Пламя, сжигающее нас

      Лес пылал. В темном, закрытом густым дымом небе, то и дело мелькали черные жилистые крылья, языки пламени и вспышки от ярких наконечников стрел. Крики отчаяния и боли смешались, заполняя пространство. - Нужно продержаться еще немного, - шептал Кенсу, придерживая Лэя, что едва стоял на ногах. – Они тоже выматываются, думаю, что скоро они отступят зализывать раны.       Лекарь лишь слабо улыбнулся, потянувшись рукой к щеке младшего и вытирая скатывающиеся слезы.       Вот уже несколько часов длилась оборона замка. Сухо и Минсок, возглавив армии двух народов, бок о бок сражались с неутомимым врагом. Кенсу и Исин занимались ранеными. Их было столько, что становилось страшно, но еще больше пугало то, что от родных людей не было еще не весточки. - Ты прав, Кенни, еще немного, мы должны думать о людях, - говорил Лэй, поднимаясь на ноги и направляясь к очередной порции раненых.       Кенсу бежал за ним, боль разрывала друида, ведь помимо криков людей, он слышал мольбы о спасении от гибнущего на глазах леса. - Посторонитесь! – донеслось у ворот. – Быстрее, командир ранен. Лекаря, срочно!       Кенсу остолбенел, замечая на носилках, окровавленного Минсока. Его тело было в глубоких царапинах, он задыхался, а руки снова покрылись ледяной коркой. - Мин! – отчаянно закричал друид и хотел было кинуться к старшему, но Исин преградил ему путь. - Не подходи к нему! Сейчас он опасен для тебя. Позаботься о других, здесь я сам справлюсь. - Но… - Иди, Кенсу, - оттолкнул младшего лекарь. – Иди в палатку!       Взгляд ангела был настолько серьёзным, что друид не мог ослушаться. Он шел в палатку то и дело оглядываясь, но Исин, словно специально, загородил своим телом любимое лицо.       Еще никогда эти земли не видели столько крови. Еще никогда духи и друиды не бились вместе, защищая друг друга и вместе оплакивая свои потери.       Солнце клонилось к земле, крики стихали, наполняя все вокруг угнетающей тишиной, иногда прерываемой тихим плачем. Сухо брел среди палаток, наспех сооруженных на площади. Друиды помогали духам и наоборот, никогда правитель не видел такой идиллии. На мгновение, он даже представил, что, возможно, когда-нибудь, все народы этой вселенной будут жить дружно, но для этого сейчас им необходимо победить.       Люди склоняли головы перед правителем, в их глазах он видел поддержку и понимание. Он видел, что и друиды, и духи восхищаются им сейчас, но заслужил ли он это все? - Господин, - подбежал к нему командир отряда, что охранял границу. – Враг скрылся в лесу, думаю, они истощены.       Сухо кивнул друиду, похлопав его по плечу. - Отдохните немного, - сказал дух. - Наша задача оберегать границы, поэтому мы будем на чеку, - ответил мужчина. – Мы должны защитить Хранителей.       Сердце Сухо сжалось, в миг ему стало стыдно, ведь люди, действительно, верили, что те, кто способен спасти их от тьмы, были в замке. Они отдавали свои жизни, но за что? За каменные стены? - Спасибо вам, - послышался дрожащий голос Кенсу. – За все спасибо. Вы истинные герои этой битвы, не будь вас, вся вселенная бы сгорела. - Господин, - грустно улыбнулся командир отряда. – Вам нужно отдохнуть. Вы – сила своих людей. За вами они пойдут на смерть, не гоже правителю целой нации раскисать. Вспомните, ваш отец всегда призывал идти до конца, будь это просто детская игра или настоящая битва.       Кенсу кивнул. - С вашим другом все будет хорошо, он выкарабкается. Он сильный малый. Наши люди в восторге от него, еще не один человек не вдохновлял наших людей на подвиги. Минсок своими стремлениями напоминает вашего отца. Я служу вам уже не первое столетие, я был близок с правителем, поэтому, думаю, он бы одобрил ваш выбор.       Сухо растерянно посмотрел на плачущего Кенсу, этот солдат говорил странные вещи, но больше всего духа сейчас беспокоил Мин, он ведь, действительно, потерял его из вида. - Что с Минсоком? - Я не знаю, Лэй заперся с ним в моей комнате, он не пускает меня туда, и сам вот уже несколько часов не показывается. - Я, пожалуй, пойду, вернусь на пост, - поклонился солдат. - Да, информируйте нас о любых движениях на границе. Враг не должен застать нас врасплох, - сдержано ответил Сухо, а потом снова повернулся к Кенсу. - Слишком тихо, - всхлипнул друид. – Даже лес молчит. Это так угнетает.       