Как Серый стал голубым

      У вас так бывает, что вам кажется, что все парни вокруг педики? Нет? А у меня это длится уже месяц. Странно, как я умудрился еще сессию сдать? Мне даже казалось, что преподы на экзаменах — и те на меня слюни пускают. Где-то прочел, что у меня признаки посттравматического синдрома. А оно мне нужно было — читать всю эту чушь? Каких только болячек я уже у себя не понаходил: и СПИД, и гепатит, и сифилис… Короче, весь букет, даже Стокгольмский синдром. Спросите, что за херня? Совсем нездоровая вещь! Снится мне этот Антон. Ох, как снится!.. И так мы с ним, и вот так, а еще он и этак умеет и даже такую хрень вытворяет… И что мне с этим прикажете делать? А?! Я запал на этого парня. Был бы телкой, плакал бы в подушку. Но я гордый тюлень, поэтому только шарюсь на его страничке «Вконтакте». Не спрашивайте, как я его нашел, это было целое расследование. Вру! Все до банальности просто: этот выскочка, Ванька, решил добавиться ко мне в друзья, через него я и вычислил своего мастера минета. До чего же он классно выглядит! Может, просто фотогеничен, но то, что у него сексуальный взгляд, это я еще тогда заметил. Смотрю на фотку, и даже не верится, что этот парень делал своими губами такие вещи с моим членом. Все, хватит! Закрываю ноутбук. Больше никаких парней, минетов и, тем более, спермы на ногах. И мстить педику, трахнувшему меня, я тоже не собираюсь. Как показал опыт прошлого раза, так можно настоящий геморрой заработать. Лето на дворе, а я все про геев вспоминаю, лучше вечером с друзьями на дискотеку рвану.

***

      Плетусь, как всегда, навеселе, уже почти дошел до своего парадного… — Серега, привет! — и кто тут у нас? Поворачиваюсь. Эффект дежавю: упираюсь носом в чью-то грудь… Оп-ля! Знакомый запах… — Я тоже по тебе скучал. — Чего?! — отклоняюсь от постороннего тела. — Ты так ко мне прижался, я и подумал, что рад видеть. — Ты вообщ-щ-ще-е кто-о?! — Опять надрался? Вижу, ты еще тот любитель выпить. — Так… Ик! Днюх-х-ха-а… Ик! У Тё-ё-ёмки. — О-о-о! Тогда конечно… Это повод. А у тебя еще много друзей? Так ведь и до алкоголизма недолго, — что за допрос? Ик! — Может, прогуляемся еще? Посидим, поболтаем…

***

      Боже! Боже! Ничему тебя, Сереженька, жизнь не учит. Очнулся утром от такого головняка! Лежу и думаю: открывать глаза или лучше не нужно. Любопытство взяло верх. Такс-с-с! Комната точно моя, постель не расстелена, я полностью одет, да еще и обут в придачу. Ну, все верно! Зашел, упал, заснул — хронология событий восстановлена. Только боюсь, что было до этого, мне приснилось. Это наверняка плод моей фантазии, но она была нереально крутой. Антон тянет меня на детскую площадку, лавочка в темном углу нашего дворика… Я лежу на спине, он — на мне, целует нежно, водит руками по груди, задирает мою футболку… Даже в полнейшей темноте я понимаю: он снял свою футболку и трется об меня своим голым торсом, что-то шепчет, но я не могу разобрать. Целует шею… Блядь! Меня стошнило на него! А-а-а-а! Вот вам и реально крутая фантазия! Это сон, бред, скопившийся в моей голове. Ха-ха-ха!       Стою с зубной щеткой в руках и захожусь бешеным смехом. Мама кричит: «Сережка, что с тобой?», а я боюсь, что это будет лишней информацией для мамочки. У меня на шее три здоровенных засоса — по ходу, сны материализуются. Засосы — поцелуи — парень. Логично. Попадос!

***

      Опять черные очки, только теперь поправлять здоровье иду в супермаркет на первом этаже. Газированная водичка будет именно тем, о чем мечтает мой бедненький желудок. Стою возле стеллажа с водой и пытаюсь сделать такой трудный для утра выбор: сильногазированная или легкая? Тянусь за самой верхней… Черт! Сзади чья-то рука наглым образом уводит мою бутылку, да еще и к полке придавливают. — А полегче нельзя? — толкаю локтем. — Я бы на месте твоих родителей выпорол тебя, пьянь, — о! О! А голос-то знакомый, с хрипотцой… Развернувшись, опять уперся в грудь. Это у него плохая привычка — так близко к людям подступать. — Хорошо, что у тебя нет детей, садист, — пытаюсь выбраться из его захвата. — Ты хоть очки снимай, когда с людьми разговариваешь, — протягивает руку и поднимает вверх очки. — Нда-а-а… Красавчик! — Руки убрал! — возвращаю очки на место. — Ты что тут делаешь?! – Воду тебе помогаю с полки снять, — он думает, я тупой? — А кроме этого? — Работаю временно, на каникулы устроился. Товар раскладываю, — смотрит на меня и улыбается. Странно всё это… — Понятно… А ближе к общаге ничего не нашел? — Мне здесь нравится, — только мне это совсем как-то не в кайф — видеть эту дылду каждый день и вспоминать обо всем. — А ты что вечером делаешь? Давай пива попьем? — Не пью я больше, — а с тобой и подавно. — Тогда, может, посидим… поболтаем… — о боже, это я точно с ним вчера и «сидел», и «болтал»! И если бы не рвотный рефлекс, «отболтал» бы он меня по полной. — Не знаю… Я в кинотеатр собирался. — Если ты приглашаешь, пошли в кино, — чего? Я приглашаю?! Кого? Его?! — В десять встречаемся возле входа в супермаркет, — сунув мне в руку бутылку воды, развернулся и ушел.       А я стою, как дебил, с открытым ртом. Как вам это нравится?!

