Как будем делить?

Андрей

Воскресное утро было... не добрым. Голова раскалывалась и звенела. Организм одновременно требовал почти невозможного: избавиться от лишней жидкости и залить в себя пару литров чистой водички. Решил сперва освободить «тару», заодно принял освежающий, ободряющий душ и выполз на кухню. Традиционно бросил взгляд на холодильник с пришпиленным магнитиком белым листом и... увиденное повергло меня в культурный шок. Моя памятка, мой так нежно лелеемый «список рекомендаций» был безжалостно испоганен красным маркером. Через весь лист крупными буквами кто-то вывел «ВЫЕБАТЬ!!!». Вандалы, хулиганы, варвары! Кто посмел?! Забыв о жажде, подлетел к холодильнику, чтобы сорвать и выбросить это безобразие, но тут с ужасом узнал свой почерк. Это сделал я! Осторожно сняв листочек, сел за стол и начал вспоминать вчерашний вечер. Это сколько же я вчера выпил, а как должен был впечатлиться танцем близнецов, чтобы так жестко и конкретно сформулировать свое желание. Но стыдно не было, и отказываться от написанного почему-то не хотелось. Тогда на основании всех моих вчерашних трезвых воспоминаний и умозаключений, ночных пьяных откровений и стремлений, оставивших четкий след красным по белому, я сделал единственный правильный (буду надеяться!) вывод. Выебать! Нежно! Обоих! Подобрав с пола маркер, дописал на многострадальной бумажке еще и эти два слова и аккуратно вернул памятку на ее законное место. На холодильник. С облегчением вздохнул и, достав бутылку холодной, вкусной, живительной влаги с чувством выполненного перед жизнью долга вернул себя в горизонтальное положение, лежа на диване. Завтра. Все решится завтра.

***

Еще никогда я так не рвался на работу в предпраздничный понедельник, на нудный устный экзамен. Я хотел увидеть близнецов, поговорить с ними. Но... Мальчишки сдали зачет одними из первых, на «отлично» (я даже придраться ни к чему не смог) и свалили, оставив меня в глухом ступоре. А как же я?! А как же ваш соблазнительный танец в субботу?! А все манящие взгляды и чарующие жесты?! И как я теперь должен проводить зачет? Наконец-то через три долгих-долгих часа все студенты, получив заслуженные оценки, покинули меня. Еще час я потратил на приведение в порядок аудитории и своих мыслей. Было так грустно и тоскливо. Солнечные мальчишки сбежали. Невысказанные слова жгли душу. В пустой и холодный дом возвращаться не хотелось, и даже крупный пушистый снег, медленно кружащийся за окном, и волшебный зимний вечер - не радовали. Впереди меня ждала неделя предновогодних, новогодних и посленовогодних застолий и пирушек, что сейчас просто раздражало. Окинув взглядом помещение еще раз, я мысленно попрощался с аудиторией на эти бесконечные праздники и обреченно выполз за дверь. ... Они стояли в конце темного коридора, у освещенного уличным фонарем окна и смотрели на снегопад. Неужели ждали меня? Мои рыжие котята, улыбчивые солнышки, мое наваждение и безумное желание. Универ уже практически вымер, непривычная тишина стелилась по коридорам. Такой шанс я упустить не мог. Крадучись, словно большой хищник на охоте, медленно подошел к близнецам и вжал рыжиков в подоконник, расставив по сторонам от парней руки, чтобы не сбежали. Я прижимался к ним, чувствуя бедрами чужие задницы, вдыхал волнующий запах и потихоньку зверел от возбуждения. - Ну, что, котята, попались? – прошептал я вздрогнувшим от неожиданности мальчишкам. - И долго вы еще будете над своим куратором издеваться? - Мы не издевались, - обиженным шепотом ответил Митька, переглянувшись с братом. – Андрей... Николаевич... - Не издевались, говорите, - продолжал вжиматься в парней я, дурея от собственной дерзости и их близости, - а что это тогда было? На новогодней вечеринке? Хотели соблазнить и потом посмеяться? - Нет, – ответил Витя, откидываясь назад и прислоняясь ко мне спиной, - мы просто хотели... - Чего же вы хотели? – уже практически обнимая обоих, хрипло выговорил я, пытаясь справиться с крупной дрожью во всем теле. - Свидания! – выдохнул Митька и ойкнул, прикрыв ладошками рот, сам испугавшись своей наглости. - Свидания? – задумался я, нехотя отстраняясь от таких манящих прелестей. Развернувший на каблуках, с гордо поднятой головой и блаженной улыбкой я пошагал по коридору к выходу, но уже через пару метров обернулся к поникшим близнецам. - Хорошо! Будет вам свидание, - весело сказал, глядя, как расцветают улыбки и зажигаются радостными искорками синие глаза. - Жду вас третьего января в развлекательном центре, часов в пять вечера. Двоих. И не опаздывайте. Почти вприпрыжку я полетел к лестнице. За моей спиной Митька со счастливым писком повис на шее брата, чуть не уронив обоих. И пока парни пытались сохранить равновесие, я сбежал решать возникшую вдруг совсем не маленькую проблему, туго натянувшую ткань в паху. А вот спрятать собственную глупую улыбку я не мог до утра. В этом году мне достался самый лучший в моей жизни новогодний подарок. Дед Мороз – ты существуешь!

