Часть 1
20 февраля 2015 г., 11:59
Oh Mickey, you're so fine You're so fine, you blow my mind, hey Mickey, hey Mickey!.. B*Witched — Hey Mickey _____________
— Уже можно открывать? — Подожди, любовь моя, — Гарри завёл старательно жмурящегося Драко в комнату, посередине которой стоял красиво накрытый стол с бутылкой красного вина и закусками. По углам цветастой скатерти горели свечки в виде херувимчиков. Весь пол был усыпан лепестками... нет, не роз — откуда бы им взяться в Хогвартсе? На замену Поттер стащил у мадам Стебль из теплицы Сараценнилум. Он, конечно, хищный, и Гарри еле сумел прикончить жуткое растение прежде, чем оно успело отхряпать ему палец, но зато лепестки были розового цвета. Ну... почти. Правда, была ещё одна загвоздка — запах у цветочка был просто аховый, поэтому Поттер заранее озаботился приобретением парочки специальных магических ароматических штучек, которые с успехом чадили сейчас сбоку, на табуретке около стола. Но Гарри надеялся, что Драко всё равно понравится его сюрприз. Сегодня же день Святого Валентина. Их первый с Драко совместный день Влюблённых! И Гарри изрядно постарался. — Открывай, — разрешил он, и Малфой распахнул глаза, сощурившись с непривычки от света. — Ух ты! — оценил он. — Гарри, это... это просто... — Драко никак не мог подобрать нужные слова, чтобы выразить охвативший его восторг. — Подожди, это ещё не всё! — довольно заявил Поттер, воодушевлённый такой положительной реакцией, и полез под стол, с усилием выдвигая из-под него поистине огромную коробку. Открыл её — и наружу высунул голову... белоснежный песец. Живой. Он мигнул глазками и настороженно уставился на Драко. В неверном свете свечей разинувшему от шока рот Малфою даже показалось, что зверушка улыбнулась ему. — Поттер... — только и смог пролепетать он. — Ты... Откуда ты узнал? — Что ты хочешь себе магического песца-фамилиара? — радостно улыбнулся Гарри, умиляясь и чуть не плача от счастья, что угадал с подарком, и что всё так хорошо складывается. — Прости, любимый, — виновато покачал он головой, — не могу сказать. Тебе нравится? — Конечно, Гарри! — восторженно выдохнул Малфой, расплываясь в идиотской улыбке. — Я мечтал о нём два года! Эй, — потянулся он к зверьку, — иди ко мне... — но не успел он взять зверёныша на руки, как раздался жуткий грохот. — Бляха, чё за нахрен такой?! — послышался довольно громкий голос, и... в комнате перед изумлёнными мальчиками вдруг предстал странный парень в чёрной кожаной куртке на голое тело, драных джинсах и светло-зелёном шарфе, обмотанном вокруг горла в три слоя. На руках красовались изрядно потрёпанные перчатки без пальцев. Черные волосы стояли почти дыбом, напоминая поттеровскую обычную причёску. Парень ошалело заморгал, рассматривая картину романтического свидания перед ним. — Вы кто, малахольные? — осведомился он и кинул шокированный взгляд на песца. Машинально похлопал себя по карманам и скривился. — Бля, где ствол... А ну, зверушка, иди-ка сюда... — пробормотал он и резко выбросил вперёд руку. «Зверушка» отреагировала вполне закономерно: громко заверещав, испуганный песец взвился в воздух и воинственно прыгнул на парня. Острые коготки с силой вонзились в джинсы пониже пояса. — БЛЯДЬ!!! — заорал парень, шарахаясь в сторону, и заплясал на месте, пытаясь содрать с себя агрессивное животное. — Ты что творишь, пушистая педрила?! Да отъебись же ты! Ай-й, бля-я-я!.. — на этих словах ему, наконец, удалось отцепить от себя злобно зашипевшего песца и отшвырнуть его в сторону. Тот, вдруг встав на задние лапки, вполне по-человечески погрозил нарушителю спокойствия кулачком и ломанулся вон из комнаты. — Херова ж ты сука, чтоб тебя на меховые трусы пустили! — с чувством пожелал парень вслед удравшему зверю и медленно обернулся к застывшим в немом ужасе