Парень без прошлого.

После того, как я явился в кабинет своего отца-Хокаге, он до самого вечера таскал меня по разным лабораториям и научным центрам Конохи, желая знать действительно ли я – это я, его сын. Впрочем, пока мы шатались по всем этим, стремным на мой взгляд, местам, я, не желая врать отцу так же как и матери, успел ему сообщить, что я не совсем его сын, что я носитель Кьюби и что я из другого мира, но это его, как и Кушину не оттолкнуло от меня. Ну, по крайней мере он не грубил мне, не смотрел на меня как на ничтожество, решившее вторгнуться в его семью ради своих целей, и не был со мной холоден, как с посторонним. Он, как и моя мать, сразу принял меня, как своего сына, хоть и заставил меня сдать парочку анализов и пройти парочку тестов, чтобы уж точно не сомневаться во мне и нашем с ним родстве. Ну, за эту вынужденную осторожность, которая была просто необходима в любом из миров шиноби, я его не виню – сам бы наверняка поступил бы так-же. - Ну, что, пошли домой?- когда мы вышли из очередной лаборатории, с улыбкой, хоть и немного натянутой, как мне показалось, спросил у меня мой отец. - Если ты не против,- тоже улыбнулся я ему и он, тихонько хмыкнув и положив мне руку на плечо, снова улыбнулся, но уже более открыто, и произнес: - Ты МОЙ сын и я никогда не буду против того, чтобы ты вернулся домой. Сказав это, он и я пошли по темным улочкам деревни Листа домой. Пока мы шли, я с наслаждением чувствовал, что я действительно возвращаюсь домой. Да, именно так. Даже в нашем с Курамой мире я уже давно не чувствовал ничего подобного, ведь в том мире у меня не стало дома. Многие думают, что дом – это несколько стен и крыша, но они заблуждаются – это не так. Я уверен, что дом – это место, где тебя всегда будут ждать и надеяться, что ты придешь. Дом – это место, в котором тебя не примут как врага, и в котором тебя всегда будут окружать те, кому ты по-настоящему дорог. Дом – это место, у которого не обязательно должны быть стены и крыша, главное, чтобы там были родные тебе люди, которые тебя любят и которых любишь ты. Вот что я думаю о понятии слова «дом» и точно знаю, что в моем мире мой «дом» уже практически рухнул и потому я уже давно не чувствовал себя там, как дома. А теперь, очутившись тут – в этом мире и встретив родителей, я снова почувствовал то тепло, которое чувствует человек, когда возвращается домой. «И хоть в этом мире я, возможно, и столкнусь снова с врагами и опасностями, я никогда его не покину, и всегда буду защищать его и людей, что живут здесь, и что стали мне уже дороги»- с улыбкой подумал я, украдкой взглянув на отца, что шел чуть впереди меня. «Черт, Наруто, я не могу поверить своим ушам!»- почему-то радостно завопил в моем подсознании лис.- «Ну, наконец-то! Наконец-то ты снова становишься собой!». «А что, до этого я – был не я?»- невольно ухмыльнувшись, мысленно спросил я у своего рыжего друга. «Да уже пару лет как ты был сам на себя не похож! Ходил как пришибленный, мысленно стоня, как побитая собака, и постепенно теряя себя. Даже в рыбаки податься собирался, но теперь… Ты снова становишься собой, и в твоей душе снова разгорается то пламя, что уже почти потухло. И это… Это мне нравится»- произнес Ку, и я невольно согласился с ним. Мне и самому нравилось то, что я снова начинал чувствовать желание… Желание жить… Просто жить, не заставляя себя это делать. - Мы пришли,- выдернув меня из моих-же размышлений, произнес мой отец, остановившись около больших железных ворот, за которыми была видна тропинка, ведущая куда-то через сад.- Добро пожаловать домой. Сказав это он открыл ворота и, пропустив меня за них и закрыв их, пошел по тропинке вперед, ведя меня за собой. Пока мы шли мимо деревьев и кустарников, из которых и состоял сад, я почувствовал, что на каждом из них было по несколько маленьких «меток» чакры, что означало только одно – на всех деревьях и кустарниках сада стояли печати. Скорее всего защитные. Но спрашивать у отца, так ли это или не так, я не стал, решив потом с ним об этом поговорить. Вскоре тропинка вывела нас к двухэтажному особняку, и я невольно присвистнул. В таких хоромах мне еще жить не приходилось. - Проходи,- улыбнувшись, произнес Четвертый, открыв дверь и пропуская меня внутрь. Как только я вошел, он тут-же последовал за мной, закрыв за собой дверь и свистнув. На его «зов» тут-же откуда-то из глубины особняка примчалась небольшая мохнатая собака, в зубах которой были тапки. Но были они в пасти зверушки недолго, ведь она, завидев меня и настороженно поведя в воздухе носом, бросила обувь под ноги хозяина и начала гневно меня облаивать. - Чего это она?