Salvation

Предупреждение: эта глава содержит действия эротического характера и имеет рейтинг NC-17) Наслаждайтесь) Клаус открыл глаза. Он слегка зевнул, повернул шею и посмотрел в окно. Он сморщил лицо оттого, что яркий солнечный луч ярко светил ему прямо в глаз. Пытаясь закрыться от слепящего солнца, он потянул простыню вверх и остановился. На его животе небрежно лежала рука, и, конечно, она не была его собственной. Вот когда воспоминания прошлой ночи нахлынули на него. Он повернул голову и остановил взгляд на прекрасной и невинно спящей Кэролайн Форбс, которая лежала на соседней подушке. Он посмотрел на нее, и у него невольно вырвалась улыбка, которая распространилась по всему его лицу. Он осторожно чуть приподнял простыню и с удовольствием отметил, что она все еще полностью голая. Несколько локонов упало ей на лоб, пока она спала, и он невольно протянул руку, чтобы убрать их с ее лица. Он посмотрел на нее сверху вниз и опять улыбнулся. Сейчас она была самой невинностью. Такой мягкой, податливой, без всей этой своей холодности, которая была следствием того, что она отключила чувства. Смотря на то, как спит это милое создание, он вспомнил тот день шесть лет назад в Мистик Фоллс, когда им уже нужно было прощаться.

***

Он сразу же почувствовал, как она осторожно начала выскальзывать из-под его руки. Он услышал, что она слезла с кровати, и громко зевнул. Весь вечер они только и делали, что наслаждались друг другом. Она опьяняла, и Клаус просто не мог остановиться. Хотелось еще и еще. Растянуть на вечность этот вечер, который, он знал, скоро подойдет к концу. — Ну и что, ты думаешь, ты делаешь? — сонным голосом спросил он, наблюдая за ее неуклюжими попытками незаметно ускользнуть. — О… — смущенно проговорила Кэролайн. — Ты проснулся? Я думала… я думаю, мне пора. — Уже вечер? — Нет, но… — Возвращайся в постель! Или ты думала, что я не замечу, как ты пытаешься улизнуть, словно ночной воришка? Почему-то его сонная надменность позабавила ее, и она резко повернулась. Теперь она стояла возле кровати в наброшенной на тело его хэнли и тихонько засмеялась. — Умерьте-ка свой тон, мистер. Я не твоя рабыня! — дерзко заявила она. — Возможно, ты любил так делать в средние века, но сейчас, если ты не заметил… — Немедленно! — Клаус мгновенно пресек любые отговорки с ее стороны и откинул перед ней одеяло. Кэролайн медленно подошла к необъятной кровати и скользнула в тепло. Она легла рядом, стараясь не прикасаться к нему. И затихла, смотря куда угодно, но только не на него. Теперь все это было жутко неудобно, и она не знала, куда себя деть. Все-таки не каждый день спишь с тем, кого все твои друзья считают смертельным врагом. — Иди ко мне, — вдруг сказал гибрид. Губы девушки тронула улыбка. Она перекатилась набок, лицом к нему, и обняла его за шею. Клаус не сделал попытки обнять ее, но она ясно услышала, что его дыхание изменилось. В комнате горела лишь одна лампа на прикроватном столике. Отблеск от лампы освещал лишь половину его лица, и она на секунду залюбовалась им. Несмотря ни на что, он был красивым мужчиной. Пухлые губы, которые хотелось без конца целовать; русые волосы, в которые так и хотелось зарыться пальцами; скулы и серые, словно омуты, глаза. — Я не ночной воришка, — тихо прошептала она, не отрывая взгляда от его глаз. — Тогда перестань вести себя так, — неожиданно резко сказал он, и она опешила от его тона. — Или ты чувствуешь вину за все, что произошло? — Нет, — тут же ответила она, — я хотела этого. — Я буквально вижу на твоем лбу бегущую строку: «Отче, я согрешила». — Его рука заскользила по ее телу, оставляя за собой огненные следы. Она дотронулась до его лица, провела пальцем по губам и вдруг резко засмеялась в ответ на его фразу. Она