Часть 2
2 марта 2015 г., 02:25
Квартира встретила Кенсу тишиной, темнотой и едва различимыми нотками любимого запаха, что смешивались с тягучим ароматом запеченной курочки, манящим на кухню. Мужчина снял ботинки и аккуратно поставил их на место взятых с полочки тапок. Разбросанные по коридору три пары кроссовок вызывали лишь улыбку. Чонин, наверное, утром в спешке собирался и не мог подобрать подходящую обувь. Этот парень вообще мог за мгновение устроить в доме хаос. До его появления квартира Кенсу не походила на типичную холостяцкую берлогу, наоборот, идеальный порядок, ежедневно наводимый педантичным хозяином, иногда даже пугал друзей-альф, бывавших здесь довольно часто. Но пару лет назад сюда перебрался омега, и квартира в одночасье превратилась в уютное семейное гнездышко с долей житейского беспорядка, который сам Кенсу безоговорочно позволял устраивать своему мужу. Чонин не был фанатиком домашних дел или уборки, как его альфа, часто разбрасывал одежду и забывал грязные кружки на всех подоконниках, откуда наблюдал за ночным городом. Но стоило Кенсу намекнуть, что будут гости, как младший хватался за тряпку и с необыкновенным рвением вычищал каждый уголок, доводя жилище до идеального, чуть ли не сверкающего состояния. Еще и на Кенсу ругался, что под ногами мешается.
Хотя теперь сюда заглядывали редкие гости. Родители и младший брат Кенсу, да парочка университетских друзей Чонина. У самого мужчины близких друзей не осталось, как-то так получилось, что со временем они все отдалились от него. Или он от них? И на данный момент у Кенсу оставался только один близкий друг, он же лучший – Бён Бэкхён. Но и эти отношения претерпели период отчуждения, который как раз попал на пик развития романа Кенсу и Чонина. Бэк вновь ворвался в жизнь друга именно в тот момент, когда Чонин, устраиваясь на работу в НовэлФарм, очень просил мужа не афишировать их связь. Поэтому Кенсу закусывал губу, улыбался лучшему другу и отмазывался каждый раз, когда Бэкхён напрашивался на ужин или приглашал их с мужем к себе в гости. С каждым разом отговорки выходили все кривее, и Кенсу искренне надеялся, что недалек тот день, когда Чонину надоест врать коллегам о том, что он свободный омега, и тогда и Кенсу сможет с гордостью продемонстрировать Бэкхёну, да и всему своему отделу заодно, фотографию красавца-мужа.
Кенсу заботливо составил все кроссовки на место и прошел в гостиную. Отголоски зажженного в коридоре света позволяли разглядеть силуэт, свернувшийся клубочком на диване. Одной рукой Чонин прижимал к груди подушку, а вторая, зажатая в кулачок, подпирала щеку и периодически терла глаз. Хотя эта и была постоянная привычка Чонина, Кенсу никогда не мог отказать себе в удовольствии понаблюдать за таким омежкой и каждый раз умилялся как в первый.
Кенсу медленно опустился на край дивана, боясь разбудить, но все же не удержался и потянулся рукой, чтобы откинуть со лба омеги челку. И едва кончики пальцев коснулись волос, на лице Чонина появилась довольная улыбка. Он еще раз, уже сознательно, потер глаза и открыл их:
– Привет.
– Привет, – произнес Кенсу уже в губы мужу и подарил долгожданный поцелуй. – Мм… такой вкусный. Зачем таблетку выпил? – прошептал он. Атмосфера не располагала к громким разговорам.
– Завтра на учебу к первой паре, хочу быть в форме, – в ответ шепнул Чонин и потянулся за новым поцелуем.
– К черту учебу, – Кенсу провел носом по щеке и чмокнул в висок, – оставайся дома. Я тоже возьму отгул. В конце концов, у моего любимого мужа течка.