Поттеру с Малфоем, в полном шоке вытаращившимся на него. — Ты кто?.. — мужественно спросил Поттер, нашаривая руку Малфоя и сжимая её. — Микки. Микки Милкович, — на автомате ответил парень и замотал головой, пытаясь, по-видимому, избавиться от морока. — А вы? И где эт я ваще? — Хог... Хогвартс, — запнувшись, произнёс Гарри. — То есть... — Мне теперь всё стало охуеть, как понятно, — Микки посмотрел на них, как на идиотов. — Чё ещё за «Гопвортс»? — Хогвартс, — поправил его впервые открывший рот Малфой. — Да похуй, — отмахнулся странный визитёр и вдруг схватился за голову, сгребая волосы в горсть. — Бля, уебашу Йена, суку, — забормотал он себе под нос, — что за фейковую дурь он достал на этот раз? — увидев, что его видение и не думает исчезать, он пожал плечами и сел на стул задом наперёд, расставив ноги и придвигаясь к столу. По-свойски открыл вино, не обращая внимания на застывших на месте и продолжающих глазеть на него двух его, как он понял, галлюцинаций. Хлебанул из горла огромный глоток и тут же выплюнул: — Чё за бабский сиропчик? Эй, вы, — он вновь глянул на испуганно жавшихся друг к другу парней. — А виски нет? — Н-нет, — с трудом выдавил Малфой. — Он же очень крепкий... — И чё-ё? — искренне удивился новоявленный Микки и впервые с интересом посмотрел на мальчишек. — Э, слышь, — он отправил в рот кусок бекона, начав энергично жевать. — А как там, вы сказали, вас зовут? — Гарри... — первым представился Поттер. — Д-драко, — почти беззвучно пошевелил губами Малфой. — Педики, — прищурившись, безошибочно определил их гость. — Не педики! — вдруг возмущённо сверкнул глазами Малфой. — А геи! — Гей — это я, — усмехнулся вдруг Микки. — А вы, — он обвёл комнату выразительным взглядом, задерживая его то на красных лепестках, то на фигурных свечках, — натуральные педики. Педики-медведики... Тьфу, нахуй! А это что? — он выудил из коробки, где ранее находился песец, огромную открытку в виде сердечка. Бесцеремонно развернул и начал читать... — Эй, отдай, это не твоё! — возмущённо вякнул Гарри, кинувшись вперёд, но тот только отмахнулся, как от надоедливой мухи. — Погоди, пацан! Это что — ты своему блондинчику накатал? «Милый Драко, поздравляю тебя с нашим первым днём Всех Влюблённых!» — начал цитировать он, загоготав во весь голос. — «Ты — просто ангел во плоти, любимый, мечтаю зацеловать твои губки...» — он не стал дочитывать до конца и отбросил открытку в сторону. — Фу-у! Ну, вот, я ж говорю — пидорки натуральные, — заключил он. Поттер с Малфоем дружно покраснели. — Мы не пидорки, — упрямо буркнул Малфой, одарив парня злобным взглядом, который, впрочем, не произвёл на того никакого впечатления. — А раз не пидорки, то уберите всю гомосятину, что вы тут развели, — он обвёл рукой душно-розовый антураж в «валентиновском стиле». — Запомните, малые: быть геем — это всего лишь любить парней и трахаться с ними же, а не вести себя, как ёбнувшиеся на всю голову школьницы. Вы — мужики в любом случае! Даже если ебётесь друг с другом, а не с девками. Уяснили? Это мне Йен ещё объяснял, я тоже не сразу принял в себе это, — вдруг разоткровенничался он, прикончив, между делом, за неимением лучшего, то самое, раскритикованное им поначалу вино. — А... кто такой Йен? — Поттер, как всегда, умудрился задать самый "нужный" на данный момент вопрос. Драко метнул на него красноречивый взгляд и закатил глаза. — Один мудила, который скоро конкретно получит по яйцам за тот беспонтовый кокс, который он мне подсунул. Поттер с Малфоем переглянулись с непонимающими лицами, пребывая в шоке, и Гарри неуверенно промямлил: — Так... у нас ведь праздник. Нужно же немного... романтики, — он чувствовал, как горит раскрасневшееся лицо, и ругал себя за такую реакцию. Пару раз вздохнув, он постарался взять себя в руки. В конце концов, он же