Старший обнял Кенсу, погладив по голове. - Давай просто верить, мы не можем ничего изменить, мы можем только продолжать бороться: за мир, за свободу, за будущее. Мы должны верить тем, кто сейчас ступил на самый опасный путь, путь к совершенным землям. - Ну, доберутся они до рая, а дальше что? Как мы избавимся от колдуна? Ведь чтобы уничтожить клетку, нужно уничтожить ключ, а значит Хранители должны умереть, но… - Мы ничего не сможем изменить, - послышался усталый голос Лэя. - Ты… Что ты такое говоришь, Син? Джонин, Чанель и малыш… - Они должны умереть, Мён. - Нет. - Да, черт возьми! – сказал ангел. – Другого выхода у нас нет.       Кенсу и Сухо переглянулись, дух осторожно подошел к любимому и нежно обнял. - Ты устал, тебе нужно отдохнуть. Сейчас в твоей голове все перемешалось, поверь мне, ребята справятся. - Нет, ты не понимаешь… - Я понимаю тебя, родной, но я буду до последнего искать выход, потому что я слишком дорожу этими людьми. - Я тоже, милый, но в то же время, я знаю, что клетку охраняет магия трех миров, трех создателей мира. Вспомни: Ангел, Демон и Друид – три брата, создавшие три идеальных мира, только их потомкам дана власть снять магию, которой защищена клетка. - У нас есть ты, Тао и Кенсу, в чем проблема? – спросил Сухо. - В том, что Тао с Кенсу полукровки, - ответил Лэй. – Потому что я не знаю, где искать чистокровных потомков правителя ада и бытия.       Дух крепко обнял любимого. - А ты уверен, что к клетке, которая находится в раю, у друида и демона будет доступ? – спросил Сухо. – Мы ничего не узнаем, пока не увидим все своими глазами.       Кенсу подошел к старшим и обнял их. - Мы должны выстоять, чтобы дать ребятам возможность найти правильный путь.       Исин чувствовал поддержку и любовь, в нем рождалась вера в то, что ему удастся разгадать все загадки, что подготовил для Хранителей рай. - Кенни, иди к Мину, ты нужен ему сейчас, он слаб, но решителен, я помог ему восстановиться, попытайся уговорить его полежать хотя бы сутки, он не слушает меня, рвется на границу. - А вы пообещайте мне, что немного поспите, нам всем сейчас нужны силы.       Лэй и Сухо кивнули, Кенсу улыбнулся им и побежал в комнату Минсока, пробегая мимо двери, заросшей плющом, он услышал отдаленный голос. Это определённо был голос Джонина, но, ссылаясь на свою усталость, друид решил, что ему просто показалось. Листочки плюща зашелестели, Кенсу не дано было понимать их, ведь это растение было создано ангелами, цветы этого плюща рождали на свет прекрасных нимф.       Друид, увидев Лэя, сразу понял кто перед ним. Ангелов можно было отличить по особо живым глазам. Кенсу слышал об этих существах от отца, все говорили, что эти создания вымерли под гнетом демонов и забрали с собой всех нимф, но маленькому мальчику хотелось верить, что однажды он встретит ангела, может даже не одного, и вот, так оно и вышло. Веточки этого чудесного растения явно скрывали за собой что-то важное и очень дорогое для ангела – его сердце.       Оказавшись в своей комнате, Кенсу сразу поймал на себе усталый взгляд. - Ты не спишь? – спросил он, подходя к кровати. - Кенни, ты будешь моим мужем?       Друид вылупил на старшего удивленные глаза. - Ты бредишь? Друиды не оборотни и… - Я знаю твою тайну, - прервал его старший.       Кенсу вспыхнул и отвернулся, пряча напуганный взгляд. - Так будешь или нет? Я больше спрашивать не буду. Завтра я снова пойду защищать границу… - Ты с ума сошел! – повернулся к старшему Кенсу. - Нет, я нужен там. Я справлюсь, я хочу знать одно, будешь ли ты меня ждать? - Глупый, я всегда готов ждать тебя. Разве какие-либо узы могут повлиять на это? - Я хочу чувствовать, что я больше не один на этом свете. - Ты не один, милый, если хочешь, я готов стать для тебя кем угодно. Я очень тебя люблю. - Уверен? - Что за вопросы? У тебя не жар, случаем? – спросил Кенсу, коснувшись губами лба любимого.       Минсок закрыл глаза, тут же воспроизводя в сознании, картинку, которую показал ему лес: Истерзанная, задыхающаяся девушка. Одна в лесу, а вокруг лишь беспокойный шелест листвы.       Друиды не могли видеть прошлое или будущее, они могли видеть то, что когда-то видел лес – деревья, травы, цветы. Вот и сегодня, сражаясь и защищая лес, Минсок увидел то, что случилось в этом месте много лет назад. Лес показал ему, как четверо оборотней, отбившись от стаи, напали на девушку-друида, что собирала травы. Они использовали её для своих любовных утех, а потом скрылись. Минсок видел, как девушку нашел правитель друидов – высокий блондин с красивыми большими глазами, как он лично ухаживал за пострадавшей, как полюбил её, и как женился на ней. Вскоре у них родился прекрасный малыш - Кенсу, и все бы ничего, если бы в полнолуние мальчик не обернулся волчонком.       