Витя

Новогодние праздники все тянулись и тянулись и казались вечными. Первый раз в жизни мы с Митькой отказались ехать на выходные к бабушке в Болгарию. Мы ждали третье января. С благоговейным трепетом, с животным страхом, с убийственным нетерпением и робкой надеждой. Андрей пригласил нас двоих, и что это значило, мы не знали. Он хочет выбрать или... уже выбрал. Но почему – обоих?! - Третье января. Завтра третье января, - пританцовывая, метался по комнате Митька. - Витька, завтра же третье января! Практически весь наш гардероб был вытащен из шкафа на кровати, а братишка, выудив из бесформенной кучи очередную шмотку, прикладывал ее к себе, недовольно морщился и снова швырял ее в общую груду. Я же, закинув руки за голову, валялся на кровати и лениво следил за его хаотичными передвижениями, пока мне в лицо не прилетел белый, крупной вязки свитер с замочком под горлышко. - Вот. Наденешь завтра это... - категорично заявили мне, плюхаясь рядом, - ты в нем такая лапа! - Ты тоже. - Ответил я, убирая одежку в сторону. - Не забыл – мы близнецы! А ты в чем пойдешь? - Я-то?! Тоже в белом. И джинсы белые надену, а ты – серые. Меня пробило на «хи-хи». Блин, два ангелочка. В белом! - Ну и чего ты ржешь, - обиделся мой двойник, - красиво же. - Ты как девчонка, - веселился я, - краси-и-иво... - Мне можно, - на полном серьезе заявил Митька, - я завтра на свидание с парнем иду. - Мы идем. – Обиделся я. - Ну, да. Мы идем. – Почему-то загрустил братец. - А как ты думаешь, почему он нас обоих позвал? - Я не знаю, - мне тоже стало грустно, - вот завтра и узнаем. Может, выбрать хочет. Одного, из двоих. Ладно, убирай барахло, спать пора. Но сон не шел, на соседней кровати ворочался Митька и тоже тяжело вздыхал. А утром невыспавшийся братец устроил истерику. Ну правда, как девчонка! - Мить, ну Мить, - шептал я, отпаивая брата холодной водой, - все хорошо будет. - Не будет все хорошо. Повезет только одному, а значит, хорошо уже не будет. - Может, он и не придет вообще, - «успокоил» я паникующего Митьку. - Пошутил наш куратор в отместку за вечеринку...

