Smoking gun

Вопреки всем обращениям Вайолет к Всевышним, утреннее похмелье все-таки не обошло стороной. Девушка как раз свешивалась с матраса, нащупывая под кроватью домашние носки и теоретически возможную бутылку холодной воды, когда в дверь постучали. — Вай? — голова Тейта просунулась в проем. — Я услышал шорох, подумал, что ты проснулась. Вот воды тебе принес, — потряс тот пластиковой бутылкой. Жидкость забулькала и запузырилась. Распластавшаяся на матрасе Вайолет, чувствуя дикую тяжесть в голове, подняла сонный взгляд. Волосы торчали в разные стороны, пижамные штаны надеты с изнаночной стороны, майки и вовсе нет — вместо нее отцовская толстовка, — ничего необычного в ее облике не было, стоит хоть раз взглянуть на человека, очнувшегося после попойки. Лишь завидев воду Вайолет оживилась, глаза заблестели, засверкали. Тейт улыбнулся от мысли о том, что если бы лепреконы и существовали, то блеск в их глазах при виде золота был бы точно таким же. — Быстрее давай ее сюда, — протянула руки та, елозя на постельном белье. Тейт довольно усмехнулся и прошел до кровати развязной походочкой, нарочно оттягивая время. Вайолет нервно улыбалась, отбирая пластик из его рук, принявшись неуклюже отвинчивать крышечку. Тейт присел на край постели, терпеливо выжидая. Вайолет делала жадные глотки, сжимая бутылку, и только когда струйка потекла по щеке от уголка губ, а капли закапали на пижамные штаны, Вайолет отстранила горлышко, утираясь ладошкой и переводя сбитое дыхание. Тейт засмеялся. — Как голова, пьянчужка? Вайолет чуть не поперхнулась, сглатывая воду, толкая юношу локтем в плечо и возмущенно хмурясь. — Между прочим, это была твоя идея! — пробурчала та. — Твой отец наверняка думает, что я плохо на тебя влияю. Вайолет встрепенулась. — Ты встретился с отцом? Он уже проснулся? Тейт улыбнулся. -Тихо-тихо. Нет, я его не видел. Вайолет прищурила один глаз. — А как же дверь… — … была открыта, — закончил тот. — Хм, — Вайолет поджала губы, пожав плечами. Не учитывая некоторых обстоятельств, Ирландия по-прежнему оставалась самой спокойной страной в мире, так что в незапертой входной двери не было ничего сверхъестественного. Тейт хитро поглядывал на девушку, полуулыбка не сходила с его губ. Вайолет цокнула. — Ладно-ладно, знаю я, чего ты ждешь, — откинула на ковер бутылку та. Тейт облизнул губы. — Признаю, это был лучший день рождения в моей жизни. Довольный блондин гордо засиял. — Помнишь их восторженное ликование? — Это потому что шел четвертый час утра. — Это потому что кое-кто устроил приватный танец и чуть не снял последний слой одежды. Вайолет разинула рот. — Это потому что кое-кто заставил меня играть в бутылочку. Тейт захихикал, растягиваясь на постели, опуская голову на согнутый локоть. Игру в "Это потому что…" можно было продолжать до бесконечности. Просмеявшись, Вайолет поправила на себе одеяло и откинула спутавшиеся за ночь волосы назад. — Чем бы ты хотел бы сегодня заняться? Юноша усмехнулся. Его неизменное игривое настроение по утрам смущало. Может ли человек быть так счастлив в полдвенадцатого дня? Искрящееся счастьем лицо юноши так и хотелось прикрыть ширмой. Вайолет откинулась на спину, рухнув на матрас и примяв головой подушку, выжидающе глядя на юношу из-под ресниц. Тот демонстративно облизнулся и медленно поднял взгляд от постельного белья. Ямочки на его щеках становились глубже буквально с каждой секундой. Блондин поманил девушку пальцем, Вайолет приподнялась. Тейт потянулся к ее уху, а та из последних сил сдерживалась, чтобы не засмеяться от всей курьезности ситуации. Такие маленькие игры хоть и доставляли удовольствие, но жутко смешили. Дыхание юноши обожгло чувствительную кожу, и на мгновение Вайолет действительно поверила, что сейчас услышит что-то, имеющее явный эротический подтекст. — Утром моего отца спрашивали какие-то парни, — шепнул Тейт настолько томным голосом, что если бы ни серьезность темы, Вайолет бы точно расхохоталась. — И вещи в моей комнате не на своих местах. Кто-то был в спальне этой ночью, — закончив, Тейт отстранился, глядя на девушку все тем же невиннейшим добрейшим взглядом. Вайолет даже дар речи потеряла. Ну вот как он может говорить о таких вещах с таким спокойным выражением лица? — Тебя вообще это не напрягает? Тейт пожал плечами, вновь растягиваясь поперек кровати. — А что тут сделаешь? От нас ничего не зависит. Кто бы это ни был, пока он не найдет то, что ищет, то не отстанет, — и быстро продолжил, видя, как Вайолет принялась медленно качать головой. – Вай, подумай сама, мы даже в Ложу не можем обратиться, не говоря уже про полицию… — мысль явно не была закончена, но юноша не знал как продолжить. Еще не оправившаяся после ночного кутежа девушка пыталась шевелить извилинами. — Дашь мне пять минут? — зевая, протирала глаза та. Тейт вскинул бровь. Она вообще услышала его слова? Но Вайолет словно была в своем полусонном мирке, повернулась к тумбочке, посмотрела время, схватив телефон, и, нахмурившись, поджала губы. — Ты точно уверен, что не видел отца на участке? – а, дождавшись отрицательного ответа, продолжила. — Так странно, в это время он всегда спускается на кухню за ланчем… *** Сонная, едва ли выглядящая более свежей, Вайолет восседала на барном стуле, сжимая ладошками горячую кружку с кофе. Тейт пристроился рядом, бездумно раскручивая на кухонном островке мобильник девушки. Корпус сотового звонко задевал края посуды. Вайолет гоняла во рту шарик из воздуха. Висело молчание, но не то, которое тяготит, а из разряда „Мы так сильно задумались, что забыли о присутствии в комнате посторонних“. Девушка заговорила первой. — Может все же переслать фото на твой телефон? Тейт помотал головой. — Если в снимках и правда что-то важное, то лучше, чтобы они были лишь на одном устройстве. — А что с номерами? Тревису удалось пробить? — Номер дублинский, но зарегистрирован на имя Дилана Морана. Вайолет, все это время размеренно протиравшая подушечками пальцев правый глаз, остановилась, отстранив ладонь. — Дилана Морана? Того самого? Тейт закивал, улыбаясь. Вайолет устало усмехнулась. — То же мне юмористы. Значит, либо украдена — что маловероятно, — либо левые номера. — Второе, скорее всего. — То есть возвращаемся к самому началу — мы ничего не знаем. Тейт набрал воздуха, но вместо ответа лишь медленно выдохнул. Оба замолчали, Вайолет трогала языком внутреннюю часть щеки и водила пальцем по ручке белой чашки. Вся эта ситуация сильно напоминала деловую пресс-конференцию. Вайолет так и тянуло задать ее излюбленный вопрос „Знаешь ли ты, что искали в твоей комнате сегодня ночью?“, но Тейт бы все равно не ответил. Даже если бы и знал. А может и знал. Но дела это все равно не меняет. — Что ты предлагаешь? Тейт снова выдохнул. Катушки на рукавах его серого свитера задрожали от воздушного потока. — Неси ноутбук, я достану бумагу. Мы снова будем расшифровывать фотографии. *** Певчие дрозды радовали слух с вершин ветвистых буковых деревьев, мелодия сливалась с шумом океана. Слышимость была такой отчетливой, что Вайолет порой казалось, что стены дома и вовсе из пробковой доски, и невольно съеживалась, словно бы могла чувствовать холодный ветер, даже несмотря на теплые носки и такую редкую в Ирландии включенную систему отопления дома. Третий том Келлской книги не был в открытом доступе, равно как и четвертый, который, к тому же, был еще и похищен. Тейт предложил заняться пятым листом, фото которого было среди снимков на телефоне Вайолет. — Если оставить в стороне страницы с картинками, то остается еще одна — с надписями, — выдвинул свою теорию юноша, придвигая ноутбук поближе на кухонном островке. Вайолет почесала макушку и поправила падающие на глаза пряди волос. Одна из ретро лампочек над рабочей поверхностью замигала. — Перебои с электричеством, — пояснил юноша. — От сильного ветра такое часто бывает. Вайолет поджала губы и молча перевела взгляд на большие окна. Сочная трава ходила волнами, живая изгородь слегка прогибалась от воздушных потоков. Погода ухудшалась. Действительно, шторм