Ох уж эти детки, или, никогда не переступай дорогу Вонголе.

Таро всю ночь не мог успокоиться, отчего ребятам пришлось до самого утра сидеть рядом с ним. Он сидел в кресле в своей с Юудэем комнате и немного раскачивался вперед-назад, обхватив колени руками. Он все еще был одет в окровавленную одежду, а на щеках юноши засыхали стекающие капли вражеской крови. — Ро-кун, как ты? – заботливо спросил Ясуо, укрывая Саваду покрывалом, — Успокойся, тебя всего трясет… — Братик, вот, выпей, — Амадео протянул Ро чашку с горячим мятным чаем. Покачав головой, Таро с головой зарылся в покрывало и затих. — Савада, ты нас всех пугаешь, — подал голос Сасагава младший, — Прекращай хандрить! Не то я тебе врежу! Ничего не ответив, Таро снова стал раскачиваться в кресле, ничего не говоря, как партизан. — Ро-кун… — протянул Фаусто, присев рядом с креслом, — Правда, прекращай… Мы за тебя волнуемся. — Ну все, мне это надоело! Прости Таро, но по-другому нельзя, — с этими словами Юудэй сорвал с Савады покрывало и, замахнувшись, заехал кулаком парню в лицо, отчего тот дернулся, да так, что перевернулся вместе с креслом. — Юу-кун!!! – вскрикнула Амая, бросаясь на парня и пытаясь оттащить его в сторону, — Ты что творишь?! Ты же убьешь его! — Таро! – Риккарда и Макото бросились поднимать парня, близнецы же стали оттаскивать в сторону перевернутое кресло, чтобы оно не мешалось. — Ты что делаешь? Тебе не стыдно? Ро и так подавлен, а ты его еще и бьешь! — Отстань, я все правильно сделал, — огрызнулся парень, — Если бы я его не врезал, он бы, наверное, удавился этим покрывалом! Что вообще происходит? — Я не хочу об этом говорить, — наконец подал голос Савада младший, — Я устал. Мне страшно, ребят, понимаете, страшно? Я не понимаю, что со мной творится, я вытворяют ужасные вещи! — Вот только драматизировать тут не надо! Знаешь, мне, да и, наверное, не только мне, противно смотреть на твои самобичевания! За какие-то недели ты, из крутого парня превратился в тряпку! Прекращай, возвращайся в свой прежний вид, нам тебя не хватает… — вздохнул Сасагава младший и, сложив руки на груди, отвернулся. — Ты ничего не понимаешь, поэтому не можешь так обо мне говорить, — фыркнул Таро, потирая щеку, куда его ударил друг, — Ладно, закрыли тему, мне не хочется ее обсуждать. И я прошу у вас прощения за мое дурацкое поведение. Глубоко вздохнув, мальчик попытался улыбнуться. — Это ты прости нас, Таро! – малыш Део тут же вцепился в парня, уткнувшись лицом в его окровавленную футболку. — Вы-то тут не причем. Это все мои выкидоны, — вздохнув, Савада приобнял мальчика, — И вообще, давайте все забудем, как страшный сон? Оставим все в прошлом. Кстати, я хочу есть, у нас есть что-нибудь пожевать на кухне? — Тетя Киоко и тетя Хару приготовили вкусную похлебку с рисом! – тут же среагировал Рокудо, умилено прижав руки к груди, — Тааак вкусно! Ты должен это попробовать! Весело улыбнувшись, Савада кивнул и уверенно направился к двери. Хотя внешне он и выглядел развеселившимся, душа парня рвалась на части. Сердце его больно сжималось, а в голову лезли всякие дурацкие мысли… — Эм… Таро, может сначала, отмоешься? Ты весь в крови… не думаю, что родители будут рады видеть тебя в ТАКОМ виде, — Макото специально сделал акцент на слове «таком», чтобы показать всю серьезность ситуации. Оглядев себя с ног до головы, Савада наиграно удивленно присвистнул. — Да, похоже, мне действительно нужно переодеться… — Мы вот тебе одежду принесли, — Гокудера указала на сверток из одежды на кровати и откинула назад свою белую косу. — Спасибо