/Я люблю тебя, котёнок/

- Я дома! Тсуна устало завалился в квартиру, скинул обувь и прошёл в гостиную. Хибари, читавший в этот момент какую-то книгу, поднял взгляд на Тсуну и тепло улыбнулся. - Привет. Как прошёл насыщенный день студента? - слова были пропитаны сарказмом и лёгкой издёвкой. - Ооох, не заставляй меня вспоминать этот кошмар. - Хорошо, не буду. А теперь рассказывай, как наказал тебя Бог за то, что ты сбежал от меня утром. Савада густо покраснел и что-то невнятно пробубнил, потом быстро вскочил и со словами "я в душ" убежал вверх по лестнице. Хибари лишь усмехнулся. Недолго осталось Тсунаёши бегать от него, он всё равно получит то, что по праву принадлежит ему. Потянувшись, Кёя направился на кухню. Надо бы приготовить котёнку поесть. Тсунаёши в это время скинул вещи и залез в расслабляющую ванну, доверху наполненную горячей водой и пеной. О да, это именно то, о чём он мечтал ещё с первой занудной лекции по философии. Тело полностью расслабилось, в голове не осталось ни одной мысли, и Савада решил вспомнить, с чего же всё начиналось. Когда-то он был обычным беззаботным мальчишкой, гуляющим с друзьями, сохнущий по девчонкам и прочее по списку. Потом, в один прекрасный день, около его дома проколола шину иномарка. Так он познакомился с Примо Джотто, а вскоре они стали как братья. Великолепный подарок судьбы в виде пропуска в элитный клуб города, где Савада впервые понял, что он не только гей, но и влюбился в парня по самые уши. И так вышло, что этот парень не только оказался хозяином клуба с говорящим названием "Electric Touch", но и самым потрясающим красавчиком в мире. В голове проплыли воспоминания о горячем взгляде, всех надеждах и мечтах, потом о первой встрече, последующем знакомстве, танцах, дне рождения. С тех пор прошло уже около семи месяцев, но за такое казалось бы не большое время жизнь Савады кардинально поменялась. Во-первых, он переехал к Кёе. Кажется это было в субботу утром. Кёя приехал к нему домой, упаковал все вещи, закинул их в багажник, а Саваду - на переднее сиденье, и перевёз всё это "добро" в свою квартиру. Савада сначала противился, а потом привык. Да и мама не была против. Она вообще спокойно отнеслась к тому, что сын - гей. Главное, чтобы был счастлив. Квартира у Хибари была огромная. И дело не в том, что в ней было много комнат. Всё очень просто - в ней было два этажа. Когда дом только строился, Кёя вывалил не мало денег, чтобы ему совместили две квартиры, находящиеся друг над другом. И результат стоил усилий. На первом этаже были прихожая, кухня, громадная гостиная и библиотека, а на втором - спальня хозяина, его кабинет, пара спален для гостей, ванная и туалет. Когда Тсуна только переехал сюда, а это произошло примерное через пару недель после дня рождения Хибари, то занял комнату, находящуюся напротив комнаты брюнета, хотя в последнее время ночевал именно в его спальне. Потом школа закончилась, Тсуна поступил в институт. Джотто заставил сдать его на права, а на день рождения Тсуна обнаружил у подъезда новую красную "малышку", которую ему подарили друзья. Его счастью не было предела. Сначала он ездил очень аккуратно, потом уже спокойнее, потом начал лихачить, а потом начал гонять похлеще Джотто, который как-то раз прокатился с ним и сказал, что больше не сядет в машину, за рулём которой сорвиголова Тсунаёши Савада. Шатен тогда рассмеялся, а потом получил нагоняй от Кёи, который тонко намекнул ему, что ещё раз такое повторится, и его "любимая - неповторимая - самая лучшая" машинка будет пылиться на парковке, а ключи от неё будут покоиться в сейфе Хибари. Тсуна тогда на него сильно дулся, а потом решил, что не случится ничего такого, если он будет ездить немного медленнее. Потом было ещё одно знаменательное событие. Джотто и Джи сгоняли в Швецию и поженились. У Тсуны был культурный шок, когда он узнал об этом. Но всё же парень был искренне счастлив за этих двоих. Только вот плотоядные взгляды Хибари в свою сторону его немного пугали. А ещё Тсуна вспомнил, что было, когда он успешно поступил в институт. Хибари тогда целые выходные его катал по всему городу, по всем местам, которые нравились Тсуне и даже решился на то, что никогда раньше не обсуждалось. Он подарил Тсуне маленького котёнка. Пока Тсунаёши учился в школе, то за котёнком было некому приглядывать. А вот когда начались будни в институте, то у Савады открылся "материнский" инстинкт. Приходя с занятий он начинал тискать, кормить, гладить, играть с котёнком. Хибари одно время даже ревновал, но Тсуна и тут всё уладил. Это было вечером, когда Хибари пришёл с работы, а на него даже не обратили внимание. Пару раз позвав Саваду, который забавлялся с котёнком, Кёя решил ему это припомнить и ушёл на кухню. Весь вечер он не разговаривал с Тсуной, а ночью, когда тот пришёл ложиться спать и начал жаться к нему в поисках тепла, Хибари сказал ему, что он - не грелка, и что пусть шатен валит греться на подстилку рядом со своей обожаемой животиной. Тсуна в шоке пару минут помолчал, а потом всё же извернулся, обнял его и прошептал на ухо: "Ну тебя я всё же люблю намного больше, чем котёнка". Стоит ли говорить, что Кёя тут же растаял? А ещё было очень сложно отучить Тсуну говорить "Хибари-сан" и "Кёя-сан". Но это тоже выводилось