мог начаться в любую минуту. *** Время неслось, а в доме по-прежнему находились лишь двое. Не было слышно даже скрипа металлической тяжелой двери маячной башни. В отличие от Тейта Вайолет то и дело отвлекалась от распечатанной страницы Книги, нервно поглядывая на настенные часы. Юноша же сосредоточенно склонялся над цветным листом, подпирая щеки кулаками. Наконец Вайолет выдохнула и откинулась на спинку барного стула, вертя в пальцах простой карандаш. Тейт поднял взгляд. — Не переживай. Скорее всего, он в городе, — сделал попытку успокоить тот. — Без машины? Авто припарковано на подъездной дорожке. — Взял такси, — Тейт и сам понимал, что его теории были нелепыми. Вайолет прикрыла глаза. — Ты звонила ему? Девушка покачала головой. — Боюсь звонить. Боюсь, что если не услышу гудков, то сбудутся мои опасения. Тогда я уже не смогу сказать „Хей, да все нормально, он просто отправился за покупками“. Нет, тогда я буду знать, что что-то действительно случилось… Тейт поджал губы, опустив взгляд на распечатку, бездумно загибая край листа. — Мы можем отложить это все, если ты… — …нет, нет, — начала Вайолет, — я не к этому вовсе. Просто… просто у меня плохое предчувствие, вот и все… Тейт улыбнулся. — Мне кажется, это в тебе говорит алкогольная интоксикация. Вайолет усмехнулась, чуть склонив голову. Тейт снова вернулся к распечатке, с прежним рвением и прилежностью всматриваясь в символы. Вайолет осознавала, что это важно для него. Важно найти ответы, понять, почему его преследуют, почему он оказался втянут во всю эту историю. Даже если он и не хотел этого признавать… Вайолет бы и дальше изводила себя дурацкими догадками, если бы не заметила сверкающий край корпуса наручных часов, торчащий из-под рукава свитера юноши. — Тейт, это же ведь часы Хьюго? Блондин оторвал взгляд от распечаток, на долю секунды пытаясь вникнуть в суть вопроса, затем проследил за взглядом девушки и, поправив рукав, откашлялся. — Д-да… Вайолет усмехнулась. — Не думала, что ты такой сентиментальный. И давно ты их носишь? Тейт приоткрыл рот, но продолжал молчать, словно бы и не знал ответа. Затем нахмурился и отвел взгляд. — Да нет, — прочистил горло тот, — не очень… как-то… не знаю… Вайолет поджала губы. *** Ветер нагнал тучи, небо затянуло серой пеленой, и на кухне стало заметно темнее. В миске дымился тыквенный суп-пюре. Вайолет зачарованно водила ложкой круги по поверхности, когда Тейт неожиданно стукнул ладонью по островку. Девушка вздрогнула, выронив столовый прибор. — Гохиомлан! — Прости? Тейт радостно улыбался. — Это Гохиомлан, Вайолет. Девушка нахмурилась. Ну конечно, так намного понятнее. Тейт облизнул губы и придвинул лист. — Смотри, — ткнул тот на одну из строчек. — Абзац начинается со слова „Гохиомлан“. Изначально так назывался пролив между Ринбегом и Дунбегом — узкий кусочек океана перед заливом Дингла, —, но теперь так и остров именуют. Глаза Тейта так блестели, что Вайолет едва сдерживалась от высказывания насчет догадки юноши. По сути, блондин просто ткнул пальцем в небо: выбрал первое более менее понятное слово из всего набора слов на странице и решил, что это именно тот ответ, которого он искал. Девушка поджала губы, стараясь подобрать слова помягче. — Тебе не кажется, что это… ну… немного авантюрно что ли? Тейт непонимающе свел брови. — В смысле? — Просто… мы уже несколько раз поддавались первому импульсивному порыву, а на деле мы просто заблуждались. Ты уверен, что в тексте говорится об острове? Тейт вздохнул, поджимая губы. — Смотри. Видишь это? — навел палец тот на изображение маленькой продолговатой рыбешки сразу после слова „Гохиомлан“. — Это атлантическая скумбрия. В большем количестве она водится на юго-западе Ирландии, где мы и находимся. — Тейт развернул ноутбук с открытой на весь экран географической картой. — Вот здесь Дингл, — показал юноша, —, а здесь остров Гохиомлан. Вайолет уставилась на крошечный кусочек земли с внешней стороны полуострова, примыкающего к графству Керри. Выглядит не так далеко, как могло бы показаться… — И что ты собираешься делать? — воскликнула девушка. — Только не говори, что плыть туда. Тейт разинул рот. — А вдруг именно там мы найдем какой-нибудь ответ? — Ага, что, несметные сокровища? Юноша клацнул челюстями. Вайолет соскочила с барного стула и зашагала вдоль обеденного стола, протирая лицо ладонями. — Прости, — заговорила девушка. — Я не хочу ссориться. Я правда рада, что ты что-то нашел, а если это еще и зацепка, так вообще здорово, что мы сдвигаемся с мертвой точки. Но… просто мне не нравится, что я ничего не знаю. Вообще ничего. Ни что за люди преследуют твою семью, ни что с этим делать… да я даже не знаю где мой отец… Тейт развернулся и было подумал, что Вайолет сейчас заплачет, но девушка лишь оперлась о деревянную спинку стула и, глядя на плитку пола, недовольно хмурилась, словно раздумывала над чем-то серьезным. — Я останусь здесь, — подняла взгляд Вайолет. Тейт не сразу сообразил, что она этим хотела сказать, будто бы они были неразлучными близнецами, везде следующими друг за другом. — Как это? — Сделаешь это без меня? С моим нынешним состоянием мне только качки на лодке не хватало, к тому же я хочу все же дождаться отца. Хочу… хочу все ему рассказать. Тейт так опешил, что не знал на что возразить в первую очередь. — Все? Как все? Вайолет повела головой. — Немного преувеличила, конечно… не совсем все, но большую часть. О той погоне, например. Он так и не рассказал мне, кстати, о чем с ним беседовали в тот день. Вдруг… я не знаю… вдруг ему угрожали? Может, он не может или не знает как мне рассказать. Может, я должна объяснить ему, что все знаю… что все пойму… — Вайолет снова возбудилась, подскочила и вновь принялась расхаживать по помещению, маяча перед юношей. Тейт, развернувшись на барном стуле, поймал девушку за талию, остановив и притянув ее к себе. Какое-то время они просто глядели друг на друга, блондин водил большим пальцем по ее руке, пытаясь успокоить, Вайолет же казалось, что Тейт сейчас начнет отговаривать, убеждать девушку, насколько это плохая идея. Но глаза юноши светились теплом и любовью. — Хорошо. Вайолет вскинула брови. — Ты согласен? — Да, мы расскажем вместе. Никаких секретов. Я обещал тебе. Вайолет улыбнулась, вдруг снова почувствовав неизвестно откуда появившееся смущение. Тишину нарушало лишь монотонное, едва уловимое гудение холодильника, да завывание ветра за окнами. Тейт потянулся за своим мобильником. — Хоть я и покину тебя физически, но даже не думай, что я не буду поддерживать с тобой связь по сотовому, — улыбнулся блондин. Вайолет закусила внутреннюю сторону щеки и, оперевшись о кухонный островок, спокойно наблюдала за сборами юноши, когда вдруг пришло внезапное осознание. — Стой, ты что, собираешься прямо сейчас? Тейт замер. На лице читалось искреннее непонимание и удивление. — К чему такая спешка? Надвигается шторм, нельзя в такую погоду выходить в океан. Я не моряк, но понимаю это. Рассовывая по карманам ключи от машины и прочие личные вещи Тейт широко улыбнулся. Так, как обычно улыбаются чрезмерно заботливой матери, пытающейся заставить сына надеть шапку. — Я знаю владельца судна, который согласится переправить меня всего за пять евро, — понимая, что Вайолет ожидала совсем другого ответа, юноша с улыбкой продолжил. — Да все будет хорошо, пока дождь не начался нет никакой опасности. — Ох, у меня очень плохое предчувствие… — Вайолет пропустила волосы на макушке сквозь пальцы, нервно сглатывая. Живот сводило, и не совсем ясно, от выпитого ли накануне алкоголя или действительно от неприятного предощущения. В коридоре Тейт накинул свою синюю непромокаемую куртку и глянул на электронный циферблат мобильника. — Сейчас почти пять, темнеет в полвосьмого, — мыслил вслух юноша, — на дорогу до Баллиамеентрату минут пятнадцать, плюс время на треп с рыбаком… в общем, я позвоню тебе где-то минут через сорок. Вайолет свела брови, в отчаянии взглянув на перевозбужденного юношу. — Мне все равно кажется, что это дурацкая идея… это же всего-лишь