так залилась смехом, что перекатилась на спину, начиная хохотать что есть силы. Клаус с улыбкой наблюдал за этой милой истерикой и поцеловал ее ладонь, запястье, сгиб локтя. — Ты ужасен, — продолжала хохотать она. — Скажи мне то, чего я еще не знаю, — сказал Клаус и вдруг резко поднял ее, усадив на себя сверху. Смех мгновенно затих и тут же сменился протяжным стоном, когда она почувствовала его губы на своем правом соске. Когда он перешел на левый, Кэролайн изогнулась, и он тихо засмеялся. — Что ты хочешь? — прошептал он. — Что? Тебе стоит только попросить. В этом было столько обещания, что она на мгновение перестала дышать. На секунду она задумалась над тем, что бы было, если бы она сейчас все бросила и позволила ему увезти ее с собой в Новый Орлеан. Сегодня она уже переступила через свои принципы и переспала с ним. И это было всепоглощающе прекрасно. Ей уже нечего терять. Может быть, стоит хоть на какое-то время забыть о бесконечной драме в Мистик Фоллс и пожить просто для себя. Она наклонилась, повинуясь настоятельной потребности поцеловать его. Покусывая ее губы, подбородок, осыпая легкими поцелуями ее лицо, он требовательно провел по ее бедрам и ягодицам. В ответ она бессознательно подалась бедрами вперед, стремясь сильнее прижаться к его телу. Уперевшись в его плечи, она как в тумане шептала его имя. Гортанно рассмеявшись, он усадил ее чуть пониже. — Чего ты хочешь? — спросил он. — Я сегодня исполняю любые твои желания. — Он опять вел себя с ней как милостивый повелитель с рабыней, и она с удивлением обнаружила, что ей это нравится. — Тебя. — Тогда вперед, милая, — он развел руки в стороны, как бы предлагая ей себя. Однако ее руки так и остались лежать на его плечах. — Я не могу! — взмолилась она. — И хватит уже командовать. На дворе двадцать первый век. — Если хочешь, то бери. Ты всегда должна брать то, что хочешь, Кэролайн. Это будет тебе жизненным уроком от меня. Она скорчила рожицу и фыркнула: — Простите, мистер «Мне триллион лет», у меня нет такого богатого опыта и выдержки, как у вас, я… Он ворвался в нее с такой силой, что она вскрикнула. Кэролайн, застонав, уткнулась ему в шею; и ничего больше не имело значения.

***

Он оторвался от своих воспоминаний, когда Кэролайн открыла один глаз и пробормотала, уткнувшись лицом в подушку: — Это безумно жутко, ты в курсе? Клаус засмеялся. — Да неужели? — спросил он. — Что именно? — Ты на всех, с кем занимался сексом, смотрел по утрам таким взглядом, пока они спали? — ответила она и просунула свою ногу между его. Клаус наклонился и поцеловал ее в плечо. — Нам нужно кое-что обсудить, поэтому мне нужно твое полное внимание, — сказал он с медленной улыбкой. — Серьезный разговор, да? — пробурчал голос из-под подушки. — Именно. — Ладно. — Она поднялась и сделала несколько щелчков шеей. — О чем? Не бойся ранить мои чувства. Я умею говорить без обиняков. — Приятное разнообразие, — насмешливо улыбнулся Клаус. Он не мог вспомнить ни одного разговора, когда она не была бы прямолинейной с ним. — Это касается денег и обязательств. И всей этой ситуации с твоей человечностью. — Да?! — Она сделала серьезное лицо. — Точнее, моих денег и твоих обязательств. И твоей человечности, — добавил он. Она кивнула и заметила, что он ведет себя странно, можно сказать легкомысленно. На его губах играла улыбка, которая выводила ее из равновесия. — Я вся внимание. — Сегодня ночью я все хорошенько обдумал и принял решение. — Какое? Он посмотрел прямо ей в глаза: — Я не буду пытаться вернуть тебе человечность. Она и бровью не повела на это заявление. — Так быстро сдаешься? — Это было сказано в достаточно деловой манере. Поэтому он ответил ей в такой же: — Мы оба знаем, что я могу вернуть ее тебе в любой