О тебе и немного обо мне

      Тёплый летний вечер, едва ощутимый ветер и ласковое солнце. Я и ты гуляем по округе, не замечая никого, кроме себя.       Идём либо слишком близко, ибо наши руки соприкасаются, от чего проходит электрический ток, либо это моя паранойя, просыпающаяся лишь рядом с тобой. Болтаем о чём-то лёгком, то и дело пропускаем слова мимо ушей, слишком увлечённые и сосредоточенные на прикосновениях рук, робких взглядов и едва заметных улыбок. Мне тогда казалось, что это слишком, и ситуация скоро выйдет из-под контроля.

Если честно, в тот вечер всё было слишком.

      Наконец мы присаживаемся на какие-то раздельные качели, и между нами сразу образуется расстояние. Из-за этого ты уже откровенно разглядываешь меня, то и дело бегая глазами по всему моему лицу. Наша лёгкая беседа постепенно переросла во что-то серьёзное, с личными вопросами, ответы на которые выходили из уст не сразу: нужно было собрать с духом.

Если честно, ты был и остаёшься первым, с кем я так откровенно разговаривала за всю свою жизнь.

      Время словно летит, не давая нам побыть друг с другом подольше. Но мы на него не в обиде: ночные телефонные разговоры принесут куда больше сокровенных тайн, когда комнаты освещены лишь лунным сиянием, и никто уже не увидит, как я глупо улыбаюсь, слушая твой приятный голос.

Если честно, я люблю слушать твой сонный голос поздно ночью, и знать, что впереди ещё несколько часов, пока солнце не достигнет нас и не испортит этот момент.

      Когда наступало утро, ты недовольно бурчал, что солнце пробралось в твою спальню и немного подпортило тебе настроение. Я соглашалась, разглядывая свою комнату и понимая, что оно везде, и нам от него не спрятаться.

Если честно, я также сильно ненавидела утро, как и ты. Оно нагло врывалось в мою жизнь и переворачивало всё верх тормашками. Но оно должно наступать, ведь вместе с ним всегда приходит новый день, когда мы сможем увидеться.

      Я не помню, когда настал момент, что утро перестало меня раздражать, а ночные разговоры затихли. Я не помню, когда мы гуляли в последний раз, а наши руки соприкасались, духовно задевая мои нервные импульсы. Если я и слышала твой голос, то где-то издалека и совсем не предназначенный для меня.

Если честно, не помню, как и почему это закончилось, но я чертовски жалею об этом.