Синяя борода и солнечный зайчик - 2: До самой луны и обратно

Утром Тео проснулся от зверского чувства голода. Ну, еще бы, ведь он вчера и пообедать-то не смог, да и с ужином как-то не получилось. Вчера он заснул, как только Доминик закутал его в полотенце после душистой ванны. Тео сладко потянулся и, повернувшись на бок, посмотрел на спящего Ники. Во сне тот выглядел таким милым и беззащитным. Спящий альфа всегда вызывал у Тео жгучее желание его потискать. Но он, сдержав свой порыв, потихоньку выбрался из кровати и отправился на пробежку. Кожа ягодиц слегка зудела, как после солнечного ожога, но это нисколько не беспокоило Тео, а только добавляло приятных ощущений и хорошего настроения от сладостных воспоминаний. Собаки, повизгивая от восторга, носились рядом, и время от времени толкали Тео своими спинами. Омега попробовал толкнуть их в ответ, но все закончилось тем, что его опять повалили на траву и попытались вылизать лицо. Тео, с трудом отбившись от довольных Второго и Третьего, пошел домой, кидая по пути собакам мячик и выбирая сор из волос. На пороге дома его уже ждал Ной с большой сумкой через плечо, из которой торчали щетки и расчески. - Я подумал, что если дредов больше нет, то теперь потребуется моя помощь по уходу за волосами. Ной так довольно улыбался, что у Тео язык не повернулся сказать, что он может и сам причесаться. Открыв дверь, он только кивнул головой, чтобы бета входил следом. Тео украдкой посмотрел на дверь спальни. Надо бы предупредить Доминика, он не любит посторонних в доме. - Возьми стул из гостиной и подожди меня здесь, – Тео взбежал по лестнице и, обернувшись перед дверью спальни, крикнул вниз, - я сейчас только душ приму и вернусь! Доминик в ванной заканчивал бриться. Тео всегда нравилось наблюдать за этим таинством. Альфа всегда брился в одних пижамных штанах, и Тео застыл на мгновенье, любуясь широкой спиной и литыми мышцами, которые от тягучих движений медленно перекатывались под кожей. Доминик стер последний кусочек пены с лица и притянул к себе зачарованного кролика для утреннего поцелуя, но Тео только сжал губы и выскользнул из объятий. - Нет, - он отскочил подальше и начал раздеваться, - я еще зубы не чистил. - Когда любишь кого-то, то любишь целиком и чистого, и грязного, – альфа с удовольствием наблюдал, как омега быстро поливал себя из душа. Увидев розовую кожу ягодиц, поинтересовался, - попка еще болит? Я вчера ее перед сном помазал обезболивающим гелем, и могу повторить. - Повторить что? – Тео насмешливо фыркнул. - И по поводу чистого и грязного, - омега насмешливо посмотрел на смущенного Ники, - меня еще собаки на улице лизнули. После них ты тоже не против со мной целоваться? Тео вытирался полотенцем, посмеиваясь про себя, но вдруг замер и уставился расширенными зрачками на Доминика, альфа подошел и присел на корточки перед ним, внимательно всматриваясь в встревоженное лицо. - Что случилось? Маленький, ты опять что-то вспомнил? - Доминик притянул его к себе и погладил его по влажной спине, - поделись со мной, не молчи! - Когда ты меня первый раз поцеловал, - Тео с болью в глазах смотрел на альфу, - меня тогда еще вырвало на балу, - Тео смотрел виновато, - тебе было очень противно? - Нет! - Доминик рассмеялся и крепко обнял зайку, - я тогда был так счастлив, что наконец-то, смог обнять свое сокровище! Которое, кстати, после того, как нацеловалось, повернулось ко мне голой попой и заявило, что я просто сон, а на следующее утро кровожадно потребовало моей смерти! Я и так чуть с ума не сошел, когда ты пропал из закрытой комнаты! И если бы твой брат вместе с тобой забрал и твою одежду, то я бы точно решил, что умом тронулся и у меня галлюцинации на почве большой любви. - Ну, прости, что доставляю тебе столько хлопот и переживаний! – Тео погладил