вам, ребята, действительно спасибо. Вы идите, я вас нагоню, — взяв вещи, Таро ловко выскользнул в коридор и направился в ванную. — Ой… а что такое с дядей Тсуной и дядей Такеши? – удивленно воскликнула Риккарда, зайдя на кухню. Первое, что она увидела – это спящих Джудайме и Ямамото за столом. — Сегодня опять то же самое – заснули, не сказав спасибо, — мило улыбнулась Киоко. — Они уже как три дня тренируются по новой программе, — вздохнула Хару, ставя на стол чашку с вареными овощами. — Измотались, бедняжки. — А Гокудера-сан опять сидит в одиночестве, — проследив за взглядом девочки, рыжеволосая увидела спящего Хаято, который сидел за отдельным столом. — Отстаньте от него. Ему стыдно из-за своих неудач на тренировках, — фыркнула Бьянки, поправив очки на своих глазах. — Неужели все так плохо? – почти удивленно спросил Реборн, покосившись на девушку. — Да… за минуту он поймал только двух моих скорпионов… Похоже, у него нет мотивации их ловить. — Мистер Реборн, я пошел спать. Пожалуйста, передайте это боссу… — с этими словами Гокудера встал со своего места и, обойдя стоящую у порога Риккарду, скрылся в коридоре. — Бьянки-чан, неужели дела с Гокудерой так плохи? – девочка присела за стол. — Всем доброе утро! – двери кухни снова распахнулись и на пороге появились все ребята, во главе с Таро. Пройдя внутрь, друзья расселись вокруг стола и накинулись на приготовленную девочками еду. — Тетя Киоко, тетя Хару, очень вкусно! – воскликнул Фаусто, и тут же осекся, потому что девочки еще не знали, что «стали» родителями. Мощный пинок от Амаи заставил парня дернутся, и застонать от боли. — Фаусто хотел сказать, что вы прекрасно готовите! – вклинилась девочка в разговор, мило улыбнувшись. — Я первая в душ, — Бьянки встала из-за стола и вышла в коридор. — Благодарю, Амая-чан, Фаусто-кун! – поблагодарила ребят Киоко, умиленно складывая руки на груди, — Хару-чан, может, пока посуду помоем? — Гокумая, зачем ты меня ударила? – прошипел Рокудо, наклонившись к девочке. — Ты идиот, Рокудо! Они же ничего не знают, — шикнула в ответ девочка, чуть было, не кинув в хохолок юноши вилку. — Замолчите оба, иначе вы нас выдадите, — шепнул Савада младший, отправляя в рот ложку с овощным рагу. — Реборн-кун, мы сходим с Хару-чан в ванную, — вдруг подала голос Киоко, ставя вымытые тарелки на поддон для стекания воды. — Спасибо, оставьте Тсуну и Ямамото на меня, я их разбужу, — кивнул Аркобалено, благодарно улыбнувшись девочкам. Кивнув в ответ, Киоко и Хару пожелали ребятам приятного аппетита и тоже ушли в ванную. Едва за девочками закрылась дверь, Реборн запрыгнул на стол и со всего размаха ударил Тсуну ногой по затылку. — Просыпайся, Никудышный Тсуна. — Доброе утро дядя Тсуна! – приветливо пропели ребята, махнув мальчику рукой. Таро лишь кивнул и продолжил поглощать завтрак. — Ре… Реборн, что случилось между Гокудерой-куном и Бьянки? – сонно протянул Джудайме, судорожно потрясая рукой, в которой сжимал палочки для еды. — Ты не спал? — Всего секундочку… А потом снова заснул. Действительно, Гокудера-кун в последнее время ведет себя странно. Коротко отвечает, когда я с ним разговариваю… — Полагаю, у меня нет выбора… Отец Гокудеры является боссом мафиозного клана, но…— начал было Аркобалено, но его перебила Амая. — Мой отец – незаконнорожденный сын. Его мать не была родной матерью тети Бьянки, — вздохнула девочка, перекатывая палочками по тарелке рис. — Ходила молва, что она была убита людьми из организации отца Гокудеры, — Реборн снова надвинул шляпу на глаза. — Подожди, что значит «была убита»? Мама