радикальным способом. Как только Тсунаёши так его называл, Кёя тут же его целовал. И не важно, где они в тот момент находятся. В машине, магазине, парке, в коридоре института, около ворот на учебную зону. И после того, как Тсуна устал от косых, завистливых, заинтересованных, а порой и доброжелательных взглядов, то тут же избавился от этой привычки. Теперь просто Кёя, просто Хибари. Подув на пену и наблюдая за кружащимися мыльными шариками, Тсуна вдруг уловил запах выпечки. Ммм... Хибари снова приготовил что-то вкусненькое. У него вообще талант к этому, но готовил он только для Тсуны. Саваде это очень льстило. Ополоснувшись и обернув вокруг бёдер полотенце, Тсуна спустился вниз. На кухне его уже ждал огромный кусок яблочного пирога и кружка матэ. И когда Кёя успел приготовить пирог? Это сколько же шатен придавался воспоминаниям? Но увидев лёгкую улыбку, Тсуна тут же сел ужинать. Хибари же скрылся в направлении гостиной, что немного напрягло Тсуну. Обычно Кёя любил посидеть с ним в тишине на кухне или помучить расспросами, а сейчас... Доев и вымыв посуду, парень направился в том же направлении, в котором удалился брюнет. - Кёя? Что-то случилось? - спросил парень, садясь на диван рядом с брюнетом. Тот ответил, не отрываясь от книги. - Нет, ничего не случилось. С чего ты так решил? - Ты быстро ушёл, а обычно любишь посидеть со мной в гостиной. - Хм. Когда ты в одежде - это одно дело, а когда сидишь полуголый, а полотенце почти спадает... Знаешь, это не способствует моему настрою на душевные беседы, - хмыкнул парень, всё так же погружённый в чтение. Савада тяжело вздохнул. Да, это действительно проблема. Тихонько встав, Тсуна поднялся в свою комнату, чтобы одеться. Нацепив трусы и короткие шорты, а потом натянув футболку, парень вышел на небольшой балкончик и открыл окно, любуясь видом. Секс - это действительно больная тема. Вот уже восьмой месяц пошёл, как они вместе, а Савада так и не смог преодолеть эту небольшую преграду в их отношениях. Поцелуи - да, объятия - сколько угодно, ненавязчивые ласки, мастурбация, минет - все это есть, но постель. Савада очень сильно любил Хибари, но почему-то очень боялся первого раза. И сколько бы раз Кёя не убеждал его, что больно будет чуть-чуть, что он постарается сделать всё нежно - ничего не помогало, Савада шарахался от этого занятия. Один раз Кёя не выдержал и чуть его не изнасиловал. Но так как он тоже очень любил шатена, то первые же слезинки в глазах любимого котёнка отрезвили его разум и охладили пыл. Тогда Кёя всю ночь прижимал его к себе и просил прощение, обещал подождать. И так пока Савада не уснул. Тсуна разрывался между желанием и страхом. С одной стороны он дико боялся, но с другой стороны страхи были существеннее. Их было много. Страх потерять любимого, его любовь и нежность, его внимание. Страх того, что Кёя найдёт кого-то, кто будет по сговорчивее его. Ведь Хибари такой потрясающий. Высокий, мускулистый, стройный брюнет с самыми прекрасными глазами и сладким голосом. Савада всё это понимал. Вот и сейчас, когда поднимался по лестнице, он не мог не почувствовать прожигающий его спину и зад взгляд. Но этот чёртов страх. Хуже фобии, честное слово. Но поделать Тсуна ничего с собой не мог. Задумавшись, он не услышал, как приоткрылась дверь. Понял, что не один уже тогда, когда почувствовал горячие ладони на талии. - Не стой здесь долго, замёрзнешь, - бархатистый голос ласкает слух. - Я недавно вышел. Но если ты настаиваешь. - Настаиваю. Пошли, ты сегодня поздно вернулся, пора спать. Тсуна позволил увлечь себя в другую комнату и уложить на постель. - Разденешься сам или тебе помочь? - усмехнулся Кёя, начиная стягивать с податливого тела футболку. Тсуна лишь улыбнулся и приподнялся, помогая стянуть с себя ненужную уже тряпку. Потом с него стащили шорты. Хибари сел рядом, взглядом лаская идеальное тело, что лежало рядом с ним. - Ты потрясающе красив, котёнок, - пальцы начали осторожно поглаживать мягкий животик, потом скользнули вверх и поласкали острые вершинки сосков. Тсуна тихонько застонал. Ласка, такая чувственная, такая желанная. Хибари нагнулся и коснулся нежных губ своего парня. Тоже очень нежно, боясь спугнуть. Тсуна обвил его шею руками и приоткрыл ротик, позволяя углубить поцелуй, сделать его ярче, насыщеннее, приятнее, и Кёя не мог устоять, когда услышал благодарный стон. Откинувшись на подушки, он притянул Тсуну ближе к себе и обнял, вдыхая сладковатый запах, исходящий от немного влажных волос. Савада поворочался, устраиваясь удобнее, и уткнулся носом ему в шею. Натянув на раздетое тело одеяло, Кёя позволил себе расслабиться и погрузиться в сон. Завтра выходной, а значит утром он будет обнимать не холодную подушку, а горячее тело своего любимого. *** Утром всё пошло не по плану. Тсуне кто-то позвонил, и он вскочил, быстро натягивая вещи и выбегая из спальни. Хибари ну очень недовольно зыркнул на дверной проём, а потом ушёл в душ. Когда он, освежённый и до конца проснувшийся, но всё такой же недовольный, спускался вниз по лестнице, его котёнок уже одевал кроссовки. Послав брюнету воздушный поцелуй и сказав, что не знает, когда вернётся, Тсуна выскочил за дверь. Вскоре послышался визг тормозов, а потом наступила тишина. Хибари злобно зыркнул на часы. Ещё только 11 