Лекарство от безумия.

- Знаешь, все люди по своему безумны, - тёмноволосый кошмар вновь заговорил. Днём девушка старательно делала вид, что её перестал беспокоить бывший член команды, но по ночам, когда за ней никто не приглядывал, Сакура с радостью говорила, да и слушала философские бредни. Ведь её нахождение в лечебнице было скучным, с психами особо не поговоришь. Югара часто отлучалась, обманываясь, что Харуно стало лучше. Девушка научилась убеждать врачей, что ей стало лучше, подсматривая за другими пациентами. И всё же, разговаривать с плодом собственной болезни, было куда интересней, чем выпытывать из Наруто подробности о жизни в деревне. Он больше отмалчивался, о чём-то задумчиво замирал статуей в её палате. Его вновь постигла утрата - пргиб один из Санинов Конохи. Сакура понимала, по скудным крошкам информации и сплетням медсестёр, что теперь деревня готовится к нападению. А прощание Наруто, и его резкий уход на тренировку на гору жаб - только укрепили в Харуно опасения, что тихим денькам скоро придёт конец. - Ну, тебе явно есть с чем сравнивать, - девушка тихонько сидела на подоконнике и всеми силами пыталась вывести из себя Саске. Но тот только хитро улыбался, сидя на ветке дерева напротив решётчатого окна. Серп луны ярко освещал всё вокруг. Так что не заметить дразнящую улыбку на бледном лице было трудно. - Это трудно понять тем, кто здоров. Таким психам, как мы - это должно быть очевидно, - парень поднялся с ветки и грациозно спрыгнул вниз. Сакура с завистью проследила за его свободной походкой, - Вот так значит? - прошипев ругательства, девушка слезла с подоконника и пошла спать. Она тоже хотела так спокойно уйти. Единственный потомок Намикадзе в сопровождении учителя, Хокаге и старой жабы шёл по направленю к главным воротам из селения. С лёгким чувством опустошения он засаленным взглядом смотрел вперёд. Всё что происходило с ним какзалось немыслемым: сначала смерть друга, девушка, в которую он влюблён с детства, теперь в психушке, вот теперь он потерял ещё одного дорогого человека. Джирая не отличался приличием и был изращенцем, но всё же он был его крёстным. - Ну, Наруто, ты всё сделал перед тем как отправишься на гору Мъёбоку? - старая жаба, чьё имя он так и не запомнил, забавно шевельнула седеющими бровями. - Ага. Можно идти, - через силу блондин заставил себя улыбнуться, - Ранец собрал, книгу извращенца положил, с Сакурой попрощался. Вперёд! Квакающий смех поддержали улыбки Хокаге и джонина, - Наруто, до горы пешком слишком далеко. - Тогда как мы туда попадём? - Наруто сглотнул ком в горле. Зачем он притворяется, что ему не больно? Почему никто не видит, как ему плохо? Приходится играть глупого шута, лишь бы никто не сомневался в нём, что ему всё по плечу. Синие глаза врали и смеялись над такой забавной оказией. Вдруг раздался хлопок и Наруто исчез вместе с жабой в белом дыме. У ворот остались двое, не считая круглосуточных постовых. - Какаши, - Цунаде повернула голову, но ниндзя понуро уже отошёл от ворот, - Подожди, пожалуйста. Женшина попыталась прикоснуться к Хатаке, но тот отдёрнул руку и спрятал в карман. - Что? - Цунаде обняла себя руками, словно замёрзла, - Чего вы от меня хотите, Госпожа - Химе? - Не уходи! - мужчина вздрогнул и замер спиной к ней. Он боролся сам с собой. Ведь он знает, что не нужен ей, просто сегодня ей плохо, а он может её успокоить. Но зачем она даёт ему надежду? Пользуется им и потом снова отталкивает. А он в тайне рад, что Джирая не вернулся. Рад - за это и ненавидит себя ещё больше, и Цунаде заодно. Ненавидит и любит.