Гарри Поттер — он сумел победить Волдеморта, избавиться от Джинни и очаровать Малфоя (вопрос ещё, что из этого было сложнее). Так неужели он не справится с этим невесть откуда взявшимся придурком, решившим им с Драко весь день испортить? — А что ты вообще здесь делаешь? — максимально уверенным тоном спросил Гарри. Ответа не последовало: парень прокашлялся, резким движением поставил опустевшую бутылку вина и поднялся на ноги. — Так что это за место, а? — вытерев губы, он прищурился и сурово глянул на Гарри с Драко, будто те уже очень долго намеренно увиливали от ответа. — Эм... это я комнатку в "Трех метлах" снял, — неловко пробормотал Гарри. Драко кинул на него взгляд, который Поттер растолковал как "Ты опять тратишь кучу денег на меня?!", и словно нехотя улыбнулся. Гарри послал ему ответную подбадривающую улыбку — "Скоро мы уже избавимся от этого чудика, не переживай", — но чудик вдруг почти явственно заскрежетал зубами и снова выругался. — Да что вы отлипнуть друг от друга не можете?! — он скрестил руки на груди и снова с отвращением оглядел комнату. — Ну, истинно, блядь, как бабы... Вас же выпускать на улицу нельзя — у народа случится передоз розовых соплей! — он сплюнул с досады (Драко в ужасе зажмурился) и мрачно произнёс: — И как вас только терпят, а? — Нас не "терпят", нас уважают и ценят, — выпрямившись и подобравшись, ответил Гарри. Микки вытаращил глаза: — За что?! — Ну... э... — Гарри, хоть он и не любил выставлять себя напоказ, всё же ответил: — Я как бы Герой. Спас мир... и всё такое. Микки очень задумчиво почесал затылок. — Плохи дела в этом мире, раз такой вот — "герой"... — он с сомнением оглядел Гарри с ног до головы (тот почувствовал, что опять краснеет) и неожиданно бодро заявил: — Ничё, я быстро исправлю! Поттер неуверенно переступил с ноги на ногу, не зная, что это должно значить. К счастью, тут встрял Малфой: — Как это "исправлю"? Не нужно моего Гарри исправлять, он меня и таким устраивает! Микки ощутимо передёрнуло. "Мой Гарри"... МОЙ, блядь, Гарри! Охренеть. Как им самим от себя не тошно? М-да, глюки были мощные... и никому ведь не расскажешь, даже Йен, сука, на смех поднимет. — Я сказал — надо, значит, надо, — категорично припечатал он. — Берите жопы в руки и показывайте, как из этой конуры выползти. — Куда? — с подозрением спросил Драко, приподнимая бровь. — На улицу! Или что там у вас за окном. Будем... ваш грёбаный мир спасать. Заново. Хотя я вот в хуй не долблюсь, зачем мне это приспичило. Просто, сука, чё-то тошно. И при этих словах Гарри с Драко окончательно осознали, что этот день Святого Валентина, похоже, будет худшим в их жизни, даром, что первым. * * * — Три метлы. Почему "три метлы", что за бзикнутое название? — вопросил Микки, оглядывая незатейливую вывеску. Драко пожал плечами, а Гарри просто проигнорировал вопрос, тихонько прошептав своему парню: — Как ты думаешь, скоро нам удастся от него отвязаться? Микки, к его большому огорчению, это услышал. — Эй, бля! Херню спорол и сам не понял. Нельзя просто так взять и избавиться от Милковича. Это никому не под силу, — он похлопал по карманам в поисках сигарет и раздражённо долбанул рукой по воздуху. — Прикурить не найдётся? — обернулся к Гарри с Драко. Те как раз успели сделать два осторожных шага, намереваясь смыться по-тихому от навязчивого спутника, но, поняв, что им это не удастся, обречённо вздохнули, обмениваясь разочарованными взглядами. "Прилипчивый, чтоб его", — подумал Гарри, с мстительным удовольствием наблюдая, как расхрабрившийся Малфой менторским тоном начинает вещать о вреде курения. — И вообще, здесь у нас никто не курит! — злорадно заключил тот и подмигнул Гарри, поймав его взгляд. — Здоровый образ жизни... и всё такое. — Никто?! — неверяще посмотрел на него малость замороченный его