одно из слов на странице… мы хватаемся за соломинку… — при всей ее любви к затее Тейта „Поиграть в сыщиков“ сейчас же эта идея казалась до смешного глупой и необдуманной. Одно дело таскаться в закрытые учебные заведения под вымышленными именами, читать электронные версии книг, а потом дожидаться заката в парке среди развален старых построек времен Марии Антуанетты и совсем другое бросаться с головой в рискованное путешествие, включающее штормовую погоду и бескрайний океан. Вайолет выдала недовольную гримасу, сложив руки на груди. — Вот увидишь, ты и чай заварить не успеешь, как я уже вернусь, — нежно произнес блондин и, обхватив личико Вайолет двумя ладонями, оставил один неспешный поцелуй на ее губах. Ее щеки запылали, глаза заблестели. Вайолет растаяла. Тейт залился широкой улыбкой. — Ну вот, другое дело, — довольно заключил тот, дергая ручку входной двери. Вайолет тяжело вздохнула, поворачивая щеколду. Одна лямка джинсового комбинезона перекрутилась, и на две минуты девушка была поглощена процессом, исключающим умственную деятельность, а значит и обдумывание и оценку всего происходящего. *** Темнело. Небо принимало все более насыщенный серый цвет словно губка, впитывающая всю грязь с поверхности. Ближе к горизонту шла линия черного циклона, и лишь у самой водной глади светлела тонкая нежно-голубая полоска. Вдали громыхало. Вайолет слушала размеренное тикание настенных икеевских часов. Отец так и не появился. Девушка нашла на ступеньке маячной башни валявшийся гаджет смотрителя, судя по всему, принимавший и посылавший какие-то сигналы, в которых Вайолет толком ничего не понимала, но с каждой минутой все сильнее убеждалась в том, что с отцом что-то произошло, и с каждой минутой отвести от себя эту мысль было все труднее. "В такой обстановке любое похмелье пройдет…" — зевнула та, делая очередной глоток кофе, который, кстати говоря, совсем не помогал. Когда кухня практически полостью погрузилась во мрак, Вайолет перестала бороться со сном и опустила голову на сложенные на поверхности барной стойки руки, почти моментально провалившись если и не в глубокий сон, то хотя бы в ту фазу, когда тело приятно расслабляется, а ты сам не забиваешь свои мысли всякой ерундой. Разбудил Вайолет резкий писк отцовского гаджета. Кухонное освещение было выключено, словно кто-то пришел и побаловался с выключателями. На устройстве мигала желтая лампочка, неприятно отсвечивая в лицо. Вайолет поморщилась, спросонья подумав, что это солнечные зайчики, и попыталась рукой прикрыть глаза, но дернула кистью, и устройство полетело на пол. Вайолет подскочила. Сердце застучало. Вокруг темнота, улицы не видно из-за потока воды, омывающего окна. И как давно начался шторм? Пытаясь проснуться, Вайолет спешно поднимала пищащее устройство, выскальзывающее из рук, когда зазвонил ее сотовый. — Д-да, да, — откидывала Вайолет передние пряди пальцами от лица. В трубке засмеялись. — Чего это ты такая запыхавшаяся? -Тейт? — словно не поверила девушка. — Тейт! — снова повторила та. — Тейт, где ты? — Мы причалили к берегу. Видела бы ты, как тут краси- — -что? — не дала закончить девушка. — Там практически буря, Тейт! Юноша на секунду замолк, видимо, пытаясь сообразить о чем речь. Вайолет сжимала в одном кулачке продолжавшее пищать устройство. — Видимо, шторм идет с севера, до острова он еще не добрался. Ты закрыла окна? — Да, да, Тейт, у меня тут… — Вайолет прошагала до выключателя кухонного света, но клавиши не срабатывали. — Что со светом? — воскликнула та. Светильник над рабочей поверхностью тоже не работал. Тейт молчал. Вайолет замерла на середине кухни и пыталась сообразить, что делать, если в доме нет света, в руках истошно вопит загадочный гаджет, а отца будто волной смыло. Вайолет передернуло. А что если и правда смыло? — Наверное выбило пробки, не заморачивайся, все починим, — прервал ужасающую мысль юноша. — Тейт, у м-меня какая-то штуковина, вроде отцовская, она пищит и светится, я не знаю, что с этим делать, — нервно оттарабанила девушка. Тейт снова завис. — Как это выглядит? — от игривости не осталось и следа. Тон опять стал серьезным. Снова сосредоточенный Тейт. — Прямоугольная коробочка, похожа на рацию, но в левом верхнем углу лампочка горит. На том конце провода юноша тихо выругался. У Вайолет подскочило сердце. — Ч-что? Тейт, что это? — Быстро поднимайся на маяк. *** Из-за ливня практически не было видно окрестностей. Пока Вайолет добралась до маячной башни, успела собрать на своей одежде приличное количество дождевой воды. Ввалившись в предбанник, девушка спешно смахнула с лица намокшие волосы и полезла в карман комбинезона за мобильником. — Ты точно проверила? — Да, Тейт, я не тупая, — Вайолет раздраженно поднимала и опускала маленький тумблер, включающий светильник над входом, в окошко на стене наблюдая, не загорелась ли лампочка. — Света нет. Тейт снова выругался. В помещении было темно и сыро, пахло влажным мхом. В щелях гудел ветер, и казалось, будто башня трещит и шатается под напором стихии природы. — Так, ладно, — заговорил юноша, — развернись. Видишь моток шланга? Вайолет кивнула, забыв, что по телефону мимика не передается. — Вай? — Да, вижу. — Хорошо. Где-то там должны валяться фонарики. Поищи. Вайолет спешно кинулась в угол маячной лестницы. Отцовский гаджет нервировал, свет лампочки проходил через джинсовую ткань нагрудного кармана. Внутри мотка действительно лежало несколько крупных желтых галогенных фонарей-прожекторов с ручками. Недолго думая, девушка схватила один. — Дальше что? — вдавливала та черную кнопку на корпусе, пока встроенные лампочки не осветили участок пола ярким голубоватым свечением. — Над мотком должен быть щиток. Открой крышку. Вайолет облизнула пересохшие губы, лихорадочно ведя взглядом следом за ярким кругом фонаря. Хотелось поскорее со всем покончить, хотелось, чтобы Тейт сейчас оказался рядом, чтобы он исправил ситуацию, а потом обнял и сказал, что все будет хорошо. Но пока хорошо вовсе не было: под белой прямоугольной дверцей обнаружился целый ряд проводков, кнопочек, циферблатов, экранчиков и других "радостей физика" в уменьшенном размере. Вайолет разинула рот. — Ты шутишь что ли? Тейт! Я не электрик! — запаниковала та. — Вай, спокойно. Слышишь меня? Для этого есть я. Просто слушай меня, хорошо? Его голос успокаивал, хоть и ненадолго. Когда юноша замолкал, реальность снова сжимала, и Вайолет казалось, что она одна в целом мире. — Вай? — Д-да, — девушка тупо уставилась на освещаемый фонарем щиток. — Значит так, судя по всему где-то рядом перебило провода, поэтому отрубилось электричество. На маяке предусмотрен аварийный генератор, но если света все еще нет, то у нас проблемы с автозапуском. Тебе просто надо запустить генератор. Просто запустить генератор. Ну да, так легко. Просто запустить генератор. Просто запустить ракету в космос. Просто запустить адронный коллайдер. Вайолет сглотнула. — Тейт, я н-не… — Спокойно, ты сможешь. Там должен быть большой рычаг, подними его наверх. Вайолет свела брови, нервно выискивая глазами нужный выключатель. — С зеленой ручкой? — Да. Зажав мобильник между ухом и плечом и молясь, чтобы в корпус сотового не проникла вода от контакта с мокрыми волосами, Вайолет, кряхтя, подняла рычаг. Со стороны бы смотрелось довольно забавно, как девушка, собравшая на себе, казалось, целый электронный магазин, возится с техникой. Что-то щелкнуло. — Ну как? — Что как? — Лампочка на экране сбоку загорелась зеленым? — Нет, Тейт, послушай, мне кажется, это очень плохая идея, давай я просто вызову аварийную службу? — казалось, еще немного и Вайолет накроет настоящая истерика. Тейт выдохнул. — Ты сможешь. Просто… — снова вдох, — … так, дай подумать… — слышно было, как приминается песок береговой линии под подошвами юноши. Вайолет точно знала, Тейт сейчас расхаживает туда-сюда, взъерошивая волосы. На секунду эта мысль улыбнула. Ну сколько должно пройти времени, прежде чем ты запоминаешь привычки окружающих тебя людей? — Генератор работает на солярке, — то ли объяснял