Гокудеры-куна?! – вскочил со своего места Тсуна, округлив глаза. — Мама Гокудеры была талантливой пианисткой и ей прочили большую карьеру. Но так же она была еще и очень красивой. Отец Бьянки влюбился в нее с первого взгляда, несмотря на то, что у него уже была жена. Вскоре они увлеклись друг другом, и девушка забеременела. Так и появился Гокудера. Но мафия не приняла бы этого ребенка, потому что он от женщины, не являвшейся женой их босса. Тогда он объявил, что Гокудера — сын матери Бьянки, а его настоящей маме не разрешено было даже видеться с ним. Ее карьера пианистки была разрушена. После третьего дня рождения мальчика, организация разрешила ей встретиться с сыном, но ее машина сорвалась с дороги, когда она ехала к вилле в горах. Она погибла мгновенно… На этих словах Амая как-то странно тряхнула головой, словно не была согласна со словами Реборна, но промолчала. — Обо всем Гокудера узнал в восемь лет, когда случайно услышал разговоры горничных, обсуждавших этот случай. После этого мальчик сбежал из дома. — Так вот почему он говорил, что его семья погрязла в грязи… — подал голос Ямамото. — Ямамото! Уже проснулся? — Ребят, чаю? — Простите, мне нужно выйти… — кротко кивнув, Гокудера младшая встала из-за своего места и, поблагодарив за еду, ушла их кухни. — Реборн, она, наверное, не знала этого… — тихо сказал Тсуна, беря свой стакан с горячим чаем. — Они сами должны со всем справиться, — сказал Реборн, поправив свой пиджак. — Реборн, ты бессердечный! – воскликнул Тсуна, покосившись на своего наставника. — Мы тоже, пожалуй пойдем. Амадео немного не здоровится, — подала голос Риккарда, вставая из-за стола. Близнецы тоже встали вместе с ней и, сказав девочке, что помогут, тоже вышли в коридор. За столом остались Тсуна, Ямамото, Реборн, Ро, Фаусто и Юудэй. — Когда чувствуешь, что застрял на месте, я думаю самое лучшее, что надо сделать, это сменить ритм! – улыбнулся Ямамото, отпив свой чай. — Сменить ритм? – переспросили ребята вместе с Тсуной. — Да, и насчет этого у меня есть отличный план, предоставьте это мне. Внезапно дверь кухни снова открылась, и на пороге, весело горланя песни, появился Ламбо. Очевидно, он только что из душа, потому как был одет в одни лишь, по-дурацки цветастые трусы, а на плечах, перевешивая друг друга, висели рога мальчика. — Мистер Ламбо снова здесь! – воскликнул мальчик, вставая в позу ковбоя, то есть ноги на ширине плеч, грудь выпячена вперед, а голова гордо вскинута. — Привет, Ламбо, — поздоровался с карапузом Таро, осторожно дуя на свой горячий чай, чтобы его немного остудить. — Ламбо-сан только что из ванной, и знаете…И Бьянки, и Хару, и Киоко, и даже И-пин там были. И прямо сейчас… — мальчик вдруг сделал серьезное выражение лица, — там много-много ГРУДЕЙ! Тсуна, услышав, сей заявление, выплюнул весь свой чай на стол, попутно обливая себя. Ямамото, покрывшись румянцем, дернулся, проливая себе на грудь кипяток. Через секунду босс и его Хранитель с криками «Горячо! Кипяток!» метались на месте, пытаясь стащить с себя мокрую одежду. Реакция их детей тоже была зрелищной. Ро, услышав столь интимную новость от карапуза, подавился горячим чаем и по инерции отшвырнул бокал на стол. Кипяток, вылившийся из опрокинутого стакана, стек за край стола прямо на штаны сидящего рядом Рокудо младшего. Тот, громко заорав от неожиданности и резкой боли, вскинул руки в стороны, выпуская свой стакан с чаем, который, описав красивую дугу в воздухе, упал прямо на голову сидящего рядом с Фаусто Юудэю. Через мгновение к воплю иллюзиониста присоединился