Не один

Он не глупый, правда. Знает это сам, знает это и его семья. Совсем не глупый. Весёлый просто. Очень. Ему не нужно то, что зовут отрицательным, он сам от этого с превеликим удовольствием отказался. И счастливее его нет в семье: не гложет младшего ничего. Он лишь день за днём, раз за разом вытворяет глупости, живёт по собственным заветам. Его не винят, смеются иногда, но в душе безмерно благодарны, что жизнь, все её самые отвратительные и чёрные моменты, не тронула младшего. Что он сам отгородился от этой мерзкой черноты. Братья другие, Майки понимает. Понимает, что уж очень от них отличается. Только воспринимает это не так, как надо бы. Считает себя никем, бесталанным, потешником. Только не догадывается о том, что каждый в семье высоко ценит младшего. Пусть и не говорят об этом, пусть смеются, обзывают. Но верят - нет никого сильнее и способнее в их семье, чем вечный задира и весельчак. Но не скажут об этом - а вдруг, возгордится? Ведь возгордится же, Микеланджело может, даже определённо сделает это. Поэтому молчат. И лишь изредка выказывают уважение. И Майки совсем не обидно. Он ведь живёт не для признания, уважения, не для самосовершенствования. Он живёт, чтобы жить, не волнуясь и не переживая. Он живёт сегодня, помня, но не выделяя вчера и не предполагая события завтра. Майки живёт сейчас, будет жить настоящим. Всегда будет жить так, как не умеют - или не хотят? - жить другие. Много шума из ничего, много мусора из ниоткуда. Его ругали, порой били. Иногда он чувствовал себя ненужным, иногда истерил, иногда было больно. Но неизменно, раз за разом, осознавал: это смешно. Сам факт того, что он может быть нелюбим своей семьёй, смешон. Да, иногда ругают. Да, иногда шутят. Да, иногда бьют. Но это не повод не замечать того, что они делают для брата: защищают, выхаживают, постоянно помогают, нередко спасают, часто ограждают от принятия неверных решений. Микеланджело не чувствует себя ненужным, он чувствует себя эй-ну-я-же-должен-хотя-бы-немного-повыделываться. А ещё Майки не боится. Не боится падать. И никогда не боялся. Даже сейчас: он тихо шепчет "Вперёд!" и с улыбкой делает шаг назад, медленно падая с крыши высоченного дома. Ему совсем не страшно. Потому что он знает. - Ты что, совсем больной?! - кричит Донни в панике, едва успевая словить брата перед столкновением с крышей. Это больно. Когда на тебя падает вот такая махина. Но сейчас плевать на боль. Сейчас жрёт негодование. - О чём думал?! Майки не отвечает, лишь смеётся. Подоспевает Рафаэль и прописывает смачную оплеуху. Лео рядом, как всегда рядом, как всегда есть и будет рядом. Он молчит. Но Микеланджело читает по глазам: у меня чуть сердце не остановилось, Майки, никогда так больше не делай, если бы я вдруг не заприметил тебя на крыше, что бы произошло, ты понимаешь?! Младший смеётся чуть слышно, но при этом так задорно и весело, что всё негодование и волнение сходит на нет, заставляя братьев лишь тяжело выдохнуть. Майки не боится падать. Ему просто незачем это делать. Ведь он знает - не упадёт. Братья всегда поймают. Всегда будут рядом. Пусть он другой, пусть он до одури весёлый, не желающий признавать мир, живущий злосчастным "сегодня" и не хотящий меняться, он не один. И никогда не будет один. Потому что его семья никогда не покинет. Его семья любит. Защищает. И всегда, всегда-всегда придёт на помощь.