он Вайолет, то ли просто размышлял вслух, — если не включается аварийка, то, скорее всего в баках кончилось топливо… Вайолет вздрогнула, уже представляя себе картину того, как она должна будет заливать воспламеняющуюся жидкость в канистры, при этом не имея ни малейшего понятия о том, где они вообще находятся. Устройство в нагрудном кармане снова запищало. -Тейт, думай быстрее, потому что мне не нравится этот звук! — Оно все еще пищит? — Да. — Пищит так же как и раньше? — Не знаю, Тейт! — нервно выкрикнула Вайолет. В помещении было холодно, мерзла кожа головы под влажными прядями волос. — Дай мне послушать. Вайолет опустила фонарь на пол и, покопавшись в кармане, поднесла устройство к микрофону телефона. Тейт чертыхнулся, а Вайолет почувствовала, как душа медленно покидает ее тело. *** — Я правильно поняла? Ты хочешь, чтобы я связалась с капитаном и в двух словах объяснила, что по неисправности системы линии электропередач в порту абсолютно ничего не работает?! — Вайолет всю трясло. От ее сообразительности сейчас зависели жизни. Ох, не надо было прогуливать школьную физику, ох как не надо было! — И каким вообще образом я должна буду подать сигнал рыболовецкому судну без электричества и базовых знаний морской навигации?! — Вайолет топала по нескончаемым ступенькам прямиком к смотровому помещению. Дыхание перехватывало, и девушка ловила себя на мысли, что не только от количества ступенек… — Успокойся и дыши. Просто следуй моим командам. Пока Тейт набалтывал в трубку какие-то указания, Вайолет параллельно составляла в голове примерную речь для местных властей с подробными объяснениями того, почему ее отца не было на вахте, а из-за нее самой — и это еще при наиблагоприятнейшем исходе — был нанесен урон имуществу частной компании перевозчиков. — Я думала, у Хьюго был помощник! У смотрителей маяка же ведь всегда есть какая-то команда! — сбивчиво тараторила девушка, переводя дыхание на узеньких лестничных пролетах. Влажные волосы липли к свитеру. За крохотным оконцами бушевал шторм. — Ты про Гая? — на другом конце провода послышался искренний смешок. – Да, я примерно представляю, где его найти, но проблема в том, что в таком состоянии он тебе не сильно поможет… Вайолет испустила стон отчаяния, представив на секунду пьяного в зюзю помощника смотрителя, ползающего вокруг линзы. Ей богу, даже хуже, чем быть виновником кораблекрушения! Наконец, все ступеньки были позади и, откинув тяжелую дверцу в потолке маячной комнаты, Вайолет сперва забросила на пол смотровой свой мобильник и большой фонарь, а затем и влезла сама, еле передвигая ватные от усталости, стресса и недавно прошедшего похмелья ноги. Стеклянное круглое помещение впервые предстало перед Вайолет в таком виде. Окна полоскало водой, гудел ветер, вдали раскачивались кроны деревьев, а еле-еле проглядывающийся океан свирепо бушевал, волны разбивались о скалистый берег скал, взбиваясь в густую белую пену. Окутывала тьма, холод въедался в кожу. Голос Тейта из валявшегося телефона привлек внимание Вайолет. — Что от меня требуется? — пролепетала девушка, поднимая с пола все электроприборы. — Каждый вечер в восемь пятнадцать в залив возвращается рыболовецкое судно. Тебе надо будет связаться с капитаном и узнать, работает ли их GPS-навигация. — Н-но… — попыталась протестовать та. — Видишь, это как раз тот самый особый случай о котором я тебе и говорил. Послышался короткий мелодичный звук, сопровождавшийся шипением, словно помехи телевизора. Вайолет завертелась по сторонам, освещая фонарем скудные предметы мебели помещения. Еще одно пищащее устройство? — О, — с энтузиазмом произнес Тейт, — смотри-ка, они сами тебя вызывают. Вайолет почувствовала, как дрожат колени. Подлетев к низенькому столу и швырнув фонарь на поверхность, девушка принялась рыться в бумагах, пытаясь отыскать источник звука. Это вот так потонул Титаник, да? Посреди завала валялась прямоугольная рация с антенной. Еще кнопки! — Те-е-йт, что делать, куда нажимать? — протянула та. Если бы не серьезность ситуации, то юноша бы точно рассмеялся. — Зажми кнопку на корпусе сверху. — Пшшш… это "Фарриейдж", это-пшш… кто меня слышит-пшшш…прием-пшшш… — Э-э, — Вайолет запаниковала. Язык присох к небу, — здравствуйте, — девушка зажмурилась. Какое еще к черту „Здравствуйте“? — Прием-пшш… — Э-э… — Название! Скажи название маяка! — встрял юноша. — Маяк "Сандерсторм". Как слышно? — импровизировала Вайолет, сжимая корпус рации так, что, казалось, той ничего не стоит как лопнуть в любую секунду. — У нас не-пшшш… не работает GPS-навигац-пшш… свет бакенов не засекатеся-пшш… не видим фарватер-пшш… запрашиваем направление для входа в порт… прием-пшш… — Те-ейт, что делать?! — шептала Вайолет в микрофон своего мобильника. Тейт молчал. Затем снова послышался хруст влажного песка и тихий диалог. — Спроси их координаты. Разум Вайолет отказывался генерировать идеи самостоятельно. Она просто безвольно поддавалась указаниям более опытных. Но, зажав кнопку, девушка впала в ступор, не зная, что надо говорить. — Вайолет, быстрее! — Тейт тоже нервничал. — Просто скажи «Маяк "Сандерсторм", запрашиваю таких-то…» Давай! — Э-э это маяк "Сандерсторм", запрашиваю… черт знает как называется ваше судно, просто ответьте! — судорожно проговорила девушка. — Рядом с вами есть взрослые-пшшш… — Заткни его, пусть выполняет то, что я сказал, — проревел Тейт. — Скажите мне свои координаты, прием… — выкрикнула Вайолет. — Повторяю, на вахте есть взрослые-пшшш… Тейт еле контролировал гнев, Вайолет выпустила нервный стон. — Слушайте, ваша жизнь зависит от меня, делайте, что я вам говорю или я спускаюсь вниз и оставляю вас самих разбираться в этой ситуации, черт вас дери! — понимала ли она, что за такие речи ей может крупно влететь? Скорее всего нет. Судно замолчало. Вайолет затаила дыхание, слушая помехи на линии. Тейт тихонько насвистывал, видимо, стараясь успокоиться. — Пятьдесят два градуса, семь минут, сорок восемь секунд северной широты, десять градусов, шестнадцать минут, двенадцать секунд восточной долготы-пшшш, — наконец возобновилась речь по рации. Вайолет облегченно выдохнула. — Повтори последние секунды, — попросил Тейт. — Двенадцать… что ты делаешь? — Пусть снизят скорость, — продолжил юноша. — Прием, — зажала кнопку Вайолет, — снижайте скорость. Тейт, что происходит?! — Стой, мы рассчитываем… — пробубнил тот. Отчетливо был слышен второй мужской голос: — Какого расстояние между портовыми воротами? — тихо, почти совсем неразличимо спросил второй мужчина. — Вай, — вернулся юноша, — на столе должны быть карты, быстро ищи пометки с обозначением расстояния между портовыми воротами. Вайолет бросилась судорожно перерывать ворох бумажек. В самом низу в развернутом виде покоилась голубая карта, исписанная гелиевой ручкой. — Так… э-э… ворота, которые у Дингл харбор? — Да. - Триста метров. — Триста, — Тейт вновь с кем-то посторонним. — Там еще цилиндры, ограничивающие фарватор… между ними сколько? — тот же чужой голос. — Вай, между ц- — -я услышала, — прервала девушка, стараясь сконцентрировать внимание на карте. Фонарь светил криво, но держать и его, и рацию, и телефон одновременно она не могла. От стресса и осознания своей ответственности цифры плыли перед глазами. Вайолет казалось, что ее ошибка будет дорого стоить не только ей самой. — Двести семьдесят. — Анемометр? — послышался далекий пожилой голос на том конце. — Вай, спроси какая у них скорость узлов. Вайолет зажала кнопку на корпусе рации. — Прием… *** Менее чем за две минуты Вайолет смогла дать все нужные данные, вылезла на смотровую площадку за показаниями флюгера, была осыпана градом дождевой воды, замочила конверсы, накапала на бумаги и наверняка заработала нервный срыв, симптоматика которого проявится чуть позже. — Через международный кабельтов им повернуть надо на пятнадцать градусов на восток, затем через обычный кабельтов еще на пять градусов, но только когда пройдут фарватор, затем через пол международного кабельтова на два градуса. С портом уже связались, там будут