Следуй за мной во Смерти

Над спящими домами в желтовато-багровом ореоле взошёл ущербный месяц. Пройдя несколько дворов, мы вошли в подъезд и бесшумно, словно тени, поднялись на пятый этаж старенькой хрущовки. Но самое главное удивление меня ждало впереди, при входе в квартиру, которой владел Даниил. Ещё ни разу за всю свою жизнь я не видел столько антикварной мебели и старинных книг единовременно. Электричество в этом пристанище было давно отключено за неуплату, но блуждающий свет высоких белых свечей в латунных канделябрах лишь создавал более торжественную обстановку. - Необычно, не правда ли? Это место, Виктор, отныне принадлежит и тебе... Мой взгляд выхватил собственное отражение в старом зеркале с серебряной амальгамой - отвратительное и жалкое зрелище. Но из другого конца квартиры уже доносился звук набираемой в ванну воды. Сбросив пропитанное пылью подвала дырявое тряпьё, я погрузился в тёплую воду, наполненную ароматом луговых трав. Когда часы с маятником в прихожей пробили час ночи, я закончил нежиться и, накинув старомодный халат с кисточками, вышел из ванной. Мой создатель дожидался меня в спальне, наряженный в чёрный бархат и атлас. Даниил стоял перед раскрытым шкафом, где были собраны самые разноплановые прикиды ещё только зарождавшейся в России субкультуры готов, столь интересовавшей меня! Мне всегда было интересно отойти от своего скромного повседневного образа, который был примечателен лишь тёмными волосами ниже плеч, но я страшился осуждения со стороны моей семьи и соседей по общежитию. Но теперь разве стоило брать в голову подобное? Через несколько минут я уже пытался затянуть поверх тёмно-алой шёлковой блузы с воланами настоящую дикость в те годы - мужской корсет! Приятно удивлённый моим воодушевлением Даниил бросился помогать, и вскоре шнуровка сошлась так туго, что ещё несколько часов назад я бы задыхался, не в силах закричать от боли. Но теперь с каждым часом моя плоть становилась всё выносливее, словно затвердевающий цемент, хоть мне было ещё далеко до моего спутника, похожего на ожившую мраморную статую. Усадив меня за туалетный столик, такой же старинный, как всё в этой квартире, мой создатель с уверенностью бывалого визажиста принялся накладывать на моё лицо макияж. Один раз я уже испытал подобный опыт, когда участвовал в ток-шоу, но на этот раз результат был совсем иной: когда я поднял веки, то увиденный в зеркале образ сразу навеял ассоциации с театром, драмой и немыми фильмами нуар. - Теперь видишь, мой милый, что ты был создан для объятий тьмы?- произнёс Даниил, явно довольный своей работой. Я догадывался, что под этим эпитетом скрывается нечто более глубокое и серьёзное, но встал из-за столика только для того, чтобы вновь раствориться в бездне, прижавшись к его груди...