– Нет-нет, – Чонин замотал головой, чуть отстраняясь. – Семинар по масс-спектрометрии. Я не хочу пропускать его, мне это нужно для работы. Ты знаешь, Донван-сонбэ доверяет мне расшифровку спектров наших образцов, а я там как раз с одной примесью запутался…
– Может, не будем о работе? – Кенсу снова притянул парня к себе.
– Тебе не интересно? – в голосе Чонина промелькнуло разочарование.
– Ну, конечно, интересно, – поспешил успокоить его Кенсу. Если Чонин даже дома на блокаторах, значит, у него опять тараканы в голове бастуют, и секса Кенсу сегодня не видать.
Кенсу еще раз чмокнул мужа в губы и встал.
– Ты ужинал?
– Нет, тебя ждал.
– Тогда пойдем, – он протянул руку и помог подняться. – Завтра быстро пролетит, – негромко, скорее, для себя, проговорил Кенсу, направляясь на кухню. – А потом мы все выходные…
– Кстати, о выходных, – Чонин уселся за стол и уперся подбородком в сложенные на столе руки. – Отец просил меня приехать в его загородный дом.
– А ты не можешь отказаться? – обернулся Кенсу. Полупустой пакет молока в его руке угрожающе смялся. – По состоянию здоровья тебе не положено, – еще больше нахмурился Кенсу.
– Не могу, – виновато вздохнул Чонин. – Папины сыновья из Японии приезжают. Это бывает редко, и он надеялся, что соберется вся семья.
– Хм… стоп, – Кенсу, который было взялся за нож, резко воткнул его в разделочную доску. – Твои сводные братья разве не альфы?
– Альфы, – спокойно кивнул Чонин, подтягивая к себе тарелку с нарезанными яблоками. – А что?
– У тебя течка, вот что!
– Но они же мои братья, – удивился младший.
– Сводные. И вообще они тебе чужие.
– Все равно братья, – отмахнулся Чонин и отправил в рот дольку яблока. – Тем более, я уже дал согласие, кто ж знал, что течка начнется на несколько дней раньше. Возьму побольше таблеток.
– Ага, как сегодня?
– Это случайность, обычно они у меня с собой, просто я ушел в другой куртке.
– Мне что теперь каждый раз у тебя карманы проверять? – рассердился Кенсу. – Я постоянно прошу тебя быть внимательнее, но ты будто не слышишь.
– Прости меня, – буркнул Чонин, вновь утыкаясь лицом в сложенные руки. – Что там с директором Ву? Что ты ему сказал?
– Правду.
– Всю? – побелел Чонин.
– Да, – твердо кивнул Кенсу. – Но попросил не распространяться, – добавил он чуть мягче, а Чонин облегченно выдохнул. – Ты так боишься, что кто-то узнает?
– Не кто-то, а отец. Ну, Ке-енни-и, – протянул омежка, – мы же уже обсуждали.
– Я молчу, – отмахнулся Кенсу. – И все-таки, насчет выходных... А если отец почувствует мой запах на тебе?
– Завтра переночую в своей квартире, и он выветрится, – безапелляционно заявил Чонин.
– Опять… – вздохнул Кенсу.
– И на счет братьев не волнуйся, там же будут отец и его муж. Да и братья наверняка с семьями приедут. Ты сейчас придумываешь какие-то глупые отговорки.
– Потому что я действительно не хочу тебя отпускать, – Кенсу отложил нож, вытер руки о полотенце и присел перед Чонином на корточки. Тот же в ответ ласково заключил лицо мужа в ладони.
– Пожалуйста, останься со мной.
– Я вернусь в понедельник, – тихо пообещал Чонин, вместо печати закрепляя свои слова долгим поцелуем.
Кенсу опять соврал, наверное, уже вошло в привычку настолько, что он не замечает. На самом деле Крису он рассказал лишь ту часть «правды», что касалась их с Чонином отношений, но умолчал о еще одной большой лжи, связанной с их семьей.
