Ты должен быть сильным.

Я никогда не понимала его чувств. Вчера он целовал меня спящую, а сегодня сам не свой. Почему он кричит на меня? Он обвиняет меня в чём-то? Если это так, извини, Томоэ, я не хотела оскорбить тебя. Может, ты не хотел снова становиться хранителем… Может, это я настояла?! Принудительно заставила… Прости, Томоэ. Совсем скоро я исчезну из твоей жизни.

15.04.

      Томоэ проснулся, как всегда, раньше всех остальных в храме. Его бесило то, что все пускают слюни в подушку, пока он работает, поэтому Томоэ решил, что нужно начать будить всех. Не нужно угадывать с трёх раз, к кому он пошел первому. Как обычно, со своей миной на лице, которая показывала «я вас всех ненавижу, просыпайтесь», лис открыл дверь в комнату Нанами… И, все святые Боги, её там не было. Томоэ искренне не верил, что эта соня встала раньше него. Конечно, он, как хранитель, должен был внимательнее осмотреть её комнату. Но Томоэ решил порыться в её вещах. Нет, не ради интереса, просто Богиня в последнее время была очень странная и часто сидела в комнате, что-то записывая. И это были не амулеты… Открыв первый ящик, Томоэ удивился своему везению, а потом вспомнил, что Нанами человек недалёкий, и умеет очень «надёжно» прятать личные вещи. Подозрения лиса оправдались. Это был личный дневник девушки. Обычный синий блокнот с чистыми белыми листами. Томоэ наугад открыл его. Читать личные дневники было не в его компетенции, но, как хранитель, он должен был это сделать. Он почитал несколько записей. Все они были не более двух-трёх строчек. И тут Томоэ открыл последнюю запись, которая была сделана неделю назад. Если честно, его это не обрадовало. Томоэ ни разу не пожалел, что снова стал Хранителем Богини Земли. Возможно, Нанами этого не поняла, или он как-то помог ей сделать это неверное решение. Особенно удивило последнее предложение: «Совсем скоро я исчезну из твоей жизни». Куда? Зачем? Она же не проживет и пятнадцати минут без него! Её собьёт первый же автобус. Кстати, насчёт Нанами… А, собственно, где она? Томоэ положил её дневник назад и поднял на уши весь храм. - Кто и где в последний раз видел Нанами? - А что, в общем-то, случилось? Может, я не хочу тебе отчитываться? – Стал возмущаться Мидзуки. - Честно? Плевать, хочешь ты или нет. - Мы видели её вчера вечером, на ужине, и всё. – Ответил Котецу. - Так же… - Проворчал Мидзуки. – Мы можем быть свободны? - Да. – Томоэ развернулся и пошёл на выход из храма. «Где же она может быть…» - Лис брёл по тропе, ведущей в лес, смотря в небо. Возможно, оно ему подскажет, где его Богиня. Нет. Не показало. Зато у Томоэ было время подумать о своих чувствах к Момодзоно. Запись в дневнике его уж слишком задела, чтобы не думать о ней. А и в самом деле… Кто для него Нанами? Что она значит в его жизни? И значит ли что-то вообще? Безусловно, значит! Но что? Человек-Бог, которого нужно оберегать? Милая девчушка, которую жалко оставить в беде? Или нет, нет… Вот так: никто. Увязалась просто за ним, а он разгребает её проблемы. И здесь тоже мимо. Нанами для него самый дорогой человек в мире. Его солнышко в непросветной тьме. Огонёк, растапливающий лёд в его сердце. Спасательный круг, а он - тонущий маленький мальчик, хватающийся за него. Да, именно это для него значит Нанами. И он должен её найти, вернуть, прижать, обнять, поцеловать. А потом уже наорать и узнать, куда это она собралась уходить…       Томоэ настолько увлёкся своими раздумьями, что споткнулся о ветку. И лучше бы это было веткой, а не рукой его горячо любимой Нанами. Лис пришёл в полный ужас, он склонился над телом девушки, которая еле дышала. Глаза были закрыты, одежда испачкана, много крови. Томоэ аккуратно поднял девушку на руки и понёс обратно в замок. Он спешил, чтобы успеть.       Выбив входную дверь ногой, Томоэ раздал всем задания: ты полотенце, ты воду, ты бинт и т.