Lejana y cercana

,,,,,, На базе, укрытой в густой непролазной сельве, затянутой по периметру в колючую проволоку под током, окруженной рядами щедро натыканных сигналок и картечных мин, ждали нападения со дня на день. Снайперы почти неделю торчали на своих лежках, патрули утюжили заросли на двадцать километров окрест. По первому сигналу полковника Макнамары, превратившему заштатную опорную точку в первоклассный форт за последние месяцы, готовы были вылететь три «Кобры» огневой поддержки четыре «Черных ястреба» с американскими морпехами, не говоря уже про местных вояк! Ловушка была заботливо подготовлена и распахнута. И Макнамара точно знал, что добыча уже в неё лезет. После того, как Стивенс устроил ему выволочку, полковник немедленно убыл в Колумбию. К сожалению, пришлось подраскрыть карты, проклятый старый хрен выбил у него детали операции «Ловушка». Полковник хотел провернуть захват русских диверсантов сам, и снять с этого успеха все сливки. Но, похоже, после прокола Уилларда отмываться от этого дерьма предстоит ещё долго. Стивенс, злопамятный тарантул, наверняка получил по шее от руководства Конторы, и, как обещал, трахнул всех, на ком только смог оторваться. Well, посмотрим, что ты скажешь, старая сушеная игуана, когда я притащу в твой кабинет этих русских, злорадно думал Макнамара. Ты орал, аж слюна брызгала, что история с дезой, которую придумал Уиллард, оказалась пустышкой! Посмотрим! Судя по тому, что два сальвадорца и один колумбиец на границе вышли из строя, гости пожаловали. Осталось только подождать, пока опоссумы заберутся в клетку и дернуть за веревочку. Проще, чем отнять у малыша конфетку! Полковник прикинул, сколько раз русские пытались забраться в сеть секретных лагерей по подготовке агентуры. Гуантанамо, Пуэрто-Рико, Панама… Пожалуй, русским серьезно повезло лишь на своем поле, когда они накрыли лагерь и нелегальный рудник на Урале. Но это проблемы местной резидентуры, меньше надо было заигрывать с исламистами и криминалитетом. На Карибах пока везло ЦРУ. Тем более, что реальные точки этой самой сети были в Гуантанамо и… и там, где эти недоделанные наследники комми и не представляли! Проект с дезой, несмотря на локальные чувствительные укусы русских и кубинцев, все-таки сработал! … Смерчи удобно устроились прямо над засевшей в секрете снайперской парой. Лучше места для дневки было не придумать. Точка полностью выпадала из всех секторов обзора и позволяла аккуратно наблюдать за объектом. После уроков макуши подкрасться к слегда осоловевшим от долгого сидения спецам было не так уж трудно. В принципе, можно было бы даже запеленговать вражескую связь, но группа вошла в режим радиомолчания. Работали только поисковые маячки, сигнал которых ловила только аппаратура спутника МО РФ. Противник знал, что кто-то уже копошиться в его периметре, сам факт электромагнитного излучения не спрячешь, но кто, где и в каком количестве? …. Завлаб сверхточной электроники и специальной техники КТЦ, Ростислав Викторович Типикин спокойно смотрел в холодные глаза генерала ФСБ. Он был уверен в своих приборах. - Скажите, товарищ генерал, вы беспокоитесь, что наша техника не сработает? Пригов кивнул. - Это Вы зря, смею Вас уверить! – завлаб пододвинул к гостю чашку, жестом предложил взять домашний клубничный пирог, - давно мы ничего такого не выпускали, это правда! Но кадры-то сохранили! Производство, ресурсы! Все, что Родине надо – все есть! Последнее время, Ваша правда, мы больше для МВД работали, да. Ну и для ЦСН кое-что, так, по мелочи. Для Ваших коллег больше ЦНИИТОЧМАШ трудится, оружейники, да. Но тут! Какой был интересный заказ, мммм! Мы с коллегами, верите, ночей не спали. Давно, давно так не работали! А этот Ваш молодой человек, ну, который хакер, о, товарищ генерал, это просто кибермонстр! Какой талант! Скажите, а почему он боится появляться на этаже базы «Смерча»? Как-то раз вообще пришел с подбитым глазом! Вообразите, прямо на пол лица фингал был! Наши спецназовцы что, так сильно не любят кибернетиков? Пригов прижал руку к гарнитуре вокса. Минуту внимательно слушал. Типикин спокойно ждал, помешивая ложечкой сахар. Наконец, генерал отнял ладонь от вокса, вздохнул и уполовинил чашку одним глотком. - Один маяк заглох…, - глядя сквозь завлаба, тихо сказал Пригов… …. Расчет Смерчей был прост. В любом месте, где много людей, рано или поздно возникнет проблема с питанием и ассенизацией. Проще говоря, кто-то будет привозить еду и воду и вывозить, так сказать, фекалии. Иначе даже самая секретная база рискует умереть