Поцелуй на удачу

      - Привет, малыш, что читаешь? – Эмма плюхнулась на сидение рядом с сыном столь неожиданно, что тот едва не опрокинул кружку с дымящимся какао, которую как раз подносил к губам.       - Бредовые идеи воспалённого воображения, которые не стоят того, чтобы переводить на них бумагу, - брови Эммы удивлённо поползли вверх и Генри с усмешкой продемонстрировал ей обложку очередного комикса, на котором герой и злодей вдохновенно испепеляли друг друга взглядом. – Моя другая мама отзывается о них именно так, но мне всё равно нравится.       - Твоя другая мама. Да… Точно… - Подтянув к себе солонку, стоящую у окна, мисс Свон уставилась на неё с таким глубокомысленным видом, что Генри понял: с комиксом придётся на время проститься, потому как в его семье, кажется, опять что-то назревает.       - Всё в порядке, мам? – Спросил мальчик, накрывая своей ладонью пальцы Эммы, которая, кажется, вознамерилась придушить несчастную солонку.       - В порядке?.. – Несколько рассеянно переспросила та, поднимая глаза на сына. – Да… Да, всё в порядке, малыш. Всё как обычно. А почему ты спрашиваешь?       Преувеличенно бодрый тон и улыбка из рекламы зубной пасты вероятно должны были проиллюстрировать собой это самое «всё в порядке», но добились совершенно противоположного эффекта. Как обычно.       - Хм… с чего бы начать? Быть может, с того, что ты возвращаешься в закусочную спустя десять минут после того, как умчалась по каким-то важным делам? Или с того, что при упоминании имени Реджины ты скривилась так, будто разом заболели все зубы? Погоди… вы опять с ней поругались, да? Ну… я имею в виду, после того, как ты вернула Мэриан, а Робин и мама расстались?       - Что? Нет! Мы с Реджиной не ругались, мы… поговорили. И она поняла меня… кажется, - слова довались Эмме с трудом и не обманули бы даже того, кто видел её впервые в жизни.       - Поняла? А ты точно с Реджиной говорила? – Даже не пытаясь скрыть скептицизм в голосе, переспросил мальчик. – Ладно, допустим, с ней. Но тогда зачем ты вернулась? У тебя же какие-то там дела, в которые мне не следует лезть, и, кстати…       - Я просто соскучилась по тебе малыш. – Преувеличенно бодро заявила спасительница, предусмотрительно не дав ему окончить фразу. - Разве я не могу соскучиться?       - Мы не виделись десять минут, так что нет, я так не думаю.       - Ну и очень зря, - притянув сына к себе, Эмма взъерошила ему волосы и поцеловала в лоб, после чего выбралась из-за стола и решительно зашагала к двери, чтобы уже оттуда ещё раз улыбнуться Генри. – Видишь, я уже ухожу! Просто соскучилась, правда… Реджина?!       Судя по выражению на лице госпожи мэра, столкнуться с кем-либо в дверях занимало в её личном рейтинге неприятностей куда более высокую позицию, чем просто досадная мелочь, а уж столкнуться с Эммой Свон и вовсе грозило испорченным настроением на весь день. Вот только за это своё испорченное настроение Сторибрук отчего-то станет винить её – Реджину, а вовсе не свою обожаемую спасительницу…       - Привет, мам, - поспешил Генри обозначить своё присутствие. Очередная стычка двух его матерей не попадала под описание его ещё недавно такого идеального утра.       - Здравствуй, милый, - вымучено улыбнулась Реджина, испепеляя Эмму таким взглядом, которому позавидовали бы все обложки всех комиксов этой серии.       - Закажешь мне какао, ладно? - Попросил мальчик, жестом заправского фокусника впихнув почти полную чашку в руки проходящей мимо Руби.       - Конечно, - пренебрежительно задрав подбородок и оторвав взгляд от мисс Свон, госпожа мэр прошествовала в зал. – Будь добра, приготовь ещё какао для моего сына, Руби. И постарайся, как следует. То, что было, ему чем-то не понравилось. Что читаешь, милый? – Мгновением спустя Реджина опустилась на сидение рядом с ним и заботливо провела рукой по волосам. – И, кстати, не дашь мне свою расчёску? Видимо, придётся поколдовать, чтобы она лучше справлялась с тем, для чего предназначена.       - Ну всё, хватит, - Эмма решительно зашагала обратно. – До каких пор это будет продолжаться, Реджина?!       - Ровно до тех, пока его причёска не перестанет навевать воспоминания об огородном пугале.       - Ты прекрасно поняла, о чём я!       - Я не умею читать мысли, мисс Свон. А если бы и умела – Ваша голова была бы последним местом, куда мне хотелось бы заглянуть.       - Я попросила прощения, - воскликнула Эмма, упираясь ладонями в столешницу и нависая над Реджиной. – Я сделала это уже сотню раз! Сколько ещё нужно, чтобы ты простила меня?!       - Ну, не знаю. Быть может, сто один? Или сто два? Или одна тысяча двадцать девять?       Чем больше распалялась одна мать Генри, тем больше леденела другая. Кажется, даже какао, принесённое волчицей, подёрнулось тоненькой корочкой льда. Ну, или же девушка решила не рисковать по какой-то другой причине. Наверное, даже оборотни недостаточно круты, чтобы без опасения встревать между Реджиной и Эммой… «Похоже, опять придётся мне,» - решил Генри и уже открыл было рот, чтобы вмешаться, как вдруг произошло нечто из ряда вон выходящее. Нет, в самом по себе материнском поцелуе нет ничего странного, но когда тебя целуют в лоб, даже не глядя, это как-то странно даже для его реальности!       - Прости, - между тем произнесла Эмма, не сводя глаз с Реджины, - я и правда не знала, что так выйдет с тобой и Робином.       - Ну знаешь ли, это уже ни в какие ворота не лезет! Не верю, что говорю это, но ты хотя бы слышала о таком понятии, как «честь»? – Внезапно взвилась госпожа мэр.       - А при чём тут честь? – Удивилась Эмма, лишь на мгновение опередив Генри, который так же был обескуражен столь неожиданным поворотом.       - Тебе так нужно, чтобы тебя простили, что ты даже готова использовать для этого… его?! Неужели, настолько отчаялась?!       - Я не… Он мой… Это не то, чем кажется, я просто… - Растерянный взгляд, который Эмма бросила на Генри, и вовсе пригвоздил мальчика к дивану. Вот теперь он окончательно перестал понимать, свидетелем чему его угораздило стать.       - Ну конечно, ты ведь у нас прямо мать года! – Продолжала наступать Реджина, оттесняя Эмму от стола. – Да будь ты и впрямь любящей матерью, никогда бы не воспользовалась тем, что… - Внезапно взгляд мисс Миллс остановился на окне. Вернее, на том, что происходило по другую его сторону. Генри и Эмма, как по команде, проследили за её взглядом, вот только мальчику так и не суждено было удовлетворить своё любопытство – обзор перекрыла Реджина, склонившаяся к нему, чтобы… поцеловать в лоб.       «Ну, она хотя бы не превращает Эмму в жабу и не поджаривает на медленном огне,» - растерянно подумал мальчик. Колокольчик над дверь негромко звякнул, оповещая о приходе нового гостя, и в закусочную вошёл Робин. Для разнообразия – совершенно один.       - Реджина?..       - Робин…       - Кхм… так что ты там говорила на счёт матери года?       Взгляд королевы, потеплевший при виде разбойника, вновь впился в мисс Свонн остро отточенным кинжалом.       - Ты, кажется, хотела, чтобы я тебя простила? Договорились. Проваливай с миром. Сейчас.       - Спасибо, - искренне просияла Эмма. – И тебе, малыш, - подмигнув Генри, она протянула ему руку. – Пойдём? Кажется, мы тут лишние.       Позабыв про комикс и какао, мальчик выбрался из-за стола.       - Я люблю тебя, мам. И ты больше не злодейка, помнишь?       - Помню, - улыбнулась госпожа мэр, скользнув по сыну тем самым взглядом, который был ему роднее остальных. – И люблю. Тоже.