Лес рассказал Минсоку о том, что то нападение не прошло бесследно для девушки, с побоями, царапинами и спермой волков, в кровь попал фермент, отвечающий за обращение. Доза была мала, поэтому на самой девушке это не отразилось, но сказалось в момент зачатия, и ребёнок родился особенным.       Минсок думал о том, что все в этой вселенной перемешалось, что пришло новое поколение, что должно победить и восстановить баланс. - Отец в гневе сильно избил мать, - сказал Кенсу, ведь он прекрасно видел то, что сейчас показал ему Мин. – Он обвинял её в измене, он не мог понять всей этой долбанной генетики. Для него она стала предательницей, а я уродом. Мама не выдержала его обвинений, она умерла. Отец замкнулся в себе, он часто уходил в лес, а потом долго смотрел на меня. Когда мне было пять, он начал оттаивать, позже он рассказывал, что именно лес дал ему понять, как он был не прав. Я ведь был очень похож на них с мамой, рос и развивался, как полагается друиду, и лишь пару дней в месяц я прятался от всех в своей комнате. Я не друид и не оборотень. Я, действительно, урод. - Тогда мы идеальная пара, ведь из-за того, что моя мать была из друидов, а отец из духов, меня тоже долго считали уродом, пока в моей жизни не появились Лэй и Сухо.       Кенсу забрался на кровать и устроился рядом со старшим. Минсок крепче прижал его к себе. - И тебя совсем не пугает эта моя особенность? – спросил младший, заглянув в манящие глаза напротив. - Ничуть, - улыбнулся Мин.- Только вот есть одна загвоздка. Мне интересно, какие черты оборотней передались тебе. Ты ведь явно не самец, вояка и защитник?       Щеки Кенсу покраснели, Минсок засмеялся. - Значит, я могу рассчитывать на сына, - хитро шепнул старший, смущая младшего еще сильнее. - Можешь, - тихо ответил Кенсу, спрятав лицо в ладошках.       Минсок убрал руки с лица младшего, нежно целуя.       Сухо укачивал Лэя в своих руках. Ангел слегка дрожал, но пытался держаться. - Это очень страшно, - тихо говорил лекарь. – Когда твой мир рушится на глазах, а ты ничего не можешь сделать, потому что все силы покинули тебя, а человек, которому ты верил, громко смеялся. Он вошел в наш мир так неожиданно, говорил красивые слова, говорил, что соскучился по семье. Он заботился обо мне, как о сыне, а я купился, потому что отец, порой забывал о том, что кроме дочери у него есть я. Я не виню ни в чем Боа, я сам считал её королевой, она была безумно красивой, умной и рассудительной. Она знала, как угодить отцу, а я был беззаботным, сажал цветочки, изучал свойства лечебных трав, возился с нимфами, помогал духам, жил в согласии с природой, до тех пор, пока Боа не влюбилась, она выбрала в мужья простого ангела. Отец осудил выбор дочери, ведь сотни ангелов с хорошей родословной сватались к ней. В тот день, когда сестра связала себя узами брака, отец и поменял нас местами, её с семьей отправил к нимфам, а меня готовил возглавить рай. Но какой из меня вояка, я слишком доверял людям. Однажды отец, вместе со своими братьями отправился осматривать свои владения, их настораживала подозрительная активность ведьм и гарпий. С собой они взяли Странника, он был младшим сыном правителя ада, но поскольку его матерью была самка оборотня, ему досталась лишь роль вояки и охранника для своего отца. Руководство мирами легло на нас: меня – наследника рая, Криса – наследника ада и Лухана – наследника бытия. Чарминус воспользовался ситуацией и подобрался к нам. Меня он соблазнял своей «отцовской» заботой, Криса подкупили чары ведьмы, что пришла с колдуном, Лухан же просто замкнулся в себе, друиды всегда с настороженностью относились к созданиям других миров. Пока мы были погружены в свои чувства, народы ада взбунтовались, используя магию колдуна, они рушили границы, убивали всех, кто попадался им на пути. Лухан, напуганный атакой закрыл границы бытия защитным куполом, Крис словно сквозь землю провалился, а я… Я остался один на один с Чарминусом, я не знал что делать, все вокруг пылало, я звал его, и он пришел. Он долго смеялся над моим истерзанным телом. Я умолял его прекратить это, а он сказал: - Я прикажу им всем отступить, если ты, мой любимый племянничек, сделаешь для меня одну вещь. Создай существо, равное по силе твоему братишке, ведь тебе под силу многое. - Для чего? - Хочу уничтожить эту Вселенную, сжечь дотла. - Нет, я не пойду на это. - Ты хочешь жить? Хочешь, чтобы твоя семья осталась цела? - Я лучше умру… - А твоя сестрёнка, её муженёк, а мальчишка?       