с голоду, погибнуть от жажды, утонуть в дерьме или выдать свое местонахождение жесточайшей вонью. Поэтому проникнуть на объект можно совершенно безобидным способом, не привлекая внимания до срока. Расчет разделился. Батя остался на месте, Физик переместился ближе к единственной паршивенькой грунтовке, которая вела на облюбованную для атаки базу, а Ума отправилась ловить, как она остроумно выразилась, «попутку». … Сержант-комендор Эухенио Ортега был не в духе. Перед тем, как вернуться на базу, на которой с легкой руки полковника-гринго воцарился дурдом, он решил успокоить нервы стаканчиком-другим. Пиво в Лакрима Кристи, паршивенькой индейской деревеньке, можно было даже и не пробовать, так оно отдавало крахмалом и чем-то вроде смеси мочи со спиртом, но в баре одноглазого Эспозито гнали неплохую пульке. Впрочем, как сказать, неплохую… Пес знает, из чего они там бодяжили сусло, но ярко-желтая жидкость с ядреным запахом неплохо пилась, да и по мозгам била быстро. Что ещё надо солдату? Проклятый полковник-гринго, cabron! За два месяца службы – каждый день, как первогодок! Хвала Пречистой Деве Гваделупской, он, Ортега, уже послужил, а то бы запрягли месить носом глину в сельве. Зачем? Кому это надо? Секретность, войск нагнали… Хорошо хоть, его не особо дергают, как возил жрачку, так и возит. А так… Ни выпить, ни девчонку… Ола-ла! Вот это соль! Откуда эта куколка? - Ортега! – одноглазый Эспозито не поленился подойти к столику, где сержант-комендор смаковал выпивку, - тут сеньорита хочет, чтобы ты провез её на базу! Сержант смекнул быстрее, чем Эспозито досчитал до трех. Куколка с гривой каштановых волос, шикарной фигуркой в условной маечке и джинсовых шортиках хочет на базу? Журналистка? Шпионка? Какая разница, если с ней можно будет поладить. А откажется – припугнуть, что отдаст её гринго! Ну и что, что девчонка плоховато говорит по-испански. Француженка, что ли? Какая разница! Давай, chika morena, лезь в кабину! … На полпути к базе Ортега дал по тормозам и повернулся к девушке. Через секунду сержант-комендор издал судорожный всхлип. Ума долго отрабатывала тот самый захват за горло, на который её когда-то подловил Бизон. Цепкие пальцы борца и рукопашника впились в тощую глотку сержанта, у которого от неожиданности глаза едва не выскочили из орбит. - Езжай, - процедила Олеся, но латинос упрямо дернулся, пришлось сдавить пальцы. Посиневший служака сделал правильные выводы. Не рыпаться, не разевать рот, слушать, что говорят, делать, что прикажут. Тогда есть шанс прожить чуть дольше. Физик выпрыгнул из придорожных кустов, зашвырнул в кабину Олесину снарягу и комбез, сам шустро перемахнул через борт, завернулся в брезент среди коробок и баков. Про снайперов, которые держали этот участок дороги на мушке, они оба даже не задумались. Зачем? Этот вопрос решал лично Батя. - Гони! – тряхнула латиноса Олеся. Возиться с комбезом было некогда, девушка нацепила снаряжение прямо на свой фривольный наряд. Плевать! В ближайшие полчаса, если их суждено прожить, внешний вид не будет значить ничего. Операция пошла от момента подхвата Сереги. Почему? Именно на его прыжок из кустов могли среагировать и, надо думать, среагировали и снайперы, и сканеры местности, и прочая поисковая аппаратура. Резкое изменение на четко фиксируемом пространстве дороги! … Снайперы не успели каких-то двадцать секунд. Всего-то, стряхнуть с глаз полудрему, поймать цель, нажать спуск. Не вышло. Сверху на расчет упала камуфлированная тень. Батя ударил двумя ножами сразу. Отточенные лезвия ушли каждому из закутанных в маскхалаты «Gilly» парней точно под лопатку. Ранил тяжело, но ножи увязли в тряпках маскхалата и кевларе бронежилета. Хорошо, не металлокерамика, подумал мельком Булатов. Добивать времени не было. Время шло на секунды. Батя схватил винтовку. Грузовик на полном ходу подлетел к воротам базы. Прямо в КПП прошуршал странный пакет, свернутый из широких листьев. Взрыв высадил из амбразуры пулемет вместе с солдатом. - Серега, что это было? – Олеся кубарем выкатилась из кабины. - Привет от Бизона! – хохотнул Мыцык, - шашка тротила, ещё кое-что! Стрелки на вышках не успели спохватиться, как по их позициям ударил «Barret». Кто успел – залег или ссыпался во двор, по которому метались американские, сальвадорские и колумбийские спецы. Суматоху усугубили ещё пять взрывов. В разбитые ворота ворвались двое, странная плейбоистая полуголая красотка в разгрузке и долговязый детина в ветках и грязи. В считанные секунды парочка организовала побоище и ворвалась в