***

      Давайте вы не будете спрашивать меня, зачем я все-таки ждал его у супермаркета, а потом сидел с ним в темном кинозале, не шевелясь, когда он положил свою руку на мою. А говорить о том, что я не помню, о чем был фильм, думаю, совсем не нужно, ведь когда тебя так целуют, как делал это он, ты даже забываешь, что ты мужчина. Теперь я знаю, какой вкус у самых обалденных поцелуев в моей жизни: кока-колы и попкорна. А еще мои знания пополнились топографическими. Я могу вам рассказать все о темных подворотнях по дороге от кинотеатра до моего дома — вряд ли я когда-нибудь забуду, как он прижимал меня в них к стене и не давал дышать, страстно целуя. И быть может, я и не совершил бы очередной опрометчивый поступок, если бы мои родители не укатили опять на дачу. Меня даже не удивило, что он знает подъезд, этаж, номер квартиры… Что моя комната левее от кухни… Я нашел своего сексуального насильника. Я бы сказал, самого любимого секс-террориста с весьма немаленьким оружием, а то, как он в совершенстве умеет его использовать, боюсь, никому, кроме меня, не нужно знать. Лишь могу сказать, что, проснувшись утром от поцелуев в ложбинку между лопаток, я подумал: «Как же хорошо, что есть такая болезнь, как Стокгольмский синдром».

***

      А теперь маленькая загадка: с кем сейчас по прошествии двух лет я снимаю квартиру и кто сопит мне в ухо каждую ночь? Да, это мой Антоха! И не стоит думать, что я не заслужил такого парня, ведь за эти два года было всё: козни интригана Ваньки и кретина Витьки, знакомство с родителями, даже бытовые ссоры. Но я выстоял, отвоевал свой кусок счастья!

***

      Но всех, наверное, волнует, что же было в общаге два года назад. Ладно, так и быть, я поведаю вам эту зловещую тайну. Всё оказалось не так, как я предполагал. Начнем с того, что Ванька никогда не был предметом воздыхания Антона — это пацанчика и расстраивало, ведь он сам имел на него виды. Вечеринка, Ванька слышит, как Антон говорит в мою сторону: «Какой интересный экземпляр!», решает сам подкатить ко мне, чтобы насолить Антону. А тут еще я, по пьяни попутав с девкой, шлепаю по заду. Антон повздорил с Ванькой из-за меня — и вот для чего нужна была подстава с Иркой. Но и Антон оказался не дурак: вошел в комнату в самом начале и, сняв Ваньку с моего не подающего признаки жизни тела, поволок домой. А то, что дома нет никого, да еще и я полез целоваться… Итог: ему сорвало крышу, а я потерял девственность. Виктор тоже подложил свинью, ведь он на самом деле был тайным поклонником этого смазливого Ваньки, а мне сказал по-другому лишь для того, чтобы я не подкатил к Ванютке, побоявшись мести Антона. И трахались тогда в сортире тоже эти два кренделя — Виктор с Ванькой, просто тот в порыве страсти любил вспомнить о моем Антохе. Убил бы гада!       Зато теперь я знаю: мой парень влюбился в меня с первого взгляда. Говорит, что первая ночь для него незабываемая. Жаль, что я не помню. А как он был счастлив, когда я объявился в общаге на второй день. И наша встреча в моем дворе тоже была не случайна: он следил за мной почти месяц и даже устроился работать в супермаркет. Одним словом, он маньяк! А я — влюбленный кретин!

***

– Антон, ты — гондон! Слезь с меня! Дай хоть сохранить курсовик! — взобрался на меня верхом и лезет без разрешения в трусы. — Ты мне сначала дай пару раз, а потом хоть всю ночь строчи свой курсовик. Мне завтра рано вставать на работу. — Ай, хватит кусаться! Всё! Всё! Всё! Сохранить… — переворачивает на спину. Как же я люблю, когда он такой настойчивый. Целует в губы, шею… Проводит языком по животу, спускаясь ниже… О да! Люблю я эти губы! Готов на всё ради таких моментов! Ах!.. – Под-д-дожди-и-и!.. Презики возьми-и-и-и! — Красавчик, давай вспомним молодость! – и так постоянно! — Ах ты ж! А-а-а! Так мы на стиральном порошке разоримся, — вставляет. — Ах! — Черт! Как же хорошо! Хрен с ним, заработаю.