Ким Чонин – внебрачный сын генерального директора НовэлФарма. Папа-омега, работавший более двадцати лет назад с директором Паком в другой компании, на протяжении долгого времени был любовником своего босса, и их пылкая связь закончилась рождением сына-омежки. От семьи Пак уходить не собирался, на тот момент кроме напряженных отношений с мужем у него все-таки еще были два несовершеннолетних сына-старшеклассника. Но и от Чонина Пак не отказался, поддерживал и помогал, причем не только финансово. С раннего детства мальчик знал отца-альфу, знал его другую семью и даже периодически проводил с ними выходные или каникулы.
Двое старших альф выучились и перебрались работать в Японию, а Пак все свои силы и нереализованные стремления в воспитании детей направил на маленького омежку. Ведь старшими в свое время занимался муж, Паку тогда особо и неинтересно было.
Чонин никогда ни в чем не нуждался, у него были самые лучшие игрушки, самая модная одежда, любящие папа и отец. Вот только настоящей семьи у него не было. И пускай муж отца принимал мальчика с приветливой улыбкой и ни разу за все года не сказал ему дурного слова или упрека, Чонин всегда считал себя лишним.
В детстве ему нравилось бывать у отца, хоть после таких выходных и оставался горький осадок на душе. Со временем отношение к ситуации у парня изменилось. Чем старше он становился, тем меньше было желания проводить время с чужой семьей. В подростковый период Чонин даже пытался бунтовать, сбегал от отца, назло ему курил и ошивался в сомнительных компаниях. Но когда отец подарил ему первую машину – в честь выпуска из школы – Чонин понял, что с этим альфой лучше держать хорошие деловые отношения. Поэтому поставленные цели и жизненный план, разработанный отцом, Чонин смиренно принял и четко выполнял, пока схема не дала сбой.
Первым пунктом плана было поступление в технологический университет на факультет химических технологий. Выполнено успешно. Отец посчитал такое направление перспективным, тем более что сам уже работал в этой отрасли. Чонин не спорил, учился неплохо, и ко второму курсу получил за старания еще один щедрый подарок – собственную квартиру.
Вторым пунктом плана значилось окончание университета, что сомнений уже не вызывало, и поступление на работу. Отец озаботился заранее и пристроил сына в отдел разработок на полставки. Но Чонин не желал выглядеть папенькиным сынком, поэтому никто, кроме его непосредственной начальницы – госпожи Сноу, не знал, откуда появился студент на подработку.
И уже только третьим пунктом у мистера Пака в жизненной схеме сына стоял брак с достойным альфой. Вот только Судьба вмешалась раньше и столкнула Чонина с До Кенсу прямо на крыльце университета в тот день, когда младший закрыл свою первую сессию. Забавно, что там Кенсу оказался потому, что по просьбе гендиректора Пака консультировал декана химического факультета по вопросам назревающего разбирательства об авторских правах на некоторые университетские разработки. Получается, отец неосознанно помог пресловутой Судьбе устроить встречу своего сына и достойного альфы.
О, это была та самая невероятная любовь с первого взгляда! Можете называть ее притяжением истинных или физиологической совместимостью, но суть не изменится. И пускай Чонин был еще бестолковым студентом, живущим за счет родителей, а Кенсу – состоявшимся специалистом, полностью обеспечивающим себя. И пускай Чонин был юной омегой, вырвавшейся из-под папиного крыла в поисках приключений и любви, а Кенсу – созревшим альфой, готовым к серьезным отношениям, семье и детям. И пускай для друзей Чонина разница в восемь лет звучала как предупреждение об опасности: «Он тобой воспользуется!» А для родителей Кенсу эта разница выглядела как пропасть и «Мы не дождемся внуков?» Пускай. Они влюбились. И уже через месяц Чонин щеголял по универу в рубашке, расстегнутой на столько, чтобы демонстрировать всем окружающим свежую метку. А еще через пару месяцев омега собрал вещи и перебрался из общежития в квартиру Кенсу. А папин подарок долгое время пустовал.
