Путь домой

Увидев, что Дэн пришел не один, Вадим заметно растерялся, а когда Станислав Федотович бодро предложил показать трудовой фронт, смущенно улыбнулся и махнул рукой: - Да ладно, что мы – киборги что ли, работать и работать, пойдем, Стас, я тебе такое местечко покажу… Тут рядышком. - Ну, пойдем, только все вместе, - пожал плечами тот. Вадим смерил честную компанию взглядом, но спорить не стал. Подхватил на плечи Стасика и зашагал вперед, показывая дорогу к небольшому озерцу. - Купаться! – радостно завизжала Полина, завидев, куда они идут. - Ловить рыбу, – буркнул провожатый. - Зачем? – удивился Станислав Федотович. Вадим посмотрел на него как на идиота. Капитан узнал этот взгляд. Сам он никогда не был ни заядлым грибником, ни любителем рыбалки. Имел бы он столь подходящее для тихого Нового Бобруйска хобби, то не скучал бы на пенсии, и заботливым друзьям никогда бы не пришло в голову уговорить его купить космический корабль. Однако среди его сослуживцев попадались такие, что готовы были всеми правдами и неправдами раздобыть отпуск на несколько часов, чтобы гордо приволочь из чужих джунглей что-то мелкое, уродливое и обычно совершенно несъедобное. – Уху варить, вялить, а самых больших хорошо в сметане жарить, – соизволил наконец ответить бывший космодесантник. - А купаться там не стоит. Родники на дне, вода очень холодная. Вот на вашем конце долины речка есть, она и то теплее. Может, вернетесь? – поинтересовался он, глядя почему-то на Полину. Девушка фыркнула. - Ну ладно, будет кому за ребенком приглядеть. Пока Вадим прилаживал вытащенные из кармана снасти к валяющимся тут же палкам, Дэн подошел поближе к воде. Теоретически в таком маленьком водоеме не могли водиться крупные и опасные животные, но запрограммированная паранойя призывала проверить. Тем более, что никакого ручья или речушки из озерца не вытекало, а значит, оно могло быть связано с подземными пещерами. Ничего опасного в глубинах детекторы киборга не засекли, а вот у самого берега… Дэн резко наклонился и выдернул из воды за хвост толстенькую серебристую рыбешку с ладонь размером. Добыча задергалась, раскачиваясь в цепких пальцах, и чуть не заехала любопытной Полине в лицо. Девушка отпрыгнула и завизжала. Вадим буквально подавился ругательством. На середине фразы он оглянулся на маленького Стасика, и Дэн после полной яда паузы был обозван всего-навсего киборгом, но очень выразительно. После чего Вадим, тяжело дыша, сжал кулаки и закатил глаза к небу с выражением: «Ну, я же предупреждал, что он только все испортит». - Дэн, - торопливо сказал капитан. – Видишь ли, Вадим хотел поймать рыбу сам. Некоторые действия люди совершают не только ради результата, но и потому, что считают удовольствием сам процесс делания. Рыжий пожал плечами. Конечно же, он знал такое о людях. Например, секс. Если верить Теду, люди пытаются как можно больше и дольше заниматься этим, но изо всех сил стремятся не достичь предписанной природой цели, то есть не зачать ребенка. Впрочем, поведение приятеля и в других сферах жизни не очень поддавалось здравому смыслу. Его родители были фермерами, и, судя по отрывочным рассказам пилота, им это нравилось. Тед же с сестрой поспешили с фермы сбежать, потому что копаться в земле категорически не хотели. Про Лику Дэн ничего на этот счет не знал, но вот сам Тед тратил немало времени и сил на выращивание конопли в горшке, спорил ради нее со своими капитанами, берег, рыхлил, удобрял, устраивал ей нужное освещение. При этом результат в смысле сбора урожая его опять же совершенно не интересовал. Свою коноплю он не курил, не отжимал из нее масло, не плел из нее канаты и даже не пытался размножить с целью продажи… Дэн уставился на злосчастную рыбину. Датчики давно предоставили ему информацию, что объект неядовит и имеет высокую питательную ценность. Но как вкуснее: сварить его, завялить или пожарить в сметане - такую бесполезную для боевого киборга информацию база данных не содержала. - Значит, рыба вам не нужна, - осторожно спросил Дэн, - вы планировали только насладиться процессом ловли? - Как это не нужна?! – уперла руки в боки Полина. От ее крика мужчины аж подскочили. – Как это не нужна?! Вы собирались мучить бедных животных просто так?!!! Я еще понимаю, если для