Независимая принцесса

— Доброе утро, — Люси робко вошла в просторный зал и остановилась в дверном проеме. — Я — Люси Хартфилия. Я пришла выполнить ваше условие. Отпустите Бельфегора! — Чуть позже, милая. Позже. Как только ты расскажешь тайну своего сердца, — ухмыльнулся в ответ мужчина, сидящий за столом. — Проходи, располагался как дома. Я — Босс семьи Этрата, Антонио Старквезер. Девушка настороженно присела за другой конец стола. Она никак не понимала, что за тайна сердца. Сказать, кого она любит? Но зачем они из-за ответа на этот вопрос гонялись за ней больше семи лет? Неужели, нельзя было нормально прямо спросить? Хотя аристократка и сама не знала, что именно за тайна сердца. Но что еще может подразумеваться под этим? — Благодарю, — ответила Заклинательница, не отводя пронзительного взгляда от мужчины. — Что вы имеете ввиду? Какая тайна сердца? — О, милая, не строй из себя дурочку. Если хочешь спасти своего дружка, расскажи нам, — приторно-сладко произнес Старквезер. — Так что же за тайну хранят Хартфилии? — О чем вы? — осторожно поинтересовалась златовласка, глядя на мужчину. — Мы никакую тайну, связанную с мафией не храним, отнюдь. — О, ты много чего не знаешь о своей семье, — слегка угрожающе проговорил Антонио, поднимаясь со своего кресла. — Послушай меня, если ты только позволишь мне открыть твои воспоминания, — он начал подходить к Люси, — то я тотчас тебя и Принца-Потрошителя отпу… — Ни за что! — девушка также подскочила с места, но быстро вспомнила, что ей нужно задержать Босса семьи Этрета, пока Вария не разыщет Бела, и лишь потом можно будет уничтожить и Антонио, и всех его солдат. — То есть… Прошу прощения, однако мне бы не хотелось, чтобы кто-либо лазил в моей голове. Может, вы расскажете поподробнее об этой тайне? Мне бы хотелось узнать о своей семье. Мужчина в ответ лишь ухмыльнулся, видя, что девушке требуются огромные усилия, чтобы держать себя в руках. Он понимал, что Заклинательница пытается протянуть время. Более того, он догадывался даже зачем. И все же, ему было интересно побеседовать с Люси Хартфилией. Он знал, что она уже не выйдет из поместья Варии. Пусть, против них и сама Вария, но в Этрете трое из поддельных Погребальных Венков: Айрис, Расиэль и Гло Ксиния. Почему-то, Антонио был уверен, что отряд независимых убийц Вонголы не смогут уничтожить его семью. Наивный. От гнева Варии еще никто не спасался. — К сожаленью, не могу тебе рассказать. Ведь я и сам толком не знаю, — с ехидством и притворной печалью произнес Босс семьи и наблюдал за реакцией златовласки. Девушка, не зная, что делать, в ответ только настороженно смотрела на мужчину. Она не могла теперь с такой легкостью импровизировать и тянуть время, ведь не знала, что и сказать. Когда-то, когда она была еще в своем родовом имении, она могла с легкостью заговорить зубы любому, но теперь и понятия не имела, как это сделать. Столько ведь времени с тех пор прошло - девушка уже давно не аристократка, а простой информатор в мире мафии. О чем вообще можно поговорить со Старквезером? Ведь невооруженным взглядом видно, что его интересует лишь тайна семьи Хартфилиев. Люси твердо решила про себя, что, как только вернется из этого очередного приключения, выяснит у родителей, какую же все-таки тайну они хранят. — А могу я поинтересоваться, зачем вам это нужно? — наконец решилась спросить интересовавший ее вопрос златовласка. Она уже придумала, как оттянуть время довольно-таки интересным и даже полезным разговором. Она была намерена за отведенное ей время выяснить как можно больше. — Нет, не могу, — внезапно резко ответил Антонио. — Это не твое дело. Тебе нужно только рассказать или позволить мне самому узнать, и я тотчас отпущу твоего друга и тебя саму, — с напором и довольно громко произнес он, сердито глядя в глаза Заклинательнице, и тут же продолжил. - Решайся, я не собираюсь тратить много времени на тебя и того никчемного брата моего офицера. Услышав последнее предложение, девушка слегка побледнела. "Брат моего офицера"... Так, значит, Расиэль все же жив, более того, в этой семье... Какую ж ненависть питает Расиэль к брату, раз решился на такое. Глянув на часы, девушка решилась. Второй Император Мечей просил ее дать им