Единственный омега.

После утомительных разговоров и сытного обеда, Стайлза разморило, и он лёг спать в предложенной ему комнате, на большой, широкой кровати. Дверь тихонько, со скрипом открылась, впуская в комнату высокую, статную фигуру. Это был мужчина. Он бесшумно, что бы не разбудить омегу, подошёл и сел на край ложа, любуясь парнем: этими чертами лица, лёгкой улыбкой, аккуратным носиком и... алыми, как сама кровь, губами, манящими испробовать их чудесный вкус. Долго боровшееся сознание проиграло схватку с желанием тела, и рука прикоснулась к щеке, которая на ощупь напоминала бархат. Далее пальцы скользнули к губам, очерчивая контур нижней. Дерек, а это был именно он, начал опасливо наклоняться, приближаясь своими обветренными губам к мягким и тёплым устам Стайлза. И вот уже оставались считанные миллиметры, как дверь вновь открылась, впуская в помещение ещё одного человека. Им являлся дядя Хейла-младшего — Питер. Тот стоял в проёме и гаденько так улыбался. Дерек отпрянул от Стилински и в упор посмотрел на родственника. — Что, уже не терпится? А я уж думал, что у моего дорогого племянника выдержка побольше будет... — нарочито разочарованно проговорил мужчина. — Хм... Что ты тут забыл? Ко всему прочему, это не твоего ума дело! — грубо ответил сероглазый. — Ты прав, не моё, но у тебя большие проблемы. Они его тебе не отдадут, даже если ты и альфа их стаи. Как намерен выкручиваться? — Мне не стоит переживать, когда у него начнётся течка, то Стайлз сам придёт ко мне, и они ничего не смогут сделать. Он — мой! Я его никому не отдам! — высказал своё мнение Дерек Хейл с ледяными глазами и грубым голосом, стоя так, словно хотел закрыть омегу от своего дяди и предупреждающе скалясь, но стоило его взгляду переместиться на спящего, как лёд в зеркалах души таял, а грозное лицо смягчалось. Следя за эмоциями племянника, Питер понял, что тот конкретно влюбился в омежку, хотя этого ещё до конца не осознаёт. Тяжело вздохнув и о чём-то поразмыслив, ещё раз посмотрел на парочку и удалился из комнаты. Альфа его не останавливал. Дождавшись хлопка двери, мужчина снова сел на кровать, отмечая, что любоваться пареньком было одно сплошное удовольствие. Не отказывая себе в прихоти, наклонился к личику Стилински, впиваясь в сладкие, похожие на мёд, уста. Поцелуй был лёгкий и ненавязчивый, даже целомудренный, но эмоции от ощущений били через край. На них отозвался и внутренний волк Дерека, рвущийся туда, где свобода и его пара. Уже не задумываясь ни о чём, Хейл, не отрываясь от губ омеги, откинул часть одеяла, освобождая парня по пояс. Далее рука забралась под футболку, проводя по животу, груди, особое внимание уделяя соскам. На такую ласку Стайлз простонал в губы альфы, но не проснулся. После рука протянулась к шее, поглаживая оную, а глаза заприметили местечко у её основания. Оборотню пришлось оторваться от уст Стилински из-за нехватки воздуха и удлинившихся клыков, которые отозвались на взгляд в сторону шеи. Глаза вмиг вспыхнули алым, показывая власть волка над телом и разумом его человеческой части. Решив присвоить и заклеймить свою пару, оборотень наклонился к месту возле ключицы, но его планы разрушили ворвавшиеся в комнату доктор Дитон, Эрика, Айзек и ещё один молодой парень с тёмными вьющимися волосами, который, отодрав альфу от омеги, пригвоздил Дерека к полу, пытаясь удержать рычащего и брыкающегося мужчину. К нему на помощь поспешил Лейхи, начиная бить главу стаи по щекам. От грохота проснулся и Стайлз. Сначала он несколько секунд сидел, ничего не соображая, но по мере понимания ситуации приходил в шок, сменяющийся ужасом. Забившись в дальний угол кровати и укутавшись в одеяло, как в кокон, задрожал и опасливо смотрел по сторонам. Его испуг почувствовали все, слыша участившееся сердцебиение и чувствуя аромате парня запах чего-то горького. Алан поспешил подойти и успокоить Стилинского, что не совсем, а точнее