ждать люди со светодиодными ручными светильниками. Главное — пройти фарватор. Запомнила? Вайолет откинула волосы, в ужасе обведя взглядом помещение маячной комнаты, затем, найдя глазами, схватила валявшийся среди бумаг карандаш. *** Когда капитан передал, что судно успешно пришвартовалось в порту, Вайолет непроизвольно слезла по холодной стеклянной стене на пол, с облегчением прикрывая глаза. Неистовое биение сердца постепенно замедлялось, дыхание восстанавливалось, и словно что-то тяжелое вышло из тела, словно страшный груз разом ушел вниз, к ногам, разлился по бетону, впитался в пол. Грудой сваленные бумаги и папки на низеньком столе покосились и свалились к ногам девушки. Вайолет кинула незаинтересованный взгляд и обессиленно подтащила пальцами рассыпавшиеся документы, желая собрать бумажки. Но среди всей макулатуры кое-что все же привлекло внимание: краем глаза Вайолет заметила фото, напечатанное на одном из листов. Фото часов. Наручных простых часов, какие носят многие представители мужского пола. Вот только именно эта модель была точной копией той, что наверняка и сейчас мирно болталась на запястье ее знакомого блондина. Вайолет забыла про остальные документы, вперившись взглядом в один единственный лист. Рядом были всевозможные пометки, сделанные то ли наскоро, то ли просто кривым почерком: карандашный набросок циферблата, затем обратная сторона корпуса, приписки, напоминающие набор латинских знаков, какие-то кружки и символы. Вайолет передернуло. Может, из-за влажных прядей, касание которых вызывало мурашки на коже шеи, а может действительно из-за того, что кто-то — должно быть Хьюго, раз это было его, по крайней мере официальное, место работы, — осознанно исследовал на первый взгляд самые не примечательные наручные часы. Зачем? Вот вопрос, ответ на который Вайолет хотела получить даже больше, чем выяснить, знает ли об этом Тейт. И если все же знает, то как выманить признание? Час от часу не легче, за одним секретом всегда стоит другой. Тайна порождает новую тайну. Ох, Вайолет, лучше бы тебе и вправду было не лезть во все это с самого начала… *** Но каким бы взбудораженным не было сознание девушки, как бы ей не хотелось обо всем расспросить блондина, все темные мысли, все навязчивые идеи и страхи отошли на второй план, лишь стоило Тейту пересечь порог дома. Свежий и мокрый от дождевых капель, с лучезарной красивой улыбкой, светящимися глазами — он словно снова оживил все вокруг, привнес в крохотное пространство лучик света, который Вайолет успела потерять за прошедшие несколько часов. Знаете это чувство, когда человек, к которому вы что-то испытываете, появляется перед вашим взором? Вваливается ли он в аудиторию после начала лекции, появляется ли в том же самом кафе, что и вы, оказывается ли в одном с вами транспорте, потому что живет где-то рядом –это не столь важно. Чувство абсолютного блаженства и в то же время чувство всепоглощающей печали и тревоги. И все это борется, стремится к лидерству, а сами вы словно посторонние наблюдатели. Чувства переполняют, но вы не знаете, куда себя деть, да и стоит ли вообще что-то делать… Просто хочется крикнуть, завопить, да так, чтобы все, что копилось, выплеснулось наружу, чтобы стало хорошо… Вот и Вайолет чувствовала то же самое, с той лишь разницей, что тоска и печаль уступали место радости, симпатии, потому что Тейт был рядом. Не был ускользающим фантомом, не был лишь тенью на задних сидениях лекционной аудитории. Он нравился ей, а она ему. Забыв обо всех правилах приличия девушка бросилась на блондина, не обращая внимания на его мокрую куртку или волосы, на то что руки скользили, потому что ткань была непромокаемая, на то что сама она вся дрожала, потому что испытала настоящее потрясение за прошедшие полчаса, несмотря на то, что не была уверена, что вот так кидаться на Тейта ей было позволительно. Ведь, в каких они были отношениях? Фразы "Моя девушка/парень" вообще не звучали, тем паче что и слово "Свидание" никто никогда не произносил. Но Вайолет не видела, зарываясь носом в его волосы у самой шеи, а Тейт улыбался. Улыбался так, что уголки губ, казалось, сейчас разойдутся, а от напряжения сводило мышцы лица. *** — Если электричества нет, то каким образом ты нагрела воду? — Тейт чувствовал себя победителем, будучи допущенным уже не к простому простаиванию у закрытой двери ванной, а к просиживанию у приоткрытой двери. Как выразилась девушка: „С условием, что ты не будешь подглядывать через шторку“. Юноша устроился на полу у дверного косяка, и крутил в руках банку крема. Изредка были слышны всплески воды — это Вайолет двигалась в набранной ванне. — До происшествия с проводами вода в бойлере уже была нагрета, так что технически я просто использовала запасы, — ее голос звучал мелодично и звонко благодаря акустике комнаты. Тейт усмехнулся, уловив кроме всего прочего отчетливые нотки потаенного страха. По сути, это была большая жертва — наступить на горло своим принципам ради него. Нельзя было обмануть ее ожидания. Тейт, хоть и нехотя, признавал это. И как бы сильно не было его желание заглянуть за темно-ментоловую занавеску, он этого не сделает, он останется на своем месте у двери и будет покорно, словно верный пес, дожидаться ее команды. — Отогрелась? Вайолет довольно замурлыкала. — После сотой ступеньки у меня замерз нос. Послышался смешок юноши, Вайолет опустилась в ванной ниже, побулькав водой ртом, пока собственный приступ смеха не отступил. — Серьезно, я подумываю о том, чтобы подать петицию с прошением подвести отопительную систему на маяк, раз уж… — Вайолет осеклась. Фраза должна была прозвучать как-то вроде „… раз уж отец решил всерьез обосноваться на этом полуострове в должности смотрителя маяка“, но не смогла окончить предложение. Тейт замер. — Он жив, правда ведь? — с горечью в голосе спросила та, и сама слыша нотки отчаяния, сопровождавшиеся подкатывающей волной слез. Юноша подтянулся на полу, отставляя банку крема. — Хей, ты что, — начал тот как можно более уверенным голосом, — с твоим отцом все будет в порядке. Он вернется, вот увидишь. Вайолет молчала, борясь с подступающими слезами. Затем неслышно набрала воздуха и опустилась под воду. Юноша заслышал как быстро лопались пузырьки на поверхности воды. — Вай? — Тейт напрягся. – Вай, ответь, — блондин подскочил, прислушиваясь. Войти или нет? Одернуть ли занавеску? Что если эта юная особа опять решила испытать судьбу? Тейта передернуло, мурашки прошли между лопаток вниз по позвоночнику. Три шага до коврика ванной показались тремя километрами. Но только юноша потянулся рукой к синтетическому материалу шторки для душа, как послышалось девичье хихикание. Вайолет схватила рукой край шторы, выглядывая из-за ткани и продолжая хихикать. Тейт испустил стон облегчения, нелепо замерев на месте. — Ты напугала меня! — Правда? А мне кажется, ты все-таки хотел заглянуть за занавеску, — игривый тон в ее голосе хоть и распалял юношу, но все же ясно давал понять, что она в порядке. Может, и не совсем, и не психически, но в данный момент ей удалось подавить приступ паники. Ее смех был как бальзам для его души. Тейт продолжал стоять возле ванной, но говорил отвернувшись, словно вымуштрованный школьник на общем собрании, чувствуя себя одновременно глупым и безумно счастливым. *** Шторм отступил, шквальный ветер стих. Снова был виден океан из окон дома, снова проносились редкие авто на дороге вниз по холму. Линза на маяке снова ярко освещала путь морякам. Линию электропередач подлатали, и жители Дингла с ликованием вернулись к своим оставленным делам. Многие побрели в пабы, дабы продолжить прерванные беседы в компании друзей, кто-то снова взялся за интересующую литературу, за просмотр телешоу о кулинарии или фильмов с участием Винни Джонса. Но почти никто и не подозревал о катастрофе, которая могла бы случиться, если бы не быстрая реакция Вайолет и сообразительность Тейта. В ее комнате горел светильник на комоде, лампа отбрасывала приглушенный мягкий свет. Разнеженная от ванных процедур Вайолет