внезапным выступлением Милкович. — Пиздец. Какой-то у вас совсем ёбнутый мир, — вынес он вердикт. — Герои-гомосеки тонут в романтической хуйне, люди не курят, с метлами что-то вытворяют... — (на этой фразе Гарри показалось, что он уловил в словах Микки какой-то скрытый подтекст, но не понял, какой), — короче, отстой! — Микки потер руки и смерил парней пристальным взглядом. Они поежились и синхронно сделали по полшага друг к другу, больно столкнувшись при этом плечами. Милкович испустил тяжкий вздох. — Да, по ходу, этот гемор трудно лечится. Над вами ещё работать и работать... Ну, пошли, чего встали? — Куда? – непонимающе переспросил Малфой. Микки вздёрнул брови. — Куда-куда... э... – он махнул рукой, вдруг растерявшись. Надо было, конечно, выбираться (или приходить в сознание? Или что там вообще с ним произошло), но пока здесь ему было довольно весело. Ну, не считая подлого песца-агрессора, едва не отхватившего ему самое дорогое. Милкович поморщился и даже поёжился. Куда эта тварь делась? Пристрелить бы её, чтобы знала... – А куда съебался ваш меховой злобный грызун? – почти миролюбиво спросил Микки. — Это не грызун, а хищник, — машинально поправил Гарри и в который раз за день переглянулся с Драко. — А ведь правда, – прошептал он беспомощно. – Драко, мы же твоего песца... потеряли... Микки закатил глаза: у этого сопливого «героя» был такой вид, будто он сейчас пустит слезу. В этом чудаковатом мирке все такие на голову долбанутые? — Бля, вот только не истери, — поморщился он. Ещё с младенцами ему не доставало нянчиться. Он поколебался и решительно объявил: — Сейчас пойдем искать... ваш подарочек, – уточнять, что после этого "подарочку" недолго останется бегать, Микки не стал. — О, — вместо этого заявил он, вдруг посмотрев вправо и замечая яркую вывеску. — "Сладкое Королевство", — прочитал чуть не по слогам. Закатил глаза от очередного странного названия и выжидающе уставился мальчишек. — Кондитерская, — пояснил Поттер. Микки подобрался. Слово "кондитерская" у него автоматически переводилось как "халявная жратва", и он не хотел упускать шанс. — Поворачивайте жопы туда! — велел он. — Зачем? — недоуменно покосился на него Драко. — Дрочить, блядь! — язвительно процедил Милкович. — Зачем ещё в кондитерскую заходят? — А... ну да, — кивнул головой слегка сконфуженный Малфой. Странный спутник, хоть и вызывал раздражение... ну, ладно, будем называть вещи своими именами, хотя это и не пристало прилично воспитанным аристократам, — если уж начистоту, он БЕСИЛ до усрачки (Драко мысленно попросил прощения у всех своих предков-Малфоев до седьмого колена за то, что опустился до такой вульгарщины), но всё равно обладал какой-то непостижимой харизмой. Вот, вроде бесит, а долго злиться не можешь. — Ладно, давайте зайдём, — пожал, тем временем, плечами Гарри и открыл дверь... "Мать моя!.." — была первая мысль, едва Микки переступил порог, растерянно замирая. Его детство было, не сказать, чтобы из беззаботных (и это мягко говоря). Они выживали, как могли, в своём "плохом", неблагополучном районе на южной стороне их захудалого криминального городка. И ворованные "сникерсы" из ближайшего мага были, пожалуй, единственной вкусняшкой, которую он видел в своей жизни. И теперь буквально вылупил глаза на всё многообразие странных на вид сладостей и десертов. Сахарные перья, замысловатые печеньки в виде разноцветных фигурок, горы самых разнообразных конфет, шоколадок, пирожных... Грабить и рушить всё это великолепие у него... рука не поднялась. Впервые в жизни. "Вот бы Йена сюда", — машинально подумал он. — "Жаль, что он это не увидит..." — Микки встряхнулся, осознавая, что он только что подумал. И в панике заметался по залу, пока два его новых знакомых выбирали какую-то сладкую хрень, склонившись над витриной и