Потомки Героев. Часть 2

***

Перси Джексон

Я возвращался домой с очень хорошим настроением, даже заранее заехал в ресторан Калипсо и купил синюю пиццу с колой. Свет дома горит, значит, дети дома. Что я волнуюсь? Они не могли никуда уйти, София предупредила бы, а Питер под домашним арестом. Кстати, сегодня я хотел освободить его, да, вообще, он молодец, что заступился за малышку Грейс, но драться в школе, тоже не выход. По правде говоря, я бы поступил также. — София! Питер! Я дома! — Аннабет должна скоро прийти с работы, а я сегодня освободился по раньше. Странно, никто не окликается, — я купил три больших пиццы и две бутылки колы! Обычно после этой фразы мои дети уже бегут на кухню, сметая всё на своём пути. Что-то реально случилось. Поднимаюсь в комнату Питера, его нет. Так, надо проверить комнату Софы, её тоже нет. Звоню им на мобильный, оба не доступны. Пожалуй, позвоню Джейсону, может Софа у Анабель. Он занят, через секунду звонок от него. Мы, наверное, позвонили в одно и тоже время. — Перси, ты Анабель не видел? Её нет дома. — И её? Просто моих тоже нет, я как раз тебе звонил. — Ну, и куда они могли деться? — Понятия не имею. А если с ними что-нибудь случилось? — Ладно, я посмотрю видео с камер наблюдения. — Я тоже. Потом созвонимся. И так. Что я увидел: мой сын быстро ушёл из дома где-то полчаса назад. Ему за это капитально влетит. А моя дочь, в зелёном сарафане, в белых красивых босоножках, с прекрасной укладкой, буквально час назад тоже ушла. Ну, и куда она собралась в таком виде? Надеюсь, не на свидание. Окей, подождём, ну, вышли прогуляться, может по каким-то делам, беспокоиться пока нет повода. Но всё же меня волнует София. Звонок в дверь, вот у них будут лица, когда я им открою. Это не они, а моя любимая жена — Аннабет. Она принесла домой два пакета продуктов. — Давай помогу! — я взял у жены пакеты и отнёс их на кухню, — ты сегодня рано… — Я смотрю, ты тоже, Рыбьи мозги! — она поцеловала меня, как же я по ней соскучился, даже по Рыбьим мозгам, — а где дети? — Не знаю, они ушли. Питер где-то полчаса назад. А София, я сейчас тебе покажу. Я показал ей запись. Она была злая, впрочем, как и я. Мне снова позвонил Джейсон, он сказал, что невидно было, как Анабель уходит. Это девчонка с её способностями могла просто улететь из окна. — Перси, а если… — Милая, всё будет хорошо, они же наши дети… — Да, но всё равно, нужно осмотреть в округе все бары, кафе и т.д, а ещё обзвонить всех их знакомых! — Хорошо, я пойду поищу, а ты оставайся дома и позвони. Нигде их не видели, не встречали и т.д, как будто сквозь землю провалились, Аннабет обзвонила всех, кого можно, никаких результатов. Прошло два часа, мы с Аннабет уже серьёзно волновались, где их носит?! Она и я были на иголках, Джейсон с Пайпер уже вызвали полицию, мы ждали, пока не применяли таких мер. Решили спросить у Хирона, мало ли они захотели поехать в лагерь. Но они и там не появлялись. Уже 0.15 наших детей до сих пор нет. Мы зашли в комнату Софии, решив проверить еще раз, может она написала записку, а мы не заметили. Я услышал, как кто-то разговаривает с улицы неподалёку. Это был сто процентов голос Софии и еще какой-то знакомый, но не могу вспомнить чей. Аннабет поняла, что они зайдут не со двора, а залезут через окно. Выключив свет, мы с Аннабет поджидали их. В окно влетела парочка — София и Джон Смит. Что?! Ладно, может он её отвёз сюда и всё. София стояла к нам спиной, мы были за дверью. Луна хорошо освещала их лица. — Это было незабываемо! — произнесла София милым голосом, что-то не так было в этом голосе, он слишком милый. — Полностью согласен. Э-э, может быть, повторим как-нибудь только уже в лагере? — Конечно, только я не знаю, что ты можешь придумать лучше, чем парить над Нью-Йорком, — так вот, где она была! — Ну, может, я и не внук Афины. Но ради тебя, принцесса, — только я так могу её называть, ну и Посейдон, она – моя маленькая принцесса! — я ради тебя готов сделать всё, что угодно! — Даже пройти через Тартар? — И не только, — этот нахал страстно поцеловал мою дочурку, я ожидал, что она, как минимум, оттолкнет его, но она ответила на поцелуй! Что я чувствовал, думаю представить можно. Она ещё маленькая, какие поцелуи? Тому же он так её