Убийца ворон

За две недели новость о возвращении Снейпа в Хогвартс успела устареть. Вниманием студентов теперь завладела третья суббота ноября, когда старшекурсникам наконец-то разрешат отправиться в Хогсмид. Все с нетерпением ждали выходных, и замок гудел в предвкушении. Гермиона широко улыбалась, стоя с Невиллом во дворе и проверяя разрешения на поход в деревню; они вызвались в качестве провожатых. Волнение было заразно, да и погода тоже соответствовала событию: стоял ясный день и солнечный свет озарял ребят и преподавателей. Легкий ветерок подхватывал опавшие листья и кружил их у ног собравшихся, в то время как голые ветви деревьев щелкали и трещали в вышине. Даже в воздухе пахло осенью: было сыро и прохладно, так что Гермиона была рада, что надела свитер и теплый гриффиндорский шарф. Только они собрались отправиться в путь, как вдруг Гермиона услышала быстрые шаги позади нее, отзывающиеся эхом по булыжной дороге. Обернувшись, она увидела, что к ним бежит профессор Флитвик. - Гермиона! Невилл! Постойте! - крикнул он им. - Доброе утро, - сказала Гермиона. Она всегда любила своего бывшего преподавателя Заклинаний, и ей всегда было приятно слышать, как он каждый раз удивлялся, почему ее распределили не на Когтевран. - Я рад, что застал вас, пока вы не ушли. Мы устраиваем небольшую встречу в Хогсмиде сегодня вечером: своего рода вечеринка-приветствие для Северуса, - сказал он им. Гермиона представляла себе Снейпа и вечеринку понятиями несовместимыми, но вежливо предположила, что это прекрасная идея. — Пожалуйста, присоединяйтесь к нам после обеда, и мы вместе пойдем в «Три Метлы», — продолжал Флитвик. - Э-э, я… гм… я должен позаботиться о кое-каких своих растениях сегодня вечером, - не очень убедительно пробормотал Невилл, и Гермиона, толкнула его локтем. - О, да, конечно, - пропищал Флитвик. - Тогда я сообщу домовым эльфам, что вы будете в Хогвартсе, Невилл; они согласились присмотреть за студентами, но, конечно, некоторые преподаватели должны остаться. - Повернувшись к Гермионе, он сказал: - но Гермиона, дорогая, вы же, конечно, присоединитесь к нам? Иначе все могут подумать, что наши преподаватели Зельеварения терпеть друг друга не могут. - Мм… да, хорошо, - неуверенно ответила Гермиона. Когда они направились в Хогсмид, девушка почувствовала, что предвкушение похода в Хогсмид сходит на нет. Она пыталась придумать причину не ходить на вечеринку, но ничего на ум не приходило. С ужасом она понимала, что придется туда пойти, хотя ей совсем не хотелось. Во-первых, Гермиона не любила выпивать, так как считала, что может потерять контроль над собой; а во-вторых, ей совсем не улыбалось провести весь вечер, пытаясь избежать публичных споров со Снейпом. Несмотря на явную доброжелательность к ней во время первого урока, он вскоре вновь стал таким же саркастичным и мрачным, каким был раньше. Девушка до сих пор не понимала, как ему так легко удается вовлечь ее в горячий спор. Первые дни они проводили в неловком молчании, затем было несколько инцидентов, связанных с делением жилых помещений. К счастью, последнее время Снейп игнорировал ее, уткнувшись в свежий номер Ежедневного пророка. В Хогсмиде Гермиона, сопровождая студентов, все еще пыталась придумать отговорку, чтобы избежать вечернего мероприятия. Со вздохом она решила, что будет очень некрасиво не появиться там хоть ненадолго. К тому времени, когда она с Невиллом возвратились в замок, она чувствовала себя измотанной. Как ни странно, но ей было бы намного легче, если бы Драко или Невилл пошли бы в «Три метлы» вместе с ней. Но Драко аппаррировал домой, а Невилла уговаривать было бесполезно, он