Пятница. Вечер.

В школе Соки Стэкхаус долго не могла запомнить, что у равностороннего треугольника все стороны равны; неудивительно, что она работает официанткой © Логика. Если встречаться сразу с двумя знакомыми между собой парнями, но, при этом, ни с одним не спать, существует вероятность m > n, (где n - стремится к бесконечности), что они начнут спать друг с другом © Закон Елены Гилберт. _______________________ - Я все еще твой король, Эрик, - эту фразу королю Луизианы удается пробурчать куда-то в прохладную шероховатость стены Нортманского кабинета. Эрик улыбается. Привычным движением стаскивая с Его Величества пижонскую кожаную куртку: - Да, - приходится изрядно наклониться, чтобы прошептать Биллу на ухо. – Ты - мой король... и шлюха, которой мир не видел. Он сильнее вдавливает Билла в стену, и тот коротко, беспомощно охает; продолжая освобождать Комптона от лишней в данной ситуации одежды, викинг упирается коленом в поджарый королевский зад. И от этого давления между ягодиц Билла ведет: он непроизвольно чуть раздвигает ноги, едва заметно прогибается в пояснице, - как раз достаточно, чтобы Эрик огладил еще скрытую джинсами задницу, коротко хмыкнув: - Блядство у тебя в крови, Билл. Скажи спасибо создательнице. Комптон выпускает клыки, намереваясь поставить ублюдка на место, но Нортман вовремя целует открытую – и такую просяще-подставленную – шею. Выводит языком неведомые руны, - и Комптон выдыхает, втягивая клыки. Послушно уступая сильным рукам викинга. - Hora, - практически шепчет Нортман, теряя контроль и переходя на родной язык. Этот шепот ощущается влажным дыханием на коже, как раз в том месте, где у людей пульсирует яремная вена. Билл нервно сглатывает. Нортман одним движением срывает с него брюки, кажется, вместе с нижним бельем. Гладкий, ровный и вовсю возбужденный член трется о бледные ягодицы короля Луизианы. А тем временем его обладатель запускает руку в королевскую шевелюру – и со всей силой дергает на себя, заставляя Комптона задрать голову: - Хва… хватит прелюдий, - шипит Билл. – Я… Но Эрик быстро затыкает любовника: свободной рукой скользит по шее, пальцы проходятся по подбородку, а затем с нажимом проникают в комптоновский рот, заставляя Билла дернуться, моментально выпустив клыки. Снова. Эрик улыбается, даже не поморщившись от боли. Кровь Нортмана темная, холодная, но такая противоестественно-вкусная, заполняет рот Билла. Он чувствует её привкус на языке, и не выдерживает, начиная обсасывать наглые пальцы: лаская языком, прижимая щеки к фалангам... Эрик высвобождает руку – всю в слюне и крови, - и давит на спину любовника, вынуждая прогнуться. Скользит окровавленными пальцами между ягодиц, оглаживая поджавшиеся яйца, напряженный член; проникает внутрь, неосторожно и резко. Комптон шипит, опять выпуская клыки. Но подставляется. Впрочем, как всегда. В «Фангтазии» начинается обычный пятничный вечер. - Пэм, мне нужно увидеть Эрика! Дитя Нортмана смотрит на белобрысое недоразумение с фирменным скептицизмом и пренебрежением: - Сейчас не самое подходящее время, деточка. - Но мне нужно! – девушка топает ножкой и с вызовом смотрит на Пэм. - Уйди, ребёнок… - Сама уйди! – злится Соки, отодвигая вампиршу плечом и без стука врываясь в кабинет шерифа. Ну, это была не самая удачная идея Мисс Телепатки. Соки замирает на пороге, хлопая длинными белесыми ресницами, и силится что-то сказать. Чудная картина предстает её взору: перевернутые стулья, разбросанные по полу бумаги, грудью лежащий на столе Билл и трахающий его Эрик. Эрик, нависающий над Комптоном и что-то шепчущий ему на ухо. Эрик, сейчас выпрямляющийся во весь свой нехилый рост. Удивленно вскидывающий брови. Произносящий: - Добрый вечер, Соки. - Что-то случилось? – делает контрольный выстрел Билл. Он приподнимается на локтях, невольно сжимая в себе член Нортмана, чем заставляет викинга вздрогнуть всем телом. Ни один из этих двоих явно не собирается отрываться от процесса ради проблем мисс Стэкхаус. - Пиздец, - озвучивает Соки единственную связную мысль. - А я говорила, что ты не вовремя, - стоящая на пороге Пэм пожимает плечами.