поцеловал, что мы с Аннабет отдыхаем. — Ну, и что здесь происходит?! — я уже не выдержал и включил свет. София не оборачивалась, а вот на лице этого Джона, можно было понять, что он испугался. Правильно, что испугался, потому что сейчас я на полном взводе, таким злым я никогда не был. — Джон, улетай быстрее! — приказала ему София, затем уже повернулась к нам лицом. А моя жена уже держала меня за руку. Сын Зевса быстро вылетел из окна. Аннабет сильнее сжала мою руку. — Пап, мам, я всё объясню! — Какие могут быть объяснения! Ты не оставила ничего: ни записки, даже не позвонила. Мы тут с матерью волнуемся, уже все больницы обзвонили! Хотели в полицию звонить! А ты у нас целуешься с этим сынком Зевса! Ну, и давно ты так убегаешь?! — Если бы я смогла дозвониться до Ванессы, то вы бы ничего не узнали, — она пробормотала это про себя. — Что ты сейчас сказала?! — Ничего… — Получается, вы давно встречаетесь?! — Нет, с сегодняшнего дня. Но, пап, он очень хороший… — Молчать! Ни слова не хочу слышать! Ты в лагерь не поедешь! — Что?! Нет! За что?! — А ты не понимаешь?! Ты не только в лагерь не поедешь этим летом, но еще я запрещаю тебе общаться, видеться и т.д с твоим Джоном! — Нет! Ты не можешь мне запретить видеться с ним! Я сама могу решать, с кем я буду встречаться! — Кто это тебе такого сказал?! — Конституция США! — Хватит! Ты останешься тут, и если попытаешься сбежать, то видеться будешь только со стенами этой комнаты! — Когда же ты не будешь решать за меня?! — Когда ты станешь взрослой! — Я всё равно убегу! Ты меня не удержишь! Я уже немаленькая! — О, ты ошибаешься! — Пап, пожалуйста! — Всё! Разговор закончен! Аннабет, пошли! — Перси! — она пронзила меня испепеляющим взглядом. Но сейчас я на полном взводе. — Я сказал, пошли! — за эту фразу она меня убьёт, хорошо, пусть поговорит с ней. Придумает ей какое-нибудь еще наказание. Выхожу из комнаты и встречаю своего сына, который крадётся к своей комнате. Я точно отправлю одного в военную академию или на перевоспитание к тренеру Хеджу, а другую к Афине или Артемиде, пусть они почитают ей лекции, что общение с мальчиками до хорошего не доводит. — Пап! Привет, как дела? — У меня просто отлично, а вот у тебя большие неприятности. — Давай, я завтра расскажу, а? — Ага, у тебя будет много времени. Ведь ты вместе со своей сестрой в лагерь не едите! — То есть, еще неделю дома, так? А Софию за что? — Нет, всё лето. А она тебе сама всё расскажет, — он явно был удивлён. — За такую мелочь без лагеря? — Мелочь?! Ты был под домашним арестом, и всё равно ушёл. Это раз. Во-вторых, посмотри сколько времени! Уже 0.20! Где ты был? Почему ушёл без разрешения? — Ну, мне надоело сидеть дома, и я пошёл в кафе — По идеи, домашний арест для этого и существует, чтоб сидеть дома! — Хорошо. Ну, ты хочешь услышать, почему я так поздно пришёл? Так вот, я уже хотел возвращаться, как увидел, что какие-то маньяки идут за девушкой, — всё интереснее и интереснее, это он сейчас придумал или пока шёл домой? — ну, я сел на ближайший мотоцикл… — Что?! Ты угнал мотоцикл? Ты умеешь на нём ездить?! — Да, научился и угнал, но потом вернул на место, как подвёз эту девушку домой. — То есть, ты хочешь сказать, что я должен тебя не наказать, а похвалить? — я всё же не верил в эту историю, зная способности сына придумывать и врать на ходу. — Ну, можно и так сказать. В этот момент мне снова позвонил Грейс. — Стой тут, мы еще не закончили, — сказал я Питеру, — да? Джейсон: Представляешь, Анабель пошла в клуб, в ночной клуб! Потом расскажу в подробностях, передай Питеру спасибо за спасение. Но если они снова будут кататься на мотоциклах с моей дочерью, то… — Хорошо, спасибо, что позвонил, я тут как раз благодарность выражаю Джейсон: А София то нашлась? — Ага, твой брат её подвёз. Пока, мне тут важные дела предстоят, — я посмотрел на своего улыбающегося сына. Ему смешно! И что мне делать с ним? Хвалить я не собираюсь, ладно разберёмся утром. — Иди спать, завтра поговорим… — Я это и собирался делать, — Аннабет его убьёт завтра и правильно сделает. Я пошёл в нашу спальню, всё ещё не отошёл от поступков своих детей. Целоваться в 15?! С сыном Зевса! А Питер?! Здесь и говорить нечего! Мы чуть не свихнулись, а они развлекались!