трогательно прижавшись друг к другу головами, но на данный момент этот факт почему-то не вызвал у Милковича раздражения. Хер с ними, пусть малые развлекаются. А вот ему, похоже, пиздец. Ибо он, Микки Милкович, потёк как ебучее мороженое в солнечный день при виде кучки сладостей, пусть и очень необычных и красивых. Или это мелкие его заразили своим "вирусом розовых соплей"? Он прямо чувствовал, как этот (несуществующий, вообще-то!) вирус разносится по организму, проникает в клетки, отравляет мозг... "Что ж за нахуй?" — беспомощно подумал он, впервые в жизни не зная, что делать. Да пошло всё в жопу, вот он сейчас спиздит пару пирожных, сожрёт их, и всё как рукой снимет! Он потянулся к ближайшему прилавку... и обернулся к стоящим неподалёку, увлечённо что-то обсуждающим Малфою с Поттером. — Эй, вы... Пс-с... Те подпрыгнули, видимо, уже успев забыть о его присутствии, и с опаской уставились на него, ожидая очередной гадости. — Слышь, малые, тут такое дело... Одолжите пару баксов, а? Я... вот это хочу, — он ткнул пальцем в симпатичный тортик в виде жёлтого шарика с крылышками. — А я мало того, что ствол свой куда-то проебал, так ещё и бабла при себе нет. Вообще в карманах девственная пустота, — он поморщился. — Ну, ладно, — с тайным облегчением, что их проблемный спутник не стал буянить и не выкинул какую-нибудь очередную фигню, сказал Гарри, протягивая Милковичу несколько сиклей. — Это что? — непонимающе уставился тот на незнакомые монетки. — Из детского набора "сам себе банкир"? Наебать решил?! — он угрожающе двинулся в сторону Поттера. — Это местные деньги, — заявил не потерявший самообладания Малфой, уже вполне смирившись с присутствием своеобразного гостя и освоившись в его обществе. — Не разберётся ни в чём, а уже орёт, — с укоризной посмотрел он на Микки. — Ну, смотри, пацан, не дай Бог, какая-нибудь грёбаная подлянка! — пригрозил тот и отошёл к прилавку. Вернулся через пару минут, уминая купленное, и довольно посмотрел на благодетелей. — Ну чё... извиняюсь, короче, — с набитым ртом заявил он. — Эта хуйня с левыми деньгами проканала. Так что? — икнув, осведомился он миролюбиво — после слопанного пирожного на него напало благодушное настроение. Надо же. — Куда ваш хищник мог деться? Гарри почесал затылок. — На улицу, наверное, выскочил... – его передёрнуло: как бы бедный фамилиар не забрёл в Запретный лес. Хотя... он ведь соображать же должен, да? Не совсем же глупое животное, а магическое, как-никак. – Здесь, в Хогсмиде должен быть... — Чё ещё за Хогсмид такой? — не понял Микки, оглядываясь. Вроде сначала мелкие по-другому это место обозвали — почему-то даже, как ему показалось, отдалённо знакомо. — Ну, в деревне, — Гарри неопределённо повел рукой. — Недалеко от Хогвартса. "А, точно — "Хогвартс"!.." Микки взглянул на усыпанные снегом дорожки, светящиеся окна домов и дымок из труб. Картина напоминала наивный рисунок первоклашки. Серьёзно, неужели ещё остался кто-то, кто может жить в такой дыре как из прошлого века? Драко покосился на застывшего Милковича и вдруг жизнерадостно предложил: — А давайте разделимся? Так ведь быстрее пойдёт! Поттер вдруг вспомнил их прогулку по Запретному Лесу на первом курсе и, фыркнув, потряс головой. Драко был таким миленьким напуганным мальчиком... в смысле, тогда миленьким он ещё не казался, но всё-таки. Гарри нежно улыбнулся, вспоминая того дурачка-задиру, и уже открыл было рот, чтобы напомнить ему об этом, как вдруг был оглушён крепким ударом по затылку. — Эй! — негодующе возопил Драко, пока Гарри хватал воздух, ошарашенно моргая. — А ну-ка отойди! — Малфой принял что-то подозрительно напоминающее плохую пародию на бойцовскую позу, и Микки заржал во весь голос, откровенно потешаясь над этими двумя. Хуже двух малолетних девчонок! — Захлопни