утра. Тут и у него неожиданно ожил телефон. Потянувшись в карман штанов, Кёя недовольно сморщился, увидев на дисплее имя Дино. Вот только Коня ему и не хватало сейчас, но не ответить нельзя. И дело не в правилах приличий. Просто конь будет названивать до тех пор, пока Кёя не ответит. - Ну и что тебе надо от меня на этот раз? - Хибари, ты как всегда. Ну неужели ты совсем не рад меня слышать? - пронудел на том конце провода голос. - Окстись, травоядное. - Ну ладно, ладно. Тут такое дело. Я приехал в Японию. И я со своей невестой. А ещё у нас будет грандиозный банкет в честь нашей помолвки. Свадьба будет в Италии, но я всё же надеюсь, что ты приедешь. А ещё будут все наши. Так что давай, подтягивайся к 17.00 в ресторан под названием "Black Rose". Это самый лучший ресторан, который я тут у вас откопал. - Лучший? Ты что, издеваешься? Мы праздновать собираемся или отпевать? - Хахаха, ты как всегда. Кёя, я просто выбрал то, что понравится Катрине. - У тебя всё не как у людей, Конь, - фыркнул Хибари и отключил телефон. Время до поездки к Каваллоне Хибари провёл как обычно. Сначала позавтракал, потом накормил кота, потом почитал книгу, потом оделся и заехал в мойку, а то его машина запылилась уже вся, а потом поехал в ресторан. Там было оживлённо, много знакомых. Вон Джотто и Джи, без них нигде вода не крестится. На диванчике зажимаются Ананас и Зефир. Вот уж точно "сладкая парочка". Как прилипли друг к другу после его дня рождения, так и не могут до сих пор отлипнуть. Тут на брюнета налетел светловолосый вихрь, гордо носящий имя Дино. Тут же рядом оказалась довольно миловидная девушка, его невеста. Кёя так и не понял бы, почему невеста Дино выбрала именно это заведение, пока она не пошла за напитками. В вырезе её платья, открывавшем почти всю спину, была татуировка дракона. Это была не просто тату, а символ одной очень сильной организации в мире мафии, которая торгует лучшим оружием. Ну да, теперь-то понятно, почему именно это место. А вроде такая хрупкая и утончённая. Да и имя мелодичное - Катрина. А вот и ни хрена. Киллером оказалась. Каваллоне видно заметил мой удивлённый взгляд и рассмеялся. - Ну вот, теперь понял, почему этот ресторан? - Да уж. - А ты чего без Тсуны? - Хм. Тебя это не касается, Конь. И не смотри на меня такими сочувственными глазами, мы с ним не расстались. Просто у него с утра дела появились, и он вылетел из квартиры, - вздохнул Хибари. Каваллоне лишь улыбнулся и начал собирать всех к столу. Сначала были поздравления и подарки, потом попойка, потом пьяные бредни. И тут Хибари увидел знакомую личность. Неужели не показалось? Нет, не показалось. Девушка тоже увидела его и подошла, улыбаясь. - Вот уж не ожидала тебя здесь встретить, Кёя. Ты действительно вездесущий, - раздался мелодичный смех. - Кто бы говорил, Лилиан. Что ты здесь делаешь? - Как что? Я всё же сестра Катрины и должна была проследить за этим сборищем. Дино слишком мягкий, - улыбнулась блондинка. Хибари понимающе усмехнулся. - Да уж, мягче его только вата. Ты надолго сюда? - Да нет, завтра утром самолёт. Вот думаю, где бы мне остановиться. Не подскажешь гостиницу приличную? - Гостиницу? С твоими-то запросами? Пожалей работников, они ничего тебе не сделали. Девушка рассмеялась. - Да ладно тебе, не такие уж у меня и запросы. - Да? А ты не забыла, как приехала сюда как-то на месяц и заставила работников отеля переклеивать обои только потому, что они были бежевые? - Не люблю этот цвет, знаешь ли. Так подскажешь или как? - Можешь остаться у меня, места хватит. - А как же твоя девушка? Ревновать не будет? - У меня нет девушки, и ты прекрасно это знаешь, информатор "Драконов", - усмехнулся Хибари и повёл девушку к своей машине, предварительно всё же соизволив попрощаться с Дино и Катриной. - Слушай, я тут так давно не была. Давай прогуляемся по парку? - Можно. Машина бесшумно остановилась около огромной многоэтажки. Парочка вышла из машины и направилась к парку, по пути вспоминая всё, что их связывало, как они познакомились, как Лилиан за ним увивалась и как ничего не вышло. Он уже тогда слыл бисексуалом, но блондинка надеялась затянуть его в свои сети навсегда. Не обломилось ей такое красивое счастье. Прогуливаясь вдоль озера, девушка рассказывала, как попала в группировку, как там же оказалась её сестра, как там всё сложно. Потом вспомнила, как познакомилась с Дино. Тот сначала из-за поставок оружия приезжал налаживать всякие проблемы, а потом к его сестре зачастил. Та его долго отшивала, а потом сдалась под натиском обаяния Каваллоне. На этих словах Хибари не сдержался и усмехнулся. Дино бывает очень упёрт, если чего-то хочет. Из размышлений об этой черте характера Каваллоне его выдернул голос Лилиан. - Вот дети пошли. Нет бы дома сидеть, а они по тёмным паркам шатаются, на скамейках зажимаются. Кошмар какой-то. Куда родители смотрят? Хибари посмотрел в ту сторону, где сидела парочка и онемел. Там был Тсуна с какой-то девчонкой. Они сидели обнявшись, он прижал её к себе, а она вцепилась пальцами в его куртку. Тут он нагнулся и поцеловал её в губы. Кёю как током ударило. - Лилиан, пошли отсюда. Уже реально поздно, а мне ещё котёнка кормить. - У тебя есть котёнок?! Ой, какая прелесть, а какой он?! Девушка лепетала что-то, спрашивала, получая