Ники по волосам, - я постараюсь исправиться, честно! Я стану совсем другим, вот увидишь! - Не надо, - Доминик, посмотрев на зайку серьезным взглядом, вздохнул и вынул сухую веточку из волос, – просто будь. Я рад, что у меня есть о ком переживать и заботится. - Ой! – Тео подпрыгнул, - я совсем забыл, меня там внизу Ной ждет. Он меня расчешет и сразу уйдет, не сердись на него, пожалуйста! - Не буду, – сказал Доминик в закрывающуюся дверь, через которую омегу выдуло, как ветром. Тео резвым козликом проскакал в свою комнату, быстро надел школьную форму и, схватив сумку, бросился к входной двери, где его терпеливо дожидался Ной. Бросив сумку у двери, Тео уселся верхом на стул и, схватившись руками за спинку, откинул голову назад. - Можешь начинать! А можно пока ты меня расчесываешь, я буду распеваться? Меня к этому Эмик приучил. Ной только довольно кивнул головой и схватился за расчески. Тео начал выводить МИ, МА, МО. Спустя какое-то время в дверях появился Доминик. Он посмотрел на все это с высоты балкона, а потом, не выдержав, спросил: - Не могу понять, тебе хорошо или плохо? Тео только рассмеялся. Ной испуганно замер со щеткой в руках. - Мне хорошо! Ной расчесывает совсем не больно! Эмик не был со мной настолько терпелив! Он постоянно указывал мне на ошибки в распевке, периодически тыкал в меня щеткой, чтобы я не горбился и постоянно ругался, что из-за моих воплей приходится закрывать окна. Потому что соседи, видите ли, не могли вынести двух вещей: моей распевки и гамм самого Эмика! *** Конфетка стояла посреди школьного двора и притопывала ногой, ожидая, когда к ней подойдет кузен. Тео, перекинув сумку через плечо, неспешно приближался к Луизе, приветствуя время от времени приятелей и высматривая по сторонам знакомых. Вон Фил идет следом, а вот Герман и Натан вышли из-за угла, на них были надеты майки с логотипом группы, и они, окруженные омежками, просто светились от самодовольства. Они издали помахали Тео и вошли внутрь. - Прив… Договорить у Тео не получилось, Конфетка отвесила любимому кузену полновесную оплеуху. Да такую, что у Тео голова мотнулась к плечу, а в ухе зазвенело. На школьном дворе повисла тишина. Рядом с ними вырос Фил, напряженно глядя на Луизу. - Ты хоть понимаешь, как мы волновались, когда до нас доходили слухи, один ужаснее другого! – Луиза, скрестив руки на груди, сверлила Тео надменным взглядом сверху вниз, и как только у нее это получалось, ведь Тео был немного выше кузины, но сейчас казалось, что она возвышалась над ним, как папа над нашкодившим ребенком. - У тебя коммуникатор не отвечал, хорошо хоть до Анджея удалось дозвонится! А у тебя совсем мозгов не хватило позвонить и сказать, что у тебя все в порядке? Мне до сих пор не верится! С фанатами пообщаться ты время нашел, а деду позвонить и успокоить старика мозгов не хватило! - Прости, – Тео схватился за щеку, - ну вот, исполнение желаний по второму кругу, - пробормотал он. - Я больше ни видеть, ни слышать тебя не хочу, – припечатала Луиза и, развернувшись, пошла в школу. - За что это она тебя так? - не понял Фил. - За дело, – вздохнул Теодор. Тео зашел в класс, его парта действительно напоминала стог из разноцветных бумажек. Он вздохнул и сел на стул. На бумажках, прилепленных в хаотичном порядке, были написаны признания в любви, нарисованы сердечки, стрекозки, поцелуйчики, его имя с красивыми вензелями и завитушками. Тео посмотрел на все на это безобразие и, вздохнув еще раз, открыл ящик, чтобы положить туда сумку, но тот был до верха заполнен конфетами и шоколадом. - Привет, мелкий! – в класс влетел Натан, - а чем это ты так Конфетку рассердил? Ух, ты сколько шоколада! – Натан изумленно рассматривал залежи сладкого, - А попа от сладкого не слипнется? - Угощайся, – Тео повел рукой над открытым ящиком, – для