домогательства этого человека и не иметь возможности воспротивиться, это слишком выматывает. Ощущение чужих морщинистых рук на своем теле вызывает только отвращение к себе, но что Кенсу может сделать, чтобы не чувствовать себя грязной шлюхой. Сколько раз он пытался отбиться от своего дяди, который и являлся директором этой прогнившей и снаружи и изнутри школы, но ничего не выходило. Всё снова повторялось: утро, Кенсу зовут к директору, и снова используют в животных целях.       У Кена уже просто нет сил ненавидеть его, единственное, чего хочется парню, так это умереть. Или просто уехать туда, где его никто никогда не найдет.       Кенсу долго шел к выходу из этого здания по длинному коридору с множеством дверей. Он очень хотел попасть домой, принять душ, смыть с себя всю ту грязь, которая осталась от прикосновений директора, и завалиться спать, желательно навсегда.       Слезы все также лились из глаз, поволокой застилая взор. Руки тряслись, растирая влагу по лицу, но не убирая ее.       "Почему именно я, почему?"       Этот вопрос мучил бедного парня, заставляя его все больше ненавидеть: свою семью, которая в курсе всего, но и пальцем не шевелит, чтобы помочь Кенсу, Чонина, который всегда клялся в своей вечной любви, но узнав об этом кошмаре, просто сбежал, как последняя сволочь, и себя. Себя он ненавидел больше всего, он всегда задумывался, почему он родился именно таким, в такой семье и с такой судьбой? Не честно ведь.       Каждое утро Кенсу придавался мечтаниям о лучшей жизни, о любимом человеке, который сможет оградить его от несчастий, о счастливой семье, где нет постоянных драк и недопонимания. Парню очень хотелось просто ощутить себя счастливым.       Кен шел домой быстрым шагом, почти срываясь на бег, он хотел скорее попасть в свою комнату, где безопасно и тихо. Парень проходил мимо всяких магазинов с самой разной продукцией, но его взгляд приковала одна единственная реклама, на которой был написан адрес их школы, но фотография совершенно другая. Это здание было отремонтированное, с пластиковыми окнами и резной крышей. Кенсу остановился, а его глаза увеличились раза в два больше обычного. Парню потребовалось минут пять, чтобы понять, что это такое. Когда до него наконец дошло, он ухмыльнулся.       "Теперь понятно, почему в нашу школу приходят молодые и перспективные учителя" - думал Кенсу, отрывая взгляд от рекламы и направляясь в сторону дома. Ему оставалось идти примерно квартал.       Прошел Кенсу это расстояние совсем незаметно для себя. Его мысли покоились рядом со школой и новыми учителями, а глаза все так же смотрели только под ноги.       "Почему этот новый учитель так смотрел на меня тогда?" - думал парень, закусывая нижнюю губу и доставая ключи из кармана.       "Что во мне такого особенного, что я притягиваю всех возможных педофилов, бесит?!" - Кенсу уже начинал злиться, ведь сколько можно уже. Ему приходится терпеть этого старого хрыча, так теперь еще и молоденький на него позарился.       Пока мысли парня находились где-то очень далеко, он открывал дверь чисто по инерции, отворяя все защёлки и вваливаясь в квартиру. Бардак для Кенсу - это пытка, поэтому, как бы ему не было плохо, в доме всегда будет чистота и порядок. И именно поэтому парень не споткнулся об разбросанные вещи или обувь, как, например, когда приезжает его брат Чанель, тогда квартира выглядит, словно после апокалипсиса. А Кенсу в такие моменты впадает в еще бОльшую депрессию.       Кенсу, сняв с себя куртку и ботинки, пошел в ванную комнату, чтобы помыть руки и ополоснуть лицо, тем самым пытаясь привести мысли в порядок. Но, похоже, мысли не хотели "убираться", и поэтому Кен стоял и пустым взглядом смотрел на свое отражение в зеркале.       "Синяки по всему телу, глаза огромные, как у лягушки, губы вообще кошмар, как будто силиконовые, ну и за что, из-за чего именно я? Почему я должен проходить через все это?" - Кенсу истинно ненавидел себя, а по щеке вновь покатилась горькая слеза, описывающая состояние парня.       Ему слишком больно и обидно. - Неужели мне придется терпеть это вечно? - Кенсу задал этот вопрос вслух, желая услышать ответ, но понятное дело, ответить ему смогла лишь гнетущая тишина, от которой парень чувствовал себя еще более одиноким.       Пару минут простояв около зеркала и рассмотрев всех возможных бабочек, наклеенных когда-то Чанелем, Кенсу решил пойти на кухню, чтобы хоть что-нибудь перекусить, а то в животе пустота, как в вакууме, да и хочется просто нажраться, хоть и не так, как думалось. Парень побрел в сторону нужной комнаты, по пути собирая вещи, которые он не убрал по прибытии.       Кухня в квартире Кенсу была относительно небольшой, но парню хватало, потому что это единственное место, где он мог хоть на пару часов забыть обо всем ужасе, происходящем в его жизни.       Любовь к готовке у Кенсу была с самого детства, лет так с восьми, потому что уже в этом возрасте он должен был уметь позаботиться о себе. В их семье уже тогда обстановка начинала накаляться, а родители все чаще ссорились. Впервые они подрались, когда Кенсу было десять лет. Тогда, будучи маленьким, он просто закрылся на кухне и долго плакал в углу. Родители же продолжали кричать друг на друга, не обращая внимания на тихие завывания, доносившиеся из комнаты. Маленький мальчик тогда впервые хотел умереть. Дети его возраста слишком болезненно воспринимают подобные инциденты. А вообще это родители виноваты, что сейчас Кенсу является подстилкой своего дяди. Ли Соншик - это брат отца. Директор выплатил долги, когда папа проиграл все заработанные деньги в казино. Но дядя не так прост оказался и не без корысти заплатил за непутевого братца. Взамен он попросил тело Кенсу, и отец согласился!! Он согласился продать собственного сына! Что может быть ниже и подлее, чем эта выходка.       Обдумывая свое существование, Кенсу не сразу заметил чёрные кошачьи глаза, наблюдающие за ним. Он был настолько погружен в себя, что даже не сразу понял, что в его квартире кто-то есть.       Доставая все нужные ингредиенты и посуду, Кенсу увидел под кухонной тумбочкой какой-то листик. Это оказал записка.       "Не грусти, с этого момента твоя жизнь изменится!"       Кенсу очень хотелось в это верить, но он уже и не надеялся улучшить свою жизнь. Парень так и не понял откуда взялся этот листик, но он и не хотел знать, потому что такая забота впервые вызвала настоящую и искреннюю улыбку, расцветающую на его лице.       А из-за угла за ним наблюдал Чунмен, улыбаясь вместе с ним и радуясь, что смог сделать хоть что-то для этого парня.