Теория вероятности

Постоянные бессонные ночи доводили до истощения. Сан И теперь больше походила на сомнамбулу, чем на живого активного человека. Невозможность выспаться ночью и такое же отсутствие сна днем, превращали ее в вялый овощ. Приближение сессии только усиливало это состояние. ХимЧан пытался вытянуть из нее причину, по которой она не высыпается, но кроме «Меня мучают кошмары, но это скоро пройдет», ничего так и не узнал. Девушка даже пробовала пить снотворные, но они не только не помогали, но и усугубляли положение. Теперь она Сан И не просто видела кошмары, но и не могла проснуться о них. На Ын все время жаловалась и требовала переселиться в другую комнату, но в администрации сказала, что посреди года никого никуда не переселяют. В лучшем случае это произойдет в начале нового семестра. Значит, осталось потерпеть меньше месяца. С ЕнГуком после того вечера Сан И встречалась только несколько раз, но ни разу они не обменялись чем то большим, чем парой дежурных фраз и многозначительных взглядов. А сны продолжались. И в этот раз они были уже совсем иные. Единственное, что в них радовало девушку – ХимЧан не появлялся на прицеле. Но больше радости не было никакой. Душу раздирало отчаяние, чувство противоречия, при чем Сан И все никак не удавалось понять, в чем же суть этой противоречивости. Казалось, что ЕнГук сомневается в принятом решении, но само решение ей было не известным. Внутренняя борьба с самим собой, сожаление о чем-то важном сделанном или несделанном, желание бросить все и, одновременно, все завершить, иногда возникало ощущение пустоты, морального истощения и усталости настолько большой и сильной, что хотелось умереть, - вот что испытывала почти каждую ночь Сан И. И это помимо своих собственных переживаний, которых тоже хватило бы на двоих. Иногда ей казалось, что она готова умереть вместе с Енгуком, только бы все уже закончилось. Были мгновения, когда уже даже не важен был сам конец. Кто в результате останется в живых, кто прав, а кто виноват – все иногда теряло свою важность. Только бы спокойно выспаться. А потом – хоть конец света. Но спасение не приходило. Сны продолжались с завидной регулярностью, хоть по Енгуку и не скажешь, что его терзают такие эмоции. Он выглядел как всегда: немного мрачно, но спокойно, не выказывая никакого негатива или усталости. Сан И приняла к сведенью совет ХимЧана о том, что надо сблизиться с группой, но пока ее сил хватало только на то, чтобы ценой огромных усилий каждое утро подниматься с кровати и идти на пары, и пытаться не уснуть, сидя на лекциях. По несколько раз в день прокручивая последний разговор с ЕнГуком, девушка пыталась определить, что же спровоцировало нынешнее состояние дел: то ли ее слова (а если так, то какие именно?) то ли какие-то внешние факторы. Но ответ все не находился. - Сан И, так дальше продолжаться не может. Это была не просьба, не вопрос, это была простая констатация факта, приправленная смесью различных эмоций. ХимЧан беспокоился за нее и одновременно злился и на нее, и на себя. На нее – потому что не признавалась в чем дело, на себя – потому что не мог помочь. Осознание собственного бессилия его бесило. Они сидели в своем любимом кафе возле университета и как обычно пили кофе. Сан И подняла на него глаза, спокойно выдержала испытующий взгляд. - Я знаю. - И? - Но ничего поделать не могу. - Если бы ты сказала, в чем дело... - Но я же говорю: мне покоя не дают кошмары. Наверное, это запоздалый стресс от ранения, или я просто устала, или еще не адаптировалась в универе... Кто знает? Но это пройдет. - Когда? Когда пройдет? Сан И, может стоит сходить к психологу? Он что-то посоветует? Упражнения какие-то? Или таблетки? - Я не больна! – Сан И понимала, что это звучит по-детски и банально, ведь к психологу идут люди с разными проблемами, но не представляла, чем может ей помочь врач, который не будет знать правды. Потому что если она расскажет, что происходит на самом деле, ее упекут в психушку. Девушка даже представляла, как все это будет выглядеть. Вот придет она к врачу, и что скажет? «Здравствуйте, вы не подумайте, я нормальная, но я во сне чувствую эмоции одного человека, и могу видеть, как он планирует (или планировал) убийство своего кузена, по совместительству лучшего друга, без видимой на то причины». Тогда вежливо-спокойный человек в белом халате, преспокойно ее выслушав и черкнув пару строк в блокноте, вежливо ей улыбнется и скажет: «Ну конечно, вы не больная, просто особенная. Для вашего же безопасности лучше будет находиться в одном месте, где вам помогут...» И с такой же вежливой улыбкой этот человек поставит ей диагноз: шизофрения. Но не объяснишь же это все ХимЧану. Сан И видела, что мучает его свои поведением, но ничего не могла изменить. «Это ради него, ради его же спокойствия и безопасности». Иногда она задумывалась над тем, почему же не раскроет всю правду другу, действительно ему лучше ничего не знать? Но ответа на эти вопросы она не находила. Все возможные варианты более походили на дешевые отмазки, предназначены