***

На стоянку развлекательного центра мы приехали минут за двадцать до часа «Х». Митька все-таки настоял на белых свитерах и светлых пуховиках, и мне казалось, что еще немного - и мы просто сольемся с искрящимся свежевыпавшим снегом. Но это действительно было красиво. У главного входа роился народ, радуясь выходным дням и стремясь разнообразить праздничную программу. Но долгожданного «принца» еще не было. Мы нервничали. Митька метался по вестибюлю, боясь присесть хотя бы на секунду и пропустить появление Андрея. Меня же потряхивало от страха и неизвестности. За эти минуты я сто раз проклял первое сентября, тысячу раз поблагодарил небо за первое сентября и миллион раз порывался сбежать, но тут... Митька подлетел маленьким белоснежным вихрем и вздернул меня со скамейки. - Он пришел, - глотая буквы, шептал мне в ухо братишка, - не обманул. Пришел. Я оглянулся. Андрей вальяжно и неторопливо подходил к нам. Волосы небрежно уложены, в глазах – озорной блеск и сияющая улыбка на губах, адресованная нам с братом. Весь в черном. Такой красивый и опасный. Демон. - Привет, котята! – хриплый шепот и легкое прикосновение к нашим рукам, рождающее в теле жаркую истому. Кайф!

Андрей

Я пригласил их на свидание. Сам не верю. Я с девушками-то на свидание никогда не ходил, даже с Лариской. Она сама со мной познакомилась в какой-то компании, сама приехала ко мне домой, сама развела меня на секс, потом сама назначила себя моей девушкой и перевезла ко мне свои вещи. Никаких свиданий и романтических вечеров и ужинов у нас с ней и не было. Я ленился, а ее это до поры до времени, похоже, более чем устраивало. А вот что теперь делать с мальчишками я вообще не знал. Стандартная схема «вино, кино и домино» близнецам как-то не подходила, поэтому была несколько подкорректирована: вино превратилось в пепси, домино – в боулинг, а кино... осталось кино. Самое обычное банальное свидание на троих. И еще я очень надеялся украсть поцелуй у обоих братьев, пусть даже самый целомудренный и легкий. Третьего января, чистый и нарядный, я парковался на стоянке у развлекательного центра, найдя свободное место недалеко от заметного желтого автомобиля. Близнецы были уже здесь. И так отличное настроение стало просто великолепным, а когда я увидел парней, то чуть не умер от восхищения. Они были в белом. Словно два ангела, только не хватало крыльев и нимба, но их золотистые макушки выглядели гораздо симпатичнее, чем какой-то глупый светящийся венец. - Привет, котята! – прошептал я, легко пожимая узкие теплые ладони. Голос почему-то плохо слушался, в горле пересохло, а мягкое тепло их кожи обожгло огнем. - Ну что? – на правах старшего, взял я инициативу в свои руки. - Предлагаю следующий порядок проведения сегодняшнего мероприятия: боулинг, кафешка с фаст-фудом и кино. Все за? Мальчишки синхронно кивнули и, пристроившись чуть сзади, последовали за мной в игровую зону. А дальше был боулинг. Я продул близнецам с разгромным счетом. Ну и как я должен был сосредоточиться на игре, если перед глазами постоянно мелькали, в самых соблазнительных позах и ракурсах, обтянутые светлой тканью ягодицы. Я даже не подозревал, что меня будет так будоражить и пьянить это шикарное зрелище. Итог – я проиграл. Близнецы сияли довольными мордашками. «Домино» - зачет! Победу парней мы отправились праздновать такими неполезными, но безумно вкусными сэндвичами, картошкой-фри и пепси-колой. С мальчишками было легко, свободно и просто, я давно уже так не радовался и столько не смеялся. В них не было выбешивающего жеманства, они не поджимали капризно губы, не задавали глупых вопросов и не посылали каждую минуту фотоотчеты друзьям. Они были только со мной, здесь и сейчас. Вот если бы еще не надо было время от времени поправлять, мешающий развлекаться и трезво мыслить, стояк. «Вино» - зачет! А