История с похищением

Гордон проснулся в своей постели один. Было семь утра. Понедельник. Пока он завтракал и собирался на работу, в нем теплилась надежда, что, может быть, на этой неделе все будет не так скверно, как на прошлой. Просто тихая, спокойная рабочая неделя, во время которой он сможет разобрать залежи бумаг на своем столе, дописать отчеты и спокойно ходить на обед вместе с Харви, не опасаясь срочных вызовов на места кровавых убийств. Тщетность своих надежд он понял в момент выхода из подъезда. Его просто скрутили и запихнули в машину с мешком на голове. Пытаться вырваться он не рискнул, лучше сориентироваться на месте. Кто знает, может быть, его всего лишь ждет «безобидный» разговор с одним из боссов мафии, а потом его высадят у участка. Такое случалось уже не раз, и Гордон, к своему огорчению, понял, что уже начал привыкать. По его прикидкам они ехали примерно полчаса, потом его бесцеремонно вытащили из машины и с помощью пары тычков в спину указали верный путь в здание. За спиной хлопнула дверь. Джим пытался угадать, где он находится. Полчаса, если они действительно ехали столько, не слишком большой срок, значит, из города выехать они не могли. Может, что-то понадобилось от него Марони, и они в ресторане? Хотя, в принципе, с таким же успехом Фальконе мог решить встретиться с ним на одном из заброшенных складов, которых достаточно и в черте города. Где же он, черт возьми? Все вопросы были сняты минут через пять, когда его усадили на стул и стянули мешок. Улыбающееся лицо Освальда Кобблпота было первым, что он увидел. - Освальд, ты в курсе, что это не смешно? Я, между прочим, из-за тебя на работу опаздываю! Джим пытался придать своему голосу суровости. Хотя облегчение, нахлынувшее на него при виде Освальда, было скрыть весьма сложно. - О, тебе совершенно не стоит переживать по поводу работы, у тебя сегодня выходной! Кобблпот сиял каким-то сверхсчастьем, отчего Джим начал подозревать, что не знает чего-то еще. - Так, выходной, значит? И поэтому ты притащил меня сюда с мешком на голове? - Это должен был быть сюрприз! Иначе ты бы сразу понял, куда едешь, и было бы не так интересно! Джим обернулся и увидел Виктора с девочками. Те лыбились крайне подозрительно. Опасения Джима усилились. - Так, я понимаю, есть какой-то конкретный план на мой, хм, внезапный выходной? Освальд улыбнулся еще шире, Джиму стало страшно. Сзади послышалось хихиканье. - Хм, ну в общем, да. Джим встал. Освальд выпрямился и поправил и без того безупречный костюм, потом протянул к Гордону руки. Джеймс не был вполне уверен в происходящем, но руки принял. Хихиканье за спиной усилилось. Тут откуда-то выплыл Нигма. Джим посмотрел на него удивленно, потом перевел взгляд на Освальда. - У него, что, тоже выходной? - Доктор Томпкинс отпустила меня в честь такого праздника. - В честь «такого» праздника? Что происходит? Джим совершенно потерялся в происходящем. И тут Освальд встал на одно колено, все так же держа его за руки. «О, господи!» - только и успел подумать Джеймс. - Джеймс Гордон, сегодня при всех этих свидетелях я хотел бы предложить тебе свою руку и сердце, согласишься ли ты выйти за меня замуж? - … Джим замер. Он никогда не представлял своей свадьбы, зато в нем никогда не возникало сомнений, что предложение будет делать он сам. С нервами и кольцом, спрятанным в кармане пиджака, и вот теперь это. Кажется, он молчал слишком долго. - Джим? Освальд смотрел на него умоляюще. Джеймс огляделся, ища пути отступления. Виктор прекратил хихикать и смотрел серьезно, мда, сбежать удастся вряд ли. Нигма, за спиной Освальда, кивал, радостно улыбаясь. - Даааа, я в общем, да, согласен, эм, выйти за тебя...