ответы невпопад, а Хибари шёл и думал. Думал о том, что было так не понятно для него. Конечно, вот почему Савада не хотел заниматься с ним сексом. Теперь всё ясно. Мальчику просто повезло на богатенького ухажёра, и он решил не пролапошить такой шанс. А зачем? У него есть всё, что только можно. Хибари готов ради него на всё, а тот в свою очередь зажимает какую-то девку. Уж с ней-то он наверняка не ломается, как печенье. *** Дома Хибари сразу достал бутылку коллекционного вина и предложил девушке. Та с радостью согласилась выпить. Как только алкоголь затуманил мозг, Хибари полностью расслабился. Лилиан, будучи ветреной особой, как только подвыпила, так сразу уселась к нему на колени и начала лезть целоваться. Подхватив девушку на руки, он потащил её в спальню. А чего париться? У Савады есть какая-то шлюшка, сам Кёя скоро помрёт от спермотоксикоза, Лилиан совсем даже не против. Никаких проблем. Бросив девушку на постель, он начал сбрасывать с себя рубашку. Блондинка, однако, оказалась более шустрой. Дёрнув брюнета на кровать, она уселась на него, отчего её и без того короткое красное платье задралось, оголяя кружевную полоску чулок. Вскоре платье было откинуто в сторону, и девушка осталась только в нижнем кружевном белье и чулках, которые чуть позже были эротично сняты. Снова оседлав брюнета, она началась слегка раскачиваться, а потом потянулась к пряжке ремня, медленно расстёгивая его. Хибари приподнялся, откинувшись на подушки. К чёрту всё. Просто переспать с ней и забыть всю эту историю, как страшный сон. И плевать на всё. Тут дверь в комнату распахнулась. На пороге стоял Савада. Он широко раскрытыми глазами смотрел на открывшуюся картину. Глаза парня начали наполняться слезами. - Кёя, ты... Как ты... Зачем? Хибари не отреагировал на него, изучая мутным взглядом. Блондинка на минуту замерла, обернувшись. - Хм? Кёя, дорогой, кто это? Но ответить Кёя не успел. Савада выбежал из комнаты. Послышался топот на лестнице, потом хлопнула дверь. Только тут до брюнета дошло, что произошло. Мягко спихнув себя блондинку, Хибари направился в душ. Простояв под ледяной водой пятнадцать минут, Кёя вытерся полотенцем и оделся в джинсы и рубашку. Выйдя в комнату, он застал Лилиан, стоящую около окна. - Объяснишь мне, что сейчас произошло? - Может сначала в душ? Я буду ждать тебя на кухне. В шкафчике возьми халат, - получив кивок в ответ, Хибари направился на кухню. Туда же прибежал котёнок. Он жалобно мяукал и тёрся о ноги хозяина, и только тогда Кёя вспомнил, что не кормил животное с пяти часов, а сейчас уже почти три ночи. Бедная животинка. Подхватив пушистый клубок на руки, Кёя подошёл к столу. Побаловать его что ли? Так и быть, в честь такого дерьмового дня хоть кому-то же должно быть хорошо? Опустив котёнка на пол, Кёя быстро заполнил две двойные мисочки фиолетового и оранжевого цвета. В одной были подушечки и вода, в другой - молоко и сметана. Поставив всё это около стола, Хибари с минуту наблюдал за мурлычущим животным, которое с удовольствием уплетало сметану. Поставив чайник и налив две чашки чая, Кёя сел за стол. В тот же момент в комнату вошла Лилиан. - Рассказывай. И чтобы со всеми подробностями. И Хибари рассказал. О том, как открыл клуб, и о том, как встретил там Саваду. И о том, что было дальше. Когда дошло до описания сцены в парке, Лилиан в шоке посмотрела на него. - Но он не целовал её, - удивлённо ответила девушка. - Что? - Он. Не. Целовал. Её. Он просто прислонился лбом к её лбу. Я хорошо это увидела. Да и вряд ли он бы поцеловал её, они слишком похожи. Хм.. Как брат и сестра. Правда, вряд ли родные, - задумчиво протянула девушка. И тут Кёю как током ударило. Он вспомнил. Ведь Тсуна пару дней назад говорил о том, что к нему сестра двоюродная приезжает. Он даже фотку показывал. Теперь, когда лица девушки из парка и сестры Савады соединились с вероятностью сто процентов, Хибари застонал и обхватил голову руками, массируя виски. - Хм. Исходя из всего выше сказанного выходит, что ты приревновал его к собственной сестре и решил в отместку изменить со мной. А он был ни в чём не виноват, и его несчастное сердечко разбилось, когда он увидел тебя в постели не то что с другой. Скорее всего, его добил тот факт, что ты с девушкой. Он может подумать, что ты решил бросить его и создать семью, - усмехнулась девушка, глядя на разбитого парня. Тот злобно зыркнул на неё. - Что-то ты слишком умная стала. - Мне пришлось пройти курсы психологии, - как ни в чём не бывало ответила девушка. - А теперь слушай сюда. Сейчас ты идёшь спать, а утром, если он не вернётся, мы начнём его искать. Go out! *** Утром шёл дождь. На улице было прохладно и ветрено. Кёя обзвонил всех знакомых и друзей, объездил все знакомые заведения. Даже съездил домой к Саваде, но Нана сказала, что не видела сына. "Чёрт! Думай, где он может быть?!", - вопил внутренний голос брюнета. И тут как током шибануло. В голове всплыли слова любимого, произнесённые на их первую годовщину. Тогда они отмечали три месяца совместной жизни и пять месяцев любви. "Знаешь, если ты когда-нибудь захочешь бросить меня, я не смогу этого пережить. Помнишь многоэтажку на противоположной стороне парка? Я точно знаю, что там открыта крыша. Если такой день придёт, я пойду туда и буду учиться