Проклятие предтеч. Нексус

Два дня ассасины посменно дежурили на голубятне, страшась пропустить столь важное послание от Ли, которое должно привести их к финалу. Спать же одна в доме Хизер отказалась. — Я не суеверная, мне просто неприятно, — заявила она, притащив на голубятню одеяла. — Уж лучше буду всю ночь обонять птичье дерьмо, чем торчать в доме покойника. — Любой дом бывал домом покойника, — мрачно ответил Коннор, однако же принесенное и для него одеяло оценил. Можно даже устроиться поудобнее, благо Черч постройку отгрохал знатную, почти чайный домик, только с птичьими клетками и поилкой с кормушкой. — Только не заново построенный. Хизер устроилась в углу голубятни, умостившись на одеялах и вытянув ноги. Ночь была на удивление тепла и хороша, хотя Бостон — не самое теплое место в мире. Однако плащ грел исправно и не пропускал сквозняк, за что женщина его весьма любила. — Значит, он станет домом мертвеца в будущем. Тебе от этого легче будет? — поинтересовался ассасин, садясь на одеяло напротив. Вместо ответа Хизер стянула с ноги сапог и швырнулась его в Коннора, но индеец легко уклонился. Каблук с треском ударил в деревянную стенку, сидевшие в клетках птицы тотчас испуганно заголосили. — Мерзавец. Вечно на все есть ответ, — проворчала Хизер и едва успела поймать рукой лениво брошенную назад обувь. — Два года тренировок. Раньше не всегда успевал увернуться. В молчании оба уставились в потолок. Проклятая птица все не летела. — Уверен, что он тебя не надул? — задала терзающий ее вопрос Рейвен. — Трусы перед смертью не врут, — Коннор широко зевнул, — лучше выспись. — Я настолько привыкла к качке, что на земле уже трудно заснуть, — пожаловалась Хизер. — Что вы со мной сотворили, изверги?! Коннор усмехнулся: знакомая проблема. — Что будешь делать, когда я… исчезну? — поинтересовался он. — Что-что… — Хизер сморщила нос, — прежде всего посмотрю на того, кто окажется на твоем месте: если Вендиго — прирежу; если он будет хоть немного соображать, как ты — может, перевоспитаю. И помогу добить орден, — Рейвен грустно улыбнулась, — выбор невелик. — Если будет возможность… — Коннор запнулся: слова давались с трудом, — я знаю, что это невозможно, но мало ли. — Не трогать Хэйтема? Лишить его всего, оставив одного? Да ты действительно жестокий парень, — Хизер коротко хохотнула, но потом посерьезнела. — Посмотрим, Радунхагейду. Я могу тебя понять. Постараюсь поберечь старика. Никто мне не мешает быть двойным агентом у него под боком. Убьем Ли — станем для магистра героями. Коннор благодарно кивнул. Рейвен вновь уставилась в потолок. Что ей стоит обещать?.. Он исчезнет и не узнает, что произошло. В конце концов, зачем отнимать у него надежду, что где-то все же Хэйтем — его отец, жив и здоров, увидит внуков… Пусть верит, хотя возможен любой исход. Если вообще хоть что-то получится. Негромкое курлыканье и хлопанье крыльев привлекли внимание Хизер. — Коннор, еще один. Проверяй. Ассасин осторожно встал, поймал уже пристроившуюся к кормушке птицу и снял с лапки послание. — Есть. Можем хоть сейчас отправляться, — руки бережно сжимали ключ к возвращению. — И как теперь? Просто возьмем на абордаж? А если он применит артефакты? — озадачила Хизер. — Просто: «Аквила» под флагом ассасинов, доберемся — пикнуть не успеет, — Коннор был уверен в своих словах. Что ж, оставалось положиться на него. — Нет уж, сегодня я сплю, — сладко зевнув, женщина завернулась в одеяла и уже сонно пробормотала: — Никуда он уже от нас не денется… — Хотелось бы в это верить. Коннор последовал ее примеру. Сон не шел, в голове теснились мысли. Ну что могут значить какие-то часов восемь? Вряд ли это что-то изменит. Однако было неспокойно на душе. В конце концов, это же Хизер. Для нее и пять минут иногда целая вечность. Подойдя к окну, могавк посмотрел в небо, и ощутил, как защемило в груди. Жгуче, протяжно, настолько, что взвыть хотелось. Он уже встречался с этим чувством: когда Хизер ушла в лес. На небе ярко сияли звезды, как и в ту ночь, что они считали последней... "Просто помолчи, женщина, просто запомни, что я тебе сказал. И не надо мочить мой мундир, его и так пора стирать. Не стоит оно того. Посмотри, какие звезды. Мы сможем видеть одно и то же небо..." Едва дождавшись утра, Радунхагейду разбудил напарницу, невзирая на брыкания и суровые ругательства в свой адрес, практически доволок и сгрузил на корабль. Где-то там, в море, по ним сильно скучал Чарльз.