Чистая линия

Когда Император покинул приёмную, уведя всё ещё бледного, но уже немного ободрившегося Тамира Ритейни в свой кабинет, Глава Тайного Сыска и Глава Благочестивой Стражи обратили свои взоры на Госселина и Кархана, и Глава Благочестивой Стражи мон Рехан Тимини слегка поморщился и тихо, но отчётливо заявил: - Дожили… Теперь нами будут командовать раб и… - тут он осёкся, но все явно почувствовали то слово, которое было готово сорваться с его языка. Однако куда более дальновидный глава Тайного Сыска, мон Этер Гагайни, начавший свою карьеру ещё при деде нынешнего Императора, видимо, хорошо помнил пословицу о дневной и ночной кукушке. Поэтому он вскинул руку в протестующем жесте: - Не наше дело обсуждать приказы Императора. Он волен поступать так, как считает нужным. - Вот именно, мон Этер, - заявил капитан Гвардии. – Если Император считает так, значит, так и будет. И моё дело, в том числе, проследить за тем, что воля Императора выполнялась незамедлительно. - Если на текущий момент высказались все, - решительно сказал Госсе, - то не пора ли нам приступить к делу. Дорог каждый час, у нас всё меньше шансов найти Яссана вменяемым или хотя бы живым… - С чего вы это взяли, кайнар? – вскинулся Глава Благочестивой Стражи. – Молодого мона наверняка похитили преступники, позарившись на красивую одежду и дорогие украшения. Да они теперь его и пальцем не тронут, лишь бы получить выкуп! - Преступники? – ледяным тоном вопросил Госсе. – И как это характеризует Стражу, если в пяти минутах ходьбы от Императорского дворца преступники могут безнаказанно похитить мона? Неужели Стража получает жалованье зазря? - Эээ… - неопределённо протянул мон Рехан, только сейчас поняв, что сам себя загнал в ловушку. – Ну, это только предположение… - Мы его непременно рассмотрим, - отрезал Госсе, - но только после того, как отработаем другое. Есть предположение, что Яссана Ритейни похитил мон Айлар Игрени, у которого был с ним конфликт личного свойства. В свете этого я считаю, что нужно пройти весь путь Яссана от дворца до дома его отца и попробовать вычислить место, где его похитили. Возможно, отыщутся свидетели. Пусть этим займутся ваши люди, мон Рехан. Ступайте. Глава Благочестивой Стражи слегка наклонил голову, развернулся и вышел – только плащ взвился волной за плечами. А Госсе продолжил: - Мон Этер… - Слушаю вас, юноша, - благожелательно кивнул Глава Тайного Сыска. - Мне нужен список всей недвижимости Семьи Игрени. В Столице и за её ближайшими пределами. Даже той, которой семья формально не пользуется долгие годы. Чем быстрее, тем лучше, мон. Прошу вас. - Я отдам указания своим людям, - кивнул Этер Гагайни. – Думаю, первые результаты будут уже минут через двадцать. Полагаю, что вас интересует в первую очередь собственность заброшенная, в аренду не сдаваемая, но достаточно крепкая… и удалённая от любопытных взглядов, не так ли? - Вы абсолютно правы, мон Этер, - кивнул Госсе. – Ступайте. Глава Тайного Сыска чуть улыбнулся и поклонился гораздо ниже, чем его строптивый коллега. А потом, когда он вышел, Госсе сказал: - Капитан, насколько вы преданы Императору? И как вы относитесь к Чистильщикам? - Всецело, - ровно ответил гвардеец. – Можете не сомневаться. А Чистильщики… я их ненавижу. Мой первый ребёнок… Они нашли у него отклонение… С тех пор моя жена родила ещё двоих, но она всё ещё продолжает плакать, когда считает, что никто не видит её. Она живёт ради меня и детей… но она несчастна. Она боится, что наши малыши могут не пройти следующую проверку. И я боюсь. Так что ежели нужно будет нагадить Чистильщикам, то я ваш с потрохами, не сомневайтесь, кайнар. - Хорошо, капитан, - ответил Госсе. – Я учту. Но пока я только прошу вас, чтобы вы закрыли глаза на некие запрещённые действия, которые могут помочь поиску пропавшего. - Да запросто закрою, - ответил капитан. – У мона Ритейни неплохой сынок, рыжий такой, чисто солнышко. Мой старший… тоже рыженьким родился… И гвардеец тяжело вздохнул. - Тогда поспешим, - кивнул Госсе. – Кархан, мне нужна какая-нибудь вещь Яссана. Хоть перо или палочка для письма, но чтобы он прикасался к ней достаточно долго. Кархан кивнул и уже потянулся к перу, как вдруг его взгляд упал на сиденье кресла, в котором работал Яссан. Там лежал белый шёлковый шарф с тонкой золотистой вышивкой – Яссану он очень нравился, но вчера он убежал домой, даже не вспомнив о нём – видно, очень торопился. Кархан поднял шарф и спросил Госсе: - Это сойдёт? - Отлично! – ответил тот. – Лучше и не надо. Принеси кувшин свежей воды, Кархан, а я сейчас приду. Кархан принёс требуемое через пять минут, но Госсе уже успел обернуться. Взяв из рук Кархана кувшин, он быстро стал бросать в воду какие-то порошки и измельчённые травы. В воде растворилось всё, и Кархан с удивлением заметил, что вода загустела и приобрела бирюзовый оттенок. Госсе невозмутимо окунул в неё шарф Яссана, и тот почти мгновенно впитал бирюзовую субстанцию и стал абсолютно сухим, только цвет сменил с белого на зелёный. Госсе вытащил шарф из кувшина и сказал: - Если кто-нибудь проболтается об этой маленькой шутке, то меня