***

Автор.

София стояла, не шелохнувшись, и смотрела на мать, у той было очень злое лицо. Она и не одобряла, как себя ведёт её дочь, и что тут устроил Перси. — Почему он так поступает? — первой нарушила молчание София. — Потому что он переживает за тебя, не забывай, что он как бы твой отец! — Как тут забудешь? Он мог хотя бы узнать его, почему он запрещает мне с ним видеться, даже не зная Джона?! — София… — Ты на его стороне! — Я ни на чьей стороне. Ты не права и он тоже. Просто твой отец не выдержал, ты даже не представляешь, что мы пережили, как волновались! Естественно, это его вывело, я обещаю, что поговорю с ним, но знаешь, ты поступила ещё хуже! — Извини меня, пожалуйста! — сказала внучка Афины и подошла к матери с опущенной головой. Аннабет смягчилась и обняла дочь, «Слава богам, что с ней всё в порядке! Больше мне ничего не надо, лишь бы они были целы и здоровы!» — думала дочь Афины. За дверью послышался голос Питера и Перси. «И с ним всё хорошо! Это главное…», — ложись спать, уже поздно, а завтра вам рано вставать. — Завтра выходной… — Всё равно, спокойной ночи! — Аннабет вышла из комнаты. София подошла к шкафу и начала переодеваться, как в окно что-то прилетело. Это была записка, в которой было только два слова: «Как ты?» «Видимо, поэм и серенад мне не ждать…» — подумала про себя внучка Посейдона, затем взяла телефон и написала SMS: «Я наказана, отец в лагерь не пускает и запретил нам встречаться, но мама обещала с ним поговорить. А как ты это сделал? И зачем?» Через несколько минут в окно снова прилетела записка: «Да так, хотел настроение поднять, я придумаю способ» «Джон, мой отец – самый сильный полубог, у тебя нет шансов» «Люблю, когда ты шутишь…» – на этот раз сын Зевса решил ответить всё же по SMS, — «Я всё равно добьюсь тебя, София» «Я тоже добьюсь своего, он мне не помешает. Завтра позвони мне, я придумаю что-нибудь» «Ок. До встречи, принцесса!» «До встречи, супермен!» София последний раз за вечер посмотрела на небо и легла спать.