приблизительно четверть часа. Прошло уже чуть больше. Люси решила, что ничего плохого не случится, если она позволит кому-то покопаться в ее голове, ведь она и правда ничего не знает. По крайней мере, девушка надеялась на это. Впрочем, в любом случае его убьют, так что даже если он что-то и узнает, особой проблемы не будет. — Врой! Да где же этот мелкий мусор?! — было видно, что Скуало очень зол. Можно сказать, что неимоверно зол даже для его скверного характера, просто в ярости. Он наконец нашел подвал с явными следами пребывания принца-Потрошителя, но его самого тут не было. Он уже и позабыл об осторожности, о том, что об их присутствии не должен знать никто. Вместо этого, он крикнул во весь голос и, скорее всего, стража уже идет. Следы от крови, борозды от ножей на стенах. Не иначе, Бельфегор уже успел найти себе врага и подраться с ним. Хотя вряд ли это, у него были ножи — не настолько ведь глупые они, чтобы оставить пусть и измученного Принца-Потрошителя, но с оружием. Довольно громко выругавшись, мечник решил пойти дальше. Ведь зная блондина, его сражение можно будет узнать издали — по истерическому смеху, если его сумеют ранить, по его громким комментариям в адрес противника, по крикам, молящим о помощи. Впрочем, последнее это вряд ли, ведь парень сейчас явно не в силах одолеть стольких противников, как целые отряды солдат семьи Этрета. И все же, гений всегда доводит дело до конца, что бы не затеял. В противном же случае — погибнет. Скуало, как его наставник, лучше других знал об этой особенности характера принца, поэтому старался как можно быстрее его найти. Мальчишка дорог ему, ведь он его вырастил, обучил всему, стал ему как старший брат. Пусть, он никогда и не признается в этом себе, но Бел знает. Знает и часто делает все назло ему. Потому что бесить капитана для него — весело. Вот и в этот раз он его просто выводит из себя, как считал сам Император Мечей. И все же, Суперби предпочитает идти напролом, поэтому в этот раз решил не скрываться и шел, гордо подняв голову, по длинным коридорам здания. Но и это не мешало ему в любой момент атаковать противника. Выдержка и многолетний опыт сделали из него действительно сильного воина. Внезапно, до ушей мечника донесся вопль Луссурии: — Белюшка! Ну, как так можно?! Ты, что, черт возьми, с дуба рухнул и вконец обезумел?! — кричал боксер, бегая вокруг гения, который лежал на полу и разъяренно шипел. Зал был довольно просторным, одно окно на потолке освещало его, а на стенах висело несколько факелов. Довольно тусклый свет, но и этого хватало, чтобы осветить помещение. По крайней мере, можно было различить очертания предметов. Старинная мебель стояла кое-как, словно бы ее уже успели передвинуть, что, впрочем, и произошло. Следы крови на темных обоях тоже были видны, а посреди зала, на ковре, была пролита вода, рядом с которым и лежал офицер Варии. Ни один из них не знал, что за этим действием все еще наблюдает виновник падения принца - Расиэль. С дикой ухмылкой на губах он наблюдал за злостью брата, за его взволнованным товарищем по команде и за картиной в целом. Конечно, он не мог пропустить и тот момент, когда в помещение вбежал третий «персонаж» его игры. — Врой! Да что тут происходит, черт возьми?! — Скуало замер, удивленно глянув на Бела. Действительно, с одной стороны, выглядел он и не очень хорошо, а с другой, явно взял себя в руки и продолжал сражаться. Интересно только, с кем? Ведь даже в сражении с хранителем Урагана Вонголы он упал лишь под конец, выбившись из сил. А тут… — Ще-ще-ще, не мешайте мне! Вария мне не помеха! — в офицеров полетело по дюжине стилетов, от которых они без особых проблем уклонились, и лишь один из них слегка задел гения Варии. А из тени стены, ухмыляясь, вышел Расиэль. — Я прикончу свою настырную тень здесь и сейчас — вы не осмелитесь помешать мне. — Иши-ши-ши, королевская кровь пролилась! — резко поднялся на ноги Бельфегор. По нему можно было заметить, что теперь уже ничто ему не помеха. Гордость не позволит ему проиграть. «Принц не может проиграть…» — Не будь настолько самоуверен. Один раз убил, и второй смогу. Скуало, глядя на это, про себя решил, что нужно дать братьям самим разобраться во всем этом. Ведь