Изменившие жизнь

Часы растягивались в вечность. Секунды тянулись, как годы, а минуты - подобно столетиям. Я встала со скамьи и прошлась по темнице, разминая затёкшие ноги. Неожиданно, звучавшая до этого, эльфийская музыка стихла. Я печально подняла голову и грустно вздохнула. Кто знает сколько мы проведём в этом подземелье? И что же такое сказал Дубощиту Трандуил, что эльфа так далеко направили? Внезапно нахлынувшая тишина ударяла по слуху. Мне даже показалось на миг, что я оглохла. Чтоб хоть как-то прекратить безмолвие я вначале начала насвистывать мотив какой-то мелодии, а потом и запела: -...Господином Горных Дорог назову тебя; Кто сказал, что холоден снег? Перевал пройду и порог, перепутие, Перекрестье каменных рек. Я ухожу вослед не знавшим, что значит слово "страх". О, не с тобой ли все пропавшие, погибшие в горах, Что обрели покой там, где пляшут ветры под твоей рукой На грани ясного утра? Господином Горных Дорог назову тебя, облака Кружат стаей перед грозой. Наша кровь уходит в песок, позабудь ее, и она Прорастет тугою лозой. Я хотела остаться с тобой, Я уже успела посметь. Пахнет снегом прозрачная боль - То ли даль, то ли высь, то ли смерть... Пусть укроет цепи следов моих иней, Чтоб никто найти их не мог. Кто теперь прочтет подо льдом твое имя, Господина Горных Дорог?..* Закончив песню я опустила голову, словно на мне была какая-то вина, и села на пол, прислонившись спиной к стене. Самое начало песни я не помнила, да и вообще эту песню пела как-то моя близкая подруга в родном городе. Ах, какая теперь несбыточная фантазия мой любимый северный городок... Наверное, я уже никогда не вернусь туда... Никогда не увижу свой дом... И не увижу его... От последней мысли я дёрнулась в сторону, отгоняя воспоминания. Теперь тот, кого я любила, был мне отвратен. Но сейчас нужно думать не об этом. Как же выйти из этой тюрьмы? Ведь мы даже не совершили ничего плохого. Если только считать плохим проникновение на территорию Трандуила и убийство оленя, тогда да, мы злодеи... Ерунда какая-то... -Спой ещё что-нибудь, - вдруг послышался голос из-за стены. Я от неожиданности вздрогнула и на коленях перебралась к каменной стене между нашими темницами. Вставать уже не было сил. И времени. И желания. Я пару секунд посидела в тишине, вдумываясь в слова гнома. Значит, он слышал, как я пою... "Ещё б не слышать, он же в соседней камере!" - заявил внутренний голос, и я, не найдя аргументов, с ним согласилась. -Иримэ, прошу. До жути тошно сидеть здесь, - произнёс Торин, и я по голосу поняла отчаянье гнома. Пела я вообщем-то неплохо, некоторые подруги даже завидовали мне, но сейчас исполнять что-либо уже не очень хотелось. Однако я всё же решила выполнить просьбу. Я запела про дракона. Раньше, когда я, сидя на лавочке возле дома насвистывала этот же мотив, не вдумываясь в слова, эта песня казалась мне забавной. Дракон сидит на куче золота и сторожит её ото всех, он даже сторожил бы её и от самого себя, если б это было возможно. Но теперь размышляя над тем, что пою, я неожиданно поняла, что гномы и драконы чем-то схожи, и даже с людьми у них есть единая черта. Это страсть. У моего народа - это золото, слава, возможно, власть. Честно говоря, с того момента, как я выросла из детских сказок о великих воинах, мне никогда уже не хотелось быть знаменитой. Это излишне опасно. Да и, научившись обращению с мечом, я поняла, что это не так-то просто. Но вернёмся к нашей теме. Итак, с людьми понятно. Страсть драконов - как ни странно, тоже золото, но так же и величественность и могущество, желание, чтоб тебя боялись. Драконы вообще странные существа. Они сражаются чаще всего лишь единожды, а потом спят, прислонившись бронированным брюхом к золотишку. Гномы - это совсем интересный народец. Они так же жаждут золота и могущества, и власти. Так я думала, пока не встретила Торина и Ко. Теперь я понимаю их. Озлобленность наугрим на эльфов, для меня нынче тоже не загадка. Сейчас я знаю, что гномы очень верный народ, они отправились чуть ли не на другой конец мира, чтоб вернуть родной дом. Они могут очень ценить тёплый очаг, дружбу, семью (о последнем я узнала по лицу сына Траина, когда Балин рассказывал об Эриборе, отце и деде Дубощита, и от Глоина, когда тот отстаивал перед командиром отряда эльфов своих жену и сына), веселье. И мне искренне жаль потомков Дурина. И пусть они идут в какой-то мере и за золотом тоже, но я помогу им вернуть их дом. (Как видит читатель от древних песен меня понесло куда-то вдаль. Я решила, что в принципе могла сойти с ума. Меня чего-то к философии несёт. И к подвигам. Я, похоже, становлюсь Бильбо.) -Танумен**, - тихо позвала я Торина. - Спой и ты что-нибудь. Бильбо рассказывал, что в ещё у него дома вы пели необыкновенную песню. -Я не могу, - тихо проговорил гном, по звукам повернув ко мне голову, похоже, его удивило такое обращение к собственной персоне. - Не могу петь, осознавая, что в шаге от цели мы попали в плен к лесным остроухим! Я горько усмехнулась. Протянув руку сквозь прутья решётки, я попыталась достать до Торина, и кажется, всё-таки задела его плечо. Дубощит тут же перехватил мою ладонь и сжал в своей. Я слегка улыбнулась. Мы наверное так глупо выглядели со стороны. Оба прислонились спинами к одной стене и схватились за руки. Я провела свободной рукой по полу и неожиданно нащупала что-то металлическое. Ключ. Забавно, но я уже успела забыть о нём... *** -"Мерзкие остроухие", - прочитала я надпись на стене, сделанную только что одним из кинжалов, и усмехнулась. Я встала на ноги прошлась по камере. Со времени нашего заключения прошло уже три дня. За это время я уже пару раз пыталась вскрыть замок ножом или перепилить, но эльфийская работа даёт о себе знать. На этаже почти никто не появлялся, лишь при смене караула или когда приносили еду, стражники появлялись в подземелье, но тут же уходили. Об остальных из отряда никаких новостей не было. - А Элберет Гилтониель...- пропела я, опускаясь на каменную скамью. - Эх, до обеда ещё далековато... Я в 1746454849 раз оглядела камеру. Естественно никаких изменений здесь не произошло. Разве что плащ лежал теперь на скамье и служил одеялом. И на противоположной стене появилась вышеназванная надпись. Я ещё раз усмехнулась и решила, что чем дольше они меня будут здесь держать, тем больше надписей подобного характера тут появится. Содержание послания, конечно, будет зависеть от настроения... -Иримэ! Торин! - вдруг послышался негромкий голос хоббита. В следующее мгновенье словно из воздуха возник Бильбо...