Проклятый рай.

      Меня бьет дрож. Непрошеные слезы вырываются на свободу. Я задыхаюсь теперь от жгучих слез. Этого не может быть со мной! Нет! Нет! Нет!       - Я не проститутка! – сквозь слезу кричу я, обращаясь к двери. – Я не раздвигаю ноги перед первым попавшимся мужиком! – хриплю я и падаю на подушку, предаваясь истерике.       У меня никого не было, кроме Нила! Я не такая! Я не смогу спать с незнакомым мне человеком и тем более за деньги! Это противно! Это неправильно! Нет!       - Если вы думаете, что я когда-нибудь соглашусь, вы глубоко ошибаетесь! – подняв голову, обращаюсь я к запертой двери. – Что хотите со мной делайте!       Я снова рыдаю. А чего я ожидала?! Неспроста вся эта шикарная комната, одежда, нижнее белье! Все же очевидно! Но я надеялась… надеялась до последнего, что это не так! Но надежды не оправдались. Я здесь и я должна спать с мужиками за деньги! Меня снова накрыла истерика.       Щелчок двери и негромкий скрип. Я резко подскакиваю, от чего сразу начинает кружиться голова.       - Это я, – басит Максик и проходит в комнату, закрывая за собой дверь, а в руках я вижу бумажный пакет.       Я настороженно наблюдаю за ним. Он подходит и садится на край кровати, ко мне спиной.       - Я поесть тебе принес… - протягивая пакет, но не поворачиваясь, говорит он. Я растерянно смотрю на него и не решаюсь брать. – Не бойся, там нет ни снотворного, ни какого другого порошка. Это мои личные запасы! – монотонно добавляет он, держа вытянутую руку.       Я растерянно хлопаю глазами и беру пакет, аккуратно заглядываю и замечаю два сэндвича.       - Тебе надо согласиться… - низким голосом, под стать его внешности, произносит он.       - Нет! – рычу я. – Никогда!       - Ты не понимаешь, куда попала! – меняясь в интонации, яростно восклицает он и поворачивается. Я попадаю под его взгляд, и внутри что-то обрывается. – Это страшное место! Назад дороги нет! Чтобы они не говорили и как бы себя не вели! Ты все равно согласишься! Эти люди – они ужасны! Они торгуют молодыми девушками, их телами! Для них нет ничего святого. Они пойдут на все… - его голос обрывается, и он отворачивается, опустив голову.       Я замерла. Мне кажется, не дышала, пока слышала его крик души. Это правда был крик души.       - … и девушки! Они соглашаются. Чаще всего здесь девушки, у которых никого нет, которые никогда не жили в роскоши, они не знают, что такое вкусная еда, красивая одежда… Я не хочу их винить или осуждать…       - Но ты здесь работаешь… Почему? – не удержавшись, спрашиваю я. Максик замолкает и начинает сильно тереть пальцы, отчего костяшки белеют. – У меня, как и у тебя, не было другого выбора… - вздыхает он, и я понимаю, что не хочет говорить. Это явно личное. – Это место не похоже на обычный бордель! – продолжает он. – Скорее загородный клуб. Клиенты имеют конфиденциальный характер. Чаще они называются не своими именами. Многие имеют семью, детей, но этого им мало… Они готовы отдать много денег за одну ночь…       - У тебя есть семья? – заметив, как его голос дрогнул, когда он говорил об этом, спрашиваю я.       - Это не твое дело! – огрызается он и встает с кровати. Я дергаюсь… - Твое дело согласиться и делать все, что тебе скажут, тогда проживание здесь станет для тебя курортом, в противном случае, существование превратится в ад!       Да, он умеет запугивать! Видимо, я задела Максика за живое. Он бросает в меня молнии и, разворачиваясь, подходит к двери.       - Я согласна! – сдаюсь я окончательно, сложив оружие у его ног.       Он медленно поворачивается.       - Я сделаю все, что мне скажут, – делая акцент на каждом слове, произношу я, чувствуя, как сердце больно сжимается. На что я подписываюсь?       - Вот и умница, – бесцветно произносит он. – Сегодня будет прием. Что-то типа званного ужина, на котором ты будешь украшением! – меня передергивает. – Не обязательно, что именно сегодня у тебя кто-то будет, возможно, ты просто познакомишься с клиентами и поймешь, чем дышит наш Рай, – я сглатываю горечь во рту от понимания происходящего. – Быстро ешь, и пойдем знакомиться с мамкой и девочками, – бросает он и выходит из комнаты. – Я не буду закрывать, но ты и не вздумай убегать! Здесь везде камеры и охрана, – застыв в дверном проеме, бросает он мне и закрывает дверь, щелчка замка не слышно.       Мне кусок в горло не лезет, но я стараюсь запихать в себя сэндвич. «Довольно вкусно!» - запоздало замечаю я. Не похоже, чтобы громила сам это делал. Чувствуется женская рука.       - Готова? – снова бесцеремонно врывается в комнату Максик.       - Тебя учили стучаться!? – недовольно бормочу я и встаю с кровати, проходя мимо него. Он явно смущен, но ничего не говорит, просто закрыв за мной дверь.       - Сюда, – повернув меня за руку, командует он и ведет в конец коридора.       В коридоре тихо, меня жутко напрягает эта обстановка, как в карцере. С двух сторон двери, но мы направляемся, видимо, в самую последнюю. Максик стучится. Мило!       - Да, заходите! – слышится женский голос, и громила открывает передо мной дверь.       Я немного мешкаю, и он подталкивает меня в спину, я прохожу в кабинет, и дверь закрывается. Я судорожно поворачиваюсь, в надежде увидеть его сзади, но Максик остался за дверью.       - Габриэлла! – властный женский голос заставляет повернуться. Женщина, на вид 35 лет, черные смольные волосы собраны в пучок, сильно залаченные, сидит в кресле за столом, напротив меня. Руки согнуты в локтях, а взгляд темных глаз, направлен на меня. Весь ее вид говорит о власти и жестокости. Холодок проходит по спине. – Садись! – заметив мой ступор, мягко приказывает она.       Я еще немного мешкаю, но подхожу к столу и опускаюсь на стул.       - Значит, Габриэлла Метьюс. 20 лет. Сирота… - смотря в какую-то папку, которая оказалась в ее руках, деловито произносит женщина и одобрительно кивает. – Хорошо… - протягивает она и переводит холодный взгляд на меня. – Я Марианна, здесь многие зовут меня мамка. Это как тебе удобно, – она закрывает папку и откладывает в сторону, кладет руки на стол и поддаётся немного вперед. В ее глазах ни капельки человечности, меня снова передергивает. Никогда не видела такого взгляда, даже Питер кажется ангелом на фоне этой женщины.       - Ты сделала правильный выбор, что сдалась. Упрямство здесь не приветствуется. Я надеюсь, Питер ввел тебя в курс дела? – не отводя взгляда, спрашивает женщина. Я киваю, не в силах вымолвить ни слова, от напряжения впилась ногтями в ладошку. – Отлично, - ее идеальной формы губы растягиваются в улыбке, и она откидывается на спинку кресла. – Теперь ты себе не принадлежишь. Мы полностью тебя контролируем. Любой твой поступок, твое действие отслеживается. И могу тебя уверить, будет получено по заслугам. Как в плохом, так и в хорошем смысле. Если будешь паинькой и угождать нашим клиентам, твоя жизнь покажется тебе раем, нет… пеняй на себя. – шипит она. Я сглатываю. – Все поняла? – я снова киваю. – Ну не бойся ты так, – немного смягчив тон, смеется она. – Ты как загнанный зверек! – она явна наслаждается своим превосходством, а я мрачно понимаю, что она права. – Сейчас тебя отведут к врачу, потом расскажут о здешних правилах. Ты познакомишься с девочками, они расскажут, как себя вести, как одеваться, краситься, и сегодня вечером я хочу на тебя посмотреть. Приедут много важных гостей, сюрпризов не должно быть. Ты поняла? – я снова киваю. – Умница! Теперь иди, Максик тебя проводит. – она небрежно машет рукой, и я тут же встаю со стула, направляясь к выходу. Меня словно парализовало. Как будто это происходит не со мной, душа покинула тело, и я наблюдаю со стороны.       Не успеваю я коснуться ручки, как дверь распахивается, и я выхожу, бездумно иду вперед. Возле лестницы Максик хватает за руку.       - Вниз. – приказывает он, и я повинуюсь.       