он, как думал мечник, во много раз сильнее из обоих и при надобности сможет спасти офицера Варии, убив его старшего брата. Ведь эта схватка — дело чести для обоих братьев, и нужно позволить ей решиться. Суперби верил в своего ученика. Он знал, что этот человек не признает поражения. Но также он знал и о том, что Расиэль такой же. Это немного беспокоило его, но что-то подсказывало Императору Мечей, что все будет хорошо. Потянув Луссурию за шиворот в коридор, он пинком отправил его помогать юной Заклинательнице, что было очень кстати, ведь она не могла так уж и долго продержаться, а если б начала сражение — быстро бы проиграла. Девушка ведь не так уж и сильна. Сам же Скуало остался наблюдать за сражением Бельфегора и Расиэля, что уже разгоралось. Нет, конечно, он верил в принца-Потрошителя, но так было спокойнее. Тем более, что иллюзионист еще с самого начала куда-то пропал, сказав лишь, что он намерен уничтожить эту семью, ведь у него с ними личные счеты. Суперби не стал вникать, что именно произошло, но явно заметил какие-то нотки холодной злости в голосе иллюзиониста, что уже говорило о том, насколько сильно они его задели. Бельфегор был намерен победить, во что бы то ни стало. Он уже знал своего противника, а потому решил не начинать с малого. Плечи его уже давно дрожали от еле сдерживаемого неслышного истерического смеха. Он не сомневался в своей безукоризненной победе. Офицер Варии быстро зажег свое кольцо и, открыв коробочку, вызвал своего хорька Минка. На то ведь Бельфегор и гений, что уже успел отобрать свою коробку и серебряные стилеты, голыми руками убив рядового солдата, у которого они были. Нет, он отнюдь не хотел пачкать себе руки чужой кровью, убив его собственноручно: не стилетами, не чем-либо еще, а руками. По принципам пришлось пожертвовать ради победы. Он не собирался сидеть сложа руки. Судьбу свою каждый строит сам. И в первую очередь это касается Бельфегора. Свой собственный выбор он сделал. И сейчас не отступится так просто. Выпустив Минка, Бельфегор хищно оскалился. Он незаметно отдал приказ своему животному из коробочки. Приказ нанести удар Расиэлю, когда наступит время. Идеальный план гениального стратега. Ведь пламя на хвосте хорька смертоносно даже для других носителей пламени Урагана. И лишь самому Принцу-Потрошителю он не приносит вреда, ведь это частично и его пламя тоже. Расиэль лишь стоит, продолжая дико ухмыляться. Он предоставляет младшему брату право нанести первый удар. Слишком уж горделив и самоуверен. Офицер Варии не ждет особого приглашения и решает начать с простого. Вытащив из рукава несколько серебряных стилетов, он бросается на противника, что даже не пытается укрыться. Старший принц уже в лишь метре от орудия нападающего и внезапно отходит всего на шаг, но острия уже не достигают цели. Резко развернувшись, парень вытащил свои стилеты из черного металла и занес его для удара, который почти сразу же был отражен Бельфегором. К своему счастью, парень сумел быстро обернуться на ходу, отразив атаку. Казалось бы, что в этом сложного? И действительно - ничего, если не учитывать, что Расиэль практически никогда не промахивался. Уж теперь-то он был в ярости - как же это так, что его никчемная тень сумела увернуться? Более того, варийский хранитель Урагана начал проводить свою собственную атаку - бросив несколько стилетов мимо брата, он создал вокруг него нечто на подобие клетки, ограничивая его движения. Но он не учел одного - этим он и самого себя загнал в клетку. Вокруг них обоих теперь были сети из нитей, которые они сотворили. Расиэль, увидев это, уже придумал, как загнать младшего брата в ловушку. Быстро открыв коробочку, он выпустил летучих мышей, который тотчас заполонили весь потолок и отдельные части стен. Оглушительно завопив, они заставили Бельфегора закрыть уши руками. Возникало какое-то желание даже оглохнуть, лишь бы не слышать этого визга, который так болезненно действовал на уши. На Расиэля это не действовало, ведь он сам был носителем этого пламени. Зажав уши руками, он сцепил зубы и зажмурился, пытаясь отречься от боли. Не помогло - ноги офицера Варии подкосились, и он опустился на колени. Звук не позволял даже нормально пошевелиться. И уж точно