***

      - Что с тобой, милый, ты какой-то растерянный? – Жизнерадостно спросила Эмма, когда мать и сын завернули за угол и остановились у витрины книжной лавки.       - Да? Может, это потому, что я ни слова не понял, о чём вы там говорили? Или вам опять взбрело в голову меня поделить? Мам, но я ведь уже повторял, что люблю вас обеих и…       - И мы тоже тебя любим, малыш, - наклонившись, Эмма погладила мальчика по щеке, отчего тот невольно вздрогнул и едва не отшатнулся. Не то, чтобы Генри категорически возражал против поцелуев, но как-то их многовато для одного утра. – А любви ведь не может быть много, так?       - Любви не может быть много!.. – За спиной Эммы вдруг раздался дразнящий голос. – Кто ты, Свон, и что сделала с той женщиной, что бегает от меня всё утро?..       - Я не бегаю, я…       - Мне она сказал, что у неё дела, - пришёл на помощь Генри, чем заслужил благодарную улыбку, которая, впрочем, померкла почти сразу, как только мальчик окончил фразу, - правда не сумела придумать – какие именно. Привет, Киллиан! Усмехнувшись, Крюк отсалютовал Генри, коснувшись пальцами невидимой треуголки, и перевёл взгляд на спасительницу, которой не оставалось ничего другого, кроме как обернуться.       - Итак, Свон, может, отложишь свои важные несуществующие дела и соизволишь поговорить со мной? Или сделаем ещё пару кругов по Сторибруку?       - Вот ещё! – Скрестив на груди руки, Эмма с вызовом взглянула на пирата. – Убегать от непростых разговоров – это, разве, не по твоей части?       - О, так теперь я виноват в том, что ты…       - Ну, мне пора, - нарочито громко проговорил Генри. – Куплю новый комикс и почитаю в парке. До встречи, Киллиан.       - Пока, приятель.       - Мам?       - Пока, предатель!..       - Ага, и я тебя тоже люблю, - усмехнулся Генри, проходя мимо капитана. Вернее, попытавшись пройти, потому как тот неожиданно загородил ему дорогу.       - Генри, погоди, ещё кое-что…       - Что?       - Пожелай мне удачи, - заговорщицки подмигнул пират.       - Эм… Ладно, желаю тебе…       - …удачи! – закончил вместо него Крюк и, склонившись, поцеловал Генри в лоб.