потом было кино. Последний эпизод «Трансформеров» в отличном качестве ЗД-формата. Почти последний сеанс, почти последний ряд. Не больше десятка зрителей в зале и я, в дурацких очках, сидящий между близнецами и пытающийся хотя бы чуть-чуть вникнуть в происходящее на экране. Получалось плохо. Усаживаясь в кресла, парни убрали за спинки кресел подлокотники и теперь беспардонно переговаривались через мою тушку, угощали друг друга и меня неизменной в кинозале соленой кукурузой и сладким шипучим напитком. Постоянно мелькающие перед носом лица, что-то шепчущие соблазнительные губы и сверкающие из-под очков глаза. Уже минут через десять мне было не до катастрофы вселенского масштаба, разворачивающейся на экране. «Кино» - ??? Сейчас я просто безумно мечтал о последнем пункте реестра сегодняшнего свидания – поцелуе, пусть даже самом невинном, но лучше все-таки страстном, горячем и глубоком. Руки чесались и тянулись к желанным телам. Возбуждение зашкаливало. А когда Витька в очередной раз, перегнувшись через меня к брату, «чисто случайно» задел мой вздыбившийся пах, я уже даже не смог сдержать непроизвольного стона. И тут же на меня уставились две пары ну очень заинтересованных глаз. Они даже 3Д-очки сняли. Потом, переглянувшись, маленькие озорники сунули мне в руки ведро с попкорном и стакан с газировкой. - Андрей?! - легкий теплый выдох мне в левое ухо. И медленное поглаживание моей ширинки. От Вити. - Мы поможем, - мягкий шепот в правое. И ловкие пальчики, расстегивающие пуговицу на моих штанах. От Мити. - Прекратите! – как заправский змей шиплю я, а сделать ничего не могу, мои руки так технично заняли картонной посудой. - Мы же в общественном месте! - Вот и не мешайте гражданам наслаждаться фильмом, - в левое ухо, и нырнувшая под пояс штанов ладонь. - Я отомщу! - выстанываю, задыхаясь в невероятном наслаждении. Мой стояк уже освободили от оков одежды и с любопытством изучают в две руки. - Обязательно отомстишь, Андрей... Николаевич! Потом! – правое ухо уже просто обжигает Митькино дыхание. О, Господи! И я сдаюсь. Сдаюсь и своим желаниям, и этим несносным мальчишкам. Сдаюсь их ловким пальчикам и ласковым ладоням. Сдаюсь интимному шепоту со стереоэффектом, который возбуждает не меньше, чем перебирающая мои яйца рука и скользящие по стволу и замирающие на головке пальцы. Грохот инопланетного металла с экрана не может сравниться по силе с грохотом собственного сердца, которое заглушает даже мои стоны, а бархатная спинка кресла с радостью принимает в свои объятья мою откинутую голову. Как же хорошо! Я забыл все свои страхи и сомнения. Я наслаждался неожиданной и такой желанной лаской. По венам струилось пламя страсти, увлекая жар возбуждения к паху. Я не продержался и пяти минут. С утробным рычанием (я так раньше даже не умел), выгнувшись в кресле и сжав в ладони стаканчик с выплескивающейся на мои колени газировкой, я кончил в заботливо подставленную кем-то из парней влажную салфетку. Мои вы котята! Возвращаться в реальный мир из упоительного «ничто» не хотелось, было плевать даже на мокрые и сладкие джинсы, но я же обещал отомстить. А слово свое я держу. Отдышавшись и немного придя в себя, я повернулся к Витьке и вернул ему ведро с остатками воздушной кукурузы. А вот стаканчик из-под пепси безвозвратно погиб, став невольной жертвой моего оргазма. - Я же обещал отомстить, - сжал я через джинсовую ткань чужое, уже готовое к подвигам возбуждение, - так вот, время пришло! Парень засопел и стал молча отдирать мою наглую руку от своего паха. Ага, сейчас! Я сильнее и нежнее. Краем глаза замечаю, как Митька с какими-то странными всхлипами пытается сбежать. Не отпуская старшего близнеца, ловлю за руку младшего, и уронив его обратно в кресло, шепчу: - И куда это мой котенок собрался? - Я... я не хотел мешать, - обреченно выдыхает