Падение Киры

"...А последней умерла Надежда, никогда прежде Я не видел, чтобы человек так долго умирал Будто тот, кто брал её душу к себе, сомневался, Может лучше, если б этот смех продолжался"* Безвременье. На краю высокого обрыва, широко раскинув руки, стояла молодая, хрупкая девушка. С её темными волосами,сквозь которые, не смотря на столь юный возраст, пробивалась седина, играл холодный осенний ветер. Резкие порывы, будто издеваясь, меняли свое направление, заставляя подниматься юбку безразмерно-белого платья. Дьявольское место. вернее, раньше было. Совсем недавно, при последнем сражении, ангелы отвоевали данный участок в безвременье, созданный одним из сильнейших демонов в истории этого мира. Постепенно на сухой земле взрастали зеленые деревья, иногда то там, то тут были слышны шорохи пробегающих мимо грызунов. Раздался едва различимый возглас и темноволосая девушка, не успев повернуться, ощутила на своем плече твердую мужскую руку. - Наверное, трудно было прийти на встречу со мной, брат мой, - её голос был тонок и выразителен. Он наполнял воздух чем-то тяжелым и, попадая внутрь организма, эта тяжесть становилась до крайности приятной. Хотелось вдыхать и выдыхать воздух, от которого так сказочно кружилась голова.- Бросить Высокие небеса на кого-то другого...Признаюсь честно, я бы себе такого не позволила. - Ради тебя, дорогая Кальмия, я готов любые трудности.- голос парня ранил слух и , встав на полупальцы, девушка обернулась и посмотрела на него. На глаза тут же навернулись слезы. Пред ней стоял Братиэль, такой же, как и четыре столетия назад: бледное лицо с тысячами канапушками, которые она, будучи обычной девушкой, обожала высмеивать; большие темные брови и бесцветно-серые глаза, которые, как обычно, были наполненны необъяснимой тоской. Темная, кратко остриженная шевелюра, была взъерошена - выработанная за годы жизни привычка. И все это было таким родным и знакомым; очень теплым и рождающим нежность. В одну секунду Кальмия набросилась на парня, едва не сбив его с ног. Она целовала его щеки, нос, глаза...Четыреста лет. Четыреста лет непосильной разлуки и ливня из слез, желания бросить все и отправиться на поиски того, чья душа была максимально сближена с ней. Того, кто был единственным и любимым. Отправиться на поиски брата. В его объятия было так тепло, прямо как в детстве, когда она, избитая и униженная злыми девочками во дворе, приходила домой вся в слезах и тут же бежала к брату, который непринужденно смахивал её лица слезы и целовал каждый синяк и царапину, полученную во дворе. - Не время для жалости, - прервал минуту нежности Братиэль. - Я принес плохую, даже ужасную новость...- он сделал паузу, пытаясь как-нибудь образно намекнуть или хотя бы сгладить новость, но выдохнул, и сказал прямо:- Они обнаружили её. Нашу душу. Закрыв лицо руками, седовласая девушка издала протяжный крик, в котором, казалось,присутствовала вся боль этой планеты. Давя ладонями на глаза, она громко всхлипывала и каждая слеза её, упав на темно-синюю землю, превращалась в небольшой белый цветок. - Этого не...не может быть, - заикаясь и давясь воздухом, говорила Кальмия.- Я не верю этому. Мы создали все для её тайного сохранения! Все! - Ты ведь знаешь, они найдут любые пути для этого. У чернокрылых нет преград. - Братиэль уже поднял сестру с земли, где уже образовался приличный мини-сад.- Да, они сильнее, но...Главное- это надежда. Ведь не зря говорят - " Надежда умирает последней"...