В тот миг я понял, что я готов на все, лишь бы жила сестра. Я взрастил огненный цветок на пепелище рая, я поливал его своей кровью, я молился, пытаясь создать того, кто в последствии сможет защитить сестру и её семью. Взметнулся в высь Феникс, расправляя свои крылья. - Хорошая птичка, - усмехнулся колдун. – Как управлять ей? - Просто прикажи… - обессилено шепнул я. Потеря крови сильно вымотала мой организм, сквозь помутневшее сознание я слышал голос Чарминуса. - Найди Странника и правителей и уничтожь всех.       В тот раз правители успели остановить хаос, Чарминус скрылся, Странник был отправлен на его поиски, так он впервые встретился с Фениксом. Когда колдун уничтожил их в первый раз, я чуть не умер, по распоряжению сестры меня спрятали от разгневанного отца, рядом со мной был человечек, которому я однажды подарил жизнь. Моя маленькая девочка. Она такой чудесный ребёнок, но с характером. Она вынесла меня на себе и лечила, пока в остальных мирах шла война. Она связывалась с Боа и рассказывала последние новости. Именно от Йери я узнал о смерти сестры и её мужа. - Йери? – переспросил Сухо. - Моя маленькая нимфа. Я взрастил её сам из семечка, подаренного сестрой, - улыбнулся Исин. – Знаешь, она такая милая. Она так переживала за меня, она плакала, когда погибла сестра, она клялась, что уничтожит ту ведьму, что так жестоко поступила с Боа. Знаешь, именно Тэён была с Чарминусом с самого начала, она рушила миры, она заманила Криса, она ворвалась в дом моей сестры, муж Боа пытался защитить её, но, уничтожив мужчину, ведьма буквально в спину нанесла удар сестре. Отец был разбит известием о смерти дочери, правители не могли больше контролировать миры, колдун рушил все на своем пути, тогда-то они и создали эту клетку, сами, став приманкой. Колдун даже не подозревал, что клетка была заколдована, что, убив всех троих братьев, он автоматически закрывает её и отправляет ключ скитаться по свету. Единственное, что остается пока мне не известным, так это то, почему часть ключа оказалась у ведьм. Ведь, по сути, три правителя: ангел, демон и друид должны были разделить ключ между своими. Я нашел ангела, его Воин - демон, я понимаю, почему оборотни охраняют друг друга, но друиды, как они потеряли часть своего ключа? Ведь он должен был быть у наследника империи, ведь его Воин - человек. Йери отказалась помогать мне в поисках, она была разбита и попросила спрятать её от этого ужасного мира, я не мог видеть, как мучается моя малышка, я позволил ей уйти, я остался совсем один, а потом в мою жизнь вошел ты…       Лэй говорил и говорил, а Сухо просто смотрел на него, уже давно ангел не был так разговорчив, и пусть они любили друг друга, пусть прожили вместе несколько веков, Исин никогда не посвящал духа в эту часть своей жизни. Нимфа и крах империи были запретными темами, сколько бы Сухо не спрашивал о медальоне, висевшем на шее ангела, Лэй всегда уводил разговор в сторону или, улыбаясь, отвечал: - В нем спит мое маленькое счастье. - Ты отпустил малышку одну? – спросил дух, замечая, что медальон больше не висит на шее любимого. – Куда? Я думал, ты будешь беречь её, как зеницу ока.       Исин улыбнулся. - Чанель, Йери и Джонин – самые дорогие люди для меня в этой Вселенной, после тебя, конечно, они должны позаботиться друг о друге. Эту связь создал не я, но пора воспользоваться этим. - Ты снова говоришь загадками, - засмеялся Сухо. - Пора бы привыкнуть. - Я никогда не смогу привыкнуть к этому, потому что каждый раз мне открывается новая сторона великого существа. Я никак не могу понять, почему из многих именно я удостоился твоего внимания и любви. - Потому что ты, самое чистое существо, которое я встретил тогда, когда, казалось бы, вера в искренность умерла. Ты заставил меня поверить в то, что не все погрязли в соблазнах, что открыл ад. Что остались еще люди, готовые верить в возрождение идеального мира. Даже я, потомок создателей опустил руки, но ты, ты поднял меня на битву, ты возродил во мне желание жить и побеждать. Ты восхищаешься мной, но я не достоин, я создал того, кто разрушил веру людей в ангелов. Я… - Ты создал самого искреннего и справедливого демона в мире, - прервал Лэя дух. – Знаешь, сколько бы уже случилось, не будь на этом свете Феникса. Ты наделил его разумом, именно ты дал ему понять, что законы Чарминуса лживы. Именно благодаря тебе, он сейчас готов пожертвовать собой ради простого мальчишки. Сердце и разум – вот что отличает Феникса от обычного демона, а этим наделил его именно ты, Исин. Ты создавал Феникса в противоположность своему брату – Страннику, который унаследовал сердце от своего папы - оборотня, а разум от своего отца – правителя ада. Когда-то отец не хотел признавать его, сослав в