мальчишка. - Шалили, значит, вместе с братом, а отдуваться он один должен, - теперь уже я грею своим дыханием его ухо, - нехорошо это, нечестно. - Но... - Никаких «но», живо штанишки расстегнул! – не терпящим возражения шепотом командую я. Митька снова, но уже радостно всхлипывает и дрожащими пальцами начинает бороться с молнией на своих джинсах. А я возвращаюсь к замершему Вите и настойчиво дергаю пуговки на его ширинке. - Ну, же малыш, помоги мне! Вместе мы справились. Митька быстрее. Еще никогда я даже не касался чужого возбужденного хозяйства, а сейчас сам, умирая от любопытства и щемящей нежности, изучал шелковую горячую кожицу, большими пальцами размазывал по скользким головкам выступившие прозрачные капельки и ласково играл и перекатывал в ладонях нежные яички. Чужая влажная плоть, мелко подрагивающие пальцы, вцепившиеся мне в предплечье, тихие сладкие вздохи – все это заводило нереально. Власть над удовольствием и желанием других, а не себя – пьянила и отдавалась тягучей истомой в сердце. Я с упоением «гонял шкурку» парням, в которых был влюблен, ловил пальцами каждое их движение, чувствовал каждую подрагивающую мышцу, наслаждался их искренней реакцией и млел от того восторга, которое дарил им сейчас. Я был отомщен. Митька сдался первым, пачкая мою руку и со стоном сползая куда-то под сиденье. Буквально через минуту в кресле забился Витька, рассыпая по полу последние зерна попкорна. Ну и насвинячили же мы сегодня в зале. Но влажных салфеток хватило на всех, и уже к концу сеанса, мы мирно наслаждались очередной фантастической победой человечества в компании с Автоботами над злобными Десептиконами. Хороший фильм. Мне понравилось. Особенно порадовало начало... с личным участием моих котят. «Кино» - экзамен сдан, автоматом! Расставаться так не хотелось, но «детское» время заканчивалось, и надо было прощаться. На парковке я не удержался и, просканировав территорию на наличие лишних глаз, снова вжал собой близнецов в дверцу их автомобиля. - Спасибо за вечер! – шептал я в горящие ушки. – Мне понравилось наше свидание. Надо будет повторить... - Андрей? – опустил глаза Витя, а Митька прикусил нижнюю губу. - А с кем из нас ты хочешь повторить? - Глупый вопрос, котята! – удивляюсь я, забираясь ладонями под пуховики и свитера, лаская теплую кожу поясниц. - С обоими. Вы оба мои! Или есть возражения?! - Нет! – синхронный выдох и к моим губам с двух сторон прижимаются их губы. Ловлю, не отпускаю, нежу. А вот и «невинный» поцелуй на прощание! - Когда у вас начинается сессия? - как же мне не хочется уходить. - Через неделю. Первый экзамен по английскому. - Отвечает за двоих Витька. - Значит через неделю после экзамена жду вас в своей аудитории, - я снова по очереди накрываю теплые, сладкие губы, и нехотя отстраняюсь. - Спокойной ночи, котята! Я еще долго смотрел вслед подмигивающим мне фарам их автомобиля. Я был счастлив. Безмерно невероятно и сказочно счастлив. Банальное свидание, а сколько открытий, эмоций и удовольствия...

Витя

Мы проехали всего пару кварталов, когда Митька потребовал остановиться. Ну, я и припарковался, с подозрением глядя на брата. - Мить, что случилось?! - У нас получилось! - он поднял на меня счастливые, влажные глаза. - Вить! Мы ему оба нужны. Оба! До меня медленно, но верно начал доходить смысл его слов. Оба! Я, занятый своими переживаниями и мыслями о том, что случилось сегодня, почему-то даже не понял этого, а ведь Андрей так и сказал: вы оба мои! Счастье и радость топили сейчас не только меня. Митька, открыв окно, старался охладить горящие щеки и поскуливал от восторга. Андрей хотел нас обоих, не разделяя и не обращая внимания на неправильность происходящего. Нам с братом не нужно было злиться друг на друга, ревновать и ненавидеть. У нас снова была общая тайна, невозможное сокровище на двоих.