Ох уж эти детки, или, никогда не переступай дорогу Вонголе.

— Нет! Я не хочу! Отпусти меня! Мама! Папа! Помогитеее! – панически верещал мальчик лет восьми-девяти, отмахиваясь от сестры, которая пыталась отодрать его от лавочки, в которую мальчик вцепился мертвой хваткой, — Отстань, маньячка! — Ну, что ты ведешь себя, как маленький? Мне просто интересно стало, что будет, — покачала головой девочка, лет тринадцати, с длинной рыжей косой, большими серыми глазами, немного вздернутым носиком и кожей, легкого бронзового цвета. — Ага! Когда тебе стало «интересно» в последний раз, я пролежал в больнице с отравлением! – мальчик нахмурил брови и вперился в сестру своими темно-багровыми глазами, — Забыла, как тебя наказали? Девочка немного горько вздохнула. Ее и раньше наказывали за разные проделки, но за то, что она из любопытства, скормила доверчивому брату кусок протухшего сыра, и это чуть было не обернулось трагедией, отец, босс Варии, хорошенько оттаскал ее за уши и целую неделю запрещал вообще выходить из замка, даже в сад. Для свободолюбивой девочки это было настоящей пыткой. — Все вы мужики, только о себе и заботитесь! – возмутилась рыжеволосая и снова стала оттаскивать брата от лавочки, — А ну, хватит придуриваться! Быстро отлепился от этой лавки и пошел за мной! Тряхнув темной головой, паренек застонал и, сильней вцепившись в многострадальную лавочку, стал молиться богу о чудесном своем спасении. Лавка же в свою очередь тоже принялась умаливать всех богов в мире, чтобы от нее, наконец, отстали. — Эй, Риккарда, снова хочешь напихать в малыша Амадео протухшую еду? – раздался за спиной девочки чей-то насмешливый голос. — Савада… Конечно, кто же еще? – девочка повернулась на голос. — Ро-кун! Ро-кун! Слава богу! Я спасен! – радостно воскликнул Амадео, бросаясь к своему спасителю. Им оказался высокий красивый юноша, лет шестнадцати. У него были добрые карие глаза, солнечная улыбка, ямочки на щеках, которые сводили всех девушек с ума, загорелая кожа и каштановый вихрь не слишком длинных, но и не совсем коротких волос, придававший парню беззаботный, и в то же время, хулиганский вид. На тонкой соблазнительной шейке Таро покоился черный ошейник с металлической пряжкой, который ему подарил «нянька» Мукуро, когда мальчику исполнилось четырнадцать. Таро безумно любил свой ошейник, и никогда его не снимал, мотивируя это тем, что «он помогает ему девчонок, привлекать», которые и так не слезали с парня. В левом ухе Савады сверкала сережка в виде гвоздика с темно-красным камушком и небольшая металлическая серьга в виде кольца. Когда Ро исполнилось двенадцать, Рокудо старший отвел его в салон, где ему прокололи ухо. «Это мой подарочек на день рождения!» — оправдался потом Хранитель Тумана, когда Тсуна, увидев ухо сына, чуть не разорвал Мукуро на британский флаг. Одевался сын Джудайме всегда в джинсы с цепочкой, которые подчеркивали его аппетитную задницу (восторженный девичий визг по всему Намимори), яркую вызывающую футболку, и любимую курточку темно-синего, джинсового цвета, с вышитой белыми нитками цифрой «27». — Хэй, привет, малыш Део, — Таро с улыбкой потрепал прилипшего к нему мальчика по волосам, — она опять хочет поставить над тобой эксперименты? — Мне даже страшно подумать, что ей взбрело в голову… — Амадео содрогнулся и, зажмурившись, уткнулся лицом в куртку Савады. — Не бойся, я не отдам своего маленького друга на растерзание этой… девочке. — У этой девочки, между прочим, есть имя! – вспылила Риккарда, откидывая назад рыжую косу. Риккарда была старшим ребенком в семье Внешнего Советника Вонголы и босса Варии. Внешностью девочка пошла в Рику, а характером – в Занзаса. Она с детства была бойкой и вертлявой девчушкой, от которой варийцы просто сходили с ума. Достаточно