копалась в ящиках, выискивая мягкий свитер. Становилось до жути странно, когда она начинала оглядываться и понимать: за окном темно, сейчас ночь, единственный источник света в этом доме — ее лампа, и они одни с Тейтом, словно бы одни не только на этом кусочке ирландской земли, а вообще во всем мире. — Дверь закрыта, — отрапортовал блондин, просачиваясь в комнату. Вайолет бросила испуганный взгляд, словно бы Тейта никто здесь не ждал, затем мило улыбнулась, как улыбаются, чтобы не смущать оппонента своей странной реакцией, и поправила на себе свежий свитер, задвигая ящик комода бедром. — Ты уверена, что это ничего, если я переночую у тебя? Вайолет снова улыбнулась, потирая предплечья. — Да, конечно. К тому же, мне немного страшно одной, учитывая… — Вайолет сглотнула, не желая возобновлять разговор об отце, — … мне немного страшно. Тейт вскинул брови в наигранном удивлении. — Вау. Бесстрашная Вайолет не такая уж и бесстрашная? — весело спросил блондин. Вайолет засмеялась, а затем зевнула, отворачиваясь и прикрываясь рукавом свитера. Тейт усмехнулся. — Ты устала. Постелешь мне на диване? Теперь это твой дом, я не в праве сам копаться в шкафах в поисках постельного белья… Вайолет откинула передние, только-только высохшие пряди волос назад и, переведя взгляд на свою кровать, разинула рот, собираясь выдать заготовленную ранее фразу. — Ты м-можешь лечь со мной, если хочешь… — махнув рукой на постель неуверенно проговорила та, боясь не последствий, а самой реакции юноши. Шокированный Тейт было хотел приподнять бровь, но сдержался, не желая показывать, насколько его удивило такое предложение, дабы не смущать девушку. — Ты уверена? Вайолет поджала губы и закивала. — Если мы не будем раздеваться, я уверена. На этот раз Тейт не сдержал самодовольной восторженной улыбки. Что с этой девушкой? От суицидальных попыток и слезных "Я не могу тебе нравиться" до совместных ночей на одной кровати. Только и успевай уследить. Блондин сомкнул губы, пряча улыбку, и, сунув руки в карманы, прошел до одной стороны постели, слегка качнув головой. — Иди сюда. Вайолет потянула за цепочку лампы, и комната погрузилась в полумрак. Теперь единственным источником света служило бледное тусклое лунное сияние. Контуры юноши очерчивались на темно-фиолетовом фоне, пряди взъерошенных кудрей подсвечивались. Убрав руку с выключателя светильника Вайолет замерла, наморщив лоб. Она без лифчика. Не то, чтобы Вайолет и в жизни-то носила его часто, не говоря уже и о ночах, когда делать это вообще противопоказано, но в данной ситуации Вайолет запаниковала. Что если Тейт подумает, что она это специально? Что таким образом она пытается его завлечь? Не хватало только чтобы он ее шлюхой считал. Дурацкая догадка, но у Вайолет было много подобных тараканов, которые танцевали сальсу под свою собственную музыку. Вайолет так и стояла у комода, сжимая и разжимая кулачки. Тейт вскинул одну бровь, пристально следя за движениями девушки. — Ты чего? Все хорошо? Я правда могу и на диване постелить, если ты сомневаешься, — произносил он одно, а внутри просто вопил "Нет! Пожалуйста, дай мне прилечь рядом с тобой, ну пожалуйста!" Вайолет выдала какой-то нечленораздельный звук, похожий то ли на подобие стона, то ли на практически немое согласие, но двинулась по паркету, мягко ступая по деревянной доске. Тейт дожидался, пока Вайолет не приляжет на правую половину, а затем и сам опустился на матрас рядом. Все движения были такими плавными и осторожными, словно они оба боялись что-то сломать. Вайолет почти не дышала, лежа спиной к юноше. Тейт улыбнулся сам себе, подкладывая одну руку под голову, повторив позу Вайолет, придвигаясь ближе. — Расслабься, — прошептал тот. — Мы просто лежим. Люди часто лежат вместе. Это называется отдыхом. — Я знаю, — выдохнула та, - просто я никогда не лежала ни с кем… вот так вот… Тейт нахмурился. — Помнится мне, в замке мы спали в одной постели практически целую ночь… — на долю секунды юноша подумал, что Вайолет забыла об этом, но та заговорила, заелозив на постельном белье. — Это не то. Тогда ты был дальше… и не дышал мне в спину. Тейт еле сдержался, чтобы не засмеяться. Это прозвучало так непринужденно, словно ей и самой было смешно. Ее подушка пахла фруктовым шампунем, юноша желал придвинуться ближе, коснуться ее волос кончиком носа, желал большего, как любой другой влюбленный человек. Ему хотелось чувствовать ее, знать, что она рядом, что это не фантом и не фантазия. — Вай. — Мм? Тейт облизнул губы. На ее одеяле было жарко, он не переставал себя уверять, что все дело в теплом наполнителе. — Ты веришь мне? Вайолет нервно сглотнула. Верила ли она ему? Всплыла недавняя ужасающая картинка холодного листа, изрисованного вдоль и поперек набросками часов погибшего дяди того, кто сейчас как ни в чем не бывало лежал рядом. Но его присутствие было таким опьяняющим, вызывающим такую сильную интоксикацию, что Вайолет просто не смогла заставить себя прервать столь трепетный момент своими дурацкими сомнениями. Девушка облизнула пересохшие губы и заелозила головой по подушке, давая положительный ответ. Тейт бесшумно выдохнул. Белье примялось, и Вайолет почувствовала теплое касание руки юноши, обвившей ее талию словно крепкий куст плюща. Кисть прошла чуть выше живота, не касаясь груди. Вайолет вжалась в матрас,затаив дыхание, тупо уставившись на стену перед собой, пытаясь сконцентрироваться на ощущениях и расслабиться. Теплое дыхание Тейта обжигало кожу. Он был совсем рядом, касание его руки сравнимо с пылающими языками пламени, вибрации его тела передавались ее собственному. И все вдруг стало таким незначительным. Ее тянуло к нему, и он был рядом, заботился о ней. И он сказал, что все будет хорошо. Почему бы не попробовать еще раз довериться? — Я ошибся с островом, — неожиданно завел речь юноша. Вайолет слегка развернула голову, словно давая понять, что внимательно слушает. — Старый рыбак объяснил мне, что этот остров появился относительно недавно, всего несколько веков назад. Ты была права. На фото был не остров. Вайолет выдохнула, улыбнувшись. — Это с ним ты консультировался насчет координат и прочего? Тейт кивнул, утвердительно промычав. — Он вообще забавный. Когда только вышли на берег и я тебе позвонил, он такой спрашивает: "Ребята, вы что, кладоискатели?" Вайолет рассмешила интонация юноши. Тейт тоже издал смешок. — Тебе бы понравилось там, — продолжил блондин. — Пустынный серый берег, вокруг туман, верхушек холмов и вовсе не видно. А еще тюлени. Такие смешные, разлеглись на песке. Вайолет издала звук умиления. Так странно думать, что в одной части Ирландии штормовое предупреждение, а чуть дальше — размеренное течение жизни с журчащей у берега водичкой и спящими млекопитающими. — Ты такая молодец, — возобновил речь юноша. — Сама все сделала. — Неправда, если бы не ты… — Я лишь консультировал, а вот твоя сообразительность спасла от поломки рыболовецкое судно. Вайолет смутилась, как обычно случается со всеми, кого перехваливают. — Что могло бы случиться? — попыталась увести разговор в другое русло та. Тейт вздохнул. — Портовые ворота очень узкие, рассчитаны на два больших суда, поэтому если выбрать неправильный курс, то можно просто не вписаться в проход… — телефон издал два коротких звонка. Вайолет собралась было подняться, но Тейт крепко удерживал ее тело на месте. — Это твой? — спросила девушка. — Да, лежи. Все нормально. Подождут до утра. Вайолет зевнула и сжала наволочку в кулачок. Приятно, когда ради тебя не отвечают на звонки или смс. В комнате было тепло, от тела Тейта исходил жар, словно от растопленной печи — ох уж это мужское кровообращение, —, но как бы Вайолет ни было жарко, она не посмеет испортить этот момент. Впервые в жизни парень лежит так близко к ней. Впервые в жизни парень вообще этого хочет. Тейт еще что-то говорил, но слов она больше не понимала. Его голос был глубокий и размеренный. Он убаюкивал и успокаивал, и Вайолет вскоре провалилась в глубокий сон. *** Lorde - Everybody Wants To Rule The World Звук металла. Скрип