крик спортсмена, который, опрокинув стул, вскочил со своего места и, стянув на ходу футболку, сунул голову под кран с холодной водой. — ТАРО!!! – верещал ананасоголовый, прыгая на месте и пытаясь стащить с себя свои любимые кожаные штаны, которые, по мнению парня «подчеркивали его аппетитный зад». — А что я? – удивленно воскликнул Савада младший, салфеткой вытирая с майки брызги чая. Ламбо же, с чувством выполненного долга, развернулся и, насвистывая песенку собственного сочинения, вразвалочку вышел из кухни. Не прошло и секунды, как дверь опять открылась, а на пороге появилась снова не выспавшаяся Норико. Одета она была в полупрозрачную майку до колен, а длинные волосы были распущены и немного спутаны. Протерев сонные глаза, она взглянула на ребят и медленно покрылась румянцем, ибо ее ухажер стоял посреди кухни в одной только майке и семейниках в ананасовый рисунок (что еще раз подтверждает, что он стопроцентно сын Рокудо Мукуро), раздраженно потряхивая штаны, словно пытаясь выбить из них пыль. — Ой, Нори-чан, доброе утро! – расплылся в радостной улыбке Рокудо, помахав девочке ручкой, — Что с тобой? Ты такая красная! Заболела?! — Фаусто… — тихо сказал Таро, пытаясь привлечь внимание друга. — Я срочно бегу в аптеку! Ты температуру мерила? — Фаусто… — Куда только смотрел твой отец? У него тут дочь болеет, а он даже не обратил внимания! — Фаусто!!! — не вытерпел Савада младший, — Будь я девкой, я бы тоже смутился, если бы увидел, как мой парень расхаживает по дому в одних трусах!!! — Эм… — медленно переведя взгляд на штаны в руках, Фаусто посмотрел на Хибари и попытался улыбнуться, — Нори-чан, ты все не так поняла… Ро просто… постой, я все объясню! Рванувшись вперед, Рокудо хотел, было взять Норико за руку, но та сделала шаг назад, отчего дверь захлопнулась, едва не прищемив пальцы иллюзиониста. Жалобно заскулив, парень повернулся к друзьям и, надув щеки, как хомяк, пробубнил: — Все из-за твоего чая, Ро-кун… Теперь Нори-чан до конца моих дней ко мне не подойдет! Юудэй, хватит мокнуть под краном! — Ага, сейчас, — раздался недовольный голос Сасагавы из-под струи воды, — В следующий раз, пожалуйста, будь добр, следи, куда летят твои стаканы, особенно с горячим чаем! Не выдержав, Таро звонко рассмеялся, прогоняя своим смехом нависшую в базе угнетающую атмосферу. Через несколько секунд все, кто находился в кухне, залились радостным смехом. — Кстати, дядя Такеши, что вы там говорили о каком-то плане? – просмеявшись спросил Фаусто у парня. — Слушайте внимательно. Уверен, если мы все вместе хорошенько постараемся, мы сможем растормошить Гокудеру. Ребятки собрались вокруг Ямамото и стали внимательно слушать то, что он говорит. Гокудера медленно брел по коридору, почесывая затылок. Настроение у него было паршивей некуда. «Эта Бьянки, эти тренировки… задрало!» — Хару, я сказал, прекрати! – раздался немного сдавленный писк Тсуны, откуда-то из-за двери кухни. — Ламбо! Лука! Отдайте быстро нож!!! – вторил ему другой писк, видимо принадлежащий Рокудо Фаусто. — Заткнись, тупое травоядное, — звон разбитой чашки и сдавленное шипение. — Нори-чан, ты порезалась?! Быстро аптечку! — Ребята, ребята, пожалуйста, успо… — звук падающего тела. — Тсуна! Вставай… «Что это они там делают?» — пронеслось в голове Урагана, прежде чем он приоткрыл дверь. — Доброе утро, Десятый, — Хаято улыбнулся как можно приветливее. — А мы тебя заждались! — Доброе утро, Гокудера-кун! – воскликнул Джудайме, поправляя расписной халатик, накинутый на плечи. — Доброе утро, дядя Хаято! – как один пропели