варежку, — посоветовал он Гарри. Драко обернулся к тому и обеспокоенно спросил: — С тобой все нормально? Микки по привычке передёрнуло, внутри что-то негодующе заворчало, хотя уже не очень сильно. Привыкать он к этому "гей-сиропу" начал, что ли? Тьфу, не дай Бог! — Блядь, не испытывайте мое терпение, а то въёбну покруче. Хорош строить друг другу глазки, миловаться и нежничать, гомики! Пошли! Сами же хотели своё... бегающее... искать, — он подождал, пока Поттер проморгается и отдышится (что, ему никто подзатыльников раньше не давал? Странно, парнишке на вид шестнадцать-семнадцать, он в его возрасте уже успел две ходки по малолетке заработать), и демонстративно постучал по запястью. Часов Микки отродясь не носил (придурки-братья хоть и притаскивали, да всё какие-то неудобные), но не понять, что он хотел сказать, эти двое точно не могли. Разве что совсем уже мозги того... О, кстати! — Слушайте, — Микки вдруг как озарило, — может, вы от недотраха такие? Ненормальные? Если раньше ему и казалось, что краснеть до такого насыщенного цвета взбесившегося помидора люди в принципе не способны, то теперь пришлось резко поменять свое мнение. Гарри с Драко с ошеломляющей синхронностью уткнули глаза в землю, продолжая и дальше наливаться краской, хотя ещё секунду назад казалось, что такое уже невозможно. Микки присвистнул. — Бляха, ну и плохи ж дела, — со знанием дела констатировал он и огляделся. — Может, вы быстренько сгоняете в это свое любовное гнездышко? Перепихнётесь, а я даже поищу вашего... песца, — из которого можно будет сделать удобную шапку, но им это знать было совсем не обязательно. — Ну? Цените, пока я добрый! Смущённых парней его щедрость, видимо, вообще не впечатлила, и Микки это слегка задело. Оборзели, мелкие: он в кои-то веки почти искренне, почти от души предложил сделать доброе дело — избавить мир от самого гадкого нарушителя спокойствия, — а это не оценили! Милкович набычился, вдруг захотев домой, в свои родные трущобы. Там хоть и клоака полная, но зато всё просто и понятно, а здесь какая-то реальная психушка! — Ау? — он щёлкнул пальцами. Парни как стояли столбами, так и остались. "Совсем, блядь, мозги отшибло", — закралось подозрение. — Да нет... мы... нет, — пролепетал Гарри. "Глубокий вздох, Милкович, и не с такими дебилами справлялись!"— подумал он, невольно вспоминая братьев и сестру. И отца. И соседей. И весь их долбанный район. — Что да, а что нет? — поинтересовался Микки, сжимая кулаки. — Мы — нет. То есть... ещё нет. Совсем. Доходило до Милковича чрезвычайно медленно, а когда дошло... Микки чуть ли не с охом отскочил на шаг назад, вытаращившись на Гарри. В душе он даже понадеялся, что не так понял. — Что... не трахались ещё?! — по тому, как оба мальчишки, пряча глаза, затрясли головами, всё было очень понятно. Он присвистнул. — Куда катится этот мир... — Микки прищурился, — так чего ждёте? Что за вас потрахается кто-то другой? Руки в ноги, и вперёд! Просвещать буду. Гарри только вскинул глаза, а Малфой вдруг зашёлся удушливым кашлем. — Как это про-просвещать? — пропыхтел он. — Ты что... с нами пойдешь? — в его глазах был такой первобытный ужас, что Микки даже отвернулся. Как всё запущено. Мир деградировал на глазах, а смотреть на это вообще не хотелось. — Да чего я там не видел, а? — он раздраженно сплюнул. Валить надо отсюда, вот что. И срочно! — Я ж помочь хочу. А то вы так и сдохнете от смущения... — Знаете что? — вдруг громко объявил Гарри, диву даваясь, как вообще сумел что-то выдавить из себя. — Нужно проверить Кабанью голову! Малфой недоуменно обернулся, а Микки уставился на него. — Что еще за "кабанья голова"? — Ну, трактир. Туда наш песец удрать мог. Микки чуть не задохнулся. По ходу, малой тупо хочет сменить тему. Да-а, если только такие и останутся на Земле, скоро все