половиц. Затем снова металл. Скрежет чего-то шершавого по чему-то твердому. Вайолет мотала головой, словно пыталась откинуть неприятные звуки. Когда сон полностью отступил, Вайолет разлепила глаза, прислушиваясь. В кромешной тьме оставалось лишь пытаться разобрать звуки. Внезапная мысль заставила Вайолет подскочить на постели. Это отец! Это точно отец! Он вернулся! — Па-мфмф, — Вайолет не успела выкрикнуть, чья-то рука зажала ее рот, едва девушка свесила ноги с постели. Вайолет в панике попыталась вырваться. — Ш-ш-ш, — успокаивал Тейт, — это я, слышишь? Молчи и не издавай громких звуков, — шептал тот ей на ухо. Если бы у Вайолет было время, то она бы поняла, что непроизвольно возбудилась. — Поднимайся, — юноша убрал ладонь с ее рта и на собственном примере продемонстрировал слова, слезая с постели. — Что ты делаешь? Мой папа вернулся! — озадаченно воскликнула та, хоть и неосознанно слушаясь команды и говоря шепотом. — Это не твой отец, — серьезно ответил Тейт, оббегая кровать и хватая за руку заторможенную девушку. — В смысле не мой? Тейт, что за чушь? Но Тейт молча рассовывал по карманам свой мобильник, сотовый Вайолет, ключи от машины и дядины часы, пихнув их в нагрудный кармашек свитера. — Быстро, идем, — игнорировал ее вопросы блондин, утягивая Вайолет к окну, затем развернулся и щелкнул пальцами. — Надень обувь, — Вайолет хотела было возразить, но потянулась к краю свисавшей простыни, нащупывая конверсы. Юноша распахнул створки и перелез через раму, затем повис на руках и, нащупав ногой крышу пристройки рядом, скпрыгнул. — Давай, — шепнул тот, протягивая руки. Вайолет оперлась об оконную раму, озадаченно и сконфуженно глядя на юношу. „Ни за что“ произнесла губами та. Устраивать паркур по мокрым крышам? Чистое сумасшествие! Тейт сомкнул челюсти, от гнева и напряжения зашевелились скулы. — Живо лезь или я сам тебя вытащу, — грозно шепнул тот. Вайолет закатила глаза. Блондин дождался, пока Вайолет не просунет ноги в окно, а затем просто снял ее с рамы, крепко удерживая за талию. Вайолет и охнуть не успела, как оказалась на крыше сарая. — А дальше что? — шептала девушка, покорно следуя за Тейтом по газону к калитке. На улице было тепло, ночной апрельский воздух казался летним, но от влажной травы мокла ткань конверсов. Хотелось все снять и снова залезть в теплую ванную, а не бегать по лугам в кромешной темноте. — Куда мы? И что это вообще было? Тейт сосредоточенно оглядывался по сторонам, казалось, и вовсе не слыша девушку. — В доме кто-то был. Не знаю, может, воры, а может… не знаю. В общем, это не твой отец. — Откуда ты знаешь? — воскликнула девушка. — Просто знаю. Тейт быстро переставлял ноги вдоль берега. Позади оставался маяк, холм, впереди — каменные глыбы, на которых и произошла встреча судьбоносная двух подростков. Вайолет с горечью проскочила мимо, не успев даже поностальгировать, увлекаемая юношей в неизвестном направлении. — Так куда мы? — Хочу дорогу обойти, не стоит двигаться вдоль проезжей части. Взобравшись на следующий холм юноша обогнул крохотные развалины какой-то старинной постройки и продолжил путь по просторному лугу. Зазвучал звонок мобильного, Тейт замедлил шаг. — Посмотри, может это важное, — замерла девушка. Тейт поджал губы и достал свой сотовой. Послание на экране явно ему не нравилось. — Что там? — продолжила Вайолет. Блондин нахмурился. — Тейт, что там? — настойчивее повторила та. — Ничего! Ясно? Ничего особенного. Все… — Тейт сглотнул, запуская ладонь в шевелюру, бегло оглядывая окрестности, словно потерянный, — … все будет хорошо. Вайолет злилась. Впервые за эту неделю ей захотелось вмазать Тейту хорошенько. Что он скрывает? Девушка дернулась с места, выхватывая телефон из руки блондина. Тейт инстинктивно кинулся забрать, но Вайолет отскочила, быстро перебегая глазами по строчкам.

Папа: — Что значит нет? ВЕРНИ ИМ ЭТИ ЧЕРТОВЫ ЧАСЫ НЕМЕДЛЕННО ИЛИ ТЫ ЗНАЕШЬ, ЧТО С НАМИ СДЕЛАЮТ!

Вайолет разинула рот. — Ты что, издеваешься надо мной? — выкрикнула та. Злость кипела в крови, так и бурлила, приливая к щекам. — Вай, я… — Тейт и договорить не успел, как Вайолет быстро вытащила из нагрудного кармана его свитера несчастные наручные часы, чуть не разорвав ткань по швам. — Стой, — Тейт попытался схватить ее за руку, но Вайолет вновь отпрянула назад. — Не подходи ко мне, — выдохнула та. Впереди была дорога, завершавшаяся у подножия холма полукругом, словно серпантин в горах, а затем уходящая прямо перпендикулярно от океана, в центр Дингла. Вайолет пятилась, абсолютно не осознавая, что собирается делать с часами в одной руке и мобильником в другой. Все о чем она могла думать — это обман. Неужели Тейт был способен ее обмануть? Тейт. Милый, добрый, нежный Тейт. — Вай, я мо- — Вот они! — истошный мужской голос прервал фразу Тейта. Вайолет вздрогнула, узнавая интонацию. Оба подростка устремили взор на источник шума. Двое — мужчина и старик — направлялись к ним спешным шагом. В свете луны Вайолет пыталась разглядеть их лица. Мужчину она никогда раньше не видела, а вот пожилого… Вайолет разинула рот. Продавец винной лавки! Тот самый, которого они с Тейтом немножечко ограбили в прошлом месяце! — Во-от они! — продолжал повторять старик, тряся рукой и тыча пальцем. Тейт инстинктивно двинулся вперед, пытаясь закрыть Вайолет собой, та же снова принялась пятиться. — Я же говорил Вам! — Мерзкая крыса, — с тотальной ненавистью прошипел Тейт, сжимая кулаки до побеления костяшек пальцев. — Я предупреждал тебя, Лэнгдон, что ты поплатишься за свои шалости! — выкрикнул старик, брызгая слюной от злобы и обиды. Его лицо светилось торжеством, словно подростков сейчас действительно расстреляют на месте. Вайолет продолжала пятиться. — Не двигайся, — наконец вступил в разговор молодой мужчина, словно бы дожидавшийся, пока старик перестанет ликовать. Его же голос звучал спокойно, словно все они сейчас находились где-нибудь в Малибу на пляже, обсуждая сорта мороженого в кафе. От неожиданности Вайолет действительно замерла. — Так вам и надо! — снова встрял старик, трясясь от переизбытка эмоций. Второй развернулся, смерив того таким взглядом, что пожилой продавец сжался, захлопнув рот. — Вайолет, отдай мне то что у тебя в руках, и мы спокойно разойдемся. Вайолет опустила взгляд. Она и думать забыла о часах. — Вай, нет, — произнес Тейт. — Откуда Вы знаете мое имя? — проигнорировала все услышанное та, обращаясь к мужчине. Ему должно было быть не больше сорока пяти, приятной внешности, волосы густые, хорошая стрижка, куртка явно дорогая, — девушка пыталась вспомнить его. Может, с работы матери? Вряд ли, учитывая ее нынешнее местопребывание. Мужчина улыбнулся, облизывая губы. — Давай, отдай мне часы, — повторил тот, протягивая руку. Жест казался странным, учитывая то, что их двоих разделяло приличное расстояние. — Вайолет, — настойчивее позвал Тейт, сделав шаг в ее сторону. — Не. Подходи. Ко. Мне, — процедила Вайолет, отделяя каждое слово. Она ненавидела все это. Все, что происходило сейчас было сумбурным, смешным, пугающим и отрезвляющим одновременно. Еще один его шаг вперед, еще один ее назад. Мужчина завел руку за спину и вытащил из-за ремня пистолет. — Ребята, ребята, — ласково, почти что играючи позвал тот, — ну я же просил, а… — вытянув руку с оружием мужчина жестом потребовал Тейта отойти в сторону. Юноша нехотя повиновался. Вайолет охнула, блондин внимательно изучал движения и жесты мужчины, будто выжидая удобного момента. Тот залился улыбкой. — Вы что это, в контрах, да? — в вопросе слышалось неподдельное любопытство. Вайолет потрясывало, глаза были на мокром месте. — Не трогай ее, — в голосе Тейта слышалось отчаяние. Как там обычно кричат в фильмах? Прошу, возьми меня, только пощади ее? Мужчина вскинул брови. — А я что, на нее наставил пистолет? — удивленно спросил тот. — Мне кажется, дуло как раз на тебя направлено. — Вы же не собираетесь их убивать? — вдруг вылез с вопросом старик, внезапно смекнув, что, возможно, этот человек хотел не просто поговорить с детьми. — Заткнись! — мужчина