Threatening Zeus

…Улицы Нью-Йорка неприветливо встретили меня своей обыденной сыростью и мраком. Впрочем, как и всегда. Наркоманы, бомжи, шлюхи… Сколько разной «нечисти» я успел повстречать, прежде чем бежал по тёмным переулкам? За моей спиной то и дело раздавались смешки и пьяный гогот. Неприятный райончик. А, может, всё дело в моей одежде? Ведь, согласитесь, лабораторный халат, да ещё и в разгар зимы, смотрелся наверняка не к месту. Но это волновало меня сейчас меньше всего… Остановившись под мигающим, едва работающим фонарём, я решил немного передохнуть после долгого бега. Аллергический кашель разрывал на части мои лёгкие, на миг мне даже показалось, что я сейчас выплюну их. Где-то в стороне, за пределами этого переулка, слышались характерные звуки городского шоссе. По всей видимости, я нахожусь неподалёку от оживлённой улицы. Эх-х, если бы я только знал эту местность… - Эй, фраер! – донёсся хриплый голос где-то за моей спиной. Оборачиваюсь. – Прикурить не найдётся? Да, конечно. Знаю я таких. Типичное быдло. Вроде бы оно даже улыбается тебе, но, будьте уверены, – разговаривая с вами, такие типы крепко сжимают в своём кармане нож или кастет. «Били вас по заду сапогом? А кирпичом по рёбрам получали?» - вдруг вспомнились строки из Собачьего Сердца, в котором гг была покалеченная собака. Наверное, я сейчас чем-то напоминал того самого многострадального Шарика, который отчаянно пытался выжить в жестоком мире. Прежде, чем потенциальный обидчик приблизился ко мне на расстояние удара, я резко прыгнул в его сторону и, используя эффект неожиданности, моментально достал припрятанный в кармане скальпель. Мужчина громко взвыл от боли, отчаянно пытаясь вытащить инородный предмет из своей глазницы. Но было поздно. Он осел на землю, а поле завалился на бок и затих, изредка подрагивая в конвульсиях. По всей видимости, лезвие угодило ему прямо в мозг. Мораль сей басни такова: никогда и ни при каких обстоятельствах не зли человека в белом халате. Плохо будет. Наверное, мой осатанелый, злобный и потрёпанный вид заставил остальных представителей низов попросту отвернуться и сделать вид, что ничего не произошло. Что ж, это даже на руку – скальпель то всего один был. *** Я бежал не останавливаясь. Усталость давала о себе знать, но я старался не обращать на неё внимания. И вот, спустя некоторое время, я оказался на пирсе. Какого, спрашивается, чёрта?! Я ведь бежал в сторону шоссе. Но, похоже, мой топографический кретинизм решил сыграть со мной злую шутку. Луна холодными бликами играла в солёной воде океана. Накативший ветер заставил меня поёжиться - лабораторный халат легко пропускал сквозь себя все прелести февральской погоды. Кажется, начался снегопад. Увидев вдалеке несколько фигур с чем-то внушительным в руках, я понял - дело плохо. Мне столь часто доводилось видеть подобные силуэты, что я уже ни с чем не перепутаю этих вооружённых до корней зубов солдат. Вот она – та сила, с которой бороться уже попросту бесполезно. - Блять!.. – в сердцах произношу я и бросаюсь в сторону источника света, находящегося неподалёку. Не важно, что там! Не важно, куда я бегу. Главное - сбросить со следа этих шакалов. Чувствую, что к горлу снова начинает подступать кашель. Сил почти не оставалось, а сильный холод лишь ухудшал моё положение. Но я не сдамся! Я знаю, что стоит на кону и чем может обернуться моя поимка. Именно это не позволяет мне остановиться или хотя бы немного сбавить скорость. Источником света оказался знак метро. За пару секунд взвесив все «за» и «против», ныряю в подземку. Чувствую, что очень сильно пожалею об этом. К моему счастью, поезда пока ещё ходили, а потому у меня появилась отличная возможность смешаться с толпой. Это значительно облегчало мою задачу. Перепрыгиваю контрольный пропуск, проскакиваю широкий, заполненный людьми коридор и, стараясь не споткнуться, сбегаю вниз по длинному эскалатору. Проигнорировав недоумённый окрик уже не молодой женщины, сидящей в будке охранника, достигаю подножья ступеней и мчусь к тоннелю. Возможно, что мне удастся затеряться в каком-нибудь служебном помещении или, что ещё лучше, успею запрыгнуть в пассажирский вагон. Продираясь сквозь толпу, вынужденно останавливаюсь и сгибаюсь в новом приступе спазматического кашля. Боковым зрением я увидел, как несколько человек шарахнулись от меня. Видимо, они решили, что я болен какой-нибудь заразной гадостью. Или, может, причиной подобной реакции стал направленный на меня автомат? Медленно