вспомнить момент, когда родители оставили пятилетнюю Риккарду на своих Хранителей, а сами уехали отдыхать в Испанию. Всего за пару недель она испортила жизнь всем, кто находился в замке: из-за того, что девчушка «случайно» утопила корону принца в пруду, Бел впал в недельную депрессию, а Фран заскучал, ибо никто ежесекундно не метал в него стилеты. Луссурия чуть было не застрелился, из-за того, что Риккарда порезала его любимое манто, чтобы сшить кукле шубу. Единственный, кого не коснулось «проклятие», был Скуало. Он, как умный человек, свалил из замка, едва услышав о том, что боссы собираются уехать и оставить любимое чадо на варийцев. Вернувшись из поездки, Федерика и Занзас очень удивились, когда им навстречу, со счастливыми улыбками и блестящими от слез радости глазами, выбежали Хранители. Они рухнули на колени и, вцепившись в супруг, стали благодарить их о чудесном спасении. Тут на крыльцо замка выскочила Риккарда и, громко, радостно закричав «Мама! Папа!», бросилась к родителям, отчего варийцы панически завопили и ломанулись бежать куда-то через сад. — И вообще, это мой брат! А значит, ты не имеешь право переманивать его на свою сторону! – воскликнула Риккарда, ткнув пальцем в мальчика, который все еще стоял, вцепившись в Ро. — А я и не пытался. Я не виноват, что родители сделали меня таким обольстительным, что ко мне липнут все, без исключения, — хихикнул Савада, хлопнув Амадео по плечу. Мальчик тоже захихикал в ответ. — А ну-ка, мистер, мигом вернулся сюда! – девчушка указала на место рядом с собой и гордо вскинула голову. — Ну, Риккарда, милая, что за грубости? Такой симпатичной девочке совсем не идут к лицу ругательства, — Таро включил всю свою обаятельность и, подойдя к девочке, обнял ее за плечи. — Вот скажи, почему ты все время обижаешь нашего малыша Амадео? Может, у тебя какие-то проблемы? Хочешь об этом поговорить? — Отстань от меня, Казанова! – Риккарда ткнула Саваду локтем в бок и стала скидывать его руки со своих плеч. — Иди, пудри мозги своим обожательницам. — Ой, а ты что, разве не входишь в список моих обожательниц? – Таро изобразил искреннее удивление, отчего Амадео задохнулся от беззвучного смеха. — Свали отсюда, Савада! – девочка махнула руками и отошла от Таро, посыпая его итальянскими ругательствами. — А я маме скажу, что ты ругаешься! — Только попробуй, мелочь, я тебя в банку из-под компота запихну! — В таком случае я допрыгаю до папы, а он снова запрет тебя в замке! – с издевкой в голосе ответил мальчик. — Моя школа! – Таро с улыбкой потрепал Део прическу. Тот рассмеялся. Амадео был вторым ребенком в семье. Вот он, наоборот, внешностью пошел в отца, а характером в мать. Родился мальчик слабеньким и первое время часто болел, но забота родителей и частые поездки на лечебные курорты подправили его здоровье. Скромный и тихий, он стал любимцем не только варийцев, которым было только в радость нянчиться с таким послушным ребенком, после всех мучений, которые им преподнесла Риккарда, но и Хранителей Вонголы. Несмотря на столь юный возраст, Део мастерски разбирался в компьютерах, обладал стратегическими способностями, и часто замечал то, что не замечали другие. Иногда, к нему обращались подчиненные родителей, с просьбами помочь разобраться с картами. Однажды, кто-то в очередной раз взломал сервер с данными Вонголы, а программисты семьи находились на собрании. Единственным, кто находился в отделе, был шестилетний Амадео. Мальчику стало интересно, чем занимаются программисты, и он попросился тихонько посидеть в отделе и понаблюдать. Вертясь на стульчике, Део заметил какие-то странные всплывающие окна на ближайшем мониторе, и подъехав к компьютеру, догадался, что кто-то пытается выманить данные. Времени на то, чтобы позвать кого-то