летать". Машина резко газанула, неся её владельца к знакомому дому. Лифт как на зло был сломан, и пришлось подниматься на двенадцатый этаж пешком. Запыхавшийся брюнет выбежал на крышку, но из-за усилившегося дождя ничего нельзя было различить дальше полтора метра. Пройдя несколько шагов вперёд, он увидел тёмное пятно и направился к нему. Тсуна стоял рядом с краем, сжав кулаки. Ветер трепал мокрые волосы. Парень дрожал от холода. Громко выл ветер, но Хибари смог услышать убитый голос своего любимого. - Кёя... Быстро пробежать разделяющие два метра и схватить парня за руку, дёрнув к себе, оттащить подальше от края. А ведь он спрыгнул бы. От смерти его отделяло не больше двух шагов. И какой придурок оставил открытой дверь на крышу?! Савада не вырывался, он тут же обмяк в руках спасителя, потеряв сознание. *** Пробуждение было не из приятных. Голова и горло жутко болели, тело не слушалось, слабость. Савада почувствовал прикосновение чего-то прохладного к пылающему лбу и открыл глаза. Перед ним кто-то сидел и заботливо вытирал пот с лица. Сфокусировав зрение, Тсуна замер. Перед ним сидела та самая блондинка, которая... С которой Хибари... Глаза снова наполнились слезами. А ведь он знал, что когда-то так будет. Вчера утром он поехал встречать сестру в аэропорт. Целый день они провели вместе, а потом пошли гулять в парк. Когда у девушки зазвонил телефон, она улыбнулась и сказал, что звонит её парень. Но, поговорив с ним пару минут, улыбка исчезла с лица девушки. Она выронила телефон. Тсуна тут же спросил, что случилось. Всё банально. Этот хмырь нашёл кого-то доступнее и бросил её. Тогда Савада даже слов подобрать не мог. Просто потому, что не знал, что будет делать, если его бросит Кёя. Осталось только прижать девушку к себе, прислониться к её лбу своим и шептать, что всё будет хорошо. Потом отвезти её домой, к маме. Уж она-то знает, что делать в таких ситуациях. И только потом пришло осознание, что он ни разу за день не вспомнил о Кёе. Именно тогда, в парке, он решил, что сегодня тот самый день. Именно сегодня ночью он сможет, он отдастся Хибари. С улыбкой на губах, Савада сел в машину и поехал к дому. Зайдя в квартиру, он осмотрелся. Что-то изменилось. Хибари никогда не оставлял ванное полотенце на кухне, да и туфли он точно не носит. Неужели?! Ужасная мысль пронзила мозг, и шатен быстро побежал наверх. Уже на лестнице он услышал чей-то противный смех и приглушённые стоны. Влетев в спальню, он застыл. На ИХ кровати, ЕГО Кёя ласкал какую-то полуголую девицу, восседающую на нём и при этом пытающуюся расстегнуть ремень. В горле образовался комок, из глаз брызнули слёзы. - Кёя, ты... Как ты... Зачем? Увидеть, как Хибари смотрит на него безразличным взглядом, услышать вопрос блондинки на тему, кто он такой. Нет, не может быть. Только не это!! Быстро выбежать из комнаты, а затем и из квартиры. Слёзы застилают глаза. Прибежать в парк и упасть на скамейку, обнимая себя руками, погрузиться в забытье. А потом хлынул дождь, приводящий в себя. Зачем тогда жить? Кёе хорошо без него. Подняться и направиться на уже знакомую крышу, сесть рядом с краем и смотреть вниз. Страшно, не хочется умирать. Но иначе никак. Дождь полил как из ведра и маленькой леечки. Подняться и подойти к краю. Вот и всё. Один шаг. Остался ещё один и всё. Но вдруг кто-то резко дёргает назад, оттаскивает от края. Чьи-то руки крепко прижимают к себе. Успеть почувствовать знакомый запах одеколона и погрузиться во тьму. И вот теперь эта девка ухаживает за ним. Зачем Хибари спас его? Ведь так было бы намного легче. Теперь Тсуна в полной мере понимал свою сестрёнку. А что было бы, если бы он не боялся, если бы сразу отдался тогда? Но теперь уже поздно. Девушка улыбнулась и приоткрыла дверь. - Кёя! Он пришёл в себя, захвати градусник и жаропонижающее. - Не надо. Мне ничего не надо. - Так, лежи и не двигайся, - строго сказала блондинка. - Ты мне никто, чтобы указывать, - ответил Тсуна, прежде чем попытаться встать. Но его тут же подхватили на руки и снова уложили в кровать. - Даже не вздумай. Ты ещё слишком слаб. Этот голос. Такой знакомый и родной. Кёя. - Отпусти меня! - вырваться и вскочить с кровати с другой стороны. - Где мой мобильник? - А зачем он тебе? - Я хочу позвонить Джотто. Он отвезёт меня домой, к маме и сестре. Я не хочу тут задерживаться ни на секунду, - твёрдый голосом ответил Тсунаёши, смотря куда-то сквозь Хибари, которому такой поворот событий точно уж не понравился. - Ты сейчас же ляжешь в постель, или я уложу тебя насильно. - Правда? Попробуй. А я заявлю, что ты насильно удерживал меня в доме. Это статья, знаешь ли, - оскалился Тсунаёши. Хибари вздрогнул и посмотрел на своего котёнка. Тот выглядел разочарованным, разозлённым, обиженным, брошенным. - Лилиан, оставь нас. - Но ему надо принять таблетки. - Примет, а сейчас выйди. - Выгоняешь свою любовницу? Это не вежливо, знаешь ли. Девушка не должна страдать от того, что у тебя была небольшая интрижка с малолеткой. Я просто сейчас соберусь и уйду, а Джотто потом приедет за моими вещами. Не волнуйся, я скажу, что мы просто не сошлись характерами. И надеюсь, что получу приглашение на свадьбу. Должен же я увидеть такое знаменательное событие, - прошипел Савада и направился к двери. Но его тут же поймали