повымирают... А может, наоборот? — А пошли! — он махнул рукой. Не хотят так не хотят. — Где там ваша... "голова"? — Кабанья, а не наша, — Гарри сцапал Драко за руку, не успел тот и моргнуть, и потащил в сторону трактира, прогоняя мысли, что неплохо бы на этого Микки дамблдоровского козла натравить. Нужно спросить у Аберфорта, жив ли он ещё... * * * Козёл был жив, но, к большому сожалению Гарри, Дамблдор, окинув Милковича оценивающим взглядом, отказался подставлять своего любимчика, заявив, что дело это зряшное, и что "сразу видно — такого трави-не трави, а ничем не вытравишь". Он, мол, таких колоритных личностей даже в Лютном не видал. Не успел Поттер расстроиться, как раздался истошный крик Малфоя. — Гарри, вон он! Гарри обернулся и увидел их животину, снова со всех лап улепётывающую к двери. Драко нёсся за ним, но не приближался ни на кнат — слишком уж шустрый зверёк попался. Не успел Поттер среагировать, как сбоку к порогу молниеносно метнулся Милкович, отработанным движением хватая песца за лапы. Обхватил поперёк пуза и поднял жалобно заверещавшее животное в воздух. Посмотрел ему в мордочку и сделал, было, крохотный шажок к выходу, но вдруг досадливо мотнул головой и шагнул к Малфою. — Держи, малой, — вручил он ему его живое имущество. — И следи, блядь, за ним получше, он же, сука, чуть не обделал меня. А в первый раз вообще едва инвалидом не сделал. Однажды кто-нибудь не выдержит его выкрутасов и пристрелит, нахуй. — Спа... спасибо, — облегчённо выдохнул Драко, прижимая найдёныша. — Ты... очень милый, — благодарно посмотрел он на Микки. — Сдурел, блондинчик? — возмущённо взвился тот. — Такую хуйню ляпнул! У нас бы тебе за это яйца отстрелили, так что не вздумай больше! — он скривился в отвращении, но вдруг слегка насмешливо улыбнулся, подмигивая, и... пропал. Парни переглянулись. И что это было?.. * * * Вечером Гарри сидел у себя в комнате, пытаясь написать Драко письмо с извинениями за неудавшийся (хотя он был в этом не виноват) праздник. «Милый, несмотря на испорченный этим придурком день, я всё равно тебя люблю..." — Гарри довольно кивнул головой. — "Класс, так и напишу!" Продолжая думать о своём, он машинально перенёс только что озвученные в голове мысли на пергамент и в недоумении уставился на корявые строчки. Они гласили: "Драко, малыш, всё было так классно! Этот дебил, хоть и чокнутый, но всё же с ним было весело, как считаешь? Правда, советы он давал странные, но что-то в них есть, я об этом думаю уже который час... Особенно насчёт "потрахаться"..." Гарри в ужасе сглотнул и принялся внимательно осматривать своё перо. Ну, в самом деле, это какая-то магия, не мог же он САМ накалякать такую пошлятину? Так что, вывод один — видимо, он по ошибке схватил Прытко Пишущее Перо вместо обычного, вот оно и безобразничает. Правда же? Но никакой самый тщательный осмотр не выявил у его пера отклонений — перо как перо. Поттер в шоке хлопнул глазами и поспешно зачеркнул всю ту ересь, которая неведомо как появилась на пергаменте вместо того, что он хотел на самом деле сообщить Драко. Ну и шутки у его подсознания! Или этот Милкович так сильно на него повлиял? Гарри помотал головой и достал новый пергамент. Обмакнул перо в чернила... «Ты такой красивый, Драко. Ты — самый лучший на свете...» — думал он. «Пупсик, у тебя шикарная попка, нигде такую больше не видел...» — выписывала непокорная рука, пока Поттер снова витал в облаках, придумывая, что бы ещё такого романтичного написать. Посмотрел на написанное и вновь горестно застонал. Кажется, он точно спятил... Тут в комнате появился школьный домовик, передав ему послание от Малфоя. Вовремя, однако! Гарри с нетерпением развернул пергамент. "Поттер, не знаю, что на меня нашло, но этот идиот-Микки, кажется, дело говорил! Нам действительно нужно