ребята, помахав парню рукой. — Привет, пап, — Амая махнула отцу ножом. Девочка восседала на гарнитурном столе и ловко чистила картошку. — Что?! – удивленно воскликнул Гокудера, уставившись на этот бедлам. — Сегодня за завтрак отвечают парни, — улыбнулась Хару. — Ямамото-кун будет учить нас, как готовить суши, — расплылась в улыбке Киоко, закатывая рукава своей кофты. — Правда, у нас только мороженые ингредиенты, но мы попробуем сделать из них что-нибудь вкусное, — рассмеялся Такеши, указывая на продукты, на столе. — Присоединяйся, Гокудера-кун! — Да отец, присоединяйся, я одна со всей этой картошкой не справлюсь, — улыбнулась Гокудера младшая. — Прости, Джудайме, но я сейчас не в духе… — вздохнул парень, намереваясь уйти из кухни. — У нас нехватка рук, — улыбнулся Тсуна, хотя на кухне сейчас было с десяток человек, — Надо и для Лар порцию приготовить. Она, конечно, не будет, есть вместе с нами, она так привередлива насчет еды… — По-любому вперед, Хаято-нии, — за спиной Урагана появился Фута, который подтолкнул парня вперед. — Тупая корова, не трогай меня! У тебя руки в рисе! – прикрикнул Гокудера на мальчика, который намеревался схватить его за штанину. — Это может послужить в качестве разминки в их тренировке, — сказал Реборн, наблюдая за ребятами со стороны. Сидевшая рядом Бьянки лишь отвернулась в ответ. Следующие полчаса ребята весело предавались забвению на кухне. Ямамото, в роли инструктора показывал ребятам, как правильно укладывать начинку на суши, чтобы рис не рассыпался. Ясуо выступал его помощником, потому как часто готовил суши в ресторане деда в своем времени. Макото же приготавливал необходимые продукты. Тсуна, помимо готовки все время косился на стоявшую рядом Киоко и, вспоминая слова Таро о том, что в будущем она станет его женой, пускал слюни и мечтательно сиял. Таро, Амая и Юудэй чистили картошку и нарезали овощи, попутно о чем-то весело болтая и хихикая. Гокудера вместе с Ламбо готовили рис, а Лука, сидевший рядом, все время воровал злак из тарелки, пока никто не видит. Норико сидела на столе рядом с раковиной и наблюдала за тем, как Фаусто старательно моет тарелки и, если парень начинал халтурить, пробуждала его посудомойческий дух пинком под зад. Риккарда сидела за столом, наблюдала за тем, как готовят ребята, и что-то быстро записывала в блокнотик, который притащила с собой. Амадео не было на кухне, потому что ему все еще немного нездоровилось, и он спал в комнате. Внезапно идиллию обитателей кухни нарушил негаданный приход Кусакабе с просьбой переговорить. — Му… Мукуро придет?! – завопил Тсуна, вскакивая со своего места, — Но разве он не в Вендиче? — Отец в Вендиче! Срочно надо его оттуда вызволить! – снова заистерил Рокудо младший, едва услышав о том, что его отец в тюрьме. — Мы тоже так думали. Пять лет назад Джошима, Какимото и Хром направились в тюрьму Вендиче, чтобы вызволить его, но план провалился, — продолжил подчиненный Хибари. Норико на этих словах незаметно сжала кулаки, — После этого мы потеряли их след. Но полгода назад по городу поползли слухи… — Какие еще слухи? – переспросил Ямамото, подперев подбородок ладонью. — Мукуро убит. Вот о чем все говорили. В информационном зале повисла мертвая тишина. Фаусто, став белым как полотно, рухнул на стул и затрясся. — Отец… но… боже… — зашептал парень, закрыв лицо руками. Едва Таро услышал эти слова, внутри у него все оборвалось. Мукуро… тот, кто почти все восемнадцать лет опекал парня… умер? Перед глазами Ро ясно пронеслись картины: вот ему пять лет. Он сидит на стульчике, а Рокудо старший