наотрез отказывался идти вместе с ней. Спускаясь в подземелья, Гермиона огляделась вокруг: в комнатах Снейпа не было. Ей стало любопытно, куда он исчезает время от времени. Наверняка бродит по темным коридорам и пугает первокурсников, злобно подумала она. Но потом упрекнула себя и решила не думать об их разногласиях хотя бы сегодня вечером; возможно, все будет не так уж и плохо. Гермиона надела потертые джинсы и ярко-красный свитер рубинового цвета. Ткань мягко облегала ее изгибы, а цвет подчеркивал тон кожи. Она выбрала светлую косметику и яркий блеск для губ. Выходя из замка, девушка увидела группу преподавателей, стоявших у парадных ворот, среди них были МакГонагалл, Флитвик и Снейп. Присоединившись к ним, она была приятно удивлена тем, что они ждали только ее, и быстро накинула на себя плащ. Снейп раздраженно смотрел на ее свитер, и Гермиона предположила, что он не одобрил ее выбор маггловской одежды. Бертрам Обри, преподаватель Защиты от темных искусств, заиял при виде Гермионы и сказал ей: — Отлично выглядишь сегодня, Гермиона! - Спасибо, - ответила она, стараясь не смотреть в сторону Снейпа. Бертрам предложил Гермионе руку и она, улыбаясь, взялась за нее. Когда группа направилась в сторону «Трех метел», Бертрам начал болтать, отвлекая ее от мыслей о Снейпе, идущем перед ними. Девушка чувствовала на себе его угрюмый взгляд каждый раз, когда он оглядывался на них; на его лице было очевидное неодобрение, но Гермиона не понимала, чем оно вызвано. Возможно, ему не нравиться Бертрам, подумала она рассеянно, но тут же отказалась от этого предположения: в конце концов, Снейп познакомился с Бертрамом всего две недели назад. Гермионе Бертрам понравился с первого взгляда. Он был на несколько лет старше нее и очень добрый. Его мягкие карие глаза подчеркивали его скромность, и он почти всегда улыбался. Она никогда не видела его сердитым, даже когда шестой курс однажды случайно вызвал ведьму-баньши графства Клэр, из-за воплей которой лопнули все окна на третьем этаже. Бертрам как-то рассказал Гермионе, что его отец учился в Хогвартсе вместе с Джеймсом Поттером и другими Мародерами, хотя его рассказы о Джеймсе и, в особенности, о Сириусе не были особо лестными. Бертрам часто расспрашивал ее о Гарри. Год назад он рассказал Гермионе, что начал работу над книгой о взлете и падении Волдеморта. С этого времени он несколько раз обращался к Гермионе, чтобы она рассказала ему об их приключениях. Гермиона не получала от этих вопросов никакого удовольствия, но Бертрам был очень тактичен. - Как продвигается твоя работа? - спросила она его, подразумевая книгу. - Хорошо… Отлично! - ответил он с энтузиазмом. После небольшой заминки он добавил: - у меня есть некоторые сомнения, и я очень надеюсь на твою помощь. Когда у тебя будет время, не зайдешь ко мне? Гермиона взглянула на Снейпа и заметила, что он наклонил голову, будто бы подслушивая их. Думая, что это можно использовать, чтобы избежать присутствия Снейпа, она сказала Бертраму: — Разумеется! Когда тебе будет удобно? Они договорились о встречах в следующие четыре субботы, а группа тем временем достигла «Трех метел», где для них был подготовлен стол в углу заведения. Бертрам извинился и отошел поговорить с хозяйкой, мадам Розмертой. Все заняли места, и Гермиона быстро начала беседу с Роландой Хуч, преподавательницей полетов, одновременно держась поближе к Флитвику, стараясь сесть как можно дальше от Снейпа. Впрочем, можно было не беспокоиться, потому что казалось, что он также не хочет сидеть рядом с ней. Он дождался пока все сядут и сел на стул прямо напротив нее. «Чтоб тебя», — мысленно выругалась