модуль. Спецназовцы сумели сравнительно быстро стряхнуть с себя оторопь от невероятно дерзкого налета. Патрульные группы засекли снайпера, который долбил по базе, по сигналу поискового маяка. Стрелки с других позиций выдвинулись на охоту за гадом. Но тех, кто первым добежал до лежки с остывшим «Бареттом» и двумя тяжелоранеными бойцами, ждал неприятный сюрприз. Тот самый маяк, прицепленный к ложе винтовки, плеснул в глаза бело-оранжевым пламенем разрыва. Батя в этот момент ловил на мушку спешивший к месту подрыва патруль, лежа в зарослях кофе метрах в ста южнее. Он не собирался убивать. Старая М-16А1 сработала ювелирно. Один солдат рухнул на землю с перебитой ногой, другому вырвало кусок мяса из руки, третий, охнув, схватился за живот. Булатов заминировал винтовку и рванул по кустам, как в юности. Пока эти красавцы вызовут помощь, пока вытащат своих «трехсотых», пока… Эти уже не бойцы. Пора подстраховать ребят. То, что по его следам с грохотом слонопатамов несутся минимум три патруля и четыре-пять пар снайперов, адмирала не смущало. … Бой в здании – самое поганое, что может ожидать спецназовца. Смерть сидит за каждой дверью. Поэтому ещё с кровавого 42 года, со Сталинградской битвы, все, кому положено, знают: в здание входить втроем, ты, автомат и граната. Все одеты легко: граната наступательная, т.е. без осколочной «рубашки», ты – без вещмешка. Даму, естественно, пропускают вперед. Потом все темные углы засыпаешь свинцом, а уж потом входишь сам. Не стой в оконных и дверных проемах. Не ходи, где логично пройти, там уже ждут мины. И двигайся, двигайся, двигайся!... Полковник Макнамара мало что знал про Сталинград, да и вообще про общевойсковой бой. Он всю карьеру был секретным агентом, специалистом по нелегальной разведке. К спецназовцам Макнамара относился с некоторым презрением. Он пожалел об этом, едва выскочил за порог кабинета. Пудовый пинок берцем в пах от вымазанного в грязи и гриме верзилы в утыканном ветками камуфляже заставил полковника выбить копчиком дверь собственного кабинета. Поясницу прошила дикая боль, как будто кто-то вкрутил в задницу сверло. - Лесь, занимаем круговую оборону! – бодро рявкнул Физик, стягивая Макнамаре локти шнурком его же ботинка, - эй, придурок, ты кто? - Ублюдок…, - простонал полковник. Боль в заднице была нестерпимой. - Очень приятно! – рывком затянул узел старлей. В кабинет влетела Олеся, успевшая таки натянуть комбез и спрятать волосы под бандану. - Серега, нас окружили! У тебя все готово? По окнам прошла пулеметная строчка. Что ни говори, эти парни снаружи быстро пришли в себя. Их не зря называли элитой. - Минуточку…, - Макнамара оказался довольно упитанным, пришлось волочь неистово рычавшего, стонавшего и крывшего матюгами мужика метров двадцать по коридору к входной двери. Погибать никто не собирался. Олеся собрала в мешок все ноутбуки и гаджеты по кабинетам, смяла пару листов офисной бумаги, выгребла сверху лапшу из измельчителя. Зажигалки нет! А, зараза… Перекинула автомат со спины, ударила одиночным. Бумажная масса занялась от дульного пламени. Потянуло гарью. Снаружи тяжко ухнуло. Физик новым пинком выбил воющего навзрыд Макнамару прямо в дверь, почти на руки ломанувшейся вперед группе захвата. Ума выкатила туда же пару осколочных гранат. - Готова? - Да! - Слабоумие и отвага!!! Как раз в это время Булатов швырнул открытую фляжку прямо на потрескивавшие от силового напряжения колючие плети. План налета они долго и тщательно проговаривали ещё у макуши. Теперь надо было просто грамотно все сделать и не погибнуть. Насчет себя Батя уже не был уверен, а вот ребята должны были успеть выскочить. Провода грохнули взрывом, окутались белыми вонючими клубами дыма. Все, кто держал модуль на мушке, непроизвольно присели. Когда, следом за фляжкой, Булатов, раскрутив, запустил полтора килограмма тротила на длинной палке, приседать уже было бессмысленно. Этот прием Булатов в свое время подсмотрел у спецназа ХАД ДРА – органов контрразведки демократического Афганистана. Надо же, спустя столько лет пригодилось. Мощный взрыв раскидал людей по плацу. Ума и Физик выскочили из модуля и рванули на вертолетную площадку. Сам Батя дождался, пока вертушка оторвется от земли и уйдет за лес, развернулся и что есть духу понесся, петляя между кустами. Пора было уносить ноги! … После часа дикой гонки по сельве Булатов оступился и полетел в кромешную тьму. От удара обо что-то твердое зазвенело в ушах. Пересиливая боль, адмирал успел прочитать полустертую надпись «Speiseraum» и отключился… ,,,,,,