кормит его с ложечки какой-то кашей, читая при этом дико интересную книжку про приключения дракончиков, словно мальчику было полгода. Но Таро внимательно слушает и послушно съедает то, что ему пихает иллюзионист. А вот ему четырнадцать. У Таро день рождения, и Мукуро вынимает из небольшой коробочки черный ошейник с металлической пряжкой. Мальчик, обрадованный до безумия, кидается своей «няньке» на шею, благодаря за подарок. А вот Хранитель повел своего подопечного прокалывать уши. Таро, нервно постукивая пальцами по стулу, ждал, когда же, наконец, игла вонзится ему в мочку, проделывая отверстие, куда потом вставят гвоздик с рубином. Рокудо старший сидит в это время на диванчике и листает какие-то журналы с татуировками и о чем-то думает. Заметив волнение парня, Мукуро заботливо улыбнулся и попросил Таро не беспокоиться. Тот, кивнув, прикрыл глаза и с улыбкой стал ждать мастера… — Согласно свежей информации, его убил Гло Ксиния – капитан восьмого отряда Мельфиоре, — продолжил Кусакабе, — Он один из людей ранга А, а так же высококвалифицированный и сильный противник. — Ну, может быть, он сражался с кем-то, кем Мукуро управлял? — Мы тоже думаем, что Мукуро, на худой конец, тяжело ранен, но жив. Причина, почему мы так думаем в том… что мы видели Хром. Она в Италии встречала кого-то в аэропорту. — Мама жива! Где она?! – тут же среагировала Норико, вскочив со своего стула. — Хром! Слава богу… хотя она и выглядит потрепанной, — расплылся в облегченной улыбке Тсуна. — Ясно. Если бы Мукуро был мертв, она бы не выжила, да? – фыркнул Гокудера, тряхнув головой. — Повтори, что ты сейчас сказал… — сверкнула глазами Хибари младшая, обнажая нунчаки. — Нори-чан, прошу, успокойся. Это же хорошая новость! Наши родители живы! И папа, и тетя Хром! – воскликнул Фаусто, осторожно взяв девочку за руку. — Но Хром опять пропала… — подал голос Реборн, — Значит человек, о котором вы рассказывали, был на секретной встрече. — Да, но нам удалось уловить некоторую суть. Этот человек как-то связан с Мукуро. Личность неизвестно нам определить не удалось, но он явно не ваш знакомый. Кроме того, Мукуро оставил еще один след, который нас заинтересовал, — с этими словами Кусакабе достал из кармана снимок, на котором изображен Хиберд – любимец Хранителя Облака, — Мы уже видели этот снимок Хиберда… Ребята склонились над фото птички и замолкли. Через мгновение раздался вопль Тсуны: — Это Мукуро?! — Дядя Тсуна, этого быть не может! Мой отец не умеет превращаться в птичек, — возразил иллюзионист младший, покачав своим хохолком. — Ты лопух, Фаусто! Самый настоящий, из семейства Лопуховых! – шикнула на парня Хибари, — вспомни, кто твой папаня! Иллюзионист! Профессиональный, хитрый иллюзионист! — Хочешь сказать, я недостаточно плох, как иллюзионист? – распетушился Фаусто, упершись руками в бока. — Я хочу сказать, что ты идиот… — Ребята, ребята, успокойтесь, — замахал руками Ямамото, пытаясь успокоить ребят. — Этот снимок имеет отношение к Мукуро. Когда Хибари ненадолго вернулся в Италию, он уверен, что почувствовал его присутствие. Нам несказанно повезло, что мы смогли зафиксировать его камерами, — Кусакабе слегка улыбнулся. — Этот парень… — Но это… — Мы дали ему имя – Мукуроу, исходя из имени Мукуро… Таро, взглянув еще раз на фото, наконец, заметил, то, о чем говорили ребята. В углу фотографии был изображен крошечный кусочек от головы совы, словно она шпионила из-за угла снимка за Хибердом. «Мукуро… ты не перестаешь меня удивлять…» — пронеслось в голове мальчика, отчего он расплылся в довольной