армию, а сейчас именно Странник, рискуя всем, защищает созданный отцом мир, а где тот, кто должен был это делать? Где чистокровный наследник? Живет, как зверушка в золотой клетке ведьмы, считает себя избранным и ждет, что однажды просто сдохнет после очередных «игрищ» ведьм. - Ты знаешь где Крис? – удивленно хлопал глазами Исин. - Ты забыл, что меня тоже едва не заперли в такой клетке. Я видел его, Тэён любит хвалиться своими «экспонатами». Чистая кровь демона уже давно испорчена, но, знаешь, твой брат не жалеет ни о чем, он считает, что золотая клетка намного лучше того, чем тот хаос, в который превратилась вселенная. - Пусть наш мир не идеален сейчас, но только в наших силах изменить это. Мы обязательно победим и возрастим на землях рая новую жизнь. - Обязательно, только сейчас нам нужно отдохнуть. Ведь нам еще нужны силы, путь к раю не близок, и пусть это всего три ступени, в первую очередь – это три могущественных, противоречивых и непохожих друг на друга мира. Мы должны выдержать все атаки, чтобы задержать Тэён подальше от ребят, но не думаю, что нам долго удастся водить её за нос. - Я очень переживаю за ребят, - сказал грустно Лэй. - Они справятся, они восстановят мир и создадут новый идеальный мир, в котором будет править любовь. - Вот за такой настрой я люблю тебя еще сильнее. Сухо наклонился к любимому, нежно касаясь его губ. - Мой идеальный мир – это ты, больше мне ничего не нужно, - шепнул ангел, забываясь в нежных объятиях.       Джонин не мог налюбоваться демоном, казалось бы, он не видел его всего пару дней, но он понимал, что безумно соскучился. - Этот сон такой прекрасный, - шепнул Хранитель, нежась в родных объятиях.       Чанель улыбнулся, склоняясь и оставляя на губах младшего поцелуй. - Здесь ты совсем не горячий, - улыбнулся Ким. - Прости, - грустно ответил Феникс. - За что ты извиняешься? – удивился младший. - Я причинил тебе очень много боли.       Демон взял младшего за руку и губами коснулся еще красных ожогов. - Ты не можешь причинить мне боль, потому что моя любовь сильнее всего этого. Сильнее всей боли на земле, пока есть ты, мне ничего не страшно. - Маленький мой, - шепнул Феникс. – Ты еще не понимаешь, на что себя обрекаешь. - Я понял все еще тогда, когда впервые узнал твое имя.       Джонин потерся носом о нос старшего, воруя поцелуй и наслаждаясь тем, что демон отвечал, чувствуя то, что его любят, что он не просто так вступил на этот путь, что в конце его обязательно ждет счастье. - Что это за место? – поинтересовался Ким, сбрасывая с себя обувь и погружая ноги в шелковую траву. - Это рай, - ответил Пак, следуя его примеру. – Такой, каким его запомнила Йери.       Джонин удивленно посмотрел на любимого. - Я не мог оставить тебя одного, - пожал плечами Чанель. – Исин крепко связал нас троих. - То есть, это все не сон? - Практически, - ответил демон, поднимаясь на ноги и протягивая руку Джонину. – Я не знаю что это за магия, ангелы никогда не открывали своих секретов. Лэй связал наши души, поэтому мы здесь. - А Йери знает об этом? - Знает, - улыбнулся Чанель. – Если бы не она, мы бы с тобой бродили по менее живописному месту, из меня никудышный романтик. - Зато с тобой весело, - засмеялся Джонин, чмокнув старшего в губы и направляясь к блестящей речке.       Феникс был счастлив, наблюдая за парнем, демон боялся, что Джонин не придет на его зов, но его мальчик оправдал надежды, значит, они не ошиблись друг в друге.       Хранитель бегал по берегу, весело смеясь, демон улыбался, любуясь, как солнце играло в его волосах. Брызги из-под ног младшего разлетались в разные стороны, штаны промокли, а футболка прилипла к телу. Внутри демона проснулось желание притянуть к себе это идеальное создание и не отпускать никогда. Джонин совсем не походил на обычного человека, коих Чанель в огромном количестве видел за свой долгий век, и кажется, демон начинал догадываться почему.       Воспользовавшись моментом, когда младший завис, наблюдая за небольшой стайкой райских птиц, Чанель тихо подошел к нему. Джонин вздрогнул, почувствовав теплые губы на своей шее, а потом сильные руки обвили его талию. - Я думал, ты так и будешь стоять в сторонке, - улыбнулся Ким, откинув голову на плечо демона и открывая ему больше пространства для ласк. - Ты такой сладкий, - прошептал Феникс. – Нежный, любимый и только мой. - Твой, - ответил Хранитель, прикрыв глаза, наслаждаясь прикосновениями нежных рук и ласковых губ.       Чанель стянул с младшего футболку и нежно провел носом между лопаток, вдыхая манящий запах родного человека. Хотелось оставить на этом идеальном теле, как много больше следов, чтобы все вокруг знали, что этот мальчик только его.       