момент. Силой. Поэтому этот вариант даже не рассматривается. — Согласна. Мне просто хочется узнать, почему ты поменял свое решение. Он оперся локтем о подушку и немного стянул простыню, которая прикрывала ее грудь. — Потому, что ты упрямая, как мул, и ущерба от всей этой операции будет гораздо больше, чем если я пущу все на самотек. Если твое пребывание здесь и дальше будет сопровождаться моими попытками вернуть тебе твою человечность против твоей воли, то ты и дальше будешь упираться, как необъезженная кобыла, а мне этого не хочется. Я уже сказал, что я не Стефан. Я не собираюсь ходить за тобой по пятам и без конца и края твердить, что ты выше этого и тебе нужно включить твои чувства назад. Она внимательно его слушала, взвешивая каждое слово. — Какой тебе от этого прок? — У каждого из нас есть темная и светлая сторона, Кэролайн. Я довольно хорошо знаю твою светлую сторону, и поэтому мне любопытно изучить твою темную. Я менее высокоморален, чем все твои дружки из Мистик Фоллс, поэтому меня не будут смущать твои маленькие шалости. Она кивнула, понимая его мысль: — И какое твое предложение? — Ты останешься в Новом Орлеане на целый год. Ты сможешь делать все, что захочешь. Я позволю тебе все. И если спустя этот год ты не включишь эмоции, то я сниму свое внушение и ты сможешь уехать. Кэролайн прикусила губу. Предложение было заманчивым. В конце концов, год — это не так уж и много. — А если ты не сдержишь обещание? Откуда мне знать, что по прошествии года ты отпустишь меня? Он просто пожал плечами: — Я внушу тебе это. Достаточная гарантия для тебя? — И никакого внушения, чтобы я включила чувства? — Никакого. Она на мгновение задумалась. Ей придется год терпеть его семейку и торчать в Новом Орлеане. Но потом она будет свободна как птица. Она улыбнулась: — И что требуется взамен? Ты же что-то хочешь взамен, да? Он был само хладнокровие. — Для начала я хочу, чтобы ты спала со мной. — О, — она растянулась на подушке, как довольная кошка, вспомнив предыдущую ночь, — ну, насчет этого пункта я не возражаю. Что-то еще? Ее откровенность позабавила его: — Я так и думал. Вопрос с тем, что ты переедешь сюда, мы решили чуть ранее. От удовольствия у нее сжались пальцы, когда она вспомнила, каким именно способом они решили это. А он тем временем продолжал и наклонился, чтобы поцеловать ее обнаженную грудь: — Я дам тебе денег столько, сколько захочешь. Насчет машины… — Он недовольно посмотрел на нее. — Я уже выбрала. Мне нравится та, что сейчас. Он сделал гримасу, но кивнул: — Ладно, хотя здравый смысл подсказывает мне забрать ее у тебя, пока ты не впилилась на ней в ближайшую стенку. Кровь. Я уже сказал, что в ней ты тоже будешь не ограничена. Теперь по поводу твоих обязательств: ты можешь пить кровь из вены, но без огласки и точно не местных жителей. Между фракциями заключено строгое соглашение и оно не может быть нарушено. Секс будет, где я захочу, когда я захочу и как я захочу. И если я увижу или мне доложат, что ты флиртуешь с кем-то еще, то я сверну твою милую шейку. Насчет всего остального, то только с моего позволения и под моим присмотром. — Он увидел, что она холодно смотрит на него, и понял, что ей не все пункты нравятся. Она была своенравной и привыкла к полной свободе действий. Он это прекрасно понимал и не собирался ее ущемлять. — Я не буду слишком большим тираном, малышка. Обещаю. И последний пункт — моя дочь. Если ты обидишь ее или с ее головы упадет хотя бы волосок, то ты умрешь. — А если я не соглашусь на этот уговор? — Тогда мы вернемся к тому, с чего начали. — Ты обещаешь, что сюда не притащится Стефан и компания. — Обещаю. — И ты сдержишь свое слово касательно одного года. — Я не намерен брать свои слова обратно! — мрачно бросил Клаус. Он