она. Теперь придется весь вечер просидеть под его неодобрительным взглядом. Гермиона украдкой взглянула на него: ей показалось, что он смотрит на ее губы, и она нервно облизала их. Он поднял на нее глаза, и она быстро опустила взгляд, почувствовав, что сердце вдруг учащенно забилось. Гермиона слушала своих коллег, рассказывающих интересные истории, случившиеся с ними за прошедшие четырнадцать лет. Все, казалось, были в приподнятом настроении, которому, поспособствовала превосходная медовая настойка мадам Розмерты. Преподаватели рассказывали по большому счету для Снейпа о том, что произошло, пока он отсутствовал, и он был очень любезен с ними. Гермиона пила простую воду, но, тем не менее, наслаждалась вечером не меньше других. За исключением тех моментов, когда встречалась с темными изучающими ее глазами Снейпа. Тогда она вспыхивала, и тот час отводила взгляд. Когда Роланда Хуч только закончила рассказывать забавную историю о гарпии по имени Хелдегард, она хлопнула Гермиону по спине и сказала: - Но достаточно обо мне!.. Гермиона - вот та, кто действительно прославился за эти четырнадцать лет! Гермиона поперхнулась своей водой, и пробормотала: — Ну что вы… моя жизнь скучна! Она мельком глянула на Снейпа и встретила его пристальный, пронзающий взгляд. - Не скромничайте, - сказал Флитвик, успокаивающе гладя ее по руке. - Расскажите Северусу, чем вы занимались эти четырнадцать лет. - И, заговорщицки подмигнув ей, добавил: - помимо превращения в очаровательную красавицу, конечно. Гермиона чувствовала, что краска прилила к лицу, когда она вновь посмотрела на Снейпа. - Да, мисс Грейнджер, - сказал он мягким ласковым голосом, - действительно, расскажите. Гермиона заставила себя дышать спокойнее, хотя сердце колотилось где-то в горле. Ей хотелось, что бы это быстрее закончилось: — Боюсь, мне особо нечего рассказать. Я вернулась в Хогвартс, чтобы окончить седьмой курс, а затем уехала поступать в Университет. - Лучшая ученица! - гордо добавила МакГонагалл. - Докторская степень Ягеллонского университета и степень магистра маггловского университета в Кракове. Высшие степени, если я не ошибаюсь. - Вы только послушайте! - сказал Бертрам со своего конца стола, салютуя бокалом Гермионе. Теперь лицо Гермионы стало ярко пунцовым, и она подумала, что оно очень соответствует цвету ее пуловера. Она не могла заставить себя поднять глаза на Снейпа и просто сказала: — Да, я всегда любила учиться. - Ты слишком скромная, - упрекнула ее МакГонагалл. - А как же статьи, которые ты опубликовала, и премии, которые ты получила? Гермиона отчаянно желала, чтобы они прекратили пытаться помочь ей. - Да, действительно! - воскликнул Флитвик и просиял: - Вы же работали в той грандиозной исследовательской компании, насколько я помню! Как же она называлась? ИА? АИ? - Аглист Индастриз? - тихо спросил Снейп и встретился взглядом с Гермионой. Она увидела понимание в его глазах и подумала: «Боже, он все знает…» - В Австрии? - спросил он. - Что вы там делали? Гермиона слегка успокоилась, с облегчением понимая, что он наверно не знает о новой лаборатории Аглист в Англии. Стараясь не привлекать внимания к ее внезапному волнению, она шутливо произнесла: — О, боюсь, это секретно. Если я расскажу об этом, мне придется потом применить к вам Обливиэйт. Снейп продолжал сверлить ее взглядом, но Макгонагалл постаралась быстро перевести разговор на другую тему. Примерно через час МакГонагалл велела Флитвику налить всем огневиски, чтобы выпить за здоровье Снейпа. - Я просто выпью минералки, - сказала Гермиона. - Нельзя пить за здоровье постой минералкой! - сказала МакГонагалл, усмехаясь. Гермиона