Лекарство от безумия.

Теперь он увидел, что до его цели всего ничего. Кровь, что текла из ран брата, была быстрой тёмной, почти чёрной. Ему не выжить. Не спастись. Месть с каждой каплей приближалась всё ближе и ближе. Но почему ты так спокоен? Почему так безмятежен? Глаза посерели от напряжения, кровь из них размазалась по всему лицу. Парень, что так внешне походил на противника, пытался не терять сознание и едва удерживал мутный взгляд на брате. Что же будет дальше? Кто защитит младшего после его смерти? Итачи упал на колени. Страшный кашель, гулко забулькал в лёгких, которые переполнялись кровью. Парень начал задыхаться, хватаясь за горло. На его хладнокровном лице появилась гримаса боли и страха. Борясь с агонией, он упустил момент, когда Саске подошёл слишком близко. Подняв за волосы голову брата, он с предвкушением смотрел в перекошенное лицо. Но долго держать его становилось труднее и больнее. Перебитые кости выли от адской боли, а раны сочились горячей и жгучей кровью. Правая рука занесла оружие, целясь в горло. Саске замер, видя, что Итачи тянет руку к его лицу. Возможно это последнее, что брат способен сделать перед смертью. Но то, во что превратился младший брат, во что превратился сам, не оставило и шанса для предсмертного прощания. Безжалостно, не смотря на боль в теле, Саске одним движением катаны отрубил руку и снёс голову Итачи. Теперь всё. Столько лет ожиданий, столько месяцев безумия, неисчисляемых дней жажды мщения за семью, за себя. На безмятежном и безжизненном лице брата застыла маска понимания и освобождения. Вскрикнув, Саске отбросил голову и начал отходить от тела. Его обожгло ощущение предательства. Чувства насыщения не было - оно переродилось в ещё больший гнев. Он не чувствовал освобождения от ноши. Всё прошлое обрушилось бессмысленным и тяжёлым грузом. Зачем всё это? Почему кровь мёртвого брата не даёт ему спокойствия? Оглушающий крик затмил шум дождя, смывающего с камней кровь бойцов. Саске начал задыхаться, горло перестало его слушаться и вконец охрипло. Как так? Не уже ли Итачи вновь его обманул? Он знал, что его смерть оставит Саске не удовлетворённым. Этого мало, этого не достаточно. Парень заскулил от осознания, что смерть родного брата, того, что испоганил его жизнь, не принесла ему спокойствия. От чего на мёртвом лице Итачи удовлетворение, что такого он знал, что? Подползя ближе к кровоточащему телу, Саске провёл рукой по ранам, по обрубку руки. Кровь. Итачи, что-то знал! В его крови есть это - знание. Саске дрожа провёл языком по окровавленной ладоне. Солёная, горькая, и уже холодеющаяя. Багровая кровь одурманила сознание брата. Подобно дикому зверю, он склонился к кровавым лужам и начал лакать едва тёплую лужу крови, смешанную с дождём. Он хотел знать - почему его мучает ненасытная жажда. Что же он сделал не так? А Итачи знал, всегда знал. Тварь! Знал и не сказал! Забрал с собой это знание. - Он меня проклял, - Саске схварился за рот. Желудок, переполненный кровью и мясом, вывернуло. Парень открашливал горько-солёную жижу. Боль прорезала сознание. - Ааааа! Проклял! Ненавижу-у! - вновь завыл он, подставляя лицо холодному ливню. Ноги Сакуры хлюпали от затёкшей воды в сапоги. Девушка ослушалась командира. Она дождалась, когда все будут заняты битвой против нукенина, незаметно ускользнула в сторону своей цели. Сейчас её ничто не волновало кроме него. От части команду собрали с её уговорами. Если бы не она, то Хокаге никогда бы не отпустила команду на поиски Саске. Поэтому Сакура не ощущала, что совершает что-то не правильное. Ведь она больше других имеет право увидеть его. Саске, Саске, Саске. Она повторяла его имя как мантру. Все мысли, чувства, воспоминания связанные с ним вырвались из под сознания. Как долго она их прятала, делала вид, что смирилась с его уходом. Но... А что ей остовалось? Что? Говорить, плакать всем, как ей