чувствовал, что для Кэролайн это условие очень важно, что за ее настойчивостью скрывается нечто значительное. Ну что ж, он запасется терпением и со временем все выяснит. Она передумает к концу года, он не сомневался в этом. — Хорошо. А теперь внуши мне все это, как мы и договорились. Она придвинулась к нему и посмотрела прямо в его глаза. Он обеими руками взял ее за голову и начал говорить: — Если спустя год ты не включишь свои чувства обратно, то можешь уехать, куда пожелаешь. Она моргнула и расплылась в улыбке: — Кажется, мы заключили сделку, мистер Майклсон. — Она наклонилась к его губам и коротко прижалась к ним в поцелуе. Он улыбнулся еще шире, чем она, и поцеловал ее, одновременно толкая на матрас. — Осталось только скрепить сделку. Кэролайн хихикнула и смотрела, как он отбросил простыню и опустился между ее ног, одновременно толкая их шире, чтобы освободить место для себя. Его руки легли ей на колени и раздвинули их подальше друг от друга. Она громко застонала, когда почувствовала, как его язык начинает опускаться к ее промежности, и дернулась под ним. Было достаточно трудно оставаться на месте, ведь своими умелыми действиями он делал ее слишком чувствительной. Она немного изогнулась, пытаясь вывернуться из-под него. Но он был сильнее и поэтому еще крепче прижал ее к матрасу, совершая ленивые, длинные движения языком. Она чувствовала, как внутри нее растет напряжение, и чувствовала необходимость еще одного освобождения. Но к ее великому разочарованию Клаус остановился, выпрямился и посмотрел на нее сверху вниз с довольным выражением: — Хочешь еще? — Его дыхание было таким же неравномерным, как и ее собственное. Его рука опустилась между ее ног и начала не спеша массировать ее клитор. Кэролайн выгнулась дугой, а он сознательно делал все медленно, чтобы она не кончила. — Да, — выдохнула она, нетерпеливо двигаясь навстречу его руке. — Может, с тебя хватит? — Он намеренно дразнил ее. — Я взял тебя так много раз этой ночью. Она застонала, когда воспоминания накрыли ее волной. Они и вправду занимались сексом много раз за эту ночь, но, по-видимому, это не утолило голод ни в одном из них. — Но ты хочешь еще, да? — его голос был тихим. — Всегда, — простонала она, двигаясь против его пальцев. — Клаус, мне нужно… — Я знаю, что тебе нужно, — перебил он ее, в то время как пальцы начали двигаться быстрее. Неожиданно он резко вторгся в нее, и от удовольствия она сжала свои внутренние стенки. Она чувствовала, как его руки легли на ее бедра, и он начал двигаться в нее и из нее. Она инстинктивно расставила ноги еще шире, чтобы он был как можно ближе. Она подняла руки к своей груди и начала тереть свои соски, чувствуя, что он смотрит на нее. Он оттолкнул ее руки и втянул один из ее сосков губами, одновременно толкая свой член так глубоко, как только мог. — Клаус, как же хорошо! — Она положила руки ему на поясницу и провела ногтями по спине. — Сильнее. Гибрид громко застонал. Он выполнил ее просьбу, и Кэролайн удовлетворенно замурлыкала, когда почувствовала, как он дернулся с последним толчком. Он потерся щетиной между ее грудей. — Я хочу скреплять так все наши сделки, — счастливо выдохнула она. Он поднял голову от ее груди и поймал ее рот своим. Когда они закончили поцелуй, он поднял голову и с довольным видом посмотрел на нее: — Это входит в сделку, милая. У Кэролайн вырвался полустон-полусмех: — Ты чудовище. — Да, это так, — охотно согласился он. Вдруг все его тело напряглось. Он быстро скатился с нее, вскочил с кровати и на скорости вампира рванул в ванную. Все еще находясь в довольной посткоитальной прострации, Кэролайн не до конца поняла, что произошло. До тех пор, пока не услышала, как тоненький детский голосок со смехом закричал: — Папочка, ты где?