была уверена, что та только что придумала это правило. - Мисс Грейнджер не пьет, Минерва, - сообщил Снейп директору. - Она не сможет себя контролировать. Гермиона впилась в него взглядом, ненавидя за то, что он опять пытается командовать ей, и за то, что он был прав. - Нисколько, - солгала она. - Просто я подумала, что кто-то должен быть трезвым, чтобы благополучно проводить остальных в замок. - И какие опасности могут подстерегать вас сегодня вечером? - спросил он дразнящим и одновременно серьезным тоном. Его пристальный взгляд снова коснулся ее губ, и его рот скривился в едва заметной полуулыбке. Гермиона закусила губы и заявила: «Постоянная бдительность», повторив любимую фразу Грозного Глаза Грюма. МакГонагалл попыталась отвергнуть протесты Гермионы, но Снейп переубедил ее, сказав: — Она, наверное, боится. Пусть пьет свою воду. Его голос был полон презрения. - Я не боюсь! - бросила Гермиона Снейпу. - О, Гермиона, расслабься, - улыбнулась МакГонагалл, раздавая дюжину маленьких стопок, наполненных янтарной жидкостью. Со скучающим видом Снейп повернулся к МакГонагалл и сказал: — Не заставляй ее, Минерва. Молодые волшебницы пить не умеют. Для Гермионы это было уже слишком. Она ударила кулаком по столу так, что загрохотала посуда: — Я без проблем могу выпить больше вас, немолодой волшебник! — сердито заявила она ему. Снейп цинично улыбнулся и сказал: — Отлично. Я принимаю ваш вызов. Раздался одобряющий свист сидящих за столом преподавателей, и прежде, чем Гермиона осознала, какую глупость она сказала, перед каждым из них уже стояли по четыре стопки огневиски. Золотая жидкость искрилась в свете камина. Снейп подал Гермионе одну из стопок с шутливым поклоном. Он поднес свою к губам и одним махом опрокинул ее в рот. Все за столом радостно зааплодировали. Гермиона подняла свою стопку и осторожно выпила, горло протестующее саднило с каждым глотком. Она со звоном поставила пустую стопку и с вызовом посмотрела на Снейпа. Он снова улыбнулся и легко повторил действие без малейшей паузы. Гермиона понимала, что попала в беду. Она глубоко вздохнула и взяла следующую стопку, поощряемая веселыми голосами участников вечеринки. Прошло много, много часов после того, как последний из преподавателей покинул «Три метлы». Только Снейп и Гермиона сидели друг напротив друга с одинаково угрюмым выражением на лицах, взгляд Гермионы был расфокусирован. МакГонагалл ушла с Флитвиком несколькими часами ранее и оба просили Гермиону признать поражение, но она упрямо отказалась сдвинуться с места. Она уже потеряла счет выпитому и прекратила считать пустые стаканы, для ее зрения это была невозможная задача… - Я ложусь спать, - объявила мадам Розмерта. Она оставила полную бутылку огневиски на столе, и Гермиона почувствовала толчок в животе. - Северус, пожалуйста, закрой дверь, когда вы будете уходить, - сказала Розмерта Снейпу. Но бросив хмурый взгляд на Гермиону, добавила: - ЕСЛИ вы уйдете… Они наблюдали, как она прошла по лестнице и скрылась с глаз. Гермиона сидела перед полным стаканом, собираясь с силами, чтобы выпить его. Она неоднократно уже подчеркивала, что время для их пари не было установлено, и она еще не проиграла, ведь была всего на одну стопку позади. Она попыталась наморщить нос, который онемел, как и щеки, еще несколько часов назад. Снейп откинулся назад на своем стуле и вытянул ноги перед собой. Сцепив руки за головой, он устало посмотрел на нее и тяжело вздохнул. Гермиона же видела перед собой двух Снейпов, они плавали перед ее глазами, и она мысленно приказала им соединиться. К ее удивлению, ни один из Снейпов не выглядел пьяным. - Пейте, - сказал он