Мы проходим холл, несколько коридоров. Проходя мимо одной, я слышу женский смех и невнятные веселые разговоры. Но хоть какая-то жизнь в этом карцере. Максик бесцеремонно входит и пропускает меня вперед. Видимо, он стучится только к начальству.       Я попадаю в больничный кабинет. Запах не сильный, я больше понимаю по мужчине, сидящему за столом в белом халате, и по тому самому стулу! Меня передергивает.       - Это новенькая. Мамка велела осмотреть, – отчитывается Максик.       - Без проблем, – беззаботно отвечает мужчина в белом халате, и докторской шапке на голове.       Максик тут же удаляется, мне кажется, он смущен. Это же больше женский врач.       - Присаживайся. – подняв на меня глаза, говорит доктор. У него хитрые лукавые глаза, я бы сказала, довольно милые. Это скорее всего врачебное. Я неуютно мнусь возле двери. – Чувствуй себя как дома, – шутит врач и снова указывает на стул.       Никогда не любила этих врачей, но выбора нет. Я вздыхаю и шагаю к вызывающему страх стулу.       - Раздеваться? – чувствуя, как пылают щеки, спрашиваю я. Мужчины гинеколога у меня никогда не было.       - Такая нетерпеливая! – похотливо улыбается он, я жутко краснею. – Пока нет. Просто сядь на стул, и давай познакомимся, – убрав этот взгляд и став более деловым, произносит доктор.       Я сажусь, неосознанно поджав ноги. Врач садится напротив, в руках что-то типа больничной карточки, и на меня просто падает шквал вопросов, начиная с самых безобидных и заканчивая последним половым актом. Я краснею, как помидор. Мне не приходилось вести такие беседы с едва знакомым мужчиной, хоть и врачом. А его явно забавляет мое смущение. Узнав обо мне все необходимое, он отходит и, положив карточку на стол, надевает перчатки. Меня пробирает холодок. Живот резко скручивает.       - Вот теперь раздевайся и ложись, – довольно улыбаясь, произносит он. – И постарайся расслабится, это очень облегчит нашу с тобой задачу, – добавляет он. я неосознанно сжимаю ноги и не представляю, как разденусь перед незнакомым мужчиной. Врач взрывается в хохоте, видя что я не шевелюсь и сижу в каком-то трансе. – Это будет весело! – констатирует он факт.       Меня задевает и приводит в себя его смех. Я хмурюсь и встаю, снимаю одежду, принимаю нужное положение, игнорирую дикое смущение и несущееся сердцебиение. Что они от меня хотят, если я врача стесняюсь?!       - Расслабься. – приказывает он, начиная осмотр и перестав смеяться.       Я сжимаю зубы, думаю только о том, поскорее бы все закончилось. Но тут просыпается мое подсознание и противно замечает, что это только начало.       Наконец, неприятная процедура закончена и я слышу долгожданное «Одевайся!» Быстро натянув одежду, я все еще чувствую себя ужасно.       - Можешь идти. Полный отчет получит Мамка. Одно могу сказать, ты полностью здорова.       Ну спасибо хоть за это! Я вздыхаю и направляюсь к выходу.       - Вот таблетка. Перед обедом выпей, – добавляет врач.       Я поворачиваюсь и подозрительно смотрю на него.       - Ты думаешь, что это? – с протянутой рукой, на которой лежит белая таблетка, игриво спрашивает он.       - Цианистый калий! – бормочу я и хватаю таблетку с руки.       -Именно! – смеется он. – Это на сегодняшний вечер. А потом мы решим, что больше тебе подходит: уколы или таблетки, – объясняет он вслед.       Я почти не слушаю. Все равно мое мнение никто не учитывает. Я прекрасно понимаю, что таблетка – контроцептив. Думаю, они будут не довольны, если кто-то из девушек принесет им в подоле, а дорогие, во всех смыслах, клиенты не любят презервативы. Мило!       Максик встречает меня возле двери.       - Все нормально? – спрашивает он.       - Просто супер! – язвлю я и показываю ему таблетку, он не может подавить улыбку, но тут же берет себя в руки и становится серьезным.       - Пойдем знакомиться с девочками! – бормочет он и показывает мне на обратную дорогу. Я вздыхаю и следую в указанном направлении.