совсем не понравилось Дереку. Он грозно и громко зарычал, показывая клыки в оскале, всем свои видом показывая, что бы тот не даже близко не подходил к омеге. От такой картины Стайлз испытал ещё больший ужас, из-за чего горечь усилилась. Хейл не мог выдержать этого сводящего с ума чувства, когда твоя половинка страдает, а волк внутри рвёт и мечет, стараясь оказаться рядом с предметом своей любви и защитить от всего. — Т-ты!.. Не с-смей к нему п-прикасаться! Он — мой! Я никому не позволю его от меня отобрать! Ещё шаг ближе и я вырву т-твоё сердце! — Кричал Хейл-младший, угрожая врачу. — Скотт, Айзек, держите его крепче! Если вырвется, то плохо будет всем! Кира, принеси верёвку, да побыстрее, — раздавал указания Дитон. — Стайлз, Ста-а-айлз! Ты меня слышишь? — Ч-что з-здесь происходит? Ч-то с Д-Дереком? Да что вообще за чертовщина тут происходит?!! — истерил Стилински. — Всё хорошо, только успокойся. Дыши глубже, вот так. Сейчас Дерек неуправляемый, поэтому его придётся связать и на некоторое время запереть в подвале. — Что?! Зачем? — не догонял омега, пребывая ещё в оцепенении. — Иначе будет плохо, его зверь вырвался наружу и непонятно, что он может выкинуть... — терпеливо разъяснял доктор Алан Дитон. — Я принесла верёвку! — ворвалась в помещение миловидная девушка, неся в руках целый канат! — Отлично, связывайте! — Нет!!! — закричал Дерек. Его протесты никто слушать не стал, а просто-напросто привязали к креслу. Сначала мужчина брыкался, пытался вырваться, но позже поумерил свой пыл. Его глаза ещё горели, а из под губы виднелись клыки. Тут альфа сделал странную вещь: завыл в голос, но не грозно и властно, а как-то жалобно и просяще, ещё более странным было то, что никто ничего ровным счётом не почувствовал от этого воя, никаких эмоций. А вот Стилински-младший стал себя вести как-то не так, словно находился под гипнозом. Стайлз встал со своего ложа и подошёл к связанному, его пытались остановить, но было тщетно. Находясь к Хейлу достаточно близко, парень прикоснулся рукой к волосам оборотня, ероша их, на что последний умиротворённо закрыл глаза. После провёл по щеке, и Дерек потёрся носом о ладонь, вдыхая запах возлюбленного и успокаиваясь. Когда он вновь открыл глаза, что они были уже привычного, серого цвета. Почти всех это привело в шок. Что б такой хрупкий омега смог вмиг успокоить взбесившегося альфу... Нонсенс! Неожиданно тихое хихиканье, а спустя мгновения в комнате появился Питер с довольным лицом. — Что? Удивлены? Отпустите его, он ничего никому не сделает, пока рядом Стайлз. Видели, как его мгновенно утихомирили? Всё в порядке, своему истинному волк не причинит вреда. — Ч-что?! Как истинному?!! Это шутка? Этого не может быть!!! — от услышанного Стилински пришёл в глубочайший шок, ведь не было никакой логики в его словах. — Хочешь — верь, хочешь — не верь, но это правда. — Как такое вообще возможно?!! Это не логично!!! Столько времени, а если бы я не спал тридцать лет, то что тогда?! Я не верю! — психовал парень, чьи глаза вместо карих превратились в чёрные, будто светящиеся изнутри. — Значит, судьба! Тебе остаётся только смириться, — посоветовал Питер, продолжая, — в тебе Дерек почувствовал своего единственного, а потому и зубоскалит на волчат из-за ревности и инстинкта собственника, но меня удивляет как в тех, кто слабее его и не интересуется по своей природе омегами, он почувствовал потенциальных соперников. Ты нам, племянник, ничего не хочешь объяснить? — поинтересовался бета. Окинув взглядом дядю, Хейл-младший отвернулся, показывая всем своим видом нежелание отвечать или вообще говорить. — Ну ладно, не хочешь со мной говорить, поговоришь с Аланом. Стайлз, Эрика, Айзек, Скотт, идёмте. Всё вышеназванные вышли из комнаты, только Стилински успел бросить на Дерека беглый взгляд, а потом тоже удалился. — Ну что? Поговорим? — садясь на кровать, спросил Дитон у всё ещё привязанного Хейла...