Всем назло, хотя скорее, на радость, эта пара до сих пор вместе, хотя минуло уже почти три года. Но они все еще влюблены как в первый день. А четыре месяца назад даже решились узаконить свои отношения. Хотя это больше походило на ультиматум со стороны Кенсу. Его уж очень расстраивало и волновало то, что Чонин на работе старательно прячет метку и сбивает запах Кенсу, ночуя накануне рабочего дня в своей квартире. Все потому, что Чонин боялся слухов, которые неизменно гуляют по предприятию, и если вдруг станет известно о его связи с альфой, да еще и слушок докатится до отца, то беды не миновать.
Отец регулярно напоминал Чонину, что альфы – последний пункт, сначала учеба и карьера, а омега послушно кивал. Каждый раз на встрече с отцом. А потом бежал в объятия к своему Кенсу и благодарил Судьбу за все, что у него сейчас есть.
Но сердить отца все же не стоило.
***
В понедельник с утра начальница отправила Кая к Бён Бэкхёну за подписями на заявках. Дело в том, что портить себе настроение в самом начале рабочей недели госпожа Сноу не желала, а все ее стычки с Бёном всегда заканчивались острыми спорами. Она ведь тоже претендовала на должность начальника отдела еще тогда, когда скоропостижно скончался прошлый начальник, и руководство срочно выбирало сотрудника на место временно исполняющего обязанности. Документация, да и весь отдел в целом был в запущенном состоянии, поэтому среди руководителей лабораторий нашлось только двое желающих собственноручно повязнуть в этой грязи: амбициозный альфа Бён Бэкхён и опытная омега Ханджи Сноу. Конечно, место отдали альфе, а спустя полгода настойчивый Бэкхён уже утвердился официально в должности начальника отдела. По молодости госпожа Сноу уехала в Штаты, занималась исследованиями в Принстонском университете, вышла замуж за американца, у которого и позаимствовала необычную для корейцев фамилию. После развода она вновь вернулась на родину, сейчас ей около сорока пяти лет, она уже добилась многого, встав во главе лаборатории со штатом порядка пятнадцати сотрудников. В этой сфере для женщины-омеги это серьезный прорыв. Но, конечно, по амбициям она ничуть не уступала Бэкхёну и потому была разочарована решением руководства назначить на заслуженную ей должность зазнавшегося тридцатилетнего альфу. И именно поэтому со всеми поручениями, документами и даже серьезными вопросами она отправляла к начальнику Кая. Она считала, что раз папа-директор впихнул его сюда, то пусть хоть будет полезен. Хотя госпожа Сноу почему-то упорно игнорировала отзывы сотрудников о трудолюбии Чонина и его положительных результатах в работе именно по специальности. Наверное, вечное принижение омег в рабочем коллективе, с которым Сноу сталкивалась на своем опыте, сказалось и на ее отношении к сотрудникам. И кроме Чонина, засунутого к ней практически насильно – она просто не могла отказать гендиректору – омег в ее подчинении больше не было. Поэтому вся работа «принеси-подай» свалилась на Чонина, а сотрудники других лабораторий быстро записали его в прислужники Снежной Королевы и нарекли Каем. – Начальник Бён, здравствуйте, – постучав, Кай несмело вошел в кабинет. Бэкхён кивнул ему, и лишь тогда парень подошел к столу и протянул листы. – Нужна ваша подпись, это заявки на реактивы на следующий квартал. – Я должен сначала посмотреть. – Хорошо, мне подождать? – Да. – Кажется, у меня дежавю, – задумчиво произнес очень знакомый голос за спиной у Кая. Парень резко обернулся и столкнулся взглядом с большими смеющимися глазами. До Кенсу сидел в кресле и чуть крутил в руках кружку с каким-то