Стреляная птица

В тебе моя печаль, В тебе мой страх! Он снова за роялем и снова пишет песню про неё. Про печаль, которую испытывает она каждый день, сидя у окна. И музыка моя в тебе одной, Теперь и разум мой в твоих руках! Он пишет песни лишь про неё и только про неё. Больше никто его не вдохновляет, не интересует. Душа моя измучена тобой. Он не может не думать о ней, но каждая мысль приносит ужасные страдания и боль. Сердце обжигает, как огнём. Но это не огонь, это — любовь, ужасная и несчастная любовь. И спит она, утомлена, И знаю ты — тоже сон. Он думал, что она лишь сон, который исчезнет с первыми лучами солнца. Но это было не так. Душа моя не заперта, Но к сердцу путь преграждён. Он был готов открыться, излить ей душу! Но что-то мешало. К его сердцу путь был преграждён. Слова остались мне, и в шёпоте теней Я слушаю во сне историю о ней. Слова остались мне, как двери без ключей, Боже, лишь слова остались мне. Он помнил всё — голос, глаза, губы, смех, волосы — всё! Он писал про неё песни и слушал их, как историю, как сказку. Ведь всё, что у него от неё осталось — лишь слова. Пустая тишина во тьме звенит, и мир молчит, Весь мир молчит — твоя лишь в том вина. Для него ничего и никого не было. Он был погружён лишь в свои мысли и песни. И в этом была её вина. Тобой забыт, Израненный, несчастный мир не спит. Она давно забыла его, перевернула эту страницу и решила оставить её незаконченной. Она боялась, что ей снова причинят боль, снова бросят и оставят. Слова остались мне, и в шёпоте теней Я слушаю во сне историю о ней. Слова остались мне, как двери без ключей, Боже, лишь слова остались мне.

***

И снова письмо, но теперь уже не ей, а сестре, и снова в стихах — по-другому он не может: Холоднее льда воспоминаний боль, Но в моей душе по-прежнему тепло Господи, о ней забыть скорей, Что было, то прошло... А она лишь говорила: «Не мне решать, кого Мария любит! Не мне её любить учить!» Слова остались мне...*