ей. - Или сдавайтесь. - Пь…ю, - нечленораздельно произнесла она с воинственным видом. В подтверждение она подняла стакан и сделала небольшой глоток. Сильная дрожь, пробежавшая по ее телу, не осталась незамеченной. - Это ребячество, - укоризненно произнес Снейп. Гермиона подняла указательный палец и неуверенно указала им на Снейпа. - - Это вы… - заявила она, не сознавая, что этим только подтверждает его слова. — Ну, признайтесь, что не можете выпить столько, сколько я! — Никогда! С отвращением он сказал ей: - Вы - упрямая женщина, Гермиона Грейнджер. - А вы - невозможный человек, Северус Снейп, - парировала она. Буквы «с» при этом дались ей очень нелегко, и ей потребовалось гораздо больше времени, чем нужно, чтобы выговорить это. Снейп фыркнул ее исковерканной попытке произнести его имя. Он покачал головой, но на его лице уже появилась улыбка. - Скажи мне кое-что, Гермиона, - он внезапно наклонился к ней через стол. - Что угодно, - она наклонилась к нему, широко раскрывая глаза. Он уже второй раз назвал ее по имени, и ей это нравилось. У него действительно был красивый голос. Мягким шепотом он спросил: — Что ты добавила в Зелье Творческого потенциала, чтобы охладить его так быстро? Гермиона медленно моргнула. Она не знала, чего ожидала от него, но точно не этого вопроса. Она не говорила никому в классе, что использовала жидкий азот, студенты должны были сами прийти к этому выводу, выполняя домашнее задание. - Это был житкий озот, - старательно выговорила она. - Житкий озот? - повторил он. - Да нет же, вы неправильно говорите, - возразила она. - Вы сказали житкий озот, а надо житкий озот, - терпеливо пояснила она. - Житкий озот? - еще раз спросил он. - Да, - кивнула она. «Стоп, это разве правильно?» - она задумалась, наморщив лоб. Ей стало смешно. - Житкий… житкий…житкий, - повторила она несколько раз. - Да, так я и сказала. Она колебалась, прежде чем посмотреть на него. Ей казалось странным, что глаза не успевают поворачиваться вслед за головой. - Вы пьяны, - сказал он. — Нет, вы пьяны! - Вам лучше воздержаться от споров, когда вы пьяны, Гермиона, - сообщил он ей. Она слегка качнула головой, прежде чем ответить ему: — Нет… Я должна воздержаться от споров, когда я пьяна. — Я это и сказал. — Нет, вы сказали: «Вы не должны спорить с вами"… Я имею в виду себя… меня… Я не должна спорить со мной… - Она запуталась окончательно и посмотрела на него, - что вы говорили? — Я сказал «допивайте». - Лгун, - усмехнулась она. Собравшись с силами, она поднесла стакан к губам, опустошив его одним большим глотком. Она почувствовала, как ее рот наполнился жидкостью и что ее желудок хочет расстаться со своим содержимым. Довольный, Снейп взял непочатую бутылку огневиски, открыл ее и снова наполнил стаканы. С удивительной скоростью он выпил свою порцию и кивнул Гермионе. Гермиона тем временем рассматривала свое отражение в стакане. Было похоже, будто бы оно усмехается ей, но она знала, что янтарная жидкость не так невинна, как кажется. Она рассматривала напиток и внезапно почувствовала дрожь по всему телу. - Мне сейчас станет плохо, - бесстрастно констатировала она. И отодвинув стул, кинулась в ванную комнату в подтверждение своих слов. Когда рвота прекратилась, она умылась в раковине и попробовала прополоскать рот. Но от вкуса воды ее начало мутить, и она снова наклонилась над раковиной. Посмотрев на свое диковатое отражение в зеркале, она серьезно обратилась к нему: - А ты как думала? - Когда ответа не последовало, она повысила голос. Пошатываясь, она вернулась в зал, однако Снейпа за столом уже не было. Она вышла на улицу, нащупывая свою палочку, чтобы