***

Аннабет зашла в комнату сына, который уже спал и пускал во сне слюни, прям как его отец. Женщина осторожно села на кровать, так чтобы не разбудить Питера. Она проводила по его макушке, с такой нежностью, на которую способна настоящая мама. Аннабет за эти несколько часов столько себе представила, одно страшнее другого, а сейчас она видит, как её дорогой и любимый сынок спит в самых разных позах, конечно же, пуская слюни, от этого у неё на лице возникает улыбка. Она видит в нём не пятнадцатилетнего парня, а маленького непоседу, который каждый день что-то себе повреждал, и, несмотря на синяки, всегда гулял, ему было мало. А сейчас он заставляет её так переживать и нервничать, «Завтра я тебе устрою доброе утро!» — сказала про себя дочь Афины и ушла в свою спальню. Там сын Посейдона стоял посреди комнаты и смотрел в потолок. — А она права! — сказала Аннабет, она вошла в комнату, скрестив руки на груди, — ты мог бы хотя бы познакомиться с ним поближе! — С кем?! С Джоном?! Подожди, ты что?! На её стороне?! — «Это точно его дети!» — подумала героиня Олимпа. Она вздохнула и продолжила: — Я ни на чьей стороне! Перси, она уже взрослая! — Взрослая?! Издеваешься?! Ей только 15! — Вот именно, что ей уже 15, и то скоро 16! — Да, и поэтому надо целоваться, так?! Ты считаешь, это нормально?! — сын Посейдона очень ревновал свою маленькую девочку, его дочурку, и осознавать, что ей в сентябре 16 он просто не мог. Это как так? Она всегда была такой малышкой, он катал её на спине, играл с ней в салочки, а сейчас ей уже 15! — Перси, когда мы в первый раз поцеловались? — Это совсем другое! Я не хочу, чтоб она страдала! — Я тоже этого не хочу, но ты не имеешь право лезть в её личную жизнь! — Как это не имею?! Я её отец! — Да, и посмотри, что ты наделал! Она теперь заперлась в своей комнате, скажи спасибо, что сейчас наш дом в целости и сохранности! Ты этого хотел? — Нет, я… Я просто хочу, чтоб ей никто не мог сделать больно! — Она сама разберётся! Завтра ты скажешь, что она едет в лагерь! — Нет, исключено! — «Ну, уж нет, чтобы София виделась с Джоном!» — Перси уже хотел это сказать, но здравый смысл победил. — А тебя никто не спрашивал! Скажешь, как миленький! — Нет! В конце концов, пусть посидит и подумает над своим поведением хотя бы месяц! — «Отлично, я нашёл повод оставить её дома!» — Месяц? — Хорошо, три недели. Не меньше! Ты же сама хотела её наказать! — Ладно, три так три. Но это не из-за Джона, а за позднее возвращение, и, кстати, ты поговорил с Питером? — Я думал, ты завтра с ним сама разберёшься. Слушай, Анн, ну, давай уже спать, мы все устали… — он подошёл к ней и жалостными глазами посмотрел на эту сердитую умопомрачительную красотку, а затем прижал к себе и поцеловал. — Рыбьи мозги, если ты думаешь, что я тебя простила, ты глубоко заблуждаешься! — Но ты же улыбаешься… — мгновение и улыбка пропала. У него есть ещё один вариант, Перси поднял её на руки, как на их свадьбе. — Перси, отпусти! — за весь вечер это был первый раз, когда Аннабет искренне засмеялась. — Не а, — сын Посейдона повалил её на кровать, в её серых глазах сияла улыбка и счастье, он победил! Герои Олимпа быстро уснули, потому что очень устали, истратили столько нервов, они так не переживали очень давно. «Да, быть родителем совсем не просто» — сделали одинаковый вывод Перси и Аннабет.