замуж. Освальд просиял, Джим помог ему подняться на ноги. Напряжение рассеялось. Эд кинулся к ним с поздравительными объятиями. - Тогда, я думаю, нам следует начать готовиться, - послышался из-за спины голос Виктора. Джим замер снова, он как-то не подумал, что свадьба будет вот прям сейчас. Из ниоткуда появилась мама Освальда. «Это конец», - подумал Джим. - Ну как у вас дела мальчики? - Мама, он согласился! Гертруда подошла к сыну и потрепала того за щечки. - Ну конечно, согласился! Как бы он мог отказать моему замечательному мальчику! Джим неуверенно улыбнулся. После пары минут тисканья своего сына Гертруда добралась и до Гордона. После того, как его расцеловали в обе щеки и едва не задушили в объятиях, он выслушал торжественную речь о том, как она рада, что любимого сына не увела из семьи какая-нибудь шалава и теперь у нее будет двое сыновей. Бла-бла-бла. Добро пожаловать в семью. После этого Освальду все же удалось оттащить мать от будущего супруга. - Я буду твоим свидетелем! - подал голос Эд и потащил Гордона вверх по лестнице, Виктор последовал за ними. Очевидно, опасаясь, что Джим попытается улизнуть через окно. Освальд остался в компании матери и девочек. Спустя полчаса Джим и Эд, облаченные во фраки, под конвоем Виктора, который предпочел остаться в своем обычном черном костюме, спустились вниз. Зал клуба был ярко освещен, на сцене был пианист, который, завидев спускающихся, начал играть свадебный марш. Свадьбу почтил своим присутствием Фальконе, а так же все работники клуба. Рядом с Освальдом стоял Гейб, очевидно, назначенный вторым свидетелем. Гертруда все еще кудахтала над сыном, не обращая внимания на музыку, поправляла тому бабочку. В итоге Освальду пришлось ее мягко отпихнуть, нехотя она заняла место в первом ряду и достала платок. Джим порадовался, что хотя бы Харви здесь не было, он бы припоминал ему эту свадебку до конца жизни. Церемония была краткой. Гертруда, впрочем, начала всхлипывать уже на второй минуте и не останавливалась до финала, после чего конечно снова полезла обниматься и целоваться. Следующим в очереди был Эд, в этом случае хотя бы обошлось без лишних сантиментов. Виктор обошелся без поздравлений. И Гордон был этому рад. Фальконе подошел последним. Освальд удостоился объятия. Джиму была протянута рука, и если бы не свадьба, Гордон бы трижды подумал, прежде чем протягивать руку в ответ. Но день уже был достаточно странным, так почему бы и нет. Сжав руку Джима немного сильнее, чем следовало, Фальконе посмотрел на него с хитрецой. - Добро пожаловать в семью. Гордону удалось удержать улыбку и благодарственно кивнуть в ответ. Хотя смотря на Гертруду и светящегося Освальда, думал, что ему будет достаточно и одной семьи. После присутствующие радостно похватали бокалы с дармовым шампанским и начали произносить тосты и пожелания молодоженам. Периодически кто-то выкрикивал: «Горько!», остальные радостно подхватывали. Джим был уверен, что он никогда в жизни столько не целовался на публике. К тому моменту как гости оставили их наедине, голова Гордона гудела от выпитого шампанского, и он с ужасом думал о завтрашнем рабочем дне. А ведь еще придется объяснять, откуда у него кольцо на безымянном пальце. Джим тяжело опустился на кровать в комнате рядом с офисом Освальда, скинул пиджак и начал развязывать бабочку. Его новоиспеченному супругу шампанское, кажется, только придало больше энтузиазма. Он уже успел распаковать и показать Джиму все подарки и теперь хитро поглядывал на раздевающегося Джима. - Скажи, что ты не думаешь сейчас об «этом», пожалуйста! - Но это же первая брачная ночь! - Господи, Освальд, ты спишь со мной уже не один месяц, смилуйся! - Хм, допустим, я соглашусь попрать традиции. Что я получу взамен? - Проси, что хочешь. Джим скинул ботинки и улегся на кровать в оставшейся одежде. - Значит, я могу просить все что угодно, да? Освальд подошел к кровати и лег на свободную половину. - Да, да, что угодно. - Ну, в таком случае, я думаю, ты поживешь со мной в клубе во время своего прекрасного месячного отпуска. И не будешь лезть ни в какие полицейские дела все это время. - Постой, постой, отпуск? Я...не просил отпуск! - О, это подарок от Эда нам с тобой на свадьбу, знаешь, он прекрасно подделывает почерки. И написал вместо тебя заявление. - Возможно, я передумал по поводу брачной ночи. - О, я рад! Впрочем, это все равно мало что изменит. - Мне кажется или ты собираешься запереть меня здесь на месяц в качестве секс-раба? Освальд хитро улыбнулся и потянулся к Джиму. У Гордона начиналась новая жизнь.