закрыть дверь. - Уже закончили? - раздался его голос позади нее. Гермиона резко обернулась и увидела Снейпа, направившего палочку на дверь таверны. Очевидно, он ждал ее. К сожалению, она не рассчитала последствий столь быстрого поворота, и, закружившись, начала падать. Снейп подхватил ее одной рукой и поставил на ноги. Она ухватилась за складки его черной мантии, когда начала падать, и не торопилась отпускать ее. Она никогда не была так близко к нему. Ее голова кружилась, и она вдруг заметила, что прижимается к его груди; его рука обхватывает ее талию, а лицо его так близко, что она, кажется, может утонуть в его черных бездонных глазах. Она слегка улыбнулась Снейпу, думая о том, что он весьма привлекателен, когда не хмурится. Она вдохнула его запах: он пах лесом и гвоздиками, дымом и книгами, его запах почему-то напомнил ей рождество. - Вы хорошо пахнете, - шепнула она ему. Он вздрогнул. - А вы нет, - заявил он ей. Гермиона усмехнулась и отпрянула от него, сразу придя в чувство. - Да, рвотный запах портит настроение, - сухо сказала она. Каждую часть тела, до которой он дотронулся, все еще покалывало. Снейп молча подал ей руку. Гермиона с благодарностью взялась за нее, и они пошли в замок вдоль скалистой дороги. Они шли в молчании большую часть пути, и холодный ночной воздух быстро отрезвил голову Гермионы. Когда они прошли через ворота замка, Снейп замешкался в тени факелов при входе, и убрал свою руку от нее. Гермиона поняла, что он не хочет, что бы кто-нибудь заметил, что они возвращаются вместе рука об руку. Она пошла вперед, намереваясь продолжить путь одна, но он нагнал ее и мягко потянул в тень. Гермиона удивленно посмотрела на него, но в темноте выражение его глаз было не разобрать. Он, казалось, всматривался в ее лицо, и наконец, произнес: - Скажите мне кое-что… - Жидкий азот, - немедленно ответила она и улыбнулась, произнеся, наконец, название правильно. - Нет, - сказал он серьезно. - Чем вы занимались в Аглист Индастриз? И опять это был не тот вопрос, которого она ожидала. Гермиона пожалела, что не видит сейчас выражения его лица. - Я не могу вам ответить, - сказала она честно. — Почему? — Сложно сказать… Это было так давно. Пожалуйста, давайте просто забудем об этом. Он подвинулся к ней ближе, и она смогла разглядеть его глаза. Они были очень проницательны, но о чем он думал, она не могла понять. - Я могу использовать легилименцию и узнать, - прошептал он, наблюдая за ее реакцией. Гермиона сглотнула. — Да, но это было бы жестоко. Он придвинулся к ней еще ближе, она почувствовала, как его плащ коснулся ее. - А вы думаете, я не могу быть жестоким? - спросил он ее низким бархатным голосом. Гермиона задумалась. Она знала, что он может быть жестоким, и что он сделал много жестоких вещей за свою жизнь. Но также она знала и о хороших его поступках, которые он совершил, и о жертвах, на которые он пошел, чтобы помочь Ордену Феникса и Гарри Поттеру. Импульсивно она дотронулась ладонью его щеки: — Я думаю, в глубине души вы хороший человек… Он казался озадаченным; это, очевидно, был не тот ответ, которого он ожидал. Его глаза застыли, и он резко отбросил ее руку, беспомощно повисшую в воздухе: - Вы - глупая девчонка, - сказал он ей презрительно. Не произнеся больше ни слова, он исчез в тени и скрылся в замке. Гермиона повернулась, наблюдая, как он уходит. - Вы правы, - прошептала она, медленно следуя за ним в замок.