улыбке. Мукуро жив, он был в этом стопроцентно уверен. Внезапно по базе пронесся какой-то сигнал, а на экране на стене мелькнул какой-то маячок, обозначающий сигнал кольца. — Что это, Джанини? – спросила Лар, поворачиваюсь к механику, который в это время забегал пальцами по клавиатуре компьютера. — На мгновение мы зафиксировали сигнал неизвестного, но сильного кольца. Это на окраине земель Кокуё… — ЗЕМЛЯ КОКУЁ?! – тут же вскрикнул Тсуна, расширив глаза. — Отец! – Фаусто вскочил со своего места и вперился взглядом в экран. Кен и Чикуса – они из Кокуё, парень знал это из их рассказов, когда ребята навещали семейство Рокудо и общались с Фаусто в перерывах между разговорами с его отцом. — Но эта зона покрыта сильными электромагнитными помехами, возможно, это даже фальшивая тревога, — добавил механик, переводя взгляд на экран. — Проанализируй информацию о землях Кокуё, — сказал Реборн, поднимая взгляд на Джанини. — Вероятно, это враг… — пожала плечами Лар, но еще перебил Тсуна. — Нет… я уверен, это друг…А что… Это может быть Хром, владеющая кольцом Вонголы! Норико тут же вскочила со своего места и быстрым шагом направилась к выходу. — Куда вы, Нори-сан? – воскликнул Кусакабе, поднимаясь со своего места. Хибари, втайне от своей дочери, приказал мужчине следить за его ненаглядным дитятком, чтобы она не попала в неприятности и руки Рокудо младшего. — Я иду к маме, — отрезала девочка, звякнув нунчаками. — Нори-чан, стой!!! – в один голос вскрикнули Фаусто, Таро и Тсуна. — Норико, ты не можешь, там опасно! – Савада младший вскочил со своего места и бросился к девочке, хватая ее за руки. — Нори-чан, прошу, не делай глупостей! – к другу тут же подскочил Фаусто. Он схватил девочку за ноги и таким образом парни потащили ее к стулу. Хибари младшая стала громко возмущаться, брыкаться и пытаться вырваться из рук парней. Ей даже удалось вырвать одну из своих ног из рук Рокудо и довольно сильно пнуть того в живот, но иллюзионист, терпя истязания возлюбленной, снова крепко схватил ее за ноги, помогая Таро. В конце концов, после пятиминутного сражения, парням удалось усадить строптивую девчонку на стул, при этом они стояли рядом и прижимали ее к спинке стула, чтобы Норико опять не сорвалась бежать к матери черт знает куда. — Отпустите меня, я больше никуда не пойду… — пробубнила девочка, покосившись на Рокудо, который, присев на колени позади стула, объятиями прижимал Хибари младшую к спинке стула, попутно успевая ее тискать, — Убрал руки, извращенец!!! — Риккарда, будь добра, постой рядом с ней… — попросил Таро, недоверчиво посмотрев на Норико. Девочка послушно встала рядом со стулом подруги, отталкивая от Хибари Фаусто. Тот неохотно разлепил объятия и уполз к своему месту. Норико выловила секунду и смачно пнула своего ухажера по его «аппетитному заду», отчего парень отлетел на добрые метра три, чуть не впечатавшись смазливой мордашкой в стену. — Как я и ожидал, других данных у нас нет, — покачал головой Джанини, отрываясь от своего компьютера, где минуту назад проверял данные насчет странного сигнала кольца, — Я не могу определить, какой сигнал конкретно мы поймали, то ли Кокуё, то ли… — Что же нам делать? Если это действительно Хром, мы не можем просто ждать…— встревожено вздохнул Тсуна. Внезапно снова раздался странный сигнал, словно тревога. По экрану забегал какой-то шифр. Все, кто находился в зале, вперились взглядами в экран. — Что это только что сейчас было? – поинтересовался Ямамото, вертя головой. — Это экстренное закодированное сообщение… — сказал Джанини, снова забегав