Демон не мог понять себя, столько веков он искал это чувство, что будоражило его сейчас. Он видел много женщин, обычных и не очень, но кроме удовлетворения своих потребностей, он не чувствовал ничего. Ведьмы боролись за возможность оказаться в его постели, он подчинял их себе, не позволяя делать из себя «избранного», у многих из них были идеальные тела, так почему же сейчас он дрожит, прикасаясь к телу, казалось бы, обычного мальчишки, почему в глазах лишь он, а ноги подкашиваются, опуская на колени одного из могущественных демонов во вселенной. - Чанни? – растерянно произнес Джонин, чувствуя горячее дыхание демона где-то на уровне поясницы.       Хранитель обернулся, заметив стоящего перед ним на коленях любимого, щеки которого блестели от слез. - Я слишком грязный для тебя, - всхлипнул Пак. – Я не достоин даже твоего волоса, я… - Ты – моя жизнь, сколько раз я должен повторять это? Я выжил благодаря тому, что я искал тебя, все мои мысли были пропитаны тобой. Я любил тебя всегда, множество веков подряд, но ты всегда был где-то на шаг впереди. Я засыпал с твоим образом перед глазами и просыпался с твоим именем на устах. - Ты же никогда меня не видел, - поднял на младшего красные глаза Чанель. - Я видел, как яростно ты сражался, я видел, как колдун уничтожил вас со Странником, но я не мог ему помешать, потому что я был бестелесной душой, что искала защитника. Мои мать и отец отдали за меня жизнь, но прежде она спрятала меня, крепко связав мою душу с душой одного очень могущественного демона. Я всегда был рядом с тобой, вернуться к нормальной жизни меня заставило движение ключа, в тот миг, когда первая его часть покинула своего хранителя, моё тело призвало душу, чтобы, твердо ступая по земле, я вступил на опасный путь. Я должен защитить Вселенную, созданную моими предками. Я должен отомстить за своих родителей. Я не человек, Чанель-и, я – ангел, сын старшей дочери правителя Рая. Мы связаны еще до Исина, мы связаны общими корнями. Мать искала для меня защитника, а кто сможет защитить лучше, чем могущественные создания, явившиеся на свет по зову родного брата. Я думаю, Лэй уже понял эту связь, поэтому мы сейчас все вместе – ты, я и Йери, наша младшенькая сестрёнка. Я долго искал дядю и нимфу, мама сказала, что объединившись с ними я стану неуязвимым, что они подарят мне то, что придаст мне сил, и они ведь, правда, подарили. Они подарили мне тебя, благодаря Исину ты еще жив, а благодаря Йери сейчас мы вместе, и что бы ты себе не придумывал – ты мой, понял. Я тебя люблю.       Чанель смотрел на младшего и не верил своим ушам, получается его догадки были верны, перед ним стоял самый настоящий ангел и признавался в любви ему – демону. - Куда катится этот мир, - улыбнулся Феникс, притягивая младшего к себе и утыкаясь носом в его живот. – Оборотни метят людей, друиды и духи объединяются, ангелы и демоны влюбляются друг в друга… - Любовь не выбирает, Чанни, именно поэтому мы сильнее. Если ведьмы держат своих избранников в клетках, мы живем, мы любим, мы смешиваем кровь, мы создаем объединенную нацию, которая сможет противостоять врагу.       Джонин опустился рядом с любимым и посмотрел в его глаза. Чанель подался вперёд, целуя любимые губы. - Как я был слеп, - шепнул демон. - Нет, как говорила мама: Всему свое время.       Демон ласково уложил младшего на песок и покрывал поцелуями его грудь и бледный узор ключа. Младший сжимал пальцами теплый песок, задыхаясь от наслаждения. Ветер ласкал обнаженную кожу, Чанель не мог оторваться от такого желанного тела. Он позволил рукам Джонина разорвать свою рубашку.       Ким, словно в тумане видел все вокруг, все, кроме его личного, самого идеального демона на свете. Пальцы скользнули по сильной груди Феникса с трепетом касаясь шрама, что слишком выделялся на бледной коже. - Это… - с восхищением шепнул Джонин. - Ключ. Он пришел ко мне, Сехун призвал его в тело нового Хранителя. Мой Воин оживил меня. - Мы с Тао должны благодарить судьбу, за то, что она связала вас Се, потому что вы уже не раз спасали друг друга от верной гибели. Мы с Тао и вы с Се, как половинки одного целого, не будет вас, не будет и нас. - Мы никогда не расстанемся, обещаю.       