***

Проснувшись на следующее утро и обхватив руками раскалывающуюся голову, Гермиона проклинала свою вчерашнюю глупость. Ей потребовалось несколько минут, чтобы приподняться и осмелиться встать с кровати. К счастью, было воскресенье, уроков у нее не было и никуда не нужно было идти. Она медленно умылась и оделась, каждое движение причиняло ей нестерпимую боль, которая сковывала виски. Она оценивающе посмотрела на себя в зеркало. Лицо было опухшим, глаза покраснели, под ними залегли темные круги, кожа была бледная. Она попыталась собрать потускневшие волосы в хвост, но тяжесть на затылке причинила ей такую боль, что она сразу же распустила его. Выйдя из спальни, она с облегчением отметила, что Снейпа в комнатах не было. Гермиона внезапно вспомнила, как он отстранился от нее прошлой ночью, когда она сказала ему, что в глубине он хороший человек. В ее животе словно скрутился узел. Гермиона решительно обвинила огневиски в своем глупом поведении и начала вспоминать, что же она говорила по дороге. Она знала, что Снейп всегда презирал ее, и он, конечно, никогда не был ее любимым преподавателем. Их взаимная неприязнь была так или иначе привычна и знакома; почему она думала, что может изменить это? Почему она этого хотела? Мысль о еде претила Гермионе, она вышла из кухни и бездумно побрела по комнатам. Наконец она решила, что ей не помешает посетить мадам Помфри; разумеется, она будет сегодня не единственной, кто обратиться в больничное крыло. Она вышла из комнат и направилась к кабинету Зельеварения. Зайдя в класс, Гермиона обратила внимание сразу на две вещи. Во-первых, ставни на высоких окнах подземелий были распахнуты, и солнечный свет ослепил ее. Во-вторых, в классе стоял отвратительный запах, напомнивший Гермионе тухлые яйца. Солнце и запах заставили Гермиону сразу перестать дышать и зажмуриться: и то, и другое восстало против нее, вызвав полный боли стон. Она услышала смех и, не поднимая глаз, уже поняла, что это был Снейп. Гермиона медленно убрала ладонь от своего лица, позволяя глазам привыкнуть к яркому свету. Присмотревшись, она увидела Снейпа, который стоял у небольшого котла. И он имел неосторожность улыбнуться ей. Она с негодованием смотрела на него. - Присаживайтесь, - он указал ей на стул перед ним. Гермиона подошла и осторожно села. Здесь запах был еще хуже, и Гермионе пришлось зажать нос. - Хотите меня проучить? - спросила она, указывая на котел. Его щека дернулась, и Гермионе показалось, что он сдерживает улыбку. Снейп не ответил, и Гермиона, положив локти на стол, наблюдала за тем, как он работает. Его движения были точны и экономны. Гермиона восхитилась его изящными пальцами, когда он ловко орудовал ножом, нарезая странный набор ингредиентов. Наблюдение за его работой успокаивало ее. Он нарезал все ингредиенты и отправил их в котел. Когда Снейп, наконец, показался удовлетворенным своим зельем, он аккуратно вылил содержимое котла в обычный стеклянный стакан. Гермиона отметила с отвращением, что цвет соответствовал запаху: действительно, тухлые яйца. Снейп поставил стакан, и начал прибирать свое рабочее место: склянки и бутылки направились по воздуху в ящики, а котел опустился в чан с водой в углу класса, где быстро начал сам мыться. Снейп возвратился к столу и начал тихо рассматривать Гермиону. Он поднял стакан с таинственной жидкостью, которую только что приготовил, и выпил залпом половину содержимого. Она как загипнотизированная наблюдала за его длинными черными ресницами, так контрастирующими с бледной кожей. На его лице появилось отвращение, кадык судорожно дернулся, когда он глотал. Гермиона боялась представить, что произойдет с тем, кто выпьет эту отвратительную смесь. Снейп протянул ей стакан и сказал: — Пейте. Гермиона удивленно распахнула глаза и попыталась мотнуть головой, но это оказалось слишком больно, поэтому она только спросила: — Вы сошли с ума? Он не ответил и протянул стакан. Гермиона нерешительно взяла его и посмотрела на содержимое. Она почувствовала, как протестуют рот и желудок, и задержала дыхание. С беззвучной молитвой она зажала нос, закрыла глаза и выпила. Гермиона ожидала, что ее желудок воспротивится, но вместо этого с удивлением обнаружила, что чувствует себя лучше. Она открыла глаза и поразилась, что яркий солнечный свет больше не режет глаза. Это было невероятно. - Ничего себе, - сказала она, все еще сжимая стакан. Она посмотрела на кромку и подумала, что коснулась стакана губами в том месте, где перед этим были губы Снейпа. Ей показалось, что она чувствует пульсацию этого невидимого отпечатка губ. - Удивительно, не так ли? - спросил он сухо. Гермиона кивнула с энтузиазмом, пораженная, что может двигаться без малейшего дискомфорта. Поскольку боль ушла, она начала задаваться вопросом, почему Снейп первым выпил зелье. Она посмотрела на него искоса и впервые заметила, что его глаза покраснели, а лицо казалось бледнее, чем обычно. - Ага! - выкрикнула она громко, указывая на него. Он изогнул одну бровь и недоуменно посмотрел на нее. - Вам тоже это было нужно, - обвиняющее пояснила она. - Не заставляйте меня жалеть, что я поделился с вами, - сказал он. - Извините, - кротко сказала она, - и спасибо. — Пожалуйста. - Но если бы это было не огневиски, я чувствовала бы себя прекрасно, - не удержалась она. Снейп фыркнул и убрал стакан из ее рук взмахом палочки. Он обошел стол, чтобы оказаться прямо перед Гермионой, и, сложив руки на груди, посмотрел на нее сверху вниз. - Вы должны научиться проигрывать достойно, Гермиона, - сказал он с улыбкой. - Каждый раз, когда вы будете бросать мне вызов, я буду побеждать. У Гермионы было чувство, что он имел ввиду не только алкоголь. Она встала со своего стула и встретилась с ним взглядом: — А вы должны знать, что я никогда не отступаю, Северус. Он наклонил свою голову в подтверждении, и Гермиона поняла, что ядовитая улыбка не сошла с его лица, даже когда она назвала его по имени. Он стоял очень близко к ней, и Гермиона почувствовала, что ей не хватает воздуха. В его черных глазах было что-то, заставляющее ее дыхание замереть. - Ну что ж, - сказал он наконец, наклонив голову. - Это должно сделать наши вечера вместе… интереснее. Гермиона сглотнула, когда он отвернулся. Она была смущена и напряжена от его слов. В его тоне и в его улыбке было что-то чувственное, когда он говорил с ней. Впрочем, она думала, что ей это показалось, мозг ее функционировал еще не вполне ясно из-за вчерашнего злоупотребления огневиски. Она хотела уйти, но он повернулся к ней и сказал: — И еще, Гермиона… Она вопросительно подняла голову и изумленно увидела, что он медленно наклоняется к ней. Она стояла, замерев как статуя, а он наклонялся все ближе. На долю секунды ей показалось, что он собирается ее поцеловать, и в горле у нее пересохло. Вместо этого он поднял руку и отодвинул ее волосы, задев при этом подбородок. Гермиона дрожала, а его лицо опустилось еще ниже, его губы приблизились к самому уху, она чувствовала его дыхание, когда он шептал: — И если вы еще назовете меня стариком, то будут последствия… Вы можете заставить меня показать вам какими… вызывающими… могут быть опыт и зрелость. Он вылетел из комнаты прежде, чем она осознала его слова, и оставил Гермиону размышлять, было ли это угрозой или обещанием. Или и тем, и другим. С дрожащими коленями, внезапно обессилевшая и ошеломленная, она опустилась на стул и закрыла глаза. Ее живот снова начал вести себя странно, и на сей раз она сомневалась, что это имеет какое-либо отношение к похмелью.