он не смог бы отвести руки от головы. Воспользовавшись этим, Расиэль достал свои стилеты и с силой метнул их в младшего брата. Пусть, он и попал, но принц-Потрошитель все же успел увернуться, и стилеты лишь зацепили его, оставив, впрочем, довольно сильные порезы на руках, порвав и без того разодранный плащ и полосатую кофту. Тем не менее, Бельфегор нашел в себе силы подняться и тотчас, мгновенно достав из карманов стилеты, нанес атаку. С огромной силой он бросил их, а старший принц лишь продолжал ухмыляться, глядя на то, как все стилеты летят мимо. Но хранитель Урагана Варии попал - попал в свою цель. Попал в летучих мышей. В тот же час все они попадали на пол, ведь когда поражена сама коробочка, даже наполнив пламя, он не сможет вернуть их боеспособность. Ухмыльнувшись старшему брату, он поднялся и вытер с лица кровь. Он смог - он поразил коробочку Расиэля, а это значит, что шанс на победу довольно повысился. Дела не так уж и хороши. И все же, у него был план. Достав из кармана еще несколько стилетов, он одним из них начал разрезать нити вокруг себя. В тот же момент Расиэль не стал медлить. Бросив еще несколько стилетов и, ухмыльнувшись, с силой метнул их в младшего брата. Бельфегор же, не сразу заметив этого из-за того, что освобождался от нитей, попал под атаку. Стилеты больно впились в кожу, а некоторые лишь слегка поцарапали, окончательно порвав плащ, который принц-Потрошитель сразу скинул, как ненужный предмет. Он тотчас же нанес еще несколько ударов. Ноги свело судорогой, и он больше не смог удержаться на ногах. Вернулось и головокружение - последствия болезни. Принц явственно почувствовал, как возвращается жар. Но он не терял надежды победить. Было ясно, что эта битва уже предрешена - Расиэль сражался ради своего Босса, а Бельфегор же ради себя самого, ради Люси, ради Вонголы, которая уже стала такой родной семьей. И все же, ради победы младшему принцу придется заплатить. Словно бы невзначай, Принц-Потрошитель проводит лезвием по пыльному полу и поднимает сгусток пыли вокруг себя и Расиэля. Ничего не видно, но слышно, как оба хранителя Урагана пытаются отдышаться. Своеобразный перерыв. Но внезапно послышался свист металла. Один из них пошел в наступление. Спустя несколько мгновений из пыли в разные стороны выскочили противники. Тяжело отдышавшись, старший принц понесся к младшему брату, то и дело пытаясь задеть, а то и оскорбить его - лучший способ вывести гения Варии из состояния холодного расчета. Расиэль отнюдь не собирался так просто проигрывать. Нанося удар за ударом, он внезапно скинул свой уже довольно потрепанный плащ, показывая всем кровоточащую рану на спине. Заслуга Бельфегора. Ухмыльнувшись, парень сплюнул кровь и принял решение. Пора с этим кончать - долго он так уже не продержится. Ведь старший принц уже ввязался в рукопашную драку. Он не сможет, должен сдаваться. Резко дернувшись, он увернулся от довольно сильного удара. Принц-Потрошитель уже решил, что, видимо, пора закончить сражение сию минуту, в противном случае - не сможет одолеть старшего брата. Отдав незаметный приказ Минку, он ухмыльнулся и с силой ударил в ответ, сжав в руках стилет. Одна заминка - и старший близнец получил глубокую рваную рану в боку. Довольно ухмыльнувшись, Бельфегор бросил еще несколько стилетов и, обездвижив старшего брата, чуть отошел, освобождая Минку место. Тотчас нити загорелись алым пламенем, а сам хорек, несколько раз царапнув Расиэля, приземлился на пол рядом Бельфегором. Это конец - победа. Теперь старший принц Расиэль повержен. И более уже не проснется. Ухмыльнувшись, Бельфегор подошел в брату и снял его диадему. Доказательство победы. Трофей. Внезапно он покачнулся и сам упал рядом. Голова стала тяжелой, а мысли начали путаться, стали наоборот, легкими. Тьма поглощала все вокруг офицера Варии. - Люсенька! - Луссурия быстро подхватил девушку, которая начала падать на пол. - Ты как? В тот же момент он заметил и жутко ухмыляющегося Старквезера. Он не стал открывать коробочку, а аккуратно положив потерявшую сознание девушку, сам приготовился к рукопашному бою. Ведь тайский бокс всегда был одним из сильнейших боевых искусств, а его мастерство во много раз превышало мастерство других людей.