дымящимся напитком. Чонин счастливо просиял, но тут же спохватился и поклонился. – Здравствуйте, простите, что не заметил вас сразу. – Ничего, – ровным голосом ответил Кенсу, одновременно с тем игриво подмигивая мужу. Чонин испуганно посмотрел на Бэкхёна, но тот был увлечен бумагами и семейных переглядов, казалось, совсем не замечал. – Я тогда не буду мешать, пойду, – Кенсу поставил кружку на стол Бэка и снова незаметно подмигнул. – Рад был снова вас видеть, Кай. Верно же? – Да… ага, верно, – запнулся парень, взглядом выпроваживая усмехающегося мужа из кабинета. – Эй, ты же только что пришел? – успел крикнуть Бэкхён, и дверь захлопнулась. Через пару минут и Чонин уже покинул кабинет, он зажал бумаги ртом, достал телефон и стал обеими руками быстро набирать сообщение. Но отправка пройти не успела, едва Чонин завернул на дальнюю лестницу, что обычно отличалась безлюдностью, как его дернули за руку и моментально прижали к стене. Бумаги рассыпались по всему лестничному пролету, но парочке было все равно. Соскучившиеся друг по другу супруги страстно целовались. – Почему на работе? – спросил Кенсу, когда они оба, наконец, насытились и нехотя отстранились. – Подумал, раз не пахну тобой, можно отработать день, – улыбнулся омега. – Но все равно придется сейчас полчаса умываться и футболку менять. Из-за метки твой запах моментально въедается. – Жаль, что он вообще имеет свойство выветриваться. – Эй, но тогда все узнают. И Сноу первая доложит отцу, – надулся младший. – Ну, ладно-ладно, – Кенсу одернул футболку мужа и белый лабораторный халат, который Кай всегда носил расстегнутым. – Я очень соскучился. – Я тоже. Но здесь не место. – Знаю. – Тогда тебе пора, – улыбнулся омега. – Прощальный поцелуй? – попросил альфа. – Иди уже, вечером дома обещаю наверстать весь уик-энд, – хитро усмехнулся Кай, подталкивая мужа вниз по лестнице. – О, я запомнил! – обрадовался Кенсу. Он подозрительно огляделся и все-таки украл у парня еще один поцелуй, и только после этого ушел. А Кай еще долго сидел на ступеньках в окружении разбросанных белых листов и вздыхал. Ему ведь тоже очень хотелось рассказать всем про своего самого лучшего альфу, но страх перед отцом был сильнее.***
– Кай, ты закончил с поручениями Снежной Королевы? – спросил Ким Донван, едва только Чонин вошел в кабинет, где обычно работал вместе с сонбэ и еще одним сотрудником. – Вроде, пока да, – с сомнением протянул парень. – Заявки подписал и Сноу вернул. Я свободен, надо с чем-то помочь? – с готовностью предложил он. – Нет, у меня к тебе более интересное предложение. Как насчет того, чтобы поработать в другой лаборатории? Временно, конечно. – А почему такие перемены? – насторожился парень. – Ты ведь скоро придешь к нам уже дипломированным специалистом, – пустился в объяснения Донван, – так что было бы неплохо, если бы ты разбирался в разных направлениях. А для этого можно сейчас устроить тебе небольшую стажировку в разных лабораториях нашего отдела. Начнем с четвертой, у них новый хромато-масс-спектрометр, они обещали тебя к нему пустить. Ты же хотел? – Да! Но госпожа Сноу не против, что я буду не только в ее лаборатории помогать? – Нет, она поддержала мое предложение и даже сама лично договорилась с Пак Чанёлем – заведующим четвертой лабораторией. – Ох, я его не знаю лично. Просто видел в коридоре. – Правда? Его кабинет на нашем этаже, и, кстати, тот кабинет, где ты будешь работать на приборе, как раз напротив Чанёля. – А когда можно приступать? – обрадовался Кай. – Да хоть сейчас. Нужно только найти Ли Сонми-сонбэ, она будет