поднимаю взгляд и выпрямляюсь. Один из солдат «Чёрной Стражи», собственной персоной, держит меня на прицеле. Ещё несколько других сотрудников маячат у него за спиной. Оборачиваюсь. Сзади ещё трое, пресекающих мою попытку сбежать. Случайные очевидцы и зеваки отошли подальше, наблюдая издалека, а некоторые и вовсе поспешили покинуть метро, от греха подальше. - Александр Джей Мерсер, - слышу приглушённый голос из-под защитной маски военного. – Вы арестованы. Советую Вам не делать глупостей и отдать нам то, что взяли. Немедленно! Вот как? Обложили, значит, волка красными флажками. Зловеще усмехаюсь. - Вы об этом говорите? С самым наглым видом я достаю пробирку с чёрным веществом, хватаю её кончиками пальцев и вытягиваю руку в сторону, ставя солдафонов в довольно щекотливое положение. Я даже готов поклясться, что они в один момент взмокли от ужаса, так как прекрасно знали, что может случиться, если я выроню этот кусок стекла. А потому стрелять или применять ко мне насильственные действия они просто не рисковали. Мне же оставалось как можно скорее продумать пути отступления. - Я повторять не буду! – угрожающе произнёс командир. Я слышал, как дрогнул его голос. – Отдайте поражающий элемент и поднимите вверх руки! Повисла крайне напряжённая и долгая пауза. Долгая на столько, что я уже устал держать руку на весу. Время как будто остановилось. Эти обезьяны в униформе явно ожидали того, что я сломаюсь и подчинюсь им. Но чёрта-с-два! - Эй! – посторонний голос прозвучал абсолютно неожиданно. - Что здесь происходит? По всей видимости, полиция, которая стала свидетелем происходящего, решила вмешаться. Но, прежде чем командир «Чёрной Стражи» успел сунуть в нос представителей правопорядка свои корочки, я решил использовать всеобщее замешательство. Резкий толчок самого низкого и, по всей видимости, самого молодого солдата. Вырываюсь из окружения. Слышу громкие возгласы и удивлённые крики. Бегу к тоннелю. А затем… выстрел. Я даже не сразу понял, что произошло. Резкая вспышка боли ослепила меня. Стало невозможно дышать, грудь словно бы разорвало изнутри. В глазах потемнело. Сволочи… Я каким-то чудом сумел пройти ещё несколько шагов, а после рухнул на холодный пол. Где-то вдалеке послышались испуганные крики и паника – мирным обывателям не каждый день доводится видеть то, как кого-то расстреливают. Невыносимая боль сжигала насквозь. Я, задыхаясь, с трудом перевернулся на спину и почувствовал, как изо рта по щеке потекла липкая, горячая кровь. Похоже, что эти ублюдки целясь в лопатку, прострелили мне лёгкое. Вижу смутные силуэты бегущих в сторону выхода людей и подгоняющих их солдат. Но в чём дело? Ведь из-за убийства одного человека, тем более потенциального преступника, не станут столь яростно выгонять людей с места происшествия. Попросят отойти подальше, да. Но эвакуация - это уже излишне. Осознание накрыло меня с головой волною ужаса. Сердце пропустило удар. Не знаю, как мне вообще до сих пор удавалось соображать. Поворачиваю голову и вижу рядом с собой опрокинутую на твёрдый кафель пробирку. Чёрная жидкость с тихим шипением, словно кипя, течёт по мелким осколкам разбившегося стекла. Едва виднеются красноватые испарения. - Все вон отсюда! Бегом! – приглушённо, словно издалека слышу голос командира. В следующую секунду он хватается за горло, хрипит и падает на пол в чудовищных судорогах. Затем ещё один солдат, затем ещё… А дальше, цепная реакция достигла и простых горожан. Слышался лязг роняемых автоматов и сумок, звуки падающих тел. Я снова смотрю на жидкость. Она испарялась на глазах, превращаясь в газообразную субстанцию, которая отравляла воздух и геометрически увеличивала площадь своего воздействия. Не сдерживаю победный оскал. Да, это ужасно. Все эти невинные люди, выпущенный на свободу вирус… Но, если трезво рассуждать, данная разработка должна была попасть в руки правительства в качестве оружия, если бы я не выкрал её, в надежде спрятать заразу и спасти судьбы семи миллиардов человек. Сколько бы тогда погибло, если бы мне этого не удалось? В любом случае, данный расклад меня даже устраивал: вирус будет распространён лишь в пределах этого города, а не по всему миру, как могло выйти изначально. А потому, зная, что я предотвратил катастрофу всеобщего масштаба, я мог спокойно умереть с чувством выполненного долга… Последнее, что я слышал - отчаянные крики женщины, пытавшейся спасти своего уже мёртвого ребёнка. А после меня опутало спасительное небытие...