и повалили на кровать. Пока Хибари боролся с вырывающимся мальчиком, девушка благоразумно выскользнула из комнаты и, злорадно усмехнувшись, закрыла дверь снаружи на ключ. Да и вообще, самолёт через два часа, а ещё столько надо сделать. Чиркнув на листе пару строк, девушка улыбнулась и вышла из квартиры, захлопнув дверь. В это время Хибари продолжал удерживать вырывающегося Саваду. - Тсуна, да успокойся ты, я всё объясню! - Что объяснишь? Что тут нужно объяснять? - прошептал шатен, из глаз которого снова потекли слёзы. - Я всё понимаю, Кёя. Ты ведь не железный. Ты терпел семь месяцев, а я всё никак не мог решиться. Я понимаю тебя и не виню. Да, мне больно, но ты тоже человек. Тебе нужна жена и дети - семья. А я никогда не смогу тебе дать этого. Я не буду удерживать тебя или мешать вам, - всхлипнул мальчик и просяще посмотрел на брюнета. - Только пожалуйста, дай мне уйти. Мне очень больно, я не хочу видеть, как ты... Как она... Вы... Голос сорвался и затих, из зажмуренных глаз катились прозрачные капли. Хибари мягко притянул к себе обмякшее тело и начал мягко целовать веки мальчика, носик, скулы, щёчки, лоб. Потом спустился к ушку Савады и мягко потеребил мочку, посасывая и покусывая её. Тсуна охнул и вдруг резко придавил его к себе. - Кёя... Я... У меня есть просьба. Я понимаю, тебе наверное будет противно делать это, но если твои слова про любовь хоть на сотую долю были правдой... Я хотел бы... Кёя, возьми меня, пожалуйста. Я хочу... Чтобы мой первый раз принадлежал тебе. Прошу... Хибари приподнялся и посмотрел на заплаканное личико. Неужели Тсуна в таком отчаянии, что готов отдаться ему просто ради того, чтобы помнить? Господи, и какого чёрта он тогда напился и потащил Лилиан в постель? Ведь можно было сначала во всём разобраться. Но сейчас не время. - Хорошо, если ты действительно хочешь. - Д-даа... Приподняв тощую фигурку, Кёя переложил его на середину кровати и начал целовать губы. Они были такими мягкими, тёплыми, родными. Тсуна ответил на поцелуй со всей страстью, так требовательно и жадно, нуждаясь в этом. Но Хибари решил, что будет нежен как никогда. Проведя цепочку поцелуев к ушку парня, он снова начал играться с мочкой, попутно расстёгивая рубашку парня. Он лично вымыл его и одел, так что под рубашкой ничего не было. И это несказанно обрадовало его, ведь не было никаких ненужных преград. Раздвинув полы рубашки, рука начала жить своей жизнью, лаская нежную кожу живота, пересчитывая пальцем рёбра, надавливая на тазовые косточки, потом вернулась наверх, пробежалась по линии ключиц и спустилась к соскам. Помяв их, пока нежная плоть не затвердела, рука вновь скользнула вниз, поглаживая и сжимая бедро. Приподнявшись, Кёя быстро стянул с себя всю ненужную сейчас одежду и склонился над мальчиком, заглядывая в глаза, покрытые дымкой желания. Вновь прильнув поцелуем к губам, Кёя осторожно, без резких движений, развёл ноги мальчика и устроился между ними. Руки снова начали ласкать нежное тело любовника, затрагивая и надавливая на все чувствительные местечки, подливая масла в огонь их любви. Тсуна тихонько постанывал и выгибался в нежных руках. Сейчас было не важно, что это первый и последний раз. Главное, что это Хибари. Его любимый хищник. Мысли были прерваны, когда уверенная ладонь легла на пах мальчика и принялась массировать возбуждённую плоть. Так трепетно и нежно, чуть сжимая ладонь и надавливая на головку большим пальцем, растирая проступающую смазку и делая нежную кожицу более чувствительной. Пару раз двинув рукой, Кёя нагнулся к губам мальчика, но на этот раз не ограничился лишь ими. Хибари начал спускаться к ключицам, покусывая и зализывая покрасневшие местечки, поцеловал ямку между ними, потом спустился к соску. Прикусив один, он начал посасывать его, мять губами и языком, одновременно с этим сжимая второй сосок пальцами и ускоряя движения на члене извивающегося под ним тела. Потом та же участь постигла и второй сосок. Тсуна начал стонать громче и выгибаться сильнее. Чистое удовольствие начало разливаться по телу. Но вот губы скользнули к ямке пупка, вылизывая её и ниже, по еле заметной дорожке волос, уводящей к паху. Остановившись на мгновение, Хибари посмотрел на Тсуну. Тот, будто почувствовав, приподнял голову и умоляюще посмотрел на брюнета. Кёя улыбнулся и нагнулся к стоящему члену, целуя нежную головку и отодвигая крайнюю плоть. Губы скользнули по чувствительной кожице и обхватили ярко-красную головку, посасывая её. Язык начал скользить по ней, острый кончик щекотал дырочку, отчего выделялись всё новые капли смазки. Нетерпеливые толчки навстречу заставили Кёю взять глубже, лаская языком ствол и выступающие венки. Пальцы скользнули ниже, сжимая мошонку и перебирая яички, от чего Тсуну подбросило на кровати. Хибари ещё никогда не ласкал его так. Поласкав ещё немного чувствительную кожу, Кёя принялся сосать, ритмично двигая головой, стараясь доставить своему котёнку как можно больше удовольствия. Савада метался под ним, приподнимая бёдра и толкаясь в такой жаркий, влажный, желанный рот, который безукоризненно выполнял все его желания. Чувствуя, что плоть начала пульсировать, Хибари резко отстранился быстро пережимая основание члена. Тсуна под ним вскрикнул и выгнулся, умоляя дать ему кончить, но