Тайна её глаз...

От такого нежного прикосновения Кэтрин смутилась. Она взглянула в синеву бездонных глаз и на миг, словно отключилась от всего мира. Гомон посетителей, звон бокалов, музыка – всё это осталось где-то там, в прошлом. А здесь и сейчас была только она и обладательница этих удивительных глаз, одни во всём мире. В них было что-то такое знакомое, такое родное. Испугавшись неведомого до сих пор чувства, брюнетка быстро отвела взгляд и проговорила с лёгкой хрипотцой, сквозившей в голосе: - Я бы не спешила с выводами. – Кэтрин взяла свой недопитый бокал и сделала небольшой глоток. Она не могла понять, что это сейчас было, и начинала раздражаться. - За это стоит выпить! - проигнорировав фразу кареглазой красотки, объявила Джессика. – Виски - Она подала знак бармену. Кэтрин взглянув на неё из-под полуопущенных ресниц, подняла бокал в приглашающем жесте и, не дожидаясь, пока бармен принесёт её собеседнице напиток, залпом опустошила его. Затем встала и быстро направилась к выходу, не проронив ни слова на прощание. Не ожидавшая такой резкой смены настроения, Джессика растерялась, но быстро обрела прежнюю уверенность и, игнорируя любопытные взгляды, поспешила за девушкой, которая уже успела скрыться за дверью. Кэтрин стояла на крыльце, жадно вдыхая воздух, пытаясь прийти в себя после наваждения. За спиной послышался скрип открывающейся двери. Нежный аромат духов влился в вечерний воздух. На плечо ей легла мягкая ладонь. “Какая упёртая”, – подумала брюнетка, заметно выходя из себя. - Невежливо уходить, не попрощавшись, не находишь? – неожиданно перейдя на «ты», заявила Джессика. - Я сама решу, что мне делать, - Кэтрин передёрнула плечами, сбрасывая руку назойливой знакомой. Но та и не думала сдаваться. - Мне кажется, что ты не такая, какой хочешь казаться. В твоих глазах я увидела печаль и усталость, а стервам с каменным сердцем эти чувства не знакомы. Покажи, что скрывается за этой маской, – слова Джессики стали последней каплей в чаше терпения. Кэтрин резко развернулась и схватила рыжую за плечи, до боли сжав их. - Хочешь знать правду? Узнать тайну, которую я скрываю? Тебя это интересует? – Кэтрин трясла девушку, как тряпичную куклу. – Ты знаешь, как страшно, найти всю свою семью мертвыми по твоей вине? Как больно, за долгие годы одиночества найти любовь и добровольно отказаться от неё более чем на сто лет, а потом увидеть в ранее любящих глазах ненависть? Ты знаешь, как ужасно больше века скрываться от обезумевшего гибрида, жаждущего твоей смерти, долгой, мучительной смерти? – Она медленно отпустила Джессику. – Знаешь, как надоело носить маску бездушной стервы, чтобы никто никогда не увидел твоей слабости. Стоит только на миг стать настоящей, как ты сразу же становишься уязвим. И кто-нибудь, непременно, ударит по твоему больному месту, и этот удар может оказаться последним. В бездонных карих омутах, едва ли блеснули слезы, но так и остались там, не осмелившись сорваться вниз по бархатистой коже. В мгновение тёплые шоколадные глаза превратились в глаза хищника, глаза ее второй сущности. Кэтрин вновь схватила Джессику и, смотря в голубую бездну, отчеканила: - Ты забудешь всё, что произошло сегодня вечером. Мы с тобой не знакомы, ты меня никогда не видела, – зрачки медленно расширялись и вновь приобрели прежний размер. В следующую секунду вампирша исчезла. Джессика осталась одна на безлюдной улице. На лице её сияла победная улыбка.