друга ничего не жалко. За спиной раздались восторженные вздохи. Тео обернулся и посмотрел на класс, в классе было много новеньких. Они смотрели на него голодными глазами, а вот Данни, который всегда сидел за ним, почему-то сидел на самой последней парте. Он неважно выглядел и, похоже, недавно плакал. Тео решил подойти и узнать, что случилось, но прозвенел звонок и в класс вошел преподаватель. Он увидел Тео, сидящего за партой, и раздосадованно поморщился, но урок начался как обычно, учитель начал объяснять новую тему. Тео попробовал отклеить бумажки от стола, но потом плюнул и просто положил на них сверху тетрадь и стал записывать. Бумаги шелестели под руками и здорово отвлекали, но Тео постарался сосредоточиться на уроке. Посередине урока Данни попросился выйти. Тео только посмотрел вслед и подумал, что, похоже, что-то серьезное случилось. Может быть что-то с Ральфом произошло? Его сегодня не было в школе. У Тео вдруг сердце сжалось от плохого предчувствия и он, подняв руку, попросил разрешения выйти. В коридоре было пусто и тихо. Теодор бросился в туалет и увидел там Данни, который привязывал на перекладину туалетной двери собственный галстук, на другом конце которого была завязана петля. - Что ты задумал? – Тео схватил Данни в охапку и оттащил подальше. - Отпусти меня! - Данни, как сумасшедший, стал вырываться из рук друга. – Ты ничего не знаешь, мне теперь незачем жить! Я всех подвел и никому не нужен, меня никто не любит, и я больше не хочу никому быть обузой! - Прекрати немедленно! - Тео пытался удержать извивающегося Данни. – Объясни, что случилось? Что-то с Ральфом плохое произошло? Данни замер и, развернувшись, уставился на Тео полубезумным взором. А потом вдруг начал смеяться, сначала тихо, а потом все громче и громче. Тео выпустил его из рук, не понимая, что происходит. - С Ральфом? – Данни утирал слезы от смеха. – С Ральфом-то как раз все в порядке! У него все хорошо, просто замечательно! Тео с размаху влепил Данни пощечину, совсем как ему утром кузина. Данни замолчал и, схватившись за щеку, невидяще уставился на друга, а потом у него из глаз полились слезы в два ручья. Тео подтянул Данни к умывальнику и, наклонив его над мойкой, стал умывать холодной водой. Вскоре, когда рука от холода совсем замерзла, всхлипы стали тише, и двое омег уставились друг на друга в зеркале. У каждого на лице было по красному отпечатку пятерни во всю щеку. Увидев подобное, они вдруг рассмеялись. - Ты теперь расскажешь, что произошло? - спросил Тео. - Я беременный, – Данни вздохнул. – Ральф, когда узнал, потребовал, чтобы я сделал аборт, а сам на следующий день пропал из школы. Мои родители, когда узнали о моей беременности, собрали мне сумку и выставили за дверь. Они сказали, что если я сам решил, с кем проводить течку, то и решать свои проблемы теперь должен сам. Я ходил к Ральфу домой, но дверь открыл его папа и с порога стал на меня кричать, что я нищеброд, хочу охомутать их единственного сыночка, и что у меня ничего не получиться. Я не знаю теперь, что делать. Если я сейчас умру, то всем станет только легче. - Нет, – Тео обнял Данни за шею и притянул к себе, - не легче. Я не верю, что твои родители могли так с тобой поступить. И Ральф тоже, вы же с ним уже два года вместе. Он, наверное, не в курсе, что его родители тебе наговорили. - Все он знает, - Данни всхлипнул в шею Тео и прижался посильнее, - он мне позвонил после того, как его папа прогнал меня, и сказал, что я сам во всем виноват и мне надо было принимать противозачаточное, а ему муж без денег и связей не нужен. Я сам во всем виноват, – вздохнул Данни, – значит, и отвечать мне! - Это же несправедливо! - Тео погладил Данни по спине, - знаешь, я знаю, кто нам поможет! Я тебя не брошу! Мы же друзья! Где ты, говоришь, твоя сумка?