еды. Суровая необходимость, дикая планета… Забытый всеми Стасик решил поучаствовать в общей забаве, и тоже пронзительно завизжал. Рыбина совершила героический рывок, и ей удалось выскользнуть обратно в воду. -А-а-а!!!!! – Это ледяные брызги долетели до Полины. - Станислав Федотович, может, нам с Полиной и ребенком лучше вернуться обратно в дом и не мешать вашим особым развлечениям? – тихо спросил Дэн, повернувшись к капитану так, чтобы тот мог прочесть по губам. Тот с облегчением кивнул. Обратно шли медленно. Малышу надоело сидеть на шее, и он с удовольствием шел сам, держась за обе руки. Время от времени Дэн с Полиной отрывали его от земли и раскачивали. - Ой, а ему это не вредно? – вдруг спохватилась девушка. – Мы ж его так дергаем. - Нет. Дети легкие и гибкие. Их можно по-всякому брать. В доказательство Рыжий легко подхватил свою маленькую копию, перевернул вниз головой и покачал за ноги, потом перехватил за ногу и за руку и принялся крутить. Со стороны это выглядело страшненько, но ребенок смеялся. Правда потом не удержался на ногах и хлопнулся на попку, но тут же сам встал и принялся тянуть руки, мол, еще. - Главное – не уронить и не придушить. Я смотрел специальный фильм, а потом спрашивал у Вениамина Игнатьевича, все ли там правильно. Они пошли дальше. Девушка попыталась представить себе, что по цветущей долине рядом с ней шагает Роджер, и за руку она держит другого ребенка – черноволосого и смуглого. Картинка получилась вполне приятной. Даже перспектива вернувшись с романтической прогулки не плюхнуться тут же на мягкий диванчик вытянув усталые ноги, а немедленно готовить обед своей голодной семье... Полина напрягла память: «Куцые ноги? Нет, ноги суки. Вспомнила! Инаго-но-цукудами!» - именно так Роджер называл жареную рыбу - не вызывала у нее отторжения. Девушка вздохнула, вспомнив, что Роджер уже почти 2 месяца не получал от нее весточки. Вдруг он решил, что она решила прорвать с ним отношения, раз упорно не отвечает? И мама… Воображать то, что могла за это время напридумывать себе мама, Полине вовсе не хотелось. Любая другая тема для размышлений гораздо приятней. Вот, например, ызарги… Оставшись без шумной молодежи, Вадим потихоньку расслабился, а после того, как они все-таки уселись на бережку с удочками и поймали по паре рыбешек, повеселел. Даже первый нарушил священное молчание рыбаков и принялся рассказывать о своей здешней жизни. С запозданием Станислав Федотович понял, что тот и позвал его на прогулку, потому что хотел выговориться, пообщаться с кем-то близким по возрасту и жизненному опыту, а лишние уши его смущали. Скоро речь зашла и о его затее. Взрослому мужчине было стыдно быть бесполезным нахлебником у красивой женщины, пустившей его в свой дом. Он хотел бы ей помогать, но доить коз, прясть шерсть и готовить в печи он не умел совсем, крыша Устиного домика не съезжала и не текла, рогатый Ракан исправно каждый вечер собирал и приводил домой свое сытое и нагулявшееся семейство и в услугах пастуха не нуждался, собирание хвороста бывший космодесантник считал легкой оздоровительной прогулкой, а из садово-огородных работ знакомым оказалось только «копать». В первые дни, едва освоившись, он припомнил армейские строительные навыки и попытался соорудить для малыша качели. Устя посмотрела, покачала головой и принесла большую и очень прочную корзину, после чего надобность в плотницких работах отпала. В защите прекрасная дама тоже не нуждалась. Если в горах и жили опасные хищники, то сюда, в долину они не захаживали. Соседей Вадим видел всего один раз. Внушительная на вид компания человек в десять одних мужчин внезапно нагрянула через несколько дней после их прилета. Были они совсем такими суровыми неотесанными деревенскими жителями, как представлял их себе Вадим – с мозолистыми потемневшими руками, обветренными небритыми лицами, в простой просторной одежде, пахнущей чем-то незнакомым, но явно местным, с громкими хриплыми голосами. Бластеров при них не наблюдалось ни одного, но за поясами самым нахальным образом нисколько не скрываясь виднелись здоровенные ножи и увесистые дубинки, а у некоторых за спиной еще и длинные палки малопонятного, но тоже опасного вида. - «Правоохранительных органов на них нет», - встревожено подумал я тогда: «Глушь, до города далеко, связи никакой» – нервно хохотнул Вадим. - Шансы в драке стал прикидывать. Выходило не очень. Хоть вряд ли эти полудикие ребята имеют понятие о боевых искусствах, но их слишком много. Крикнул Усте, чтобы хватала ребенка и пряталась, а она меня успокаивать принялась. Мол, все в порядке, они с добром. Ее здесь все любят, уважают и иногда приезжают за лечебными травами. В голосе старого солдата явно слышалось восхищение и гордость за свою новую знакомую, когда он рассказывал о том почтении, которое оказывали ей визитеры. Своих мохнатых лошаденок они привязали за оградой, по огороду прошли аккуратно, чуть ли не на цыпочках, поздоровались с хозяйкой почти шепотом. Что в обычной обстановке они вовсе не такие тихони и скромники стало ясно сразу, как только им на глаза попалась повешенная на солнышке для подзарядки шоаррская лиса. По счастью выглядела она шкура-шкурой, так что за свое оружие гости не схватились, а лишь тыкали в чудище пальцами и обменивались удивленными восклицаниями. Вадим разобрал лишь: «Ракан! Ракан!» Козел-вожак не замедлил явиться на зов и с интересом принялся лезть рогатой мордой за шиворот пришельцам – давайте что-нибудь вкусненькое, раз звали. Те совсем растерялись. Похоже, обижать действием хозяйских козлов было совсем уж вопиющим нарушением правил местного этикета, так что Вадиму пришлось выручать бедолаг, подманив наглую скотину хлебной корочкой. Заодно и забрал от греха подальше лису. Вконец деморализованные гости с облегчением вздохнули и робко заулыбались спасителю. Устя же деловито указала им, куда сгрузить привезенные тюки с тканью и выделанными шкурами, взамен же выдала кулечек сушеной травы и еще несколько загадочных сверточков. Ночь гости провели возле своих скакунов, шумели весьма умеренно, то и дело спохватываясь и понижая голоса, еда у них тоже была своя, а поднесенный Устей «чай» они приняли прямо-таки с благоговением. С робким интересом поглядывали на малыша, явно дивясь его рыжим волосам, и на самого Вадима. Заговорить с ним они так и не попытались, а космодесантник не стал напрашиваться в компанию. Если к речи Усти он уже более-менее привык, то из долетавших до него обрывков их разговоров и песен он не понимал ни слова. Утром компания благополучно уехала восвояси. Вадим сделал паузу, переводя дух. Очень кстати клюнула очередная рыбка, побольше прежних, и с ней пришлось повозиться. О том, как после он еще раз внимательно осмотрел весь Устин огород и развешанные на чердаке запасы трав, Вадим рассказывать стыдился. Ботанику он все равно знал из рук вон плохо. При переподготовке агента научили распознавать коноплю, коку, опийный мак и еще с десяток растений, но он прекрасно понимал, что потенциального сырья для наркотиков по всей галактике найдется не одна тысяча видов. Так что в его нелепом обыске никакого смысла не было, и потом он долго ругал себя за дурные мысли и неблагодарность…А когда припомнил, как быстро и хорошо Устя вылечила его разбитую голову – даже следа не осталось – на душе стало совсем скверно. Так что рассказал он другую выставляющую его не в лучшем свете историю. Он попытался все-таки помочь Усте с прополкой огорода, но понятия не имел, как отличить сорняки от полезных растений. Спрашивать же не хотелось – во-первых, не получился бы сюрприз, а во-вторых, это означало бы выставить себя полным дураком. Призвав на помощь здравый смысл, он рассудил, что если на грядке вперемешку растет нечто с зелеными листьями и с фиолетовыми, то одно из них лишнее, и его надо выполоть... Поскольку на других грядках росло зеленое, ликвидации подверглись фиолетовые листья. Полезными же, увы, оказались оба растения. Хозяйка, глядя на ощипанную грядку, только головой покачала, но Вадим решил заняться более знакомым делом. Земля в долине была каменистая, и даже в Устином дворе в странных местах нарушая упорядоченность грядок торчали из земли камни. Видимо одинокая женщина не стала тратить на них свои силы и предпочла оставить их на месте нелепыми проплешинами среди зелени и помехами на дорожках. Она-то привыкла за долгие годы, а Вадим уже не раз спотыкался среди двора на якобы ровном месте. Вспомнив армейское прошлое, он взялся за лопату. Теперь он чувствовал себя при деле. Настоящим полезным в