из взрослых, не было, и мальчик решил попробовать сделать что-нибудь своими силами. Он принялся набирать что-то на клавиатуре, щелкать мышкой по окнам, выделять данные и перегруппировывать их. В итоге, получилось так, что Амадео как-то смог не только пресечь доступ взломщикам, но и выманить их же данные. Злоумышленников быстро нашли. Ими оказались программисты вражеской испанской группировки, которая уже давно наступала Вонголе на больную мозоль. Таким образом, шестилетний карапуз спас всю Вонголу от непредвиденных проблем. Амадео любил читать, и его часто можно было увидеть в библиотеке с большой книгой на коленях и горящими от интереса глазами. Рика и Занзас сначала мучались вопросом, как воспримет братика Риккарда, но та очень обрадовалась, когда узнала, что в семье появится еще один ребенок. Девочка с благоговением тряслась над младенцем и ни на шаг от него не отходила. Тем не менее, любовь к брату не мешала ей издеваться над ним. Начиналось все с почти безобидного «эй, сбегай и принеси мне это», а закончилось тем, что мальчик стал передвигаться по замку только в сопровождении старших, чтобы не попасться в руки сестре. — О, а что вы тут, кстати, делаете? – поинтересовался Ро у гордой девчушки. — Гуляем. Ты нам теперь уже и гулять запрещаешь? — Нет, нет, я имел в виду, что вы делаете в Японии? — Дядя Тсуна вызвал маму по работе, а мы попросились, чтобы она взяла нас с собой. Амадео соскучился по тебе и ребятам, а мне просто захотелось развеяться. — В таком случае, может, сходим куда-нибудь, отметим приезд? – расплылся в улыбке Таро. Малыш Део восторженно закивал головой, — Может, в ресторан семьи Ямамото? — У меня нет денег… — Не страшно, мне не жалко денег для любимой сестренки и братика, — Савада сгреб ребят в объятия и повел их куда-то вперед. — Такого братца и врагу не пожелаешь… — буркнула Риккарда, выворачиваясь из рук Таро. — Део, помнишь, что говорила мама? Ни в коем случае не ешь много жирного тунца! – поучала девочка брата. — Иначе тебе опять станет плохо! Ро, проследи за ним. — Она всегда ведет себя, как мамочка? – тихонько спросил парень у мальчика. — Поверь, обычно она ведет себя как палач… Наконец, поплутав по улицам Намимори, они вышли к небольшому ресторанчику, который принадлежал семье Хранителя Дождя Вонголы, Ямамото Такеши. Обычно в нем довольно много народу, но сегодня было очень жарко, поэтому люди предпочитали прятаться в тени деревьев или возле пруда в парке. Подойдя к двери, ребята снова заспорили, что вкусней: суши с тунцом или кальмаром. — Пока, дед! – раздался вдруг за дверью чей-то звонкий голосок. — До завтра! Двери ресторана распахнулись, и на пороге появились два абсолютно одинаковых мальчика, одетых в одинаковые красные футболки и летние шорты. На вид им было лет по двенадцать. Они были довольно высокого роста, несмотря на малый возраст. У обоих были темно-шоколадного цвета с заметной смешинкой, глаза, беспорядочно уложенные вихры темных волос, загорелая кожа и солнечная, голливудская улыбка. Один из мальчиков держал в руках футляр для бейсбольной биты, а у другого был деревянный меч для кендо. Единственное, чем отличались мальчики, это расположением родинок на правой щеке. У одного она была выше, а у другого – ниже. Увидев ребят, близнецы удивленно, причем одинаково, вскинули брови. — Риккарда? Део-кун? Ро-кун? Какая приятная встреча! Пообедать пришли? Нет, нет, не говорите, мы сами все сделаем! С этими словами, мальчики схватили ребят и затащили в ресторан. — Дед, смотри, кто пришел! – воскликнул мальчик с «завышенной» родинкой. — Макото, сколько раз я тебе гово… Боже, какая встреча! Риккарда, малыш Амадео. Вас уже давно не было видно в Японии, — к ребятам вышел отец Хранителя Вонголы – Ямамото Цуеши. За столько