Я отец твоего ребенка!

      Вот и прошли два месяца моей беременности. Все эти перепады настроения, утренняя тошнота и пристрастие к еде, несдержанность крайне раздражительно действуют на меня. Рику я уже порядком надоел. Надоело, что я ною и постоянно рыдаю по всякому пустяку. И даже работа не помогает. Все сотрудники в нашем агентстве жалуют меня. Каждый день мой помощник, Гарри носит мне всякие вкусные карамельки и зефирки. Люблю его, хотя и не только не его. Всех люблю. Вообще я какой - то чувствительный стал, ничего без рыданий не проходит. От моих раздумий меня отвлек звонок телефона. - Да? - Солнышко, спускай свою аппетитную попку вниз? - Рики как всегда в своем репертуаре. - Это еще зачем? - вот же...отвлекает же. - Томми, давай быстрее, жду! - сказал Рики и бросил трубку. Я быстро спустился в холл и увидел раздраженного Рики, который стоял около регистратуры и дул шары из жевательной резинки. - Рики, ты чего приперся ко мне на работу? Что - то срочное? - Срочнее не бывает! - раздраженно кинул он. - Так, что случилось? - Мартин приехал. Мы устраиваем семейный ужин. - И? Что ты хочешь от меня? - Ты издеваешься? Ты пойдешь со мной. - Ни за что! - категорически отказался я. - Нуууу, - Рики умоляюще на меня посмотрел, - Ведь мои родители любят тебя. - Я знаю, но я же убью твоего братца, если он начнет кидать свои "смешные" шутки в мой адрес. - Думаешь, я смогу? Мой папа готовит итальянскую пасту. - Мою любимую? - вооот, теперь я заинтересован. - Ага, - улыбнулся Рики. - Ах ты, шантажист. Ладно, я иду. - Я люблю тебя, - запрыгал Рики и повис у меня на шее. - Все - все, мне пора.        Вечером, после работы за мной заехал Рики на своей машине. Красный "Ferrari" как раз для него. Вообще, сколько помню Рики, он всегда был сторонником ярких вещей. И даже омега он не такой как все, можно было бы его даже назвать альфа - самцом, если бы не его физиология. Даже в детстве все родные думали, что он альфа, как и его старший брат Мартин, но первая течка, в шестнадцать, развеяла все подозрения. В детстве, когда он защитил меня от мальчиков - хулиганов, я даже влюбился в него детской наивной любовью, но после долгих лет дружбы я понял, каким он бывает засранцем.

***

Мы подъезжали к родовому поместью Робертсонов, когда нам на встречу выбежал большой Лабрадор. Как только я вышел из машины, Белла начала лезть на меня и при этом облизывать. Мой хохот разнесся по всему саду, и тут же из дома вышли все остальные члены семьи. - Томас, солнышко, как твои дела? - папа Рики полез ко мне обниматься. - Хорошо, Эндрю, как ваши? - Отлично, - Эндрю Робертсон передал эстафету своему мужу. - Томас, ты чего к нам не заходишь? - засмеялся отец Мартина и Рики. - Да, как - то времени не хватает, - пожал я плечами. - Ну, заходите в дом, я приготовил твою любимую пасту, Томас, - сказал Эндрю, на что я лишь улыбнулся. Мы все поспешили в дом, но тычок в ребра остановил меня. Я повернул голову и увидел Мартина. В моем рту пересохло и узел в низу живота сжался еще сильней. - Кто ж тебя обрюхатил, Томми? Неужто изменяешь своему благоверному мужу? - гаденько усмехнулся он. - Не твое дело, - хмыкнул я и поспешил за остальными. "Он очень изменился" - пронеслось у меня в голове. И вправду, Мартин очень изменился, возмужал что ли. Его вечные длинные русые волосы, теперь составляют из себя короткую модную прическу. Его и так красивое тело, я уверен, стало еще красивее под дорогим костюмом - тройкой. И в его серых глазах, в которых всегда горели озорные огоньки, появилась мудрость. Ну, а внутри Мартин остался таким же уродом. С самого первого дня знакомства он издевался надо мной, подшучивал и вообще мы не могли найти общий язык. Я пытался, так как Рики - мой лучший друг и нам в любом случае приходилось встречаться, но после многих лет попыток, я решил забить на его тупые шутки и подколы. Ужин прошел тихо, единственное, что меня напрягало, это как на меня смотрел старший братец Рики. Я ж поперхнулся апельсиновым соком, когда словил его взгляд. После десерта, то есть моей любимой части, Рики подвез меня домой. - Береги себя, солнышко? - обнял меня Рики, когда я стоял на пороге своего дома. - И ты себя, - я обнял его в ответ и поцеловал в щечку. Я тихонько провернул ключ в замке и открыл дверь. Квартира встретила меня мёртвой тишиной. Переобувшись в мягкие тапоньки(по-другому не назовешь), я прошёл в гостиную. На деле я перфекционист, ладно, капризный перфекционист, но почему-то коробки, которые загородили углы во всех комнатах, там и стоят. Переехал я сюда 2 месяца назад, а все никак не могу привыкнуть.