Чанель целовал безумно, он не мог остановиться, потому что понимал, что у него осталось совсем немного времени. Скоро рассвет, а значит, придется расставаться. Он не мог удерживать здесь Джонина, у его мальчика была очень важная миссия. Демон выцеловывал каждый сантиметр нежной кожи ангела. Джонин часто дышал, скользя руками по горячей коже. Сейчас демон совсем не обжигал, его жар манил к себе. Ким хотел сгореть, он словно мотылек летел на пламя, ведь этот огонь пусть и отнимал жизнь, но в то же время погружал в новый, прекрасный мир.       Губы Чанеля прокладывали свой путь: от виска по щеке к шее, очерчивая контур подбородка, спускаясь к ключицам, ласково прикусывая их и зализывая боль, наслаждаясь тяжелым дыханием любимого. Чанель никогда не медлил, но сейчас он не торопился, сходя с ума от представшей перед ним картины: прикрытыми глазами, пухлыми губами и скользящему по ним языку, тяжело поднимающейся грудью и дрожащим в нетерпении телом.       Демон спускается ниже, захватывая в плен напряженный сосок. Джонин втянул воздух и прогнулся, в то время как старший играл языком с возбужденным шариком, не отказывая себе в удовольствии наблюдать за парнем, мечущимся под ним.       Ким запутался пальцами в волосах Чанеля, забывая обо все на свете. Губы демона скользнули ниже, затягивая кожу внизу живота, замечая, как напрягаются мышцы младшего от каждого прикосновения. Руки старшего гладили бока ангела, отмечая, что его талия идеальна, а потом медленно потянули вниз штаны Джонина, открывая вид на возбужденную плоть. Феникс провел носом по стволу, заставляя младшего дернуться. Ким уже давно потерялся в ощущениях, внутри все готово было взорваться. Он едва не закричал, когда губы Чанеля сомкнулись на головке члена, а потом и вовсе демон заглотил плоть ангела, не забывая ласкать её языком. Джонин сжал пальцы в волосах старшего, направляя, и Чанель подчинился, пуская младшего дальше. Стоны срывались с пухлых губ, заставляя Пака двигаться быстрее. - Чанель-и, я сейчас…       Демон очертил языком контур головки, ангел с громким стоном кончил, обмякая на теплом песке. Чанель улыбнулся, утирая со своих губ сперму. - Спи, мой сладкий! Мы еще успеем насладиться друг другом в полной мере, мне пора уходить, но помни, я тебя люблю!       Картинки начали растворяться, а Джонин провалился в пустоту.       Чонде спал очень чутко, поэтому он сразу проснулся, услышав шевеление за дверью. Волк прислушался внимательнее, потому что происходящее внутри его настораживало. Он явно слышал шорох простыней и болезненные стоны. Оборотень, не задумываясь, зашел в комнату.       Бекхен лежал на кровати, свернувшись клубочком, его лицо исказила гримаса боли, он морщился, на лбу и висках выступил пот. Он что-то шептал, но Чонде не мог расслышать. Старший не знал что делать, пойти, разбудить Сехуна или же самому помочь своему малышу. Громкое шипение и руки, резко сомкнувшиеся на животе младшего, заставили волка оставить свои метения и подбежать к мужу. - Бекхен-и, проснись, где болит? – говорил Чонде, пытаясь привести мальчика в чувства. - Горячо, внутри, больно, - шептал младший, неосознанно прижимаясь к волку. - Милый, все будет хорошо, - говорил Чонде. – Сейчас все пройдет.       Оборотень не знал, что делать, он просто прижимал родного человечка к себе. Бекхен дрожал, а Чонде пытался понять, как использовать связь природных пар. Он пытался настроиться на Бекхена, чтобы облегчить его боль, но отчетливо чувствовал постороннее вмешательство, здесь был кто-то еще и это был совсем не их ребёнок, чьё отдаленное неспокойное сердцебиение слышал сейчас волк.       Чонде покрутил головой и заметил в окне огромного ворона, что, сверкая огненными глазами, смотрел на Бекхена. - Тварь! – зарычал волк, соскакивая с кровати.       Он прекрасно знал сущность этих демонов. Они бродят по мирам, питаясь еще не сформировавшимися до конца жизнями, вытягивая их из ослабленных существ. Сейчас эта тварь пыталась убить их с Бэкки малыша.       Чонде выпрыгнул из окна, обращаясь в волка, и в один прыжок дотянулся до птицы. Ворон встрепенулся, заметив противника, волк рычал, нападая. Демон тут же выпустил свои когти и захлопал крыльями, отвлекаясь от добычи.       Бекхен почувствовал, что боль отступает, что дышать становится легче. Он попытался подняться и замер, глядя на то, как огромная черная птица сражается с красивым волком. В свете утреннего солнца шерсть оборотня блестела на солнце, приковывая к себе взгляд. Паника охватила парня, когда он узнал в волке своего мужа. Ворон долбил волка клювом, царапал когтями, но Чонде не отступал. Волчонок подскочил на ноги и помчался в комнату старших. Сердце готово было вырваться из груди. Открыв дверь, он запрыгнул на кровать, к спящим Тао и Се. - Ну же, просыпайтесь, - тормошил старших Бекхен. - Бэкки? – сонно спросил Сехун. – Что-то случилось? - Там птица, она напала на Чонде, - тараторил младший. - Какая птица? – встрепенулся Тао. - Ворон, большой черный ворон. Мне было очень плохо, меня ломало, Чонде пытался мне помочь, а потом он куда-то ушел и боль начала отступать. Я очнулся и увидел их. - Только падальщиков тут не хватало, - вскочил с кровати Тао и побежал к выходу.       