быстро перевел взгляд с него на Вайолет. — Милашка, отдай мне часы. — Вай, нет. — Замолкни, — мужчина демонстративно снял пистолет с предохранителя. — Что в них такого? — нервно выкрикнула Вайолет. — Что такого в этих часах? Это же… это обычные наручные часы! Мужчина удивленно улыбнулся. — Обычные? — затем глянул на Тейта. — Так твой приятель ничего тебе не рассказал? О нет, это не обычные часы, — мужчина говорил с интонацией, с которой обычно рассказывают сказки детям на ночь. — Пожалуйста, не впутывай ее в это, — вступился Тейт. Гнев прошел, теперь же блондин боялся. Боялся за Вайолет. Страх затмил разум, юноша готов был сделать что угодно, лишь бы защитить девушку. Мужчина вновь удивленно вскинул брови. Казалось, его удивляло абсолютно все, словно подростки были цирковыми зверьками, сумевшими обратить на себя внимание нерадивого зеваки. — Не впутывать? — переспросил тот. — А тебе не кажется, что ты сам уже это сделал? Оглянись, — описал он второй рукой полукруг, — сейчас три утра, а малютка Хармон отнюдь не в своей постели. Разве Хьюго не предупреждал тебя? Вайолет трясло. Никогда еще она не находилась в подобных ситуациях, никогда еще перед ней не стоял человек с заряженным пистолетом, никогда еще она не чувствовала волну ужаса сильнее, чем сейчас. — Лжец, — истошно выкрикнула девушка. — Ты лгал мне! — кричала та на Тейта. Горячие слезы скатились по щекам. — Он прав, — отерев скулу кивнула та на незваного гостя, — я не в безопасности. Ты обещал, что мне ничего не угрожает! Ты клялся, что защитишь меня! — Вай, — Тейт закусил губу, борясь с собственными слезами. Он снова чувствовал себя маленьким, потерянным мальчиком. Малышом, который ничего не может изменить, потому что слишком мал и слаб. Если бы не Вайолет, то он, наверное, давно бы разобрался с посмевшим наставить на него пистолет, давно бы бесстрашно бросился на обидчика. Неизвестно каким образом, но Вайолет словно ограничивала его в поступках. Девушка замотала головой. — Ты обманывал меня с самого начала… как ты мог? — Вайолет словно и не замечала своей истерики. Юноше хотелось сжаться в комочек, лишь бы не видеть презрения и ненависти в глазах той, которая ему нравилась. Вайолет потрясла часами. — Ты говорил, что это пустяк! Что это лишь напоминание о дяде! Зачем было скрывать что-то от меня? ПОЧЕМУ, ТЕЙТ?! Вайолет вздрогнула, услышав подобие хлопков — это мужчина похлопывал свободной рукой о другую с пистолетом. На губах играла улыбка. — Браво, Лэнгдон, браво. Кажется, теперь я понимаю, почему у тебя с девушками не складывалось и раньше. Вайолет была слишком переполнена эмоциями для того, чтобы еще раз задавать себе вопрос "Откуда этот человек знает ее и семью Тейта?" — Ладно, пора с этим завязывать, — посерьезнел мужчина. — Дай сюда часы. Вайолет, раскрасневшаяся от слез, с ватными ногами и трясущимися руками не могла теперь и слова выдавить, не то что пошевелиться. Мужчина потряс кистью. — Дай. Сюда, — настойчивее повторил тот. Вайолет перевела взгляд на Тейта. Тот медленно мотнул головой. — Отдай, — еще раз попросил мужчина. Вайолет приоткрыла рот. Мужчина повернул голову к старику, передавая тому оружие. — Застрели парня, — приказал тот. Старик побледнел. — Живо стреляй, или ты знаешь, что я сделаю с твоей дочерью! Пожилой мужчина осунулся. Казалось, еще немного, и он потеряет сознание. Тяжело сглотнув, старик поднял пистолет на Тейта трясущейся рукой. Вайолет испустила стон, зажмуриваясь. — Только попробуйте, — услышала девушка. Знакомый голос пробился сквозь мрак, окутавший сознание. — Если Вы нажмете на курок я клянусь, я застрелю этого человека и дам показания против Вас, — обращался друг Тейта к старику. — Тревис?! — медленно открыла глаза Вайолет. Как по мановению руки Тревис материализовался в шести шагах от молодого мужчины, наставляя на него компактный пистолет старой модели. Мужчина скосил взгляд на прервавший их субъект. — Откуда ты здесь? — ошарашенно произнесла Вайолет дрожащим, абсолютно незнакомым ей голосом. — Тейт кинул смску где-то минут двадцать назад. Нам обязательно сейчас это обсуждать? — гримасничал Тревис. Вайолет еле различала силуэты, настолько заплаканными были глаза. Все тело колотило, пальцы словно приросли к предметам в руках. — Вайолет, пока твой друг не натворил глупостей за которые его посадят, — вступил в разговор мужчина, — отдай мне часы и, как я уже сказал, все закончится. Я не трону никого из вас. Все разойдутся с миром. — Чувак, опусти пистолет, — Тревис снял с предохранителя свой, выжидая, когда старик его послушается. — Чувак? — поморщился молодой мужчина. — Ну и молодежь пошла… — Вайолет, кинь мне часы, — вдруг заговорил юноша. Вайолет испуганно перевела взгляд на Тейта. Мужчина удивленно покосился на говорящего. — Ты совсем из ума выжил? Не тебе ставить условия. — Равно как и не Вам, — сжал свой пистолет Тревис. — Скажите своему псу опустить оружие. — Мы знаем, где твоя дочь, Юстас. Не глупи, — предупредил мужчина. — Вайолет, доверься мне, — облизнул губы Тейт. — Милашка, послушайся старших. — Вай, — продолжил юноша. Вайолет была в истерике. Все от нее чего-то хотели. Тейт — доверия, мужчина — безделушку с заводным механизмом. Ни первый, ни второй не заслуживали всего этого. Довериться Тейту? Да как она могла после всего, что услышала за последние пять минут? Да что уж там, за последние несколько недель! В голове была дичайшая каша. Все, что она понимала — это что в любом случае они все погибнут. Застрелят их сейчас или через день дружки вот этого товарища — это неважно. Все равно за ними придут. Отдаст она часы или нет — это тоже неважно. Застрелят или потому что она противится, или потому что является свидетелем. Вайолет вдруг почувствовала себя беспомощной. Может, ее отец уже мертв? Может, поэтому его не было весь день, а все ее догадки — лишь способ себя успокоить? Никто теперь ей не поможет. Ни Тейт, который подорвал ее доверие, ни даже Тревис, который так храбро сейчас за них вступился. Единственная мысль, достойная ее внимания, промелькнула, словно падающая звезда. Вайолет уцепилась за эту идею, лихорадочно соображая, нет ли другого выхода. Но его, как ей сейчас казалось, не было. Вайолет оглянулась. Позади океан, обрыв. Но не сильно высокий. Метров тридцать, не больше. Примерно как девять этажей. — В-вай, — Тейт понял, — Вайолет, даже не думай! Но Вайолет не слушала. Какой у нее выбор? Отдать часы и умереть просто так или же насолить врагам, затеряв часы в океане и все равно умерев? Второй вариант казался куда более привлекательным. Старик никогда не опустит пистолет. Его дочь или… кто бы там ни был… в опасности. Он скорее пристрелит Тейта, чем подвергнет опасности жизнь члена собственной семьи. Можно было бы задаться вопросом, а что было бы, если бы каким-то чудесным образом ситуация разрешилась в пользу молодежи? Что бы ждало Вайолет? Ее отец, судя по всему, мертв еще с прошедшего дня, а парень, который ей нравится до безумия, оказался лжецом. Жить каждый день в страхе, что кто-то придет за тобой? Вслушиваться в каждый шорох у двери? Ну уж нет… Вайолет рванула с места. Ноги оторвались от земли, от края обрыва, и в это мгновение все стало таким неважным, таким пустым. Перехватило дыхание. Вайолет вспомнила, как каталась на американских горках в детстве, но даже тогда дух захватывало не так, как-то по-другому. То словно была генеральная репетиция перед грандиозным финальным выступлением. Сильнейший поток ветра вздувал одежду, волосы. Позади себя она услышала душераздирающий крик Тейта, возглас Тревиса и выстрел. Один единственный выстрел. Одна пуля, два пистолета, четыре человека. Кто пострадал? К своему ужасу, если бы у Вайолет было время на раздумье, она бы поняла, что последние секунды перед контактом с бездной думала о Тейте. О том, не попала ли пуля именно в него. А затем все померкло. И Вайолет принял спокойный, только что переживший бурю океан, темно-изумрудная вода обласкала девушку своими ледяными руками, и пенящиеся холодные волны сомкнулись над ее головой.