Могучие рейнджеры волшебная сила. Альтернативная история

***

       Удонна быстро забежала в палатку к девушке с ребенком, в лице её не было не кровинки, только ярость, глаза блестели гневом и, возможно, ненавистью. Было очевидно, что женщина еще не успокоилась после трюка Кармен с тем несчастным воришкой, а расплата фиолетового рейнджера за этот поступок была еще впереди.        Белая Волшебница старательно избегала гостьи несколько недель и не говорила с ней без весомой на то причины. — Ты темная ведьма! — проронила сквозь стиснутые зубы будущая наставница мистической силы, подступив ближе к девушке. — Что с вами? Что происходит? — волшебница положила ребенка в люльку и прикрыла собой, а то мало ли что. — Мне о тебе все известно! — Удонна уже достала весьма ловко палочку, а Кармен лишь не понимающе смотрела на снежного рейнджера. — Это твоих рук дело, двадцать лет назад, Мартиша. Тогда ведь ты наслала чуму на целую деревню. Теперь же здесь ты родила своего ребенка и решила наслать еще одну беду, но я не позволю! Или уйди или я буду с тобой сражаться и жизни не пожалею, — рейнджер была готова выполнить свою угрозу, что не могло не повергнуть молодую Хранительницу в шок. Было весьма интересно узнать кто же напел этот бред Удонне и что именно, от чего она такая сердитая. Кармен поняла только одно, что она здесь кому — то мешает, при чем не шуточно и её перед смертью хотят хорошо помучить, а может даже заставить увидеть смерть своего ребенка, а потом погибнуть от голода и холода, но враг явно не понимал с кем имеет дело. Но этот кто — то явно хотел расстянуть и насладиться мучениями Хранительницы, но кто это такой не ясно.        Но выбор был не велик: или уйти или драться с Удонной, чего бы Кармен в здравом уме и трезвой памяти никогда бы не сделала. — Хорошо, я уйду, — ответила рейнджер, взяв ребенка на руки и набросив на плечи черный плащ. — Только пообещайте мне пролечить свою белую гарячку, свое безумие, — не могла не съязвить хоть как — то девушка, следующее слова сами же сорвались не произвольно с губ. — Вы никогда не найдете своих детей самостоятельно. Никогда, — на молодую женщину снова на миг нахлынула та детская обида и не только на мать с отцом, но вся боль этих двадцати лет будто сейчас комом застряла в горле и от этого хотелось выть, но, умевшая всегда мастерски держать свою боль где - то глубоко в душе, девушка, бросив скептический взгляд на мать, поспешила уйти прочь как из палатки, так и из лесу.        В душе старшей волшебнице сейчас не было ничего кроме боли и ненависти к этой незнакомой спасенной женщине, которая не позволила Снежной Волшебнице после долгих лет скитаний, бессонных ночей и надежд, что скрывать волшебница только и жила благодаря надежде, что кто — то из близких выжил, найти хоть кого — то и для Удонны было очевидно, что бывший друг их с Линбоу семьи и эта мелочная темная ведьма её развели, пошутили, поиздевались, заставив кровоточить и так не зажившие раны. Поэтому будущая наставница рейнджеров так охотно поверила в слова той женщины, старой и очень больной, что много лет назад видела Мартишу своими глазами и теперь беспрестанно утверждала, что найденная девушка и есть эта страшная ведьма.        Не видя или, точнее сказать, не хотя видеть явные доказательства невиновности девушки, Удонна лишь мстила за такой удар, можно сказать предательство. Ведь это был единственный шанс оставшийся в живых волшебнице узнать хоть что — то, это был миг, которых мог быть самым счастливым, а обернулся пыткой.        