У входа он чуть не столкнулся с напуганной Йери. - Там демон, Чонде одному не справится. Падальщики хоть и низший класс, но демоны всегда были сильнее волков, - сказала девушка, с тревогой глядя в окно.       Бекхен задрожал, прижимаясь к Сехуну. - Он пришел за ребёнком, - сказала нимфа. – Он хочет через Бекхена достать малыша. - Не отдам! – в панике сказал Сехун, прижимая к себе волчонка. - Значит, он заберёт с собой Чонде. - Нет! – заплакал Бекхен.       С улицы донесся громкий крик, Йери рванула туда. Бекхен оттолкнул Сехуна и бросился за ней.       Во дворе уже два волка сражались с птицей, на шерсти Чонде отчетливо выделялась кровь, он едва стоял на ногах, Тао, как мог, прикрывал его, отбиваясь от когтистых лап. Ворон словно не чувствовал усталости, нанося оборотням новые раны. Бекхен обратился волком и кинулся к парням. - Бэкки! – крикнул Сехун, бросаясь за ним, и вот уже четыре волка сражались с птицей. Чонде то и дело оттаскивал младшего от птицы, принимая на себя удары демона. - Мама дорогая! – выбежал из дома Джонин. – Это еще что за тварь! - А то ты не знаешь, - ответила Йери. – Сделай что-нибудь, иначе он убьет их всех. - Что я могу? – удивился Джонин. - Не ты, - хитро улыбнулась нимфа, закрывая ладошками глаза ангела.       Перед глазами мелькнул день смерти родителей, Джонин не был там, Боа успела спрятать его, но сейчас, он видел перевёрнутый дом, и ворона, что склонился над задыхающейся матерью. Он усиливал её страдания, вытягивал из неё жизнь. Злость закипала внутри. Он вспомнил, как она шептала ему: - Прости малыш, так нужно. Ты поймешь, когда придет время. Он призовет тебя, расскажет обо всем. Он тот, кто хранит тайну, он человек, рождающийся снова и снова для того, чтобы направить вас - Хранителей в правильном направлении. Он расскажет, как спасти мир.       Джонин видел нимфу, что плакала над телами его родителей. Он вспомнил, как вернулся на землю, как искал старца, как нашел его в стенах монастыря, как тот рассказал ему о магии, что связала демона, ангела и нимфу. Как он пытался догнать Странника или Феникса, как было больно, от каждого неверного шага, от каждой жертвы демонов, но он все выдержал. Сейчас его миссия не дать колдуну выбраться. Они должны победить.       Йери чувствовала слезы на своих щеках, она была там, она видела тело Боа, она не могла ничем помочь, сейчас она показывала братьям, то, что разрывало её сердце. Она чувствовала жар, что сейчас разгорался в Джонине, это Феникс готов был вырваться наружу. Нимфа опустила ладошки. Одного взгляда ангела хватило, чтобы перья демона вспыхнули. - Не смей трогать тех, кого я люблю, тварь! – раздался на весь лес голос Чанеля.       С громким криком ворон корчился в огне, в то время, как оборотни зависли, наблюдая за этим. - Все-таки связь с Фениксом сильная штука, - усмехнулась Йери, вытирая свои щеки и замечая, как в миг вспыхнули щеки младшего. - Ты… - Я не подглядывала, если что, - засмеялась нимфа. - Нужно собираться, - опомнился первым Тао. – Ведьмы могли засечь нас. - Тао, я… - начал Джонин. - Потом, - строго сказал странник и направился в дом. Ким побежал за ним.       Сехун кинул им в след подозрительный взгляд. - Чего это он? – шепнул он Йери.       Девушка пожала плечами, хотя она прекрасно все поняла. - Помоги вон лучше этим горе супругам, - кивнула нимфа в сторону Бекхена, что тщательно вылизывал кровоточащие раны на теле мужа. - Бэкки, не нужно, - пытался сопротивляться Чонде. - Лежи тихо, - сдержано ответил Бекхен. – Слышал, что сказал Тао? Нужно идти, а как ты пойдешь в таком состоянии? - Я заслужил, я потерплю. - Хватит! – не выдержал Бекхен. – Помолчи, ты не представляешь, чего мне стоило переступить через себя. Я боюсь тебя, но я не могу видеть твоих ран, ведь ты получил их, защищая меня. Пожалуйста, лежи тихо.       Чонде прикусил язык, отводя от младшего слезящиеся глаза. - И не смей плакать! Ты самец или кто? - Прости!       Бекхен вздрогнул, но виду не подал. Это простое слово, казалось, достигло самых потаённых уголков его сердечка.       Сехун грустно улыбнулся. - Они сами разберутся, - сказал он. – Пошли завтрак готовить, не на голодный же желудок топать в другой мир?