лет он постарел, но все еще был крепким мужчиной. — Дядя Цуеши! – Амадео сорвался с места и заключил мужчину в объятия, — Я так по вам всем соскучился. — Ха-ха-ха, малыш Део, ты все такой же добродушный малый. Я тоже соскучился и по тебе, и по твоей сестренке. Вы проголодались? Ну-ка, не стойте на пороге, проходите, сейчас я вас накормлю. Ясуо, помоги мне приготовить для ребят суши. — Так точно, сэр! – рассмеялся Ясуо – близнец с «заниженной» родинкой. Как вы уже, наверное, уже догадались, близнецы Макото и Ясуо – дети Ямамото Такеши. Они на год младше Риккарды, то есть им по двенадцать лет. Кото и Суо абсолютные близнецы, даже говорят иногда одинаково. Тем не менее, характеры у них отличаются: Макото более раскрепощен, чем Ясуо, зато Ясуо более спортивен. Внешностью они оба пошли в отца, ну а темперамент их родителей одинаковый, отчего у мальчиков простой, "деревенский" характер и знаменитая голливудская улыбка. Макото решил идти по стопам отца, и теперь учится владеть мечом, что у него собственно, хорошо получается. Ясуо же решил не идти по тропе мафии, и стать бейсболистом. Но, в перерывах между спортивными тренировками, он изучает боевые искусства и учится снайперскому делу, хотя об этом никто не знает. — А вы давно приехали? – поинтересовался Кото, усаживая ребят за столик. — Рано утром. Мы еще даже дядю Тсуну не видели. Мама попросила нас пока не мешаться и погулять, — отчеканил Амадео, забираясь на стул. — Ха-ха-ха, круто! Пока вас не было, столько всего произошло! Не уедете, пока все не расскажем! — Кому жирного тунца? – раздался звонкий голос Ясуо. — Ой, я буду! Я буду! – мигом откликнулся малыш Део, вздернув вверх руку. — Много не ешь! – мигом осекла его Риккарда. — Расслабься, я присмотрю за карапузиком, — махнул рукой Таро, — а мне, пожалуйста, с лососем. — Мне тогда с угрем, — кивнула девочка. — Отлично! Через секунду все принесу! — Я наелся… — Таро удовлетворенно похлопал себя по животу, когда ребята выходили из ресторана. Солнце уже вышло из зенита, и жара постепенно шла на спад, — может, еще куда-нибудь сходим? — Я хочу спать, — Амадео потер кулачком глаза и сладко зевнул. — Эй, а пойдем к дяде Тсуне. Заодно, родителей повидаем! – потягиваясь, предложил Макото, а Ясуо кивнул головой, соглашаясь со словами брата. — О, кстати, да, мне нужно кое-что спросить у отца, — согласился Таро и посмотрел на группку девушек, стоящих в стороне, и пожирающих Саваду влюбленными глазами, парень расплылся в улыбке и помахал им рукой. Девушки восторженно взвизгнули и умчались в переулок. Постояв еще немного возле ресторана, ребята дружной гурьбой направились в сторону замка Вонголы. По пути они весело разговаривали и что-то обсуждали. Из-за того, что Амадео разморил сон, мальчик не успевал за друзьями и все время отставал. Тогда Ро заботливо понес двоюродного брата на спине, где мальчик окончательно заснул и не реагировал ни на что, вокруг происходящее. Вдруг, сладкий вздох по всему переулку предупредил ребят о том, что им навстречу идет мечта всех парней города Намимори – прекрасная и опасная Хибари Норико. В свои четырнадцать Норико выглядела как шестнадцатилетняя, что несомненно привлекало парней. Девочка была невысокого роста, с длинными темными волосами, собранными в два хвостика, нежными женственными чертами лица, пухлыми губками, большими блестящими глазами цвета фиалки и вечным румянцем на щеках. Внешность и хрупкая фигурка досталась ей от матери – Хранительницы Тумана Вонголы, Хибари Хром. Характер же ей достался от отца – самого опасного в семье человека, Хибари Кеи. На первый взгляд, язык не повернется назвать это чудо грозным блюстителем закона. Пока ты не нарушишь какое-нибудь правило, и с тобой не познакомятся нунчаки девочки… Сначала Норико