точно вычистят. И даже заступничество Императора не поможет. Гвардеец и Кархан дружно покачали головами. А потом Кархан спросил: - Кайнар… А зачем это? Госсе ответил: - Если мы сможем вычислить примерное направление, в котором увезли Яссана, то, надев этот шарф на шею, можно точно определить, где он находится. Надень шарф, Кархан. Кархан не стал отнекиваться и задавать глупые вопросы – мол, почему я… То, что Яссан косвенно пострадал из-за того, что вступился за него, было непреложным фактом. Поэтому Кархан был даже рад тому, что Госсе доверил ему столь важное дело. Но он всё-таки спросил: - А как я почувствую, что Яссан близко? - Тебя потянет в том направлении с непреодолимой силой. Почувствуешь, не сомневайся, - отозвался Госсе. Именно в это время вернулся Глава Тайного Сыска и сказал: - Вот первый список. *** Яссан отчаянно мысленно взмолился: «Кто-нибудь… Помогите мне… Прошу…» Айлар перестал смеяться и снова по-хозяйски стиснул ягодицу Яссана – больно, до синяков. А потом он наклонил голову, лизнул Яссана в шею и прошептал: - Как бы я хотел взять тебя прямо здесь и сейчас… Но ты грязен внутри и вспотел… Поэтому я немного отдохну перед нашей ночью любви, а тебя подготовят… хорошенько подготовят… И, отдав короткий приказ охранникам, Айлар покинул подвал. Охранники приблизились к прикованному Яссану, и один из них низким густым голосом произнёс: - Не вздумай сопротивляться… Хуже будет. Господин разозлится, и ты окажешься в клетке для игрушек слишком быстро… - В какой клетке? – тихо спросил Яссан. - Покажем? – хмыкнул второй охранник. – Это дело минутное. Первый хмыкнул, и оба охранника отстегнули запястья Яссана и потащили его за собой. Выход из подвальной комнатушки вёл в коридор. Тащили его недалеко – до соседней двери, которую первый пинком распахнул, и Яссан обмер. Такого он не видел никогда в жизни. Комната, в которую его привели, была куда больше первой. Видно, это был бывший склад каких-то припасов. Но сейчас большую часть этого склада занимала клетка. Большая клетка из толстых прутьев чуть ли не в руку толщиной. А в клетке копошились… существа. Так их сначала определил Яссан, потому что мозг упорно отказывался воспринять то, что юноша увидел. В клетке были люди. Точнее, совсем молодые парни – вряд ли хоть один из них был старше Яссана. И то, во что их превратила злая воля Айлара Игрени, заставило Яссана содрогнуться. Голые тела со следами побоев и пыток… Длинные, спутавшиеся в колтуны волосы… едкий запах мочи и экскрементов – похоже, за несчастными не слишком-то хорошо ухаживали. А сами… сами они вряд ли смогли бы помочь себе. У всех были ампутированы – очень аккуратно ампутированы - ступни или ноги ниже колена. Отрезаны пальцы, ладони или руки до локтя. У некоторых выколоты глаза… Некоторые пытались что-то сказать, но не могли, ибо в раскрытых ртах Яссан разглядел обрубки языков. У других рты были попросту зашиты. Тоже весьма аккуратно, чёрной шёлковой нитью, только в уголок рта были вставлены короткие трубочки, чтобы несчастные не погибли от голода и жажды слишком быстро. И все они были живы… Всё копошились на грязной вонючей соломе, устилавшей пол гигантской клетки… и было их десятка полтора. Невозможно было передать всю гамму чувств, которые испытывал Яссан – шок, неверие, ужас… Его словно оглушило людским страданием, никогда, никогда в жизни не видел он ничего более кошмарного и даже не предполагал, что человек может сотворить подобное с другим человеком. Яссан некоторое время смотрел на это ужасное, душераздирающее зрелище, но когда один из пленников подполз к решётке и издал жалобный стон: - Аааа… Ооо… иииии… - Яссан не выдержал, и потерял сознание. Очнулся он оттого, что к носу поднесли что-то на удивление резко и противно пахнущее. Яссан встряхнул головой и чихнул. Он вновь оказался в другом месте – на сей раз комната была неплохо обставленной и даже уютной. Он лежал на узкой кушетке, а рядом стояли двое парнишек в коротких белых рубашках, наверное, слуги. Они тоже выглядели не лучшим образом – из-под коротких рубашек виднелись исхлёстанные ноги, а глаза не выражали ничего, кроме абсолютной покорности. Сломанные, совершенно сломанные живые куклы, подчиняющиеся своему чудовищному хозяину из жуткого страха. Давешние охранники сидели в креслах у стены, невозмутимо наблюдая, как Яссан приходит в себя. А один из слуг произнёс: - Идёмте. Господин велел подготовить вас. Он не любит ждать слишком долго. Яссан попытался сесть, но тут у него закружилась голова. Слуга поддержал его и повторил: - Идёмте. Хозяин не любит ждать. Он вас накажет. И опять никаких эмоций в голосе. Яссану стало жутко. Что же проделывал со своими игрушками Айлар, если они превращались в такое? Неужели и он, Яссан, станет таким же? Или, хуже того, окажется в клетке? Яссан встряхнул головой. Нет. Даже если ему и суждено умереть – сначала нужно попытаться избавить мир от этого чудовища Игрени. А значит, стоит пока поиграть в послушание… Главное не пропустить момент, когда ублюдок расслабится, и попробовать убить. «Зубами грызть буду… - мелькнула мысль. – Такая тварь не должна жить…»