- не понял я. - Наверно, Юкине на тебя так среагировала из-за того, что в тебе запечатан Кьюби,- извиняющаяся улыбка тронула губы моего отца, когда он подхватил собаку на руки и приказал ей успокоиться.- Наша малышка так реагирует на всех Джинчуурики и мы до сих пор не знаем почему. - Ясно,- чуть заметно усмехнувшись, вздохнул я, поняв, что с псинкой моих родителей мы вряд-ли будем жить мирно. После этого Минато подал пару тапок мне и, когда я переобулся, мой отец проводил меня на кухню, где меня и его уже ждали Кушина и красноволосая девчушка в очках, в которой я без труда узнал Карин. Она с интересом и удивлением начала разглядывать меня, а наш отец, не теряя времени даром, представил нас друг-другу. Оказалось, что Карин младше меня на два года, и что она является «моей» сестренкой, как я и подумал. И как я понял, я ей очень понравился, а когда из моего тела выскочил миниатюрный Курама, она и вовсе пришла в восторг. Правда, появление лиса немного напрягло моих родителей, но вскоре они, когда мы уже уселись за стол, успокоились, и даже стали расспрашивать, пытающегося вырваться из объятий моей сестренки, Ку о моей жизни. Лис, как и я, лукавить не стал и рассказал им обо всем, даже о том, что я и он уже не в первый раз оказываемся не в своем мире. - Но в прошлый раз я сам затащил нас в другой мир, пытаясь нас спасти, а в этот раз мы попали в ваш мир явно по чьей-то чужой, и наверняка недоброй, воле,- со вздохом закончил свой рассказ мой напарник, которого Карин уже полчаса не тискала, а угощала различными яствами, что были на столе. - Если это так, то вы должны быть очень осторожны,- серьезно произнесла моя мама, а отец согласно кивнул на ее слова. - Я и Ку всегда настороже,- улыбнулся я им.- Разве что… Только не в вашем, а точнее – теперь и нашем, доме. - Ну, да – здесь вы в полной безопасности, ведь сюда ни кто не посмеет сунуться,- тоже улыбнулась Кушина.- А если кто-то сюда и сунется, желая навредить вам, я самолично сверну ему шею. - Не сомневаюсь в этом,- ухмыльнулся я, после чего, когда я и родители еще обсудили ближайшие важные мероприятия, которые надо будет провести, чтобы я стал официальным жителем Конохи и шиноби этой деревни, с заботой посмотрел на, начавшую «клевать носом», сестру, с колен которой только что на пол спрыгнул Курама, и, встав из-за стола, подхватил ее на руки. Устало улыбнувшись, она мирно засопела прямо у меня на руках, а лис вернулся в мое тело. - Ее комната наверху, как и твоя,- произнес с теплой улыбкой отец и, встав из-за стола, сказал.- Иди за мной, я покажу, где они. После того, как он проводил меня на второй этаж к комнате сестры, в которой я и оставил ее, он действительно отвел меня в «мою», к моему огромному удивлению, чистую и просторную комнату, в которой была кровать, пара шкафов, стол и стул. Вся мебель явно предназначалась не для младенца, и когда я спросил у отца, почему это, он ответил, что моя мать каждый год меняла мебель в этой комнате, словно действительно знала, что я вернусь, и каждый день убиралась здесь, сохраняя в этой комнате невероятную чистоту и уют. Объяснив мне это, Минато покинул меня, пожелав мне спокойной ночи, которая уже, если честно, давно наступила, пока мы беседовали в столовой. И стоило ему только уйти, как я невольно понял, что меня, как и Карин, тоже неудержимо клонит в сон, и потому я, подойдя к кровати, даже не раздеваясь, рухнул на нее, блаженно прикрыв глаза. «Спокойной ночи, Ку»- уже проваливаясь в царство Морфея, мысленно произнес я. «И тебе того же и по тому же месту»- хмыкнул мне в ответ лис, заставив меня, в который раз за этот день, улыбнуться…