д. Лис положил девушку на её кровать и стал расстегивать пуговички на рубашке. Под низом была майка, и Томоэ это отлично знал, хотя всё равно старался даже не смотреть на неё. Когда Котецу и Оникири принесли воду и полотенце, Томоэ стал промывать раны, а потом заматывал бинтом, который принёс Мидзуки. Все четверо молчали и пребывали в неком хаосе. Что могло произойти с Богиней? Нападение? Неудачная проба взлететь? Или ещё что похуже… Когда с обработкой ран было покончено, Томоэ разогнал всех, а сам остался в комнате Нанами. Он сидел битый час возле неё, крепко держа за руку, боясь почувствовать, что пульс перестанет биться. Он сидел час, два, четыре, шесть, и в итоге уснул, непроизвольно уложившись рядом. Их лица были так близко, что каждый мог услышать дыхание другого, но они спали, и им было не до этого. Томоэ по-прежнему держал руку Нанами. - Томоэ… - Лис сразу проснулся. Нанами прерывисто дышала, как будто легкие кто-то сдавливал и не давал нормально дышать. Она не могла отдышаться, со стороны выглядело, будто Богиня задыхается. Томоэ продер глаза и уставился на девушку. - Что? Воды? Еды? Укрыть? Чего? - П… Прости меня, Томоэ. Нет! Зачастую так говорят люди, которые собрались на тот свет и это их последние слова. Не сегодня, не сейчас. Томоэ быстро ушел на кухню и принёс воды. Чуть ли не насильно залив её в Нанами, он отставил стакан. Дыхание пришло в норму, глаза были полузакрыты. Она просто устала, а вовсе не собралась умереть. - Томоэ... – Ещё раз повторила девушка. - Да, что угодно, Нанами. - Останься здесь, со мной. - Я и не собирался уходить, Нанами. – Он горько улыбнулся, а девушка опять уснула. Пульс в норме. Сон хранителя как рукой сняло, поэтому он сидел и смотрел на возлюбленную при лунном свете. Она будет жить. Конечно, как же иначе? Совсем скоро она поправится, Томоэ скажет, что любит ее, и они будут счастливы, раз и навсегда.       Утро было мучительным. Во всех смыслах. Если раньше всё было намного спокойнее, то последние четыре дня Нанами то и дело содрогалась, кашляла и выплёвывала кровь. Мизуки предложил отвезти её в человеческую больницу, но Томоэ думал, что ему не разрешат постоянно там сидеть около неё и отказался. - Но ей будет хуже! – Орал Мидзуки. - Нет! Она почти здоровая! – Спорил Томоэ. - Здоровая? Я не знал, что именно так выглядят здоровые люди! Томоэ. Ты убиваешь её! Лис ничего не ответил. - Томоэ… - В сотый раз за это утро, хранитель несётся в комнату к Богине. Он смотрит в её глаза, в них застыл какой-то страх, а по щекам текут слёзы. Взгляд застыл на потолке. - Да, Нанами. – Он покорно садится около неё, ожидая очередной просьбы. Ему не тяжело. И никогда не было тяжело, и не будет. Она та, ради которой стоит побегать, запыхаться и объездить полгорода. - Я умру? – К этому он не был готов… - Конечно нет! Нанами, ты будешь жить, всё в порядке. – Выглядело не правдоподобно, но у девушки не было сил повернуть голову, поэтому она верила ему на слово. И он пытался уверить себя в этом. - Тогда я не стану повторять, что люблю тебя. – Она слегка улыбнулась. Каких усилий ей это стоило! Вот так и происходит обычно. Опять… Врасплох. Нанами. Как она это делает? По щеке Томоэ тоже хотела быстро улизнуть прозрачная слезинка, но он вытер её рукавом. - Нанами, я тоже люблю тебя. И любил с первой встречи. И буду любить до конца своих дней. – Жаль, что дни Нанами кончатся раньше, чем у лиса. - Я рада. Правда. И спасибо, что ты не обижаешься на меня, Том… - Её речь обрывается. В глазах остались несказанные слова. Слёзы замерли. Томоэ не верит своим глазам. Теперь он не сдержит свой водопад. Хранитель пытается привести Нанами в чувство. Это всё шутка! Нелепая шутка! Ну же, вставай, Нанами! Не смешно… Но она безжизненно болтается на его руках. Он немного приподнимает её, склоняется и в последний раз целует свою Богиню. Потом опускает обратно, и ложиться рядом, крепко сжимая её руку. Слёзы не прекращают литься, стекая на «замок» из рук лиса и девушки. Она.. Умерла… Не будет счастливого конца. Томоэ снова лишился человеческой девушки. Нужно поставить галочку, что они умирают от больших факторов, чем ёкаи. Его трясёт. Он пытается быть сильным, пытается держаться. Не получается. Он потерял её. Но ведь это не конец. Томоэ никогда в жизни не поверит, что Богиня сама пошла в лес, а там случайно упала и стала истекать кровью. И в диких животных тоже не поверит. Он найдёт того, кто обидел Её. Этот кто-то поплатится за смерть любимой…       А сверху, через окно, сидя на дереве, за этим наблюдал Микагэ. Томоэ слишком привык к этому человеку. Он должен быть сильным, хранителем, ёкаем, а не цепным псом. Ничего. Жизнь преподносит разные сюрпризы. Одни хорошие, другие плохие… Он научиться жить без неё…