Пелена ненависти и не приязни застелила глаза колдуньи и случилось то, чего Линбоу просил и её, и своих учеников никогда не допускать: не позволять чувствам брать вверх над разумом. И теперь Хранительница оставшейся магии мистиков не замечала очевидных звоночков и могла стать легким оружием в чей - то игре.        Девушка знала лишь одно место, её спасительное, место где всегда хоть немного было еды и где она много лет назад пряталась от своего мучителя, по совместительству друга родителей — Календора.        Около её любимой пещеры, с озером внутри, всегда было зелено и очень красиво во все времена года. Это было странно, но ведь нет ничего заманчивее волшебства и неизвестности. Там всегда пахло травами и цветами, а еще рядом с пещерой, в двух шагах, за непролазными, на первый взгляд, кущами росли деревья: яблоки, груши, огромные сливы, киви и все это в одно время да такие сладкие, что не возможно было наесться. Здесь был будто сад изо всех деревьев мира, скрытый от людских глаз. Этот сад, эта пещера всегда служили для молодой Хранительницы убежищем и укрытием от всех бед, это было место, где она могла спрятаться и все обдумать. Девушка, прижав сына к груди, присела и скользнула внутрь пещеры. Было очень темно, только озеро освещали яркие лучи солнца. Рейнджер успокаивала сына, паралельно доставая из карманов несколько слив и начав их жадно поглощать. — Тихо - тихо, мой любимый сынок, не переживай, мы спасемся, мама о тебе позаботится. Это место для меня особенное, оно не раз спасало мою жизнь и залечивало душевные раны. После того как мы здесь немного побудем и я все взвешу, мы найдем того кто хочет нам навредить и мы вернемся домой, — девушка поцеловала сына в лоб и по теплее закутала в длинный плащ. — Здесь холодно, но это поправимо и безопасно, также есть немного еды. Интересно, кого еще кроме Дона послал мой враг по наши души? Девушка начала качать Сэма. — Глупая у тебя мама, так бездумно наживала себе врагов, а теперь и ты в опасности. А ты знаешь и ведь кроме тебя рассказать то и не могу никому о своей боли, ведь все остальные умеют говорить и расскажут другим, а потом кто - то будет смеяться и радоваться, а кто — то жалеть. Поэтому расскажу тебе, мой родной. У меня был друг, казалось очень надежный, верный, были знакомы с первого класса, все одиннадцать лет за одной партой. С момента знакомства прошло уже более двадцати лет. Столько всего было: общее, планы, надежды мечты, — Кармен прислонилась к холодной стене головой и закрыла глаза. — Мы с лет семнадцати жили вместе, учились, строили планы на жизнь, я даже была замужем. Это рухнуло все в один миг как карточный домик. Возвращаясь с работы и вижу люди, кто кричит, кто плачет, у кого истерика, подхожу и вижу Лео, пытаюсь его привести в себя, вокруг кровь, столько крови и он мертвый, — девушка замолчала на минуту, а потом начала говорить, будто заставляя себя говорить каждое слово. — Помню что — то кричала, плакала, кто — то пытался меня оттащить от него, не помню кто. После похорон лежала как бревно, чувствуя лишь боль, такую боль, что не передать словами. Потом узнала, что жду твоих брата и сестру и решила, что пора уехать из Браервуда, вычеркнуть из жизни и памяти этот город и никогда не возвращаться туда. Забыть биологических родителей, забыть Лео, жить только детьми и работой, ведь в Браервуде и магическом лесу меня ждали только боль и разочарование. Но спустя пять лет, это число магическое в моей жизни наверное, пришла весть о землятрисении и о том что пора бы и вернуться домой. Было тяжело, так больно, сынок, но надев улыбочку, таки вернулась и примкнула к рейнджерам. А не так давно узнала, что мой друг, мой любимый муж стал кислотником, получив эту силу от Мортикона и все думают, что моя смерть на его руках, но нет. И вообще я сделаю Преисподней и