только для того, чтобы оправдать свои действия перед собой же, перед своей совестью. Не могла девушка определиться и с тем, не делает ли она своим молчанием «медвежью» услугу Енгуку. Однако что-то в глубине души (Шин Ен говорила, что это в ней говорит даже не глупость, а полный «дебилизм влюбленной дуры») подсказывало, что Енгуку действительно нужно это время. Ему надо дать возможность самому прийти к правильному решению, обдумать все и прийти к выводу, что он ошибается, осознать, где ошибка. Ведь только поняв,можно идти дальше. Если вынудить его действовать по определенному сценарию, то вполне возможно, что ЕнГук сам примерит роль сценариста, и все сделает по-своему. Сан И не сомневалась, что ей не хватит хитрости и ума придумать таков план, чтобы все вышло без прокола, именно так, как ей бы хотелось. Поэтому оставалось только ждать. Ждать и терпеть, сколько есть сил. И, возможно, немного подталкивать одного глупого упрямца в правильном направлении. - Я знаю, что не больна, но тебе нужна помощь специалиста, - продолжал вести разговор Химчан. – Зело говорит, что ты почти что засыпаешь на парах, иногда отвечаешь невпопад. За тобой такого не водилось. Все видят, что что-то происходит. - И всем наплевать, - устало ответила на эту реплику Сан И. Но сразу же уточнила: - Кроме тебя, конечно. - И не только меня, - помотал головой Ким. - Я дома уже второй месяц не показываюсь, родители знают, что у меня все хорошо, только напряг перед сессией. - Я не только их имел ввиду. ЕнГук беспокоится. - Конечно, - с нескрываемым сарказмом произнесла девушка. - Я серьезно говорю. Он тоже видит, что с тобой что-то не в порядке. Спрашивал, что случилось, давно ли ты вот так себя изводишь. - И? - Что «и»? Я и ответил, что после той дискотеки ты почти что не спишь. Но, честно говоря, ты и до нее не особо спала, - ответил Химчан, вероятно имея ввиду ее ранние посещения кафе. - Да и ты не особо совушка. Все время с рассвета штаны здесь просиживал. - У меня другое дело. - О котором молчишь, словно партизан, - парировала Сан И. - Сан И, вот честно, ничего особенного или интересного. Когда-то тебе расскажу. - Конечно, расскажешь. Когда мы будем здесь седые сидеть и потягивать молоко, потому что от кофе давление страдать будет. ХимЧан рассмеялся. - Конечно, или лечебный чай, страшно полезный. Сан И улыбнулась, но про себя подумала, что будет огромным счастьем, если так и будет. Если они останутся живы до того времени, когда поседеют. Она же даже не могла гарантировать, что они до завтра доживут. «Хотя, по большому счету, никто не может такое гарантировать, и это никак не связано с Енгуком. Вдруг мне кирпич на голову завтра упадет? Чистая случайность может погубить нас в любой момент», - подумалось Сан И. Спустя полчаса они вышли из кафе. Химчан уговорил девушку пройтись, погулять в парке. - Твоя кожа в ужасном состоянии, нужно чаще гулять на свежем воздухе. Идем, я тебя выгуляю. - Гав! - Сан И в шутку гавкнула, будто она действительно собачка на выгуле. - Ты в последнее время все больше со мной проводишь. Как же Енгук? Ревновать не будет? – как будто невзначай поинтересовалась девушка. - Да вы с ним словно сговорились. Его из дому не вытащишь, депрессия на лицо. Гулять не хочет, разговаривать тоже не ахти, в чем дело не признается. Слуууушай, - вдруг снизошло озарение на парня, - а вдруг вы влюбились друг в друга, но думаете, что это не взаимно, поэтому мучаетесь? От такого предположения Сан И даже остановилась, чтобы проверить, серьезно ли это Хим. И вдруг рассмеялась. Она так хохотала, что даже присела. ХимЧан в недоумении уставился на девушку. - Ты чего? - Это так... как тебе только в голову пришло? Я и Енгук... Да мы же совершенно не совместимы! – утирая рукавом выступившие от смеха слезы, выдавила Сан И. - Очень даже совместимы. Вы просто себе в этом не сознаетесь. - Ох, Хим, тебе бы романы писать. Фантастические, причем. - Да-да, конечно. А то, что вы при встрече друг на друга зыркаете, словно что-то высчитываете, это я себе придумал. И избегаете друг друга. Словно малолетние влюбленные, честное слово. Сан И подумала, что друг не особо то и ошибается. Он видит детали, но общая картина у него неправильная вырисовалась. Возможно ХимЧан действительно увидел их духовную близость, но это было продиктовано отнюдь не схожестью характеров или внутреннего мира. Но это и к лучшему, пусть думает, что они влюблены, не надо разрушать такую приятную для него иллюзию грубой реальностью. Пусть хоть он живет в счастливом неведенье, решила Сан И, с трудом вспоминая то время, когда ее сознание принадлежало только ей и не подвергалось вторжению чужого разума. Наверное, она тогда была счастлива. Теперь казалось, что это было несколько жизней тому назад. Скоро все закончится, убеждала себя девушка, скоро закончится. Она не знала, почему думала, что скоро. Не потому ли, что уже нет больше сил тянуть? Но она чувствовала, что скоро что-то должно произойти. Скоро все закончится. Не сойти бы с ума до того времени, пока наступит это «скоро».