хозяйстве мужчиной. Камни поменьше ему удалось извлечь довольно быстро, и, красиво поигрывая мускулами, отнести их в уголок к забору. Камень посреди двора, о который он поцарапал любимый берц, пришлось обкапывать несколько дней и выкатывать рычагами. Дважды приходилось вытаскивать из ямы истошно кудахчущих куриц, как назло аккурат во время обеда. И если второй раз суть проблемы была уже ясна, то в первый пришлось изрядно побегать, потому что было непонятно, почему и откуда исходит шум. Да и сам Вадим едва избежал вечером падения, отправившись без фонаря в очень нужное место в дальнем углу двора. Он уже считал, что труд близится к завершению, но тут возникло непредвиденное ранее осложнение. Будучи в отставке он, разумеется, не обязан был соблюдать священный принцип армейской работы «круглое и тяжелое таскать, квадратное и легкое катать», но очередной камень неподъемного размера пришлось бы катить прямо по заботливо ухоженным грядкам. Закопать же камень обратно было б равнозначно признанию поражения и своей полной никчемности и бесполезности... Так что явление полного сил киборга оказалось весьма кстати. Вчера вдвоем с Дэном они аккуратно унесли злополучный камень к остальным, и теперь Вадим мог хранить гордое и загадочное молчание, если кто поинтересуется, как он собирался справится с тяжестью в одиночку. Впрочем, Устя не спросила. Полина с удивлением оглядела груду камней у забора. Поначалу Вадим бросал их абы как, и они заняли гораздо больше места, чем он думал, и уже мешали ягодным кустам. Дэну пришлось не просто плюхнуть очередной камень рядом, а переложить остальные в более высокую, а главное, прочную, конструкцию. Эта-то работа его и увлекла. Было в ней нечто сходное с выбором лучшей трассы из множества возможностей. Потом к нему притопал маленький Рыжик со сломанной веткой чуть ли не с себя ростом и начал ее «сажать» туда же. Вадим с ворчанием ребенка оттащил, мол, опасно, еще свалится что-нибудь, но ветку пришлось оставить и даже натыкать еще несколько, чтобы малыш не расстраивался. Сегодня они уже завяли, но все равно Полине понравилось. Примерно так она представляла себе сады камней, о которых рассказывал Роджер. Она произнесла это вслух, и Дэн просиял. - А ветки можно посадить по-настоящему. Принести немножко земли… Сюда пойдет что-нибудь с красивыми резными листьями. Типа конопли. – Девушку увлекла идея. Дэн оставил ее мечтать и строить планы - все равно же делать ему, и сделает он так, как сам захочет - и отправился бороться с очередной каменюгой. Несколько раз к нему подходила Устя, удивленно качала головой: такой молоденький и худой - и такой сильный и предлагала подкрепиться парным молочком. Любят ли киборги козье молоко, Дэн пока не решил. Этот продукт, хоть и не был сладким, был неплох на вкус и содержал много полезных питательных веществ. Смущал Рыжего способ его получения. Дело было не в брезгливости, это чувство киборгам не свойственно. Дэн и раньше теоретически знал, что «молоко дают коровы», но как именно они его дают и откуда перед этим берут, в стандартные базы данных не входило. Изучением же этого совершенно неактуального вопроса специально он не занимался. Навигаторы космических кораблей обычно берут молоко в пакетах в холодильнике или в банках в кладовке. Котьку с котятами он, разумеется, видел, но это были их естественные природные отношения, в тонкости которых он не вникал. Зрелище же, как человек заживо извлекает из козы часть ее организма для поедания, вчера застало его врасплох и шокировало. «Оказывается, к киборгам люди еще сравнительно неплохо относятся», - подумал тогда он. По крайней мере, о съеденном людьми киборге он не слышал ни разу. То, что козе процедура явно нравилась, еще ничего не значило. В его базе хранилось немало сведений о хищниках, которые гипнотизируют жертву или впрыскивают ей наркотик, чтобы та не противилась. Не сразу он догадался прикоснуться к «жертве». Датчики тут же сообщили ему, что все жизненные показатели в норме, и жуткая процедура действительно никак рогатой бедняжке не вредит. Устя ж в это время нахваливала, какие ее козочки ручные, ласковые, и как приятно их гладить. Наверное, решила, что рыжий парень с застывшим лицом опасается домашней скотины и пытается преодолеть свой страх.