остальным мразям такой сюрприз, что во век не забудут, — ледяное спокойствие говорило лишь о том, что Кармен настроена серьезно и не намерена от ступать. — Прям женщина — кошка или как там этот фильм называется, — к Кармен подошла женщина с очень красивыми чертами лица, такими редкими желтыми глазами и с пшеничного цвета волосами завязанными в хвост странным магическим узлом. — Ты скорее себя уничтожишь чем черных магов. Сейчас ты как бревно бесполезная, ленивая, бессмысленная пустышка. Когда две любви и ненависть с любовью сражаются в душе это безумно больно, душа рвется на части. Но ты на чувства не имеешь права с тех времен как спасла это возможное исчадия Ада. Кармен подскачила на ноги, но не атаковала ведь, судя по всему, женщине меньшее всего нужна была драка и, она всего лишь говорила гадости, также как и фиолетовому рейнджеру с ребенком на руках. — Кто ты? Зачем пришла? — спросила Кармен, все же держа палочку на готове. — Уходи. — Не важно, но ты ко мне в гости приходила все эти годы и я отводила от тебя Календора и прочие опасности, пока ты была в моем доме. Погибнуть должен был только один — Боуэн, — это существо, схожее на женщину подошло к Кармен и смотря прямо в глаза начало шептать, схватив больно за плече девушку. — Он или станет величайшем магом всех времен или не совладает со своей силой и начнет жечь как добро так и зло, он будет сжигать все на своем пути и всех. Ты пострадать не должна была, а вот этот мальчик должен был умереть, чтобы мы все жили. Вот что ты наделала, ты убила нас всех, Хранительница. Просчитала все опасности, но любовь закрыла тебе глаза на самую большую опасность, на мага с самым огромным потенциалом. Это конец… всему. Вдруг плач ребенка разбудил лунного рейнджера, девушка во время рассказа уснула.

***

— Все гениальное просто, — расхаживая по своему замку, рассуждал Воркс. — Ты молодец, Джулия, ловко палочку отобрала, — вертя в руках морфер красного мистического рейнджера, самодовольно ответил злодей. — Хорошо придумано, по человечески. Столкнулась с ним и вытащила волшебную палочку, еще и поскандалила. — Кто он? Кого я для тебя обработала? — спросила ведьма. — Красного мистического рейнджера, Боуэна, он же Светоч. Я знаю, что ты испугалась бы, поэтому использовал тебя вслепую, — ответил маг, осматривая «мобильник» и не капли не сожалея о содеянном. — Как по моему обычный парень, — пожала плечами колдунья. — Явно был рассеян и не в настроении, что облегчило мою задачу, вытащить мобилку. — Да, легенды о нем слишком преувеличены и кое - какие белые маги зря его боятся, хотя пусть, нам это только на руку, — Воркс сел на свой трон, в центре зала. — Линбоу с Ниеллой нейтрализированны, во время у этой нищенки обиженной жизнью и обделенной мозгами, сердце прихватило. Сначала я её хотел просто убить, но потом решил установить около её дома врата через которые нельзя выйти и магия на них не действует, а человек за ними будто исчезает и его не возможно найти, пусть Линбоу пока посидит там. Герой. Но когда я его провожал к дому ведьмы, то понял, что это пожалуй единственный мистик которого стоит опасаться, такой уверенности, знаний и магии я мало у кого ощущал. Он лидер, в отличии от его сына настоящий и тогда, когда он был у меня, мне так и не удалось его морально растоптать. Это заслуживает уважения. Таких людей крайне трудно убить, их лучше изолировать. Кармен я смог победить из — за её молодости и самонадеяности, а вот Воин Волк другое дело, — рассуждал черный маг. — А эта женщина, Удонна? Что с ней будет? — спросила Джули. — Её можно ударить чисто по — женски, — усмехнулся Воркс, сжав зубы. Девушка же тихо слушала, ведь лишнее слово могло стоять