хотела носить с собой тонфы, как у отца, но потом решила пооригинальничать, и купила себе стальные нунчаки, которые били не слабее тонф. Теперь, всякий, кто нарушал по мнению девочки, закон, был немедленно избит до полусмерти. Но такое случалось редко, потому что люди быстро смекнули, что к чему, и решили не рисковать. Одевалась Хибари всегда со вкусом: строгие элегантные юбки, туфли на небольшом каблучке, открытые соблазнительные блузки и кофты и обязательно либо кожаная куртка, либо строгий пиджак, на рукав которого была прицеплена старая повязка Главы Дисциплинарного Комитета, которая ей досталась от отца. Так же от строгого отца девочке досталась коронная фраза «Забью до смерти», которую Норико посвящала всем, на кого указывали ее нунчаки. — Привет, ребята, — Норико, увидев друзей, подошла поближе, — гуляете? — Привет, Нори-чан! – с улыбкой помахали Хибари близнецы. Та ответила кивком. — Риккарда и Део в гости приехали, и мы решили отметить. — Понятно. Ну, тогда до встречи, — Норико коротко махнула рукой, развернулась и пошла вперед. — Вы думаете о том же, о чем и я? – тихо спросил Ро у ребят, поудобнее перехватив спящего Амадео. — Ага… — ответили ребята, переводя взгляд с Норико на переулок. То, о чем они подумали, не заставило себя долго ждать. — Нори-чааан! – раздался чей-то сладкий, чересчур сладкий голос. Хибари мигом остановилась и, выхватив нунчаки, повернулась на голос. Навстречу ей радостно несся Рокудо Фаусто. Как и сказал когда-то Хибари Кея, он был тот еще фрукт. В свои пятнадцать, Рокудо младший успел нажить себе столько врагов, сколько не было у самой Вонголы за всю историю ее существования. Там, где появлялся Рокудо, можно было без сомнений ждать неприятностей. Именно Фаусто являлся инициатором многих уличных драк, причем, он, используя свои стандартные навыки иллюзиониста, которыми его обучил отец, с легкостью уходил из побоища и оставался не при чем, за что его ненавидели и в то же время, боялись. И характером, и внешностью парень пошел в отца: у него были темно-синего цвета глаза, которые с издевкой буравили тебя, коварный прищур, сладкая улыбочка, утонченные аристократичные черты лица, шелковая белая кожа и длинные волосы, которые Фаусто собирал в хвост. На макушке у парня красовался «семейный» ананасовый хохолок, из-за чего он еще сильней был похож на своего остолопа-отца. Рокудо младший был модником, и всегда одевался ярко, вызывающе и сексуально. Основным материалом его одежды являлась кожа, шелк и атлас. Фаусто любил сочетать несочетаемое: строгий галстук и агрессивный шипастый ремень, легкая футболка и объемный шарф грубой вязки, ковбойская шляпа и высокие кожаные сапоги, чем иногда раздражал и в то же время заставлял восторженно вздыхать, ибо ему, как подлецу, все шло. В левой брови юноши сверкал пирсинг, а в ушах покачивались небольшие кольца-сережки. Еще любимым занятием Фаусто, помимо выбешивания окружающих, было ухлестывание за дочкой Хранителя Облака, отчего у их родителей отношения портились с каждым днем еще сильней. — Нори-чан, не стоит гулять одной по улицам! Мало ли, какие люди бродят по го… — договорить парню не дали нунчаки, молнией промелькнувшие перед носом Фаусто. Тот, к удивлению ребят, ловко увернулся, словно предвидел удары Хибари, — О-хо-хо, Нори-чан ты всегда бьешь в одно и то же ме… Вдруг Норико резко замахнулась ногой, и ударила ни о чем не подозревающего парня туда, куда бить не стоит. Фаусто рухнул на колени и уткнулся лбом в землю. — Нори-чааан… почему ты так со мной жестока… боже, больно то каак! Вызовите, пожалуйста, врача… Хибари, довольно хмыкнув, прицепила нунчаки на пояс и гордо ушла. Ребята, немного подумав, подобрали «раненого» Фаусто и вместе с ним направились к замку Вонголы, к родителям.