Хибари был непреклонен. - Тише, малыш, впереди ещё много чего интересного. Я не хочу, чтобы всё кончилось так быстро, - тихо шептал он на покрасневшее ушко своей сладкой жертвы. Тсуна лишь кивнул. - Ты точно уверен, что хочешь этого? - Просто сделай это... Хибари знал, что боль от отказа будет очень сильна. Конечно, Тсуна сейчас расстроен, но если он уверен, то Хибари даст ему то, что хочет шатен. Быстро перекатившись по кровати к тумбочке, брюнет вынул из верхнего ящика небольшой тюбик любриканта и вернулся обратно. - Котёнок, вначале будет немного больно. Но я обещаю, что буду очень нежным. Ты потерпишь ради меня? - спросил Кёя, чередуя слова с лёгкими поцелуями в сладкие губки его сокровища. Тсунаёши на мгновение замер, а потом кивнул. POV Хибари Наношу на пальцы холодную смазку, и немного мну её в ладонях, чтобы разогреть, потом прошу тебя раздвинуть ноги пошире, что ты тут же делаешь и прикусываешь губу. Ты милый, когда смущаешься. Снова целую тебя, при этом скользя рукой между ягодиц и ненавязчиво касаюсь твоей дырочки. Ты постанываешь в поцелуе, обнимая меня руками за шею. Если бы только знал, как сильно я люблю тебя. Это не описать словами. Пальцы массируют твой вход, и ты снова выгибаешься в моих руках. Ласкаю тебя до тех пор, пока не начинаю чувствовать, как дырочка пульсирует под подушечками пальцев. Отстраняюсь на мгновение, чтобы добавить ещё смазки. Не хочу, чтобы тебе было больно. Снова целую тебя и медленно ввожу кончик пальца, постепенно засовывая его на одну фалангу. Чувствую, как твои мышцы резко сжимаются вокруг инородного предмета, стараясь вытолкнуть его. На несколько секунд перестаю двигаться, а потом медленно начинаю двигать им вперёд-назад, постепенно заталкивая глубже. Ты слишком зажат. Поднимаю глаза на тебя и замираю. По твоим щекам бегут слёзы. Тут осторожно вынимаю палец и наклоняюсь к тебе, сцеловывая солёные дорожки. - Котёнок, прости. Я сделал тебе больно? Ты лишь качаешь головой в ответ и снова целуешь меня. Столько отчаяния было вложено в простое касание губ. - Я люблю тебя, Кёя, - дрожащим голосом произносишь ты. - Я тоже очень люблю тебя, Тсунаёши. И мы всегда будем вместе, я тебя никогда не брошу, слышишь? Для меня только ты. Я никогда не любил никого другого так, как тебя. И с Лилиан у меня ничего не было. Я тогда просто увидел тебя с девчонкой в парке, и мне показалось, что вы целуетесь. Ну я и напился, а потом подумал, что раз я тебе не нужен, то почему бы и нет? Но когда ты убежал, я тут же оттолкнул её. Для меня только ты. Если бы тогда спрыгнул, если бы я не успел. Я бы прыгнул за тобой, слышишь? Ещё до того, как мы бы разбились, я бы успел сказать тебе, что люблю только тебя и сожалею, что так вышло. Я люблю тебя, Тсуна, очень люблю, котёнок. И тут я понимаю. Смотрю тебе в глаза и понимаю, что ты веришь мне, что любишь меня. Чувствую, как в глазах защипало. Я счастлив. Целую тебя, прижимая к себе. Но ты довольно быстро отстраняешься. - Кёя, ты... Не закончил. Ммм, ты сейчас похож на переспелый помидорчик, такой же красный. Улыбаюсь и шепчу тебе на ушко: - Расслабься. И ты расслабляешься. Снова ввожу в тебя палец и начинаю двигать им. Ты сначала снова зажался, но потом я понял, что нужно сделать. Взяв в другую руку твой член, начинаю ласкать его рукой. Ты тут же выдыхаешь и расслабляешься. Давление в анусе тут же сводится к нулю, и я добавляю второй палец. Ты вздрагиваешь и шипишь от неприятных ощущений, но я начинаю целовать тебя и чуть сжимаю ласкающую тебя руку. Ты выгибаешься, тем самым насаживаясь на мои пальцы, принимая их так глубоко, как только можешь. И тут чувствую под пальцами какой-то бугорок и эксперимента ради нажимаю на него. Ты стонешь так громко, сладко, протяжно. Понимаю, что нашёл главную точку твоего удовольствия и добавляю третий палец. Вот тут уже раздаётся стон боли, ты пытаешься уйти от прикосновений, но я удерживаю тебя за бёдра. Снова ввожу пальцы и указательным дотягиваюсь до сладкой точки, поглаживая это место. Удовольствие, отвлекающее тебя, позволило мне разработать тебя как можно бережнее и надёжнее. Понимаю, что не могу больше терпеть. Ты лежишь подо мной такой раскрытый, распутный, с разведёнными ногами, сочащимся членом и пульсирующей розовой дырочкой между подтянутых ягодиц. Влажные волосы прилипли к твоему лбу, глаза прикрыты и затянуты дымкой желания, руки мнут простынь. Ты немного дрожишь и постанываешь, облизывая распухшие губки. Боже, надо перестать рассматривать тебя, а то кончу раньше времени, хотя одна мысль о том, что я наконец-то попробую тебя, уже подводит меня к границе. Хватаю тюбик и выдавливаю огромное количество смазки, равномерное распределяя её по всей поверхности органа. Даже пришлось пережать у основания, чтобы отсрочить момент семяизвержения. Пристраиваю головку члена к твоей дырочке, наклоняюсь и целую тебя. - Готов? Ты киваешь мне в ответ и снова целуешь, хватаясь руками за мою спину, как за спасательный круг. Резко надавливаю, и головка проскальзывает внутрь. Благодаря излишней смазке это было легко сделать, но ты всё равно сжался. Покрываю твоё личико поцелуями, одновременно лаская одной рукой твои соски, а другой - упругий член. Начинаю еле заметные толчки, из-за которых мой член по миллиметру, но проскальзывает