ей жизни. — Для каждой такой как ты важно быть единственный для своего мужчины, а как мать её с ума сведет то, как убивали её дочь. Воспоминания о смерти Хранительницы я передал ей сегодня через сон, а вот насчет супружеской неверности пришлось хорошо под напрячься, — усмехнулся черный маг. — Пришлось при твориться её знакомой и сообщить, что я видел как Ниелла с Линбоу гуляли под ручку в укромном месте магического леса и так ворковали, что даже не за метели меня. Ведьма посмеялась, но семя уже посеяно. — Умно, — его прислужница задумалась. — По ним надо бить как по людям. Раздор в команде уже есть из - за «измены» Ника, а остальное дело мелочей. Главное, чтобы Боуэн пришел один ко мне и я его уничтожу, шутки кончились. Затем расправлюсь с остальными. Из старшего поколения Удонна будет уничтожена морально первая, Ниеллу я убью, Линбоу придется допросить и пусть немного посидит в темницы. Мне надо знать где Хозяин, чтобы когда придет время, уничтожить конкурента, — делился планами он. — Солнечный рыцарь нам не помешает, также как и опекун Хранительницы, слишком мелкие сошки. — А как же ваша дочь? — спросила приспешница. — Пусть получит по заслугам, — отмахнулся колдун. — Линбоу наверняка перепрятал мастера, но где? Ладно, узнаем. А вот и доказательства, что легенды лгут. О Светоче говорится, что он станет величайшим магом и сможет победить любое зло или же его поглотит его внутренний Фенкс и он станет жечь все на своем пути, — Воркс залился скрежещущим смехом. - А он просто слабак. Древний колдун посмотрел на Джулию и взмахнув рукой заставил её полехнуть огнем, злобно прорычав под её предсмертные крики: — Надоела.

***

       Клэр вернулась в Рут Кор поздним утром, её первая неделя Хранительницей не порадовала. Надо было постоянно держать в кулаке несколько измерений, чтобы там не вспыхнула война, также надо было разобраться кто виновный, а кто нет, ведь как оказалось Сирена садила в темницы всех подряд без разбора и еще тех, кто был ей или Ворксу не угоден. Теперь же надо было разобраться кто виноватый, а кто сидит не по своей вине. Молодая девушка сейчас выглядела немного усталой: круги под глазами, бледная кожа и мечта о нескольких часах сна. Было странно, ведь сейчас, обычно в Рут Коре кипит жизнь, а сейчас никого. Не было даже Удонны, что встает обычно очень рано и мечится в главном зале: готовит зелье, убирает, читает или еще что — то делает. Юная волшебница поднялась на второй этаж и постучала в комнату тети, но ответа не последовало. Решив еще раз поговорить с волшебницей позже, Хранительница Врат услышала что — то похожее на то ли всхлип, то ли стон. Клэр, не долго думая, зашла в комнату женщины и обнаружила волшебницу сидевшей на полу и тихо всхлипывающую. — Тетя? — Клэр села рядом с ней взволновавшись. - Удонна, что случилось? — Я с ума схожу, мне уже снится её смерть, — Снежный Рейнджер склонила голову на плечо племянницы. — Я так боюсь, что всех убьют. Умоляю тебя! Прошу! Заклинаю откажись от этой затеи, заменить Кармен! — начала истерически кричать и трясти за плечи. — Ты издеваешься надо мной? Зачем ты так поступаешь за что ты мстишь? Я берегла тебя, а теперь предлагаешь смотреть как тебя убьют? За что мне это? — волшебница спрашивала сквозь рыдания. — Хватит, я не отступлю, Кармен нету и я заступила её, чтобы её вера в меня не была напрасной. Она единственная верила в меня, когда все смеялись и прятали от меня мою же силу! — ответила резко девушка. - Нам надо бороться, иначе конец! Она не беспокоилась за свое спокойствия, а переживала за меня. Клэр вихрем выбежала из комнаты. Удонна кое — как села на кровать и упала лицом в подушку, что заглушала её рыдания.