больно и совестливо, что не смогла его остановить той ночью. Когда позволила уйти из деревни. - Нет. Не сейчас, - её разрывали вина и жгучее чувство приязанности. Покачав головой, девушка ускорилась, завидев скалу с разрушенным рядом строением. Скоро, совсем скоро, она увидет Саске и заберёт его с собой. На крыше сидела сгорбленная фигура, склонившаяся над лужей крови и обглоданным телом без головы. Сакура спряталась за колонну и едва смогла сдержать вскрик. Саске - это Саске! Это он - живой! Она хотела кинуться к нему, ослеплённая желанием коснуться, прижать к себе. Но что-то её остановило - предчувствие. Это - Саске? Вой горький и безумный раздался из фигуры, заставил съёжиться Сакуру. Она не узнаёт Саске. Вся его сущность была вывернута и испоганенна ненавистью ко всему живому. Словно он исчадье преисподней. Зажав рот, девушка не могла отвести взгляда. Всё внутри неё оборвалось. - Саске, - тихий шопот сорвался из прикрытого рта. Что с тобой? Во что ты превратился? - Ааааа! Проклял! Ненавижу-у! - девушку затрясло. Она начала качать головой. Нет. Нет! - Саске! - она вышла из укрытия и побежала к нему, что бы вытащить из кровавой лужи. Видев многое во время практики в больнице, она лишь с отвращением взглянула на труп Итачи. Но обглоданные куски мяса делали ей дурно. - Вставай. Саске! Идём! - она закинула его руку на себя и хотела встать. Но парень оттолкнул её, - Я проклят, Сакура! Убирайся! Иначе я убъю тебя. - Не говори глупостей! - из глаз потекли слёзы отчаяния. Он гонит её, опять, - Ты не проклят. Как же она надоела. Ей не понять его, никогда не понять. Никому не по силам понять его. Они все слепы. Итачи обрёк его на вечную муку - сгорать от ненависти. Брат проклял его. - Уйди! - девушка отдёрнулась. В нескольких сантиметрах просвистело острое лезвие. На серый металл упали последние капли дождя. Сакура тоже вооружилась не до конца понимая, что Саске сошёл с ума. - Поледнее предупреждение. Уходи, или поплатишься жизнью, - Саске снова обожгла боль, но он не подал вид. Сейчас было важнее узнать, что принесёт ему удовольствие. Где этот источник, который снимет проклятие. - Саске, не надо так! Пожалуйста. Я ведь люблю тебя. И я отдам тебе всё, что пожелаешь, только прими меня. Мои чувства, - парень разошёлся хриплым хохотом, сверкая безумными глазами, - Пожалуйста! Я исцелю тебя! Твою душу! Смех резко прекратился. Исцелит? Она? Плакса, что постоянно носилась за ним - она? - Ты слаба. Не смей заикаться об моей душе, тебе не по силам. А теперь, - Саске рванул вперёд, - Умри! Девушка выставила вперёд руку с оружием и закрыла глаза. Боль с новой силой растеклась по истерзанному телу безумца. Он опустил голову вниз, уткнувшись в розовые волосы бывшего члена команды. Сердце в груди подпрыгнуло от предвкушения. А может он был не прав? Откуда это забытое ощущение спокойствия? Он выронил оружие. Так неумело промахнулся мимо её шеи. Да и не важно. Близко к ней стоять тепло. Становится хорошо, что-то тёплое стекает от груди и ниже, ещё ниже. Вздох даётся с трудом - больно, очень больно, но так тепло. Обхватив руками Сакуру, он сильнее прижался. Не слыша её крик, её мольбу. - Саске! Саске! Хватит! Отпусти, - она пыталась вырваться и вытащить из него оружие, но Саске сильнее обнимал её, - Ты же умрёшь! Тепло начало пропадать, но спокойствие только нарастало. Что ж, можно чем-то пожертвовать ради такой желанной упоённости. Жажда - она утихала. Отступала перед ним. Вот оно! Теперь он видел то, что Итачи успел скрыть от него. Лжец. - Саске! - Сакура смогла расцепить слабеющее объятие и уложила парня на землю, вытаскивая оружие, - Нет! Не смей! - Спасибо, Сакура. Ты вновь боролась за меня и теперь тебе удалось победить, - Учиха закрыл глаза, не обращая внимания на боль, полностью отдаваясь спокойствию и насыщению, - Спасибо тебе. Сакура прикоснулась к руке парня. Она убила его. Убила.