твоим временным наставником. Ли Сонми оказалась еще одной женщиной-омегой примерно шестидесяти лет, с доброй улыбкой, располагающей к общению. В общем-то, как Кай уже успел заметить ранее, почти вся четвертая лаборатория состояла из женщин пенсионного возраста, в отличие от «мужской», с преимущественно альфами, третьей лаборатории под руководством госпожи Сноу. Ли-сонбэнним нашлась в комнате отдыха, которая представляла собой уютное помещение с несколькими столиками, диваном и маленькой кухонной зоной. В окружении нескольких своих коллег она самозабвенно предавалась церемонии утреннего чая и обмена свежими сплетнями. Кай немало удивился, почувствовав еще на входе в комнату запах альфы. Обычно они избегают таких посиделок, особенно, когда собираются пожилые сплетницы четвертой лаборатории. Но, как ни странно, тот же Ким Донван сразу схватился за свою чашку и придвинул к компании еще один стул. А тем самым источником альфа-запаха в этом увядающем розарии оказался сам Пак Чанёль. – Кай-я! – обрадовались женщины. – Ну-ка, присаживайся. – Спасибо, – кивнул парень и отправился к стеллажу с посудой на поиски своей персональной кружки. – Опять своими делишками промышляете? – усмехнулся Донван. – Какими делишками? – наигранно захлопали глазами омеги, а Чанёль прыснул со смеху. – Понятно, я прав, – констатировал Донван. – И кому на этот раз пару подбираете? – А вот посмотри какой у нас начальник красавец, – выступила Ли Сонми. – Не альфа, а загляденье. – Ох, я мог бы догадаться, – засмеялся Донван. – Бэкхён вам в свое время не дался, так вы на нового перекинулись. – У Бэкхёна слишком много требований, – отмахнулась еще одна активная сотрудница. – Он даже ни разу не согласился на встречу, всех по фото отметал, а то и вовсе по имени. Будто и не молодой мужчина, а старый пень уже, с трухлявой веткой вместо аппарата, – серьезно заявила она, и комната отдыха взорвалась дружным смехом. – А может, он вообще по альфам? – задумчиво проговорил Чанёль, но все услышали и на секунду замерли. А потом вновь расхохотались. – И не таких ломали, – заявила Сонми. – А много у вас успешно сведенных пар? – полюбопытствовал Кай. – Ну, хоть одна есть? – А ты у сонбэ своего спроси, успешна ли наша деятельность? – Сонбэ? – Кай повернулся к Донвану. – Ваш муж тоже отсюда? – Нет, госпожа Ли свела меня с другом своего племянника. Кстати, нынче свиданиями вслепую уже не промышляете? – обратился он к женщинам. – Все сугубо в рамках предприятия? Или вообще область вашего влияния до отдела сжалась? – усмехнулся мужчина. – Ну почему же? Мы до сих пор не прочь рассмотреть интересных кандидатов, – в ответ засмеялась Ли Сонми. – Но вот на первом этаже в отделе контроля качества почти не осталось свободной молодежи, да и у нас все как-то больше семейные. – Всех уже свели, – подытожил Донван. – Кай! – в комнату заглянула сама Снежная Королева, и все дружно, даже Чанёль, вжали головы в плечи. Все-таки рабочий день в разгаре. – Кай, ты нужен мне. – Да, сейчас, – парень залпом допил чай и ополоснул кружку. – А что такое? – В четверг у меня доклад на совещании, нужна твоя помощь с презентацией, ты ловчее с ними обращаешься. – Хорошо, – произнес парень уже на выходе. – Очень ответственный и трудолюбивый, – прокомментировал Донван, когда дверь закрылась. – Хороший парнишка. – Он еще и красавчик, – оценила Сонми-сонбэ. – Кстати, Чанёль-ши, кажется, я нашла вам первого и, надеюсь, единственного кандидата в мужья. – И кого же? – усмехнулся Чанёль, который недавно отвлекся на телефон и прослушал последние несколько реплик. – Кая!