в тебя всё глубже. К концу я уже не могу сдерживаться, ты так развратно стонешь подо мной, царапая мою спину. Делаю резкий толчок и, на удачу, попадаю по простате. Ты стонешь и выгибаешься. Теперь можно не сдерживаться. Начинаю двигаться, с каждым разом увеличивая амплитуду колебания и ускоряя темп. В конце начинаю просто долбиться в тебя, брутально лаская простату, от чего ты выгибаешься, громко стонешь, просишь, всхлипываешь, постанываешь. Чувствую, что уже на пределе и начинаю двигать рукой на твоём члене в такт своим толчкам. Много времени не понадобилось. Ты выгибаешься так, что хрустят позвонки, громко выкрикиваешь моё имя и кончаешь. Делаю пару толчков и кончаю в тебя. Силы резко оставляют меня, и падаю на тебя. Ты обнимаешь меня и улыбаешься мне в шею. Чувствую себя полностью удовлетворённым, хочется спать, но нельзя. Поднимаюсь, беру тебя на руки и несу в ванную. На мои руки капает сперма, вытекающая из твоей растраханной дырочки, и я довольно улыбаюсь. Теперь ты точно мой. Быстро включаю тёплую воду и заталкиваю тебя в кабинку. Ты устало опираешься о стенку кабинки и улыбаешься. Не могу удержаться и целую тебя, притягивая под струи воды. Через пятнадцать минут, когда я убедился, что мы оба чистые, вытираю тебя и, подхватив на руки, несу на кровать. Сдёрнув грязную простынь, укладываю тебя на кровать и ложусь рядом. Счастливо улыбаешься и прижимаешься ко мне, закидывая ногу мне на бедро. - Это оказалось не так страшно, как я думал, - шепчешь ты мне. Улыбаюсь и целую тебя в макушку. - Я рад, что тебе понравилось. Я люблю тебя, котёнок. - Я тоже люблю тебя, Кёя. /Спустя пару недель/ Только что наша парочка вернулась из Италии. Дино женился-таки на Катрине. Свадьба была очень пышная, грандиозная. Кого там только не было. Но больше всего Савада ревновал Кёю к Лилиан, которая полезла к нему обниматься. Только он хотел высказать этой дамочке всё, что думает о таких, как она, как к блондинке подошёл какой-то парень, которого она представила своим бойфрендом Кристианом. Тсуна сразу же проникся симпатией к этой девушке, а Кёя посочувствовал очередной жертве. Но, как говорится, "В гостях хорошо, а дома лучше". Поэтому уже на третий день праздника Хибари и Тсуна вернулись в Японию. Тсуна первым делом побежал забирать у соседки котёнка, а Хибари сказал, что кое-куда съездит и вернётся. Савада был немного разочарован, что его не взяли, но быстро переключился на животное, которое очень соскучилось по хозяевам. Покормив кота, приняв душ и переодевшись, Тсуна приготовил чай и уселся в гостиной. Раздался скрежет замка. Через пару секунд послышались шаги, и в комнату вошёл Кёя. - Тсуна, а у тебя какие планы на оставшиеся каникулы? - Ну не знаю. Я думал, что мы проведём их вместе, а что? Ты куда-то собираешься? - заинтересованно спросил Савада. - Ммм.. Да. Понимаешь, у меня через неделю свадьба, - серьёзно произнёс Хибари, пристально следя за Савадой. Тот вздрогнул, как от пощёчины, и пустым взглядом уставился в пол. - Свадьба? Я... Я рад за тебя... Ты, наверное, очень счастлив... - прошептал шатен. - Да. Я - самый счастливый человек в мире. Свадьба назначена на семнадцатое число. Ты будешь занят в это время? Я хотел бы пригласить тебя, - усмехнулся Кёя. Савада тихонько всхлипнул. - Я, наверное, буду занят... Но я рад за тебя, Хибари... - Ну вот, и чем же это ты будешь занят? - спросил Кёя, присаживаясь перед парнем на корточки и заглядывая ему в слезящиеся глаза. - А то я не хочу, чтобы моя свадьбы не состоялась только потому, что у моего парня в этот день будут какие-то планы. Кстати, как ты смотришь на то, чтобы одеть платье? Я видел одно в магазине, тебе подойдёт, - усмехнулся брюнет, глядя в глаза любимого, в которых плескались боль, надежда, недоверие. - П-платье? Зачем... Платье... - Как зачем. Я - жених, а ты - невеста. А невестам полагается одевать белое подвенечное платье, - рассмеялся Хибари. - Ну так что? Ты согласен выйти за меня, жить со мной и в богатстве и в бедности, и терпеть мой несносный собственнический характер всю свою жизнь, и даже после смерти? Я тебя и там найду, не сомневайся. - Да... Да, я согласен, - пропищал Тсуна и кинулся к нему на шею. Хибари тихонько рассмеялся. - Неужели ты думал, что я могу жениться на ком-то кроме тебя? - красноречивое молчание было ему ответом. - И не надейся. Ты от меня не избавишься. А сказал я так, чтобы тебе отомстить. - Отомстить?! За что это?! - удивлённо спросил Тснуаёши. - Нет, и он ещё спрашивает. А кто извращался за столом с мороженым и клубникой? Кто приставал на моих глазах ко всем, кому только мог? Кто изводил меня двусмысленными взглядами и фразами? Кто, в конце концов, не давал мне три дня, пока мы там были?! Ты знаешь, как я сейчас зол?! И это была ещё не месть, а так, прелюдия. - А какая будет месть? - дрогнувшим голосом спросил Тсуна, глядя в сверкающие глаза своего любовника. - Пойдём в спальню, и узнаешь, - Соблазнительным голос прошептал Кёя на ушко шатену, чуть прикусывая мочку, отчего у того мурашки по спине побежали. - Думаю, я не прочь узнать, что ты для меня приготовил. Я ведь всё равно буду любить тебя, - мягко улыбнулся Тсуна, обнимая своего парня за шею. Брюнет улыбнулся и коснулся его губ своими. - Я тоже люблю тебя, котёнок. The End.