пальцами по клавиатуре. — Код состоит из ряда запятых, а это значит… — начал мысль Реборн. — Запятая обозначает срезанную голову… это значит, что код сообщает об убийстве… Внезапно дверь информационного зала открылась, а на пороге появился Амадео. Он сонно потирал глаза, шмыгая носом. Он явно был простужен, потому что выглядел болезненно. Закутан мальчик был в теплое одеяло, накинутое на плечи. — Я услышал странный сигнал и пришел к ва… — мальчик замолчал, уставившись больными глазками на экран. Внезапно взгляд его прояснился, а брови сделались удивленным «домиком», — Это же… — Это код отряда убийц! – закончил Джанини. — Как это понимать? – удивился Реборн. — Похоже на видеоданные, я могу быстро их расшифровать, — кивнул механик, снова погружаясь взглядом в монитор. — Если это убийцы… — Мне на ум приходят только они… — вдруг задрожал Тсуна, чем еще сильней вызвал подозрения Риккарды. Део же все еще стоял на пороге с широко открытыми глазенками и удивленно хлопал ресничками. — Думаю, готово. Зашифрованный код принадлежит Вонголе, цифровой сигнал тоже совпадает. Я включаю, — с этими словами Джанини нажал на кнопку воспроизведения сигнала. — ВРААААААААААААЙЙ!!! – от дикого вопля сотряслась вся база и все, кто был в ней, четко и ясно услышали боевой клич Хранителя Дождя Варии – Суперби Скуало. На экране появился сам обладатель сильных голосовых связок. Выглядел он старше, значительно старше, нежели тогда, когда Вонгола впервые столкнулись с ним. Взрослый Скуало выглядел намного серьезней, чем Скуало из прошлого, а волосы Хранителя отросли еще больше, белым водопадом спадая по плечам мужчины. — Вы все еще живы, мелкие засранцы? – усмехаясь, спросил «гость», смотря с экрана на ребят. — Это он… — На десять лет старше… — Скуало! – радостно воскликнул Ямамото, расплываясь в довольной улыбке. — Дядя Ску!!! – взвизгнул Амадео, бросаясь с порога ближе к экрану. Риккарда удивленно смотрела на дядю на экране и поверить не могла в то, что они с братом, наконец, увидели свою родню. — Выключи… я не могу это слушать… — прошипела Лар, истончая убийственную ауру. — А теперь слушайте внимательно, мусор! Не покидайте убежище, даже если получите новые сигналы от колец! – скомандовал Скуало. — Ты насчет земли Кокуё? – поинтересовался Реборн, уставившись на мужчину. — Если останетесь там, скоро получите простой приказ, — из-за спинки дивана на котором восседал Хранитель Варии, вынырнуло широко улыбающееся лицо Бела, — Так что побудьте хорошими ребятками. — Дядя Бел! – в один голос воскликнули Риккарда и Амадео. — Врааай! Что ты здесь делаешь?! – заорал на принца Суперби. — Принцу стало скучно, и я пришел пошалить, — улыбнулся паренек. — Будешь вмешиваться, убью нафиг! – прошипел Дождь, угрожающе прищурившись. — Попробуй, ши-ши-ши. — Врааай! Ну, все, засранец, достал! – Скуало сорвался со своего места и, молниеносно прыгнув за спинку дивана на Бела принялся мутузить его,— Было бы мило встретиться в этом мире, так что постарайтесь выжить до этого момента! – на экране показался глаз Суперби, после чего сигнал оборвался. — Дядя Скуало! Постойте! — Они отключились! — Они совсем не изменились… интересно, что это за приказ? — Похоже, они говорили о нем, — поднял голову Джанини, — О том, кто вернулся их Италии… Внезапно дверь снова распахнулась. — Сасагава Рехей вернулся! – на пороге появился взрослый Хранитель Солнца, держа на руках бессознательную, побитую Хром, которая трепетно прижимала к себе какой-то пернатый комок. — МАМА!!! — коридоры базы пронзил громкий голосок Хибари младшей.