Венценосная семейка

- Рана, когда мы пойдем в библиотеку, чтобы взять книгу, о которой нам говорила Луннисетта-дол? – спросила я у лунной, задумчиво созерцая приближающуюся карету госпожи Кейры. От яркого солнца, Рана весело прищурила глаза и беззаботно произнесла: - Даже и не знаю. Возможно, маму встретим и пойдем. Вскоре, карета подъехала к раскидистому дубу, возле которого, собственно, стояли я и Рана. Кэтрин с Криеном опять куда-то запропастились. То ли книжки в библиотеке штудируют, то ли разошлись по своим покоям и спят, как сурки. Из королевского транспорта вылезла донельзя довольная Кейра и, узрев двух девчонок, сиротливо притулившихся возле дерева, широко улыбнулась, сверкнув не совсем белоснежными зубами: - Рана! Фиала! Как же я рада вас видеть! Как поживайте? Какие новости? Вопросы так и сыпались на меня и Рану. - Да так, ничего особенного, мам, - со знанием дела протянула лунная принцесса. – Все как всегда. А у тебя как дела? - О! – видимо, очень довольная этим вопросом, еще радостнее заулыбалась Кейра. – О! У меня-то как раз-таки есть новости, да еще какие! Король Кейсар отослал свою жену и дочь куда-то на юг, забоялся, видите ли. Сам он ходит понурый, глазами недобро смотрит, шастает по углам дворца. Подданные его все перепуганные, подавленные какие-то. Неспокойно нынче в Солнечной Долине, ой как неспокойно! А когда я приехала, Кейсар вообще обнаглел, даже и не поздоровался со мной. Помнит еще, голубчик, свадьбу-то безуспешную! За это тебе, Фиала, большое спасибо. Если бы не ты, праздновали бы сейчас солнечные свадебку, да руки коварно потирали, радуясь за то, что нас, лунных, обыграть смогли. Честно, мне было сейчас немножко совестно. Если бы не я, то в Солнечной Долине сейчас все спокойно было, и Элеонора с Алисией не уехали бы куда-то далеко на юг. Эх… ну что же, сделанного-то не вернешь! Вдруг я вспомнила Кадмия. Кадмия и Элеонору, ту злую шутку, что сыграл со мной князь темной долины, вечные издевательства Элеоноры, жуткую жизнь последней, тринадцатой фрейлины… может, еще и хорошо, что я объявилась тогда, на свадьбе. Я сполна отомстила и Элеоноре, и Кадмию. А в результате, я здесь, в лунном дворце, на правах почетной гостьи, а не там, в солнечной долине, в качестве фрейлины. - Ну и хорошо, - улыбнулась Рана. – Есть ли еще новости? - Да нет, вроде бы, - покачала головой Кейра. – Ну все, идите на урок Луннисетты-дол, а то она разозлится. - Хорошо, - согласилась я, и мы с Раной пошли во дворец, оставив Кейру мечтать под огромным дубом, который тихо шелестел листвой… *** - Итак, ученики, - грозная улыбка Луннисетты не предвещала ничего хорошего. – Сегодня, как я и обещала на прошлом уроке, мы пишем контрольную работу по теме проведения долинников. Надеюсь, вы все внимательно слушали и записывали в тетрадь. - Вилена! – обратилась учительница к девочке, сидящей на первой парте. – Раздай двойные листочки, что лежат у меня на столе. Вилена – дочь некого важного секретаря магистра Эдисы, живо подошла к столу Луннисетты, и осторожно взяв кипу двойных листочков, принялась ходить по комнате и раздавать их ученикам. - Ну мы и влипли, - я напряженно следила за тем, как Вилена кладет листочки на парты. – Ты вообще, что-нибудь учила? - Неа, - легкомысленно отозвалась Рана. – Ты это, волноваться-то не вздумай! Сымпровизируем что-нибудь. - Утешила, называется, - буркнула я, подписывая свой листочек. Вилена вернулась на свое место и Луннисетта, торжественно оглядев учеников, продекламировала: - А сейчас, откройте двойной листочек, и вы обнаружите там двенадцать заданий, которые необходимо выполнить в ближайшие двадцать минут. Все, время пошло! С замиранием сердца, я открыла свой листочек и, бегло просмотрев задания, ужаснулась. - Рана, я ничего из этого не знаю! – быстро зашептала я. - Я тоже, - отозвалась лунная. – Но если мы это не сделаем, то нам придется отрабатывать наказание. - Не разговариваем! – рявкнула Луннисетта. – Госпожа Рана, несмотря на то, что вы принцесса, вы обязаны учиться. А ты, Фиала-дол, вообще, сиди и помалкивай! Я с безнадёжностью оглядела остальных учеников, которые живо что-то строчили на листочках. И вот, наткнувшись взглядом на отличника, остервенело пишущего нечто на листе, в мою светлую головушку, постучалась идея. Вполне здравая, между прочим. Подождав, когда Луннисетта отвернется, я тихо-тихо прошептала: - Зар, дай списать. Казалось, такая банальная по своей природе фраза не может вызвать такую бурю эмоций и восторга. Оказалось, может. - Конечно, Фиала, конечно! – глядя на меня влюбленными глазами, чуть ли не заорал Зар. К счастью, Луннисетта с кем-то болтала по межлисту, поэтому ничего не заметила. Я, если честно, немного опешила. Хм, неожиданно… - Ну, давай, не тяни, - решив, что грех не воспользоваться этим случаем, подзуживала я. Зар мигом передал мне листочек, а я, в одно мгновение, спрятала его под лист с заданиями. - А ты, Зар, все написал? – полюбопытствовала я, незаметно отодвигая листок и быстро списывая ответы. - Конечно, - с гордостью усмехнулся мальчик. – Я всегда все быстро делаю. - Вот и отличненько. Как ни странно, списывание заняло менее пяти минут. Расправившись с заданиями, я передала лист мальчика Зару, а свой протянула Ране. Та благодарно кивнула и одними губами произнесла «Спасибо». Едва лунная дописала последнее слово, крик Луннисетты прозвучал в комнате, как гром посреди ясного неба: - Сдаем! Ученики встали со стульев и заторопились сдать свои листочки. Я взяла свой лист, захватила Ранин и быстро положила их на учительский стол. - Спасибо тебе, Зар! – отблагодарила я отличника. – Ты здоровски нам помог. - Ага, прими и мои благодарности, - поддакнула Рана. - Ох, да не за что, как бы, - смутился Зар, и отошел на пару шагов назад. – Если что, обращайтесь. И, развернувшись, он побежал вниз по лестнице. Мы с Раной весело переглянулись и поспешили наверх, в библиотеку.