Проклятый рай.

- Габриэлла! - Зову я, понимая, что она хочет убежать. Рвусь бежать за ней, но понимаю, что в этом нет смысла. Она не хочет меня ни видеть, ни слушать.       «Что я наделал!?» Хватаюсь за голову и в отчаянии пинаю бордюр. От этого не становится легче, и физическая боль никак не заменяет моральную. Я не должен был так поступать! Она не заслужила! Господи, какие у нее глаза были, когда она подумала, что я умер. Не могу нормально сглотнуть, комок обиды и злости на себя не дает дышать. Это было очень жестоко по отношению к ней. О чем я только думал?! О ней... ответ не заставляет себя долго ждать. Только о Габриэлле. Это все сделал только ради нее, и она заговорила, и я смог ее обнять, прижать к себе...       Голова просто разрывается. На сердце камнем лежит груз вины в произошедшем... А что я ожидал? Предполагал, что она именно так и отреагирует. Главное, что все получилось. Я должен с ней поговорить.       Взяв пакет, в котором лежит плюшевый медведь, не думаю, что он сможет ее сейчас успокоить, но лучше уж она его разорвет, чем меня. Я верю, что Габриэлла все поймет и простит. С этими мыслями, направляюсь в дом, на меня тут же налетает Лилиан в истерике, обнимая и совершенно ничего не понимая. - Отмените скорую, - выпутавшись из ее объятий, говорю я. - Но у вас же кровь. - Всхлипывая, она тычет в мою рубашку. - Она не настоящая. - Отмахиваюсь и направляюсь к двери Гарбиэллы.       Подхожу ближе, прислушиваюсь, и ничего. Ни одного звука. Прикладываю ухо к двери, замечаю тихие всхлипы. «Конечно, она плачет. Она и так пережила нервный срыв, а ты поддал жару. Молодец, Хамфри, ничего не скажешь! Идиот! И если она после этого вообще не захочет тебя знать, винить будешь только себя!»       Качаю головой и аккуратно скребусь под дверью. - Уходи! - Хрипло восклицает Габриэлла.        Как же я рад слышать ее голос, хоть такой заплаканный и злой. - Малыш, я... - Не хочу ничего слышать! - Перебивает она. - Хорошо... - вздыхаю я.       Оставив пакет с плюшевым зверем под дверью, я несколько секунд мешкаю, но решаю оставить ее сейчас. - Надеюсь, ты все поймешь, - негромко прошу я и, отпустив ручку двери, ухожу.       Зайдя в свою комнату, какое-то время сижу на кровати, смотря в одну точку на полу. На душе просто кошки скребутся. Знаю, что сделал все правильно и вернул любимую к жизни, но мне больно видеть ее такой, но не больнее чем такой, какой она была раньше.       Стаскиваю с себя окровавленную рубашку, и пакетик с ненастоящей кровью, который прикреплен под ней, сейчас представляет собой обычный целлофан. Направляюсь в душ и еще долго не мог смыть с себя краску и убедить, что поступил правильно.       На ужин Габриэлла не выходит. На столе замечаю яблочный пирог. Лилиан говорит, что это Габриэлла сделала для меня. И вот снова чувствую, что поступил очень жестоко, но, сглотнув комок, перебарываю это чувство.       Мне кусок в горло не лезет, но ужасно хочу его попробовать и, отрезав кусочек, в сухомятку уплетаю и второй. Лилиан предлагает разогреть ужин или хотя бы сделать чай, но я больше ничего не хочу. Пирог просто невероятно вкусный. Вкуснее я еще не ел. «Она старалась, делала для меня, еще не подозревая, что я за скотина!» Ощущаю горечь во рту и больше не могу съесть и кусочка.       Направляясь в свою комнату, в сотый раз останавливаюсь возле ее двери, заметив, что пакета уже нет, улыбаюсь. Либо она его уже растерзала, либо он счастливец, и утопает в ее объятиях, о которых я мечтаю два месяца. В комнате тишина. Надеюсь, она уже спит. - Сладких снов, малыш, - провожу рукой по выбитым узорам на двери и направляюсь к себе.       Но сон и не думает ко мне приходить. Ворочаюсь, а мысли все съедают заживо. На часах уже второй час ночи, начинаю подумывать, чтобы выпить снотворное. Только собираюсь вставать, слышу шаги за дверью и ложусь обратно. Делаю вид, что сплю, а шаги все приближаются.       Замираю. Воры? Или это ответ на мою злую шутку? Дверь скрипит, я не шевелюсь, приоткрыв один глаз, распознаю очертания девушки... Габриэлла? Мне хочется вскочить и заключить ее в объятия. Она все поняла и простила! Но останавливаю себя. Может, она пришла попрощаться? Тогда точно встану и не выпущу ее из этой комнаты.       Теряясь в догадках, остаюсь притворяться спящим и незаметно слежу за ее действиями. Габриэлла медленно заходит в комнату и останавливается, так же, как мое сердце. Замирает, делает шаг назад, дергаюсь вставать, но она поворачивается обратно и, громко выдохнув, медленно закрывает за собой дверь.       Я снова замираю, совсем сбитый с толку. Она медленно подходит к кровати, садится на край, забрасывает ножки и ложится рядом. Чувствую ее дыхание и чудесный аромат, который пробуждает воспоминания нашей близости, но сейчас стараюсь понять, что она делает, и отогнать посторонние мысли.       Взяв край одеяла, девушка накрывает себя и подвигает еще ближе. Чувствую ее руку на своей спине и, закрыв глаза, наслаждаюсь, нахлынувшими на меня, чувствами. Слабо понимаю, что она сильнее подвигается ко мне и прижимается всем телом, уткнувшись в шею.       Не могу поверить в происходящее, мне кажется, я перестал дышать. Вытащив одну руку, кладу ей на спину и прижимаю сильнее, уткнувшись носом в волосы. - Малыш! - шепчу я, не веря своему счастью.       Это сон? Я не верю! Она здесь, рядом! Свернулась возле меня калачиком и крепче прижимается к груди. Как же я мечтал об этом. Мне кажется, целую вечность. - Я сплю? - Хрипло спрашиваю, целуя ее в макушку и, вытащив из под себя вторую руку, крепко обнимаю. - Спишь. - Отвечает Габриэлла и поднимает на меня голову, и я вижу любимую улыбку.       Господи, она улыбается! Это чудо!        Касаюсь ее губ своими быстрее, чем успеваю подумать. О, черт! Это, наверное, очень быстро! - Прости... - шепчу я и снова вижу ее улыбку.       Она тянется ко мне и робко касается губ